бы что-то не потянуло его обратно. То, что он ощутил, может быть описано только ментальными выражениями, но, говоря метафорически, мозг Нови светился. Свечение было чрезвычайно слабым. Это могло быть только от присутствия ментального поля, наложенного изнутри - ментального поля такой интенсивности, что тончайшие приемные функции хорошо тренированного мозга Джиндибела едва могли определить его, несмотря на исключительную гладкость ментальной структуры. - Нови, как ты себя чувствуешь? - резко спросил он. Нови широко распахнула глаза. - Хорошо, Мастер. - Голова не кружится? Закрой глаза и сиди абсолютно спокойно, пока я не скажу +хватит+. Она послушно закрыла глаза. Джиндибел тщательно убрал все посторонние ощущения из ее мозга, успокоил ее мысли, сгладил эмоции, прощупывал, прощупывал... Он не ощущал ничего, кроме свечения, а оно было таким слабым, что советник почти уверовал в его отсутствие. - Хватит,- сказал он, и Нови снова открыла глаза. - Как ты себя чувствуешь, Нови? - спросил он. - Очень хорошо, Мастер. Отдохнула. Ясно, поле было слишком слабым, чтобы произвести на нее какой-либо заметный эффект. Джиндибел повернулся к компьютеру и стал биться с ним. Он не мог допустить, чтобы он и компьютер не объединились до конца. Возможно, это затруднялось тем, что он слишком часто пользовался лишь своим мозгом и ему было трудно работать с посредником. Но ведь он использовал корабль, а не мозг, а первоначальный поиск можно было сделать более эффективным, если использовать компьютер. В конце концов, он обнаружил тот тип корабля, о присутствии которого подозревал. Он был в полумиллионе километров отсюда и очень напоминал корабль самого Джиндибела, только покрупнее и поизысканнее. Как только корабль был определен с помощью компьютера, Джиндибел мог позволить своему мозгу осмотреть его непосредственно. Он послал точно направленный луч и ощутил (или ментальный эквивалент этого слова) корабль внутри и снаружи. Затем он направил мозг к планете Гея, приблизил его на несколько километров и отдернул. Где находился источник поля, установить не удалось. - Нови, я бы хотел, чтобы ты сидела рядом со мной, если что-то произойдет. - Опасность, Мастер? - Тебя это ни в коем случае не коснется, Нови. Я присмотрю за тем, чтобы ты была спокойна и в безопасности. - Мастер, я не хочу быть спокойной и в безопасности. Если есть опасность, я хочу помочь вам. Джиндибел смягчился. - Нови, ты уже помогла. Благодаря тебе я узнал об одной мелочи, которую важно было узнать. В противном случае, я бы увяз в болоте, и вряд ли бы выбрался. - Я сделала это своим мозгом, Мастер, как вы это однажды объяснили? - Именно так, Нови. Ни один прибор не может сравниться с ним в чувствительности. Даже мой собственный мозг - он слишком забит информацией. По лицу Нови разлилось блаженство. - Я так рада, что могу помочь. Джиндибел улыбнулся и кивнул, а затем испытал недовольство собой и раскаяние - ему не следовало бы прибегать к посторонней помощи. Какое-то детское упрямство восставало в нем. Это была его работа - и только его одного. Однако сейчас он не чувствовал себя одиноким. Шансы поднимались. На Транторе Квиндор Шандис чувствовал, что ответственность за главенство над Ораторами навалилось на него с удушающей тяжестью. С тех пор как корабль Джиндибела исчез во мраке за атмосферой, он не созывал Совет. Он запутался в собственных мыслях. Разумно ли было позволять Джиндибелу уехать под собственную ответственность? Джиндибел был блестящим ученым, но не настолько, чтобы это давало ему возможность быть самонадеянным. Главным его недостатком была заносчивость, но главным недостатком самого Шандисса (он с горечью подумал об этом) - возрастная слабохарактерность. Все чаще ему приходило в голову, что прецедент Прима Палвера, пролетавшего через всю Галактику для наведения порядка, был прецедентом опасным. Мог ли кто-нибудь другой быть Примом Палвером? Даже Джиндибел? Прим Палвер брал с собой жену. Верно, Джиндибел взял с собой эту женщину-хэмиш, но она не имела никакого значения. А жена Прима Палвера тоже была Оратором. Шандисс чувствовал, что стареет с каждым днем, и ждал известий от Джиндибела, и каждый день, не приносивший известий, усиливал напряжение. Нужно послать флотилию... Нет, Совет не позволит... Однако... Когда зов, наконец, пришел, Шандисс спал - тяжелым, мучительным сном, не приносящим облегчения. Ночь была ветреная, и ему сначала было трудно уснуть. Он, как ребенок, слышал в шуме ветра воображаемые голоса. Последней его мыслью перед тем, как он провалился в изнуряющий сон, было тоскливое ощущение отставки. Он был готов, но знал, что не имеет права, потому что Деларме тут же займет его место. И когда пришел зов, он тотчас очнулся и сел на постели. - С вами все в порядке?- первым делом спросил он. - Абсолютно, Первый Оратор,- ответил Джиндибел.- Нужно ли установить визуальную связь для полного общения? - Позже, возможно,- ответил Шандисс,- Сначала опишите ситуацию? Джиндибел заговорил осторожно, чувствуя, что Шандисс только что проснулся, и ощущая его глубокую усталость. - Я по соседству с обитаемой планетой под названием Гея, о существовании которой в галактических каталогах нет и намека, насколько я знаю. - Мир, работающий над улучшением плана? Анти-Мулы? - Возможно, Первый Оратор. Есть основания так думать. Во-первых, корабль, несущий Тревиза и Пилората, ушел далеко по направлению к Гее и, вероятно, приземлился там. Во-вторых, здесь, в космосе, в полумиллионе километров от меня, военный корабль Первого Основания. - Беспричинного интереса не бывает. - Первый Оратор, это, вероятно, вполне определенный интерес. Я здесь потому лишь, что следую за Тревизом, и военный корабль может быть по той же причине. Остается только спросить, зачем здесь Тревиз? - Вы собираетесь идти за ним к планете, Оратор? - Я думал об этой возможности, но кое-что произошло. Я сейчас в ста миллионах километров от Геи и чувствую в космосе вокруг меня ментальное поле - исключительно слабое. Я бы вообще о нем не узнал, но заметил фокусирующий эффект в мозгу женщины-хэмиш. У нее необычный мозг, именно поэтому я и согласился взять ее с собой. - Значит, вы были правы, предполагая это. Как вы думаете, Оратор Деларме знала об этом? - Когда она настаивала, чтобы я взял с собой женщину? Вряд ли. Но я лишь получил преимущество от этого, Первый Оратор. - Рад за вас. Значит, вы думаете, Оратор Джиндибел, что поле создает планета? - Для проверки необходимо было провести измерения в широком спектре разброса точек, для определения главной сферической симметрии поля. Мой ненаправленный ментальный зонд сделал это вроде бы хорошо, но неточно. А дальнейшие исследования в присутствии военного корабля Первого Основания вряд ли разумны. - Полагаю, корабль - не угроза? - Может быть. Но я не вполне уверен, что этот корабль не является источником поля, Первый Оратор. - Но они... - Простите, Первый Оратор, но позвольте мне прервать вас. Вы не знаете, как далеко продвинулось техническое развитие Первого Основания. Они действуют с удивительной самоуверенностью, и у них могут быть неприятные для нас сюрпризы. Вполне возможно, что они научились управлять ментальностью с помощью какого-нибудь прибора. Короче говоря, Первый Оратор, я стою либо перед военным кораблем с ментальными силами, либо перед планетой с мощным ментальным потенциалом. Если это корабль, то менталисты, видимо, слишком слабы, чтобы остановить меня, но могут замедлить мое продвижение, и тогда физическое оружие корабля уничтожит меня. С другой стороны, если источник - планета, тогда поле, определяемое на таком расстоянии, может означать огромную интенсивность на поверхности - управлять им я не смогу. В том и другом случае придется установить сеть, чтобы в ней, в случае нужды, были в моем распоряжении все ресурсы Трантора. Первый Оратор задумался - Тотальная сеть. К этому никогда не прибегали, даже не помышляли - кроме как во времена Мула. - Этот кризис может быть опаснее, чем кризис Мула. - Не знаю, согласится ли Совет. - Не думаю, что вы должны спрашивать его согласия, Первый Оратор. Вы должны упирать на крайнюю необходимость. - Какое оправдание я им представлю? - Передайте им то, что я рассказал вам, Первый Оратор. - Оратор Деларме скажет, что вы некомпетентный трус, спятивший от собственных страхов. Джиндибел помолчал и сказал: - Не сомневаюсь, что она скажет что-нибудь в этом роде, Первый Оратор, но пусть говорит, что хочет, я переживу. На карту теперь поставлены не моя гордость или самолюбие, но само существование Второго Основания. Харла Брэнно угрюмо улыбнулась. - Я думаю, мы можем поспешить с этим. Я готова. - Вы все еще уверены, что поступаете правильно?- спросил Кодил. - Если бы я была сумасшедшая, как вы пытаетесь уверить меня, Лионо, разве вы остались бы со мной на этом корабле? Кодил пожал плечами. - Вероятно. Тогда я был бы здесь ради ничтожного шанса, что смогу остановить вас, мадам мэр, отвлечь вас, как-то воспрепятствовать, наконец, пока вы не зашли слишком далеко. И, конечно, если вы в здравом рассудке... - Да? - Ну, тогда я бы не хотел, чтобы историки будущего вообще упоминали о вас. Пусть установят, что я был здесь, с вами, и раздумывают, кого, в сущности, следует хвалить. Вы согласны? - Разумно, Лионо, но совершенно бесполезно. Я была властью за троном слишком долго, чтобы кто-нибудь мог подумать, что я допущу такой феномен в своей собственной администрации. - Посмотрим... - Нет, не сможем, потому что такие исторические суждения придут лишь после нашей смерти. Однако я не боюсь. Ни за свое место в истории, ни за это, - она указала на экран. - Корабль Кампера,- сказал Кодил. - Верно, корабль Кампера, но без Кампера на борту. Один из наших кораблей-разведчиков наблюдал за перемещением. Корабль Кампера был остановлен другим кораблем. Два человека с него перешли к Камперу, а через некоторое время Советник перешел на тот корабль. - Брэнно потирала руки.- Тревиз отменно выполнил свою роль. Он притянул молнию. Корабль, что остановил Кампера, принадлежал Второму Основанию. - С чего вы это взяли, хотел бы я знать?- спросил Кодил, набивая трубку. - Потому что я всегда подозревала, не находится ли Кампер под влиянием Второго Основания. Его жизнь была слишком гладкой. Все всегда перед ним расступались, и он был слишком уж опытен в космической слежке. Его предательство по отношению к Тревизу вполне могло быть просто политикой честолюбца, но он сделал это с такой изощренной тщательностью, словно тут было нечто большее, чем личное честолюбие. - Это все предположения, мэр! - Предположения подтвердились, когда он последовал за Тревизом через множество прыжков, так же легко, как через один. - Ему помогал компьютер, мэр. Брэнно откинула назад голову и рассмеялась. - Мой дорогой Лионо, вы так заняты придумыванием хитроумных интриг, что забываете об эффективности простых процедур. Я послала Кампера следовать за Тревизом не потому, что нуждалась в слежке за ним. Зачем она была нужна? Как бы не желал Тревиз сохранить все свои передвижения в тайне, он не мог не привлечь к себе внимания в любом нефедеральном мире, который он мог посетить. Современный корабль Основания, сильный терминусский акцент, кредиты Основания - все это автоматически окружало его ореолом известности. В любом экстренном случае он обратился бы в посольство Основания за помощью, когда он это сделал на Сейшл, мы тут же узнали бы обо всем, причем независимо от Кампера. - Нет,- продолжала она задумчиво,- Кампер был послан для проверки Кампера, и проверка удалась, потому что мы сознательно дали ему не совсем исправный компьютер. Он был, конечно, не настолько дефективным, чтобы стать неуправляемым, но был явно недостаточно проворен, чтобы помочь Камперу в преследовании через множество прыжков. Однако Кампер ухитрился проделать все без затруднений. - Я вижу, вы очень о многом не говорили, мэр, пока не решили, что пора это сделать. - Я держу в секрете от вас те дела, о которых вам лучше не знать. Я восхищаюсь вами и работаю с вами, но у моего доверия есть границы, как и у вашего - по отношению ко мне. Пожайлуста, не трудитесь отрицать. - Я и не собираюсь этого делать,- сухо сказал Кодил,- и когданибудь, мэр, напомню вам об этом. Кстати, осталось еще что-нибудь, о чем я должен узнать? Что за корабль остановил Кампера? Конечно, если Кампер представитель Второго Основания, то это их корабль. - С вами всегда приятно говорить, Лионо. Вы быстро схватываете. Второе Основание, видите ли, не заботится о том, чтобы скрывать свои следы. Оно полагается на свои средства защиты, которые делают эти следы невидимыми, даже когда они заметны. Члену Второго Основания никогда не придет в голову воспользоваться кораблем чужого производства, даже если он узнает, как четко мы можем установить происхождение корабля по типу используемой энергии - он всегда может стереть это знание из любого мозга, стоит ли трудиться скрываться? Ну, так вот, наш разведчик установил происхождение корабля, который подошел к Камперу. - Теперь, я полагаю, Второе Основание сотрет это знание из нашего мозга. - Если сможет,- сказала Брэнно,- возможно, когда они попытаются, то обнаружат, что кое-что изменилось. - Раньше вы говорили, что знаете, где Второе Основание. Вы хотели сначала заняться Геей, а потом Трантором. Из этого я сделал вывод, что тот корабль транторианского происхождения. - Ваш вывод верен. Вы удивлены? Кодил медленно покачал головой. - Ничуть. Эблинг Мис, Торан Дарелл и Байта Дарелл все побывали на Транторе, когда был остановлен Мул. Аркадия Дарелл, внучка Байты, родом с Трантора, еще раз посещала планету, когда само Второе Основание предположительно прекратило существование. В ее отчете о событиях ключевую роль играл Прим Палвер, появившийся очень уж своевременно, и он был транторианским торговцем. Я бы считал, что Второе Основание явно было на Транторе, где, кстати, жил и сам Хари Селдон во время организации обоих Оснований. - Ясно, если не считать того, что никто никогда не намекал на такую возможность. Второе Основание позаботилось об этом. Именно это я и имела в виду, когда говорила, что им не нужно скрывать свой след, когда они легко могут устроить так, чтобы никто не смотрел на этот след, или стереть из памяти следы, если их все-таки увидели. - В таком случае,- заметил Кодил,- давайте не будем слишком приглядываться к тому, что они, возможно, желают показать нам. Как вы полагаете, каким образом Тревиз мог решить, что Второе Основание существует? Почему Второе Основание не остановило его? Брэнно подняла свои искривленные ревматизмом пальцы и стала загибать их. - Во-первых, Тревиз весьма необычный человек, который, при всей своей неуравновешенности, имеет нечто, куда я не смогла проникнуть. Он может быть особым случаем. Во-вторых, Второе Основание не было полностью несведущим: Кампер был на +хвосте+ у Тревиза с самого начала и выдал его мне. Я надеялась остановить Тревиза без Второго Основания, чтобы избежать риска открытого вмешательства. В-третьих, когда я поступила не совсем так, как предполагалось - ни казни, ни тюрьмы, ни стирания памяти, ни психического зондирования мозга, а когда я просто выслала его в космос, Второе Основание пошло дальше. Оно сделало прямой ход, послав следом за ним свой корабль.- Она добавила с удовольствием:- Ох, какой замечательный громоотвод! - А наш следующий ход?- спросил Кодил. - Мы бросим вызов этому члену Второго Основания, который теперь перед нами. Мы пойдем к нему не торопясь и прямо сейчас. Джиндибел и Нови сидели рядом перед экраном. Нови была испугана, и Джиндибел отчетливо ощущал это, ровно как и то, что она отчаянно боролась со своим страхом. Джиндибел ничем не мог ей помочь в этой борьбе, считая, что касаться ее мозга в этот момент неразумно, так как это изменило бы ее реакцию на окружающее их ментальное поле. Военный корабль Основания приближался медленно - но неуклонно. Это было большое судно, с экипажем, наверное, не меньше шести человек, если судить по прошлому опыту борьбы с кораблями Основания. Вооружение корабля, как полагал Джиндибел, было достаточным, чтобы держать поодаль, а при необходимости и разметать флот, составленный из всех кораблей Второго Основания - если бы эти корабли были оснащены только физическим оружием. Так что приближение военного корабля к простому кораблю, управляемому членом Второго Основания, позволяло сделать некоторые выводы. Даже если корабль обладал ментальной способностью, он, наверное, не пошел бы прямо в зубы Второму Основанию. Более вероятно, что он идет так от незнания - в какой-то мере, это могло быть так. Это могло означать, что капитан военного корабля не знал о перемещении Кампера, или, что Кампера заменил член Второго Основания, или вообще не знал о существовании Второго Основания. Или же - Джиндибел решил рассмотреть все возможности - корабль обладает ментальной силой и приближается, полный самонадеянности. Это могло означать только, что либо корабль управляется маньяком, либо обладает такой мощью, о какой Джиндибел и понятия не имеет. Но, все же, это предположения, а не окончательные выводы... Он осторожно проверил мозг Нови. Она не могла сознательно ощущать ментальное поле, как это мог делать Джиндибел, но зато мозг Джиндибела не мог определить такое слабое поле, какое замечал мозг Нови. Этот парадокс следовало бы изучить в будущем: он может дать плоды куда большей важности, чем проблема приближающегося корабля. Джиндибел ухватился за эту возможность интуитивно, когда впервые заметил необычную гладкость и симметричность мозга Нови, и гордился этой своей интуицией. Ораторы всегда гордились силой интуиции, но какой толк от этих сил, если Ораторы не умели измерять поля физическими методами, и, следовательно, не понимали, что они, в сущности, делают. Не трудно прикрыть свое неведение мистическим словом +интуиция+ А в какой степени это неведение зависело от недооценки важности сравнения физического и ментального? Много ли пользы от слепой самонадеянности? Когда он, Джиндибел, станет Первым Оратором, это должно измениться. Надо было каким-то образом сузить техническую брешь между Основаниями. Второе Основание не может вечно стоять перед возможностью уничтожения каждый раз, когда ментальная монополия слегка ослабевает. В самом деле, монополия сейчас, возможно, ускользает. Видимо, Первое Основание продвинулось в этом, или тут союз между Первым Основанием и Анти-Мулами. Такая мысль впервые пришла в голову Джиндибелу, и он содрогнулся. Его мысли об этом пронеслись через его мозг с обычной для Ораторов скоростью, и пока он думал, то продолжал ощущать свечение мозга Нови в ответ на слабое ментальное поле вокруг них. Оно не становилось сильнее с приближением военного корабля Основания. Само по себе это не являлось указанием, что военный корабль не был оснащен ментальным оружием. Хорошо известно, что ментальное оружие не подчиняется закону квадрата расстояния. Оно не становится сильнее, когда квадрат расстояния между излучателем и приемником уменьшается. В этом оно отличалось от электромагнитного и гравитационного полей. Однако, хотя ментальные поля слабо изменяются с расстоянием, они все же чувствительны к нему. Реакция мозга Нови должна была показать заметный рост по мере приближения военного корабля. Как случилось, что ни один член Второго Основания за пятьсот лет после Хари Селдона ни разу не подумал о создании математического соотношения между ментальной интенсивностью и расстоянием? Это пренебрежение к физическим наукам можно и должно прекратить - поклялся себе Джиндибел. Если военный корабль обладал ментальными силами и чувствовал, что приближается к члену Второго Основания, разве он не должен был увеличить интенсивность поля до максимума перед приближением? И в этом случае не должен ли мозг Нови уверенно зарегистрировать увеличение? Однако этого не произошло! Джиндибел уверенно исключил возможность, что корабль является источником поля. Корабль шел вперед от неведения и, видимо, большой угрозы из себя не представлял. Правда, воздействие все еще существовало, но шло с Геи. Это было достаточно неприятно, но сиюминутной проблемой был военный корабль. Когда эта проблема будет решена, он обратит внимание на мир Анти-Мулов. Он ждал. Военный корабль должен сделать какое-нибудь движение или подойти достаточно близко, чтобы уверенно перейти в нападение. Корабль приближался теперь уже на полной скорости, но пока ничего не предпринимал. В конце концов, Джиндибел рассчитывал, что сила его удара может оказаться достаточной. Это будет безболезненно, вряд ли даже сколь-нибудь неприятно - просто люди на борту обнаружат, что широкие мышцы их спин и других частей тела хоть и слушаются их, но очень неохотно. Джиндибел сузил ментальное поле, управляемое его мозгом. Поле стало интенсивным и метнулось со скоростью света через брешь между кораблями. А затем Джиндибел попятился в безмерном удивлении. Военный корабль Основания обладал эффективным ментальным полем, которое выигрывало в плотности в той же пропорции, в какой поле Джиндибела выигрывало в интенсивности. Военный корабль приближался отнюдь не в неведении - у него было защитное оружие. - Ах,- сказала Брэнно,- он пытался атаковать, Лионо, видите? Стрелка на психометре двигалась и дрожала. Ученые Основания разрабатывали ментальный щит в течение ста двадцати лет в самом строгом секрете, сравнимым разве только с тайной разработкой психоисторического анализа Хари Селдона. Пять поколений ученых работало, постепенно улучшая прибор. Но никакое продвижение не было возможно до изобретения психометра, который мог указывать направление и позволил перейти к следующей стадии. Никто не мог объяснить, как он работает, но все указывало на то, что он измеряет неизмеримое и описывает неописуемое... Брэнно чувствовала - и это чувство разделяли некоторые ученые - что если Основание сможет объяснить работу психометра, в контроле над мозгом оно сравняется со Вторым Основанием. Но это в будущем. А сейчас достаточно и щита, прикрывающего их. Брэнно послала сообщение, переданное мужским голосом, лишенным обертонов, так что он был ровным и мрачным. +Вызывается корабль Яркая Звезда и занимающие его. Вы насильно захватили корабль флота федерации Основания, действуя пиратским образом. Немедленно сдавайтесь, или будете атакованы+. Ответ пришел естественным голосом: +Мэр Брэнно с Терминуса, я знаю, что вы на корабле. Яркая Звезда не была захвачена пиратским образом. Я был свободно приглашен на борт ее законным капитаном Манном Ли Кампером с Терминуса. Я прошу временного перемирия для переговоров о делах, одинаково важных для нас обоих+. Кодил шепнул Брэнно: - Дайте мне поговорить, мэр. Она высокомерно подняла руку. - Ответственность на мне, Лионо! Наладив передатчик, она сказала почти таким же искусственным голосом: - Человек Второго Основания, поймите свое положение. Если вы немедленно не сдадитесь, мы можем выкинуть ваш корабль из космоса со скоростью света, и готовы это сделать. Мы не станем медлить, поскольку вы не знаете ничего такого, ради чего стоило бы сохранить вашу жизнь. Покончив с вами, мы готовы иметь дело с Трантором. Мы позволим вам сказать то, что вы хотели, но так как сомневаемся в ценности этой информации, долго слушать не собираемся. - В таком случае,- сказал Джиндибел, - я скажу кратко и точно. Ваш щит несовершенен. Вы переоцениваете его и недооцениваете меня. Я могу управлять вашим мозгом и контролировать его. Вероятно, не так легко, как без щита, но и без особого труда. Как только вы попытаетесь пустить в ход какое-либо оружие, я ударю вас. И поймите вот что: без щита я могу управлять вашим мозгом осторожно, не травмируя его, со щитом же придется пробивать его, и я могу это сделать, но не смогу тогда управлять вами мягко и быстро. Ваш мозг будет пробит, как щит, непоправимо. Иными словами, вы не можете остановить меня, я же, со своей стороны, могу остановить вас, но буду вынужден дать вам худшее, чем смерть: я сделаю вас безмозглой куклой. Вы хотите рискнуть? - Вы знаете, что не можете сделать этого,- сказала Брэнно. - Значит, желаете идти на риск?- спросил Джиндибел с холодным равнодушием. Кодил наклонился и прошептал: - Ради Селдона, мэр... Джиндибел перебил: - Я слежу за вашими мыслями, Кодил. Нет необходимости шептать. Я также слежу за мыслями мэра, она колеблется, так что вам пока нечего паниковать. И из того факта, что я знаю, становится очевидным, что ваш щит протекает. - Его можно укрепить,- с вызовом ответила мэр. - Так же, как и мою ментальную силу,- парировал Джиндибел. - Но я спокойно сижу здесь и расходую лишь физическую энергию, поддерживая щит, и меня хватит надолго. А вы тратите ментальную энергию, чтобы пробить щит, и скоро устанете. - Я не устал,- возразил Джиндибел. - В настоящий момент вы неспособны отдавать приказы ни экипажу вашего корабля, ни любому другому кораблю. Это я смог устроить без вреда для вас, но не делайте никаких особых усилий, потому что, если я соответственно увеличу свою силу, вы пострадаете, как я уже говорил. - Что ж, я подожду,- заявила Брэнно, сложив руки на коленях, демонстрируя невероятное терпение.- В конце концов вы устанете, и тогда мы отдадим приказ - не уничтожать вас - поскольку вы станете безвредны - но послать флот Основания против Трантора. Если хотите сохранить мир - сдавайтесь. Второе разрушение не оставит в целости вашу организацию, как это было в первый раз, во время Великого Разграбления. - Даже если я и почувствую усталость, мэр, вы этого не увидите. Я могу спасти свою планету, уничтожив вас еще до того, как моя сила иссякнет. - Вы этого не сделаете. Ваша главная задача - поддерживать план Селдона. Уничтожение мэра Терминуса и, следовательно, подрыв престижа Первого Основания, основ его власти, и ободрение его врагов произведет такой срыв плана, что это окажется немногим лучше для вас, чем разрушение Трантора. Так что сдавайтесь. - Вы хотите сыграть на моем нежелании уничтожать вас? Брэнно глубоко вздохнула и твердо сказала: -Да! Кодил, сидевший рядом, побледнел. Джиндибел вглядывался в изображение Брэнно, возникшее в кабине прямо перед переборкой. Оно слегка мерцало и затуманивалось из-за интерференции щита. Черты мужчины рядом с ней почти полностью расплывались в тумане, потому что Джиндибел не собирался тратить на него энергию. Он сосредоточился на мэре. У Брэнно наверняка не было его изображения. Она не знала, что он тоже не один. Она не могла ни о чем судить ни по его лицу, ни по языку. В этом смысле она была в невыгодном положении. Все, что он говорил, было правдой. Он мог сокрушить ее огромным выбросом ментальной энергии и при этом вряд ли избежал разрушения ее мозга. Но и она сказала правду: ее уничтожение нанесет плану ущерб не меньший, чем нанес Мул. В сущности, новый ущерб может оказаться более серьезным, поскольку он более поздний и остается меньше времени на исправление неверного шага. Еще хуже - здесь была Гея с ее ментальным полем. На секунду он коснулся мозга Нови - удостовериться, что поле все еще здесь, и оно не изменилось. Нови не могла почувствовать его прикосновения, но, тем не менее, она повернулась к нему и сказала шепотом: - Мастер, здесь какой-то слабый туман. Вы об этом говорили? Видимо, она почувствовала туман через незначительную связь между ними. Джиндибел приложил палец к губам. - Не бойся, Нови. Закрой глаза и отдыхай.- Он возвысил голос: - Мэр Брэнно, ваша игра в этом смысле правильна. Я не хотел бы уничтожать вас немедленно, поскольку думаю, что если кое-что объясню вам, вы прислушаетесь к голосу разума и не потребуете уничтожения ни той, ни другой стороны. Допустим, мэр, что вы победили, а я сдался. Ну и что затем? В эйфории самонадеянности и неумеренного доверия к вашему щиту вы и ваши приемники будут пытаться распространить свою власть на всю Галактику с излишней поспешностью. Поступив так, вы действительно отсрочите установление Второй Империи, потому что этим вы разрушите план Селдона. - Меня не удивляет,- заметила Брэнно,- что вы не желаете уничтожить меня немедленно, и я думаю, что, посидев здесь, вы поймете, что вообще не решитесь уничтожить меня. - Не радуйтесь раньше времени! Послушайте. Основная часть Галактики не входит в Основание и в большинстве настроена против него! Даже некоторая часть федерации Основания не может забыть своей прошлой независимости. Если Основание двинется слишком быстро в кильватере своей победы надо мной, это лишит остальную Галактику ее главных собственных слабостей - разобщенности и нерешительности. Вы заставите их объединиться в страхе и дадите толчок к мятежу. - Вы грозите сломанной дубинкой,- возразила Брэнно.- Мы в состоянии легко справиться со всеми врагами, даже если каждый мир Галактики, не входящий в Основание, выступит против нас и даже если им станут помогать мятежники в половине планет Федерации. Тут никаких проблем. - Никаких сиюминутных проблем, мэр. Не делайте ошибки, глядя только на немедленные результаты. Вы можете установить Вторую Империю, просто провозгласив ее, но вы ее не удержите. Вам придется снова завоевывать ее каждые десять лет. - Мы будем делать это, пока миры не устанут! - Они не устанут, как и я. И процесс не затянется надолго, потому что у псевдоимперии, которую вы провозгласите, будет вторая, более грозная опасность. Поскольку Империю можно временно поддержать только все увеличивающейся военной силой, генералы Основания станут важнее и могущественнее гражданских властей. Псевдоимперия будет разбита на военные регионы, внутри которых отдельные командиры станут верховными правителями. Начнется анархия - и вы скатитесь в варварство, которое может продлиться более тридцати тысяч лет, предсказанных Селдоном. - Детские угрозы. Даже если бы математика плана Селдона предсказала все это, предсказания были бы только вероятными, но не неизбежными. - Мэр Брэнно, забудьте о плане Селдона. Вы не понимаете его математики и не можете себе представить ее рисунок. У вас его и нет, вероятно. Вы - искушенный и удачливый, судя по посту, политик; более того, вы - храбрый политик, судя по игре, которую вы сейчас ведете, поэтому пользуйтесь своими достоинствами разумно. Вспомните политическую и военную историю человечества и рассмотрите ее в свете того, что вы знаете о человеческой натуре - как и народ, политики и военные действуют, реагируют, взаимодействуют - и вы увидите, что я прав. - Если вы и правы, член Второго Основания, мы должны идти на риск. С правильным лидерством и продолжением технологического развития - как в физическом, так и в ментальном отношениях - мы можем взять верх. Хари Селдон, строго говоря, никогда не рассчитывал на такое развитие. Он просто не мог. Где в плане Селдона ссылка на развитие ментального щита у Первого Основания? В любом случае, зачем нам держаться плана? Мы рискнем образовать Империю и без него. Мы не желаем Империи, в которой будем марионетками, приводимыми в действие Вторым Основанием. - Вы говорите так, потому что не понимаете, что ваше падение будет падением для всего народа Галактики. - Возможно!- упрямо согласилась Брэнно.- Вы начинаете уставать, член Второго Основания? - Отнюдь нет. Позвольте мне предложить альтернативное решение, о котором вы не думали - решение, при котором не нужно сдаваться ни мне, ни вам. Мы вблизи планеты, называемой Геей. - Я это знаю. - А вы знаете, что она, вероятно, родина Мула? - Я хочу чего-то более очевидного, чем просто утверждение насчет этого. - Планета окружена ментальным полем. Это дом многих Мулов. Если вы выполните свою мечту и уничтожите Второе Основание, вы сделаете себя рабами этой планеты Мулов. Какой вред нанесли вам когда-то члены Второго Основания - настоящий вред, а не воображаемый или теоретический? А теперь спросите себя, какой вред нанес вам один-единственный Мул? - У меня все еще нет ничего, кроме вашего утверждения. - Пока мы остаемся здесь, я не могу вам дать ничего более. Поэтому я предлагаю перемирие. Оставайтесь на своем корабле, если не доверяете мне, но будьте готовы сотрудничать со мной. Давайте подойдем вместе к этой планете, и когда вы убедитесь, что она опасна, я аннулирую ее ментальное поле, а вы прикажете своим кораблям захватить ее. - А потом? - А потом - в крайнем случае - Первое Основание против Второго, без внешних сил, с которыми нужно считаться. Тогда сражение будет честным, в то время как сейчас оба Основания в безвыходном положении. - Почему вы не сказали этого раньше? - Я думал, что смогу убедить вас, что мы не враги, что мы можем сотрудничать. Поскольку мне, похоже, это не удалось, я в любом случае предлагаю вам сотрудничество. Брэнно помолчала, задумчиво склонив голову. - Вы хотите усыпить меня колыбельной песенкой. Каким образом вы один можете аннулировать ментальное поле целой планеты? Планеты Мулов? Мысль настолько нелепая, что я не могу поверить в искренность вашего предложения. - Я не один. Со мной вся мощь Второго Основания, и эта мощь, пройдя через меня, поработает с Геей. Больше того, она может в любое время смахнуть ваш щит, как зыбкий туман. - Если так, зачем вам моя помощь? - Во-первых, потому что аннулирование поля - это еще не все. Второе Основание не может посвятить себя ни сейчас, ни в будущем вечной задаче аннулирования, как и я не могу потратить остаток своей жизни на то, чтобы танцевать с вами словесный минуэт. Нам нужна техническая мощь ваших кораблей. Кроме того, если я не могу убедить вас, что оба Основания должны видеть друг в друге союзников, возможно, вас убедит в этом приключение чрезвычайной важности. Секунда молчания. Затем Брэнно сказала: - Я подойду к Гее поближе, если мы можем идти вместе. Сверх этого никаких обещаний не даю. - Этого, вероятно, достаточно,- сказал Джиндибел, наклоняясь к компьютеру. Но тут заговорила Нови: - Нет, Мастер, в данном случае это не имеет значения, но прошу вас, не идите дальше. Мы должны ждать советника Тревиза с Терминуса. РЕШЕНИЕ Пилорат сказал с легким раздражением: - В сущности, Голан, никто, кажется, не задумывается о том, что впервые за сравнительно долгую жизнь - но не чрезмерно долгую, уверяю вас, Блис,- я путешествовал по Галактике. Каждый раз, когда я попадал на новую планету, я снова уходил в космос, не имея возможности изучить ее. Сейчас - уже второй раз. - Да,- сказала Блис,- но если бы вы не оставили быстро ту планету, вы не встретили бы меня. Так что в первый раз это было правильно. - Да честно говоря, моя... моя дорогая, это было правильно. - И на этот раз, Пил, вы возможно, покинете планету, но не со мной, ведь я-Гея - часть ее... Тревиз, хмуро слушавший этот диалог, вмешался: - Это возмутительно. Почему Дом не едет с нами? О, космос, я никогда не привыкну к этим сложностям. В имени двести пятьдесят слогов, а мы пользуемся только одним... Почему не летит он - вместе со всеми своими слогами? Если дело такое важное, если все существование Геи зависит от него - почему он не летит с нами, чтобы направлять нас? - Я здесь, Трев,- сказала Блис,- а я столько же Гея, сколько и он.- Искоса взглянув на него, она добавила:- Вам неприятно, что я называю вас Трев? - Да. Я имею такое же право на свой обычай, как и вы. Меня зовут Тревиз. Два слога. Тре-виз! - Отлично, я не хотела рассердить вас, Тревиз. - Я не сержусь. Просто мне надоело.- Он внезапно вскочил и прошелся по комнате, перешагнув через вытянутые ноги Пилората. Тот быстро подобрал их. Затем Тревиз остановился и вытянул палец по направлению к Блис.- Видите! Я сам себе не хозяин! Все мной командуют - от Терминуса до Геи, а когда я начал замечать это, похоже, не осталось возможности разорвать путы. Когда я пришел на Гею, я услышал, что единственной целью моего появления было - спасти Гею. Как? Зачем? Что мне Гея и что я ей, а почему я должен ее спасать? Неужели никто другой в Галактике не мог бы сделать эту работу? - Прошу вас, Тревиз, - сказала Блис, и вся ее девчоночья заносчивость внезапно исчезла.- Видите, я называю ваше имя правильно и я буду говорить очень серьезно. Дом просит вас потерпеть. - Ни на какой планете Галактики я не желал бы быть терпеливым. Если это так важно, почему мне не объясняют? И я снова спрашиваю, почему Дом не летит с нами? Разве ему не важно быть с нами на +Далекой Звезде+? - Он здесь, Тревиз,- напомнила Блис.- Раз я здесь, и он здесь, и вся Гея здесь, каждое живое существо, каждая былинка планеты. - Вы удовлетворены этим, а у меня другое мнение. Я не местный житель. Мы не можем затолкать в мой корабль всю планету, мы можем взять в нее лишь одну особу. У нас есть вы, а Дом - часть вас. Прекрасно. Но почему бы нам не иметь здесь Дома, а вас оставить частью его? - По одной причине, - кротко сказала Блис,- Пил. Пилорат просил, чтобы я была с вами на корабле. Я, а не Дом. - Он был просто галантен. Зачем принимать это всерьез? - Ах, мой дорогой друг,- сказал Пилорат, краснея и поднимаясь на ноги,- но я говорил совершенно серьезно. Я не хотел быть отпущенным таким образом. Я согласен, что нельзя иметь на борту всех жителей, и мне приятнее видеть Блис, а не Дома, и вам, должно быть, тоже. Ну, Голан, вы ведете себя, как ребенок. - Я! Я? - воскликнул Голан Тревиз, насупившись.- Ладно, пусть я - ребенок. Все равно, в чем бы на меня ни надеялись, уверяю вас, я ничего не буду делать, пока со мной не будут обращаться как с человеком. Еще раз спрашиваю: что я предположительно должен сделать? И почему - я? Блис опустила глаза. - Простите, но я не могу сказать вам этого сейчас. Никто на Гее не может. Вы должны придти на место, ничего заранее не зная. Вы должны узнать обо всем там. Тогда вы сделаете то, что должны сделать, но делать это нужно спокойно и неэмоционально. Если вы останетесь таким, как сейчас, ничего нельзя будет исправить, и Гея придет к своему концу. Вы должны изменить свое настроение, а я не знаю, как помочь этому. - А Дом знал бы, будь он здесь? - безжалостно спросил Тревиз. - Дом здесь,- сказала Блис.- Он-я-мы не знаем, как успокоить вас. Мы не понимаем человека, который не сознает своего места в общей схеме, не чувствует себя частью великого целого. - Это не так,- возразил Тревиз.- Вы могли захватить мой корабль на расстоянии в миллион километров и спокойно держать нас там, пока мы были беспомощны. Что ж, успокаивайте меня теперь. Не уверяйте, что вы не можете этого сделать. - Но мы не должны. Сейчас, по крайней мере. Если мы изменим вас или исправим вас теперь в любом смысле, вы будете не более ценным для нас, чем любой другой человек в Галактике, и не принесете нам пользы. Мы можем пользоваться вами только потому, что вы - есть вы, и вы должны оставаться собой. Если мы коснемся вас в любом смысле - мы пропали. Прошу вас, успокойтесь сами, добровольно. - Никаких шансов на это, мисс, пока мне не скажут то, что я хочу знать. Пилорат попросил: - Блис, давайте я попробую. Выйдите, пожайлуста, в другую комнату. Блис немедленно повернулась и вышла. Пилорат закрыл за ней дверь. - Она видит и слышит,- сказал Тревиз,- чувствует все. Так что - какая разница? - Для меня разница,- сказал Пилорат.- Я хочу быть наедине с вами, пусть эта изоляция и иллюзорна. Голан, вы боитесь. - Не валяйте дурака. - Конечно, боитесь. Вы не знаете, куда вы идете, с чем встретитесь, чего от вас ждут. Вы имеете право бояться. - Но я не боюсь - Нет, боитесь. Возможно, вы не боитесь физической опасности, как, например, боюсь я. Я боялся путешествия в космос, боялся каждого нового мира, боялся вообще всего нового. В конце концов, я пятьдесят лет прожил тесной, ограниченной, уединенной жизнью, в то время как вы были во флоте и в политике, в гуще событий и дома, и в космосе. Однако я пытался побороть страх, и вы помогли мне. За то время, пока мы были вместе, вы были терпеливы, добры ко мне и относились с пониманием, и благодаря вам я одолел страх и вел себя хорошо. Позвольте мне теперь отплатить вам тем же и помочь. - Я же сказал, что не боюсь. - Нет, вы боитесь. Боитесь ответственности. Похоже, что все в здешнем мире зависит от вас, и поэтому вы останетесь живы, если в случае вашей неудачи разрушится весь этот мир. Почему вы должны встать перед этой возможностью ради мира, который для вас ничего не значит? По какому праву этот груз навалился на вас? Вы не только боитесь провала, как боялся бы каждый на вашем месте, вы в ярости, что вас поставили в такое положение, вынуждают бояться. - Вы ошибаетесь. - Не думаю. Так что позвольте мне занять ваше место. Я готов к этому. Чего бы они от вас ни потребовали - я добровольный заместитель. Я предполагаю, что это не та вещь, где требуется большая физическая сила, поскольку любой механический прибор переплюнет вас в этом отношении. Я предполагаю также, что здесь требуется и не ментальность, поскольку этого у них самих предостаточно. Это - нечто такое... ну, я не знаю, но если это не требует мышц и мозга, то все остальное у меня есть, как и у вас, и я готов принять ответственность. - Почему вы так стремитесь взвалить на себя этот груз? Пилорат опустил глаза, как бы боясь взглянуть на Тревиза. - У меня была жена, Голан. Я знал женщин. Однако они никогда не были важны для меня. Интересно, приятно, но не важно. Но эта женщина... - Кто? Блис? - Она - совсем другое дело... для меня. - Послушайте, Янов, она знает каждое слово, которое вы произносите. - Какая разница? Пусть знает. Я хочу понравиться ей. Я возьму на себя задачу, какой бы она ни была. Пойду на любой риск, на любую ответственность ради крошечного шанса, что она будет хорошо думать обо мне. - Янов, она не ребенок. - Она не ребенок. И то, что вы думаете о ней, для меня не имеет никакого значения. - Неужели вы не понимаете, каким вы должны ей казаться? - Стариком? Какая разница! Она - часть великого целого, а я нет, и уже одно это создает непреодолимую преграду между нами. Вы думаете, я не знаю этого? Но я ничего не прошу от нее, лишь бы она... - Хорошо думала о вас? - Да. Или что-то другое, что она может чувствовать ко мне. - И ради этого вы готовы сделать мою работу? Но, Янов, вы плохо слушали, им нужен я, по каким-то причинам, которых я не понимаю. - Если они не могут иметь вас, то должны искать кого-то другого, а я буду лучше, чем кто-либо другой, я уверен. Тревиз покачал головой. - Не могу поверить в случившееся. Вы достигли пожилого возраста и открыли юность. Янов, вы пытаетесь стать героем, значит, можете умереть за это дело - Не говорите так, Голан. Это не предмет для шуток. Тревиз хотел было рассмеяться, но увидел серьезное лицо Пилората и только откашлялся. - Вы правы. Простите меня. Зовите ее сюда, Янов. Зовите ее. Блис вошла, слегка съежившись, и тихо сказала - Мне очень жаль, Пил, но вы не можете заменить его. Никто не может. Нам нужен Тревиз или никто. - Прекрасно,- сказал Тревиз, - я буду спокоен. Что бы это ни было, я буду спокоен и постараюсь это сделать. Все, что угодно, лишь бы уберечь Янова от попытки играть роль героя в его возрасте. - Я помню о своем возрасте,- пробормотал Пилорат. Блис медленно подошла к нему и положила руку на его плечо. - Пил, я... я хорошо думаю о вас. Пилорат отвернулся. - Все в порядке, Блис. Вам нет никакой надобности быть великодушной. - Я не великодушна, Пил. Я думаю... очень хорошо о вас. Сначала туманно, а затем более отчетливо Сара Нови вспоминала, что она - Сарановивирембластиран, и когда она была ребенком, родители звали ее Са, а подруги - Ви. Она, конечно, никогда не забывала, но иногда факты были глубоко захоронены в ней. Никогда еще они не были так глубоко похоронены в ней, и так надолго, как в этот последний месяц, но она никогда не была так близко и так долго с таким мощным мозгом, как у Джиндибела. Сейчас время настало. Сама она не хотела этого. Ей это было не нужно. То, что оставалось в ней, вытолкнуло часть ее самой на поверхность ради глобальной необходимости. Это сопровождалось неприятными ощущениями вроде зуда, но быстро сменилось удовольствием от собственной демаскировки. Много лет она не была так близко к планете Гея. Она вспомнила зверька, которого любила на Гее, когда была маленькой. Понимая его ощущения как часть своих собственных, она была бабочкой, вышедшей из кокона. Стор Джиндибел пристально оглядел Нови, и с таким удивлением, что едва не выпустил из захвата мэра Брэнно Возможно, что он не сделал этого только благодаря неожиданной поддержке извне, которую он в данный момент игнорировал. - Что ты знаешь о Советнике Тревизе, Нови? - спросил он, а затем, в холодном поту от внезапно появившейся и усиливающейся сложности ее мозга, закричал.- Кто ты? Он попытался захватить ее мозг, но тут же убедился, что мозг непроницаем. Только тут он осознал, что его захват был поддержан кем-то более сильным, чем он сам. Он повторил уже спокойнее: - Кто ты? В лице Нови не было и намека на трагедию. - Мастер,- ответила она,- Оратор Джиндибел, мое настоящее имя Сарановирембластиран, и я-Гея. Словами она сказала только это, но Джиндибел с внезапной яростью усилил собственную ментальную ауру и с большим мастерством, при всем своем раздражении, избежал усиливающегося барьера и держал Брэнно своими силами крепче, чем раньше, одновременно пытаясь в молчаливой борьбе захватить мозг Нови. Она держала его с тем же мастерством, но не могла - или не хотела - приближать свой мозг к нему. Он сказал ей, как сказал бы Оратору. - Ты притворялась, обманула меня, заманила сюда, и ты - как Мул! - Мул был отщепенцем, Оратор. Я-мы - не Мулы. Я-мы - Гея. Полная суть Геи была описана в сложном сообщении Нови гораздо лучше, чем это можно было бы выразить словами. - Вся планета живая,- повторил Джиндибел. - И с ментальным полем, гораздо большим, чем у вас, как у индивидуума. Пожалуйста, не сопротивляйтесь такой силе - я могу повредить вам, а я этого не хочу. - Даже будучи живой планетой, ты не сильнее чем общность моих коллег на Транторе. Мы тоже, в каком-то смысле, живая планета. - Всего несколько тысяч человек в ментальном объединении, Оратор, к тому же, вы не можете получить их поддержку, потому что я заблокировала ее. Впрочем, можете попробовать. - Что вы намерены делать, Гея? Почувствовался ее ментальный эквивалент вздоха, и Нови сказала: - Хотела бы надеяться, Оратор, что вы по-прежнему будете называть меня Нови. Сейчас я действую как Гея, но по отношению к вам я только Нови. - Что ты намерена делать, Гея? - Мы останемся в тройной мертвой точке. Вы будете держать мэра Брэнно через щит, а я буду держать вас, и мы не устанем. Так это и останется. - До каких пор? - Я вам уже сказала - мы ждем Советника Тревиза с Терминуса. Только он может сдвинуть нас с мертвой точки. Компьютер на борту +Далекой Звезды+ обнаружил два корабля, и Голан Тревиз показал их на экране. Оба корабля принадлежали Основанию. Один был точной копией +Далекой Звезды+ и, без сомнения, был кораблем Кампера. Второй был больше и значительно мощнее. Тревиз повернулся к Блис. - Ну, вы знаете, что происходит? Можете вы что-нибудь сказать теперь? - Не беспокойтесь! Они не повредят вам. - Почему все убеждены, что я сижу здесь и дрожу от страха? - раздраженно воскликнул Тревиз. Пилорат поспешил вмешаться. - Дайте ей сказать, Голан. Не заводитесь по пустякам. Тревиз поднял руки, как бы сдаваясь. - Я не завожусь. Говорите, леди. И Блис продолжила - На большом корабле правительница вашего Основания. С ней... - Правительница?- ошеломленно переспросил Тревиз - Вы имеете в виду старуху Брэнно? - Это, конечно, неофициальный ее титул,- губы Блис дрогнули в усмешке,- но эта женщина, да - Она сделала небольшую паузу, как бы внимательно прислушиваясь к организму, частью которого была. Ее имя Харлабрэнно. Странно иметь только четыре слога, когда она такое важное лицо в своем мире, но я полагаю, что у не-геанцев свои обычаи. - Полагаю,- сухо согласился Тревиз,- вы звали бы ее Брэн. Но что она здесь делает? Почему она не возвращается обратно, как я понимаю - Гея держит и ее тоже. Зачем? Блис, не отвечая на вопрос, сказала: - С ней Лионокодил, пять слогов, хотя он ниже ее. Он важный чиновник. С ним еще четверо, управляющие корабельным оружием. Назвать вам их? - Не надо Я так понимаю, что на другом корабле один человек, Манн Ли Кампер, и он представляет Второе Основание. Вы явно свели оба Основания вместе. Зачем? - Не совсем так, Трев... я хотела сказать Тревиз. - А, бросьте вы, говорите как вам привычнее. Я не возражаю. - Не совсем так, Трев. Кампер оставил этот корабль, который заняли два человека. Один - Стор Джиндибел, важный чиновник Второго Основания. Он называется оратором - Важный чиновник? Он обладает ментальной силой? - О да, большой силой! - И вы можете управлять ею? - Конечно. Вторая особа на корабле - Гея. - Из вашего народа? - Да. Ее имя Сарановирембластиран. Оно должно быть длиннее, но она так давно вдали от меня-нас. - И она способна держать высокого чиновника Второго Основания? - Его держит не она, а - Гея. Она-я-мы способны сокрушить его. - Что она собирается делать? Сокрушить его и Брэнно? Не собирается ли Гея уничтожить оба Основания и установить собственную Галактическую Империю? Возвращение Мула? Более сильного Мула? - Нет, нет, Трев. Не волнуйтесь. Вам нельзя. Все трое в мертвой точке. Они ждут. - Чего? - Вашего решения. - Опять все сначала! Какого решения? И почему моего? - Прошу вас, Трев. Скоро все объяснится Я-мы-она сказала пока все, что можно... Брэнно устало призналась: - Ясно, что я совершила ошибку, Лионо. Возможно, роковую. - Стоит ли так говорить?- пробормотал Кодил, едва шевеля губами. - Они знают, что я думаю, поэтому произнести вслух - небольшой грех. И они знают не меньше, о чем вы думаете, даже если вы не шевелите губами. Я должна была подождать, пока щит укрепится. - Откуда вам было знать, мэр? Если бы мы ждали двойной, тройной, четверной уверенности, мы ждали бы вечность. Будьте уверены, я не желал, чтобы мы летели сами. Экспериментировать хорошо на ком-нибудь другом - скажем, на вашем громоотводе, на Тревизе. Брэнно вздохнула. - Я не хотела бы предупреждать их, Лионо... вы тычете пальцем в самую суть моей ошибки. Я могла бы подождать, пока щит не станет достаточно непроницаемым. Не полностью, но хотя бы в разумных пределах. Я знала, что он слегка протекает, но у меня не хватило терпения ждать. Ждать, пока доделают щит, пришлось бы до конца срока моей работы, а я хотела ускорить ход событий. И я, как дура, убедила себя, что щит в порядке. Не слушала предостережений - например, ваших. - Мы еще можем победить, если наберемся терпения. - Вы можете отдать приказ обстрелять тот корабль? - Нет, не могу, мэр. Даже мысли об этом не могу перенести. - И я тоже. И, если бы вы или я сумели отдать этот приказ, я уверена, что наши люди на борту не послушались бы - просто не смогли. - Сейчас, да, мэр, но обстоятельства могут измениться. На экране появляется новый актер.- Он кивнул в сторону экрана. Корабельный компьютер автоматически разделил поле обзора, когда появился еще один корабль. Второй корабль отошел вправо. - Вы можете увеличить изображение, Лионо? - Без труда. Член Второго Основания - умелый человек. Мы можем делать все, что не мешает ему. - Ну,- сказала Брэнно, глядя на экран,- это +Далекая Звезда+, уверена! Я полагаю, что на борту Тревиз и Пилорат,- и с горечью добавила.- Если их тоже не заменили членами Второго Основания. Мой громоотвод и в самом деле был очень эффективным. Ах, если бы наш щит оказался крепче! - Тихо! - прервал ее Кодил. В рубке корабля зазвучал голос, и Брэнно каким-то образом поняла, что он состоит не из звуковых колебаний, а воспринимается непосредственно мозгом. Быстрый взгляд на Кодила убедил ее, что он тоже слышит. Голос произнес: - Слышите ли вы меня, мэр Брэнно? Если да - не трудитесь говорить. Достаточно просто думать. Брэнно спокойно спросила: - Кто вы? - Я - Гея. Три корабля были неподвижны относительно друг друга. Все три медленно огибали планету, как далекий тройной спутник. Все три сопровождали Гею в ее бесконечном путешествии вокруг солнца. Тревиз смотрел на экран, устав от догадок относительно своей роли, которая протащила его через тысячу парсеков. Голос в мозгу не испугал его. Он как будто ожидал его. Голос сказал: - Слышите ли вы меня, Голан Тревиз? Если да, то не трудитесь говорить, достаточно просто подумать. Тревиз оглянулся. Явно испуганный Пилорат оглядывался по сторонам, как бы ища источник звука. Блис сидела тихо, сложив руки на коленях. Тревиз не сомневался, что она знает об этом голосе. Он проигнорировал совет воспользоваться мыслью и сказал намеренно громко и отчетливо: - Если я не узнаю, в чем дело, я не сделаю ничего, как бы меня ни просили. И голос произнес. - Сейчас вы все узнаете. Нови сказала: - Вы все слышите меня в своем мозгу. Вы все можете отвечать мысленно. Я устрою так, чтобы вы слышали и друг друга. И как вы знаете, мы достаточно близко друг от друга, так что нормальная световая скорость космического ментального поля не будет создавать ненужных задержек. Начнем с того, что все мы здесь по соглашению. - Какого рода? - послышался голос Брэнно. - Гея не вмешивалась ни в один мозг. Это не наше дело. Мы только воспользовались честолюбием. Мэр Брэнно хочет установить Вторую Империю немедленно, Оратор Джиндибел хочет быть Первым Оратором. Достаточно было поддержать эти желания. - Я знаю, как меня привели сюда,- напряженно сказал Джиндибел. Он и в самом деле знал. Он знал, почему так жаждал уйти в космос, жаждал преследовать Тревиза, был уверен, что сможет управлять всем. Все дело в Нови. Ох, Нови! - У вас был особый случай, Оратор Джиндибел. У вас сильное честолюбие, но есть слабость, которую следовало укротить. Вы можете быть добрым к кому-то, кого привыкли считать ниже себя во всех отношениях. Я воспользовалась такой вашей чертой и повернула ее против вас. Мне-нам очень стыдно. Извинением этому служит то, что на карту поставлено будущее Галактики.- Нови сделала паузу и ее голос (хотя она и не говорила вслух) стал более печальным, лицо вытянулось.- Время настало. Гея не могла больше выжидать. В течение столетий народ Терминуса разрабатывал ментальный щит. Еще одно поколение - и он стал бы непроницаемым даже для Геи, и тогда Терминус мог свободно пользоваться также и физическим оружием. Галактика не смогла бы сопротивляться ему, и сразу установилась бы Вторая Империя по образцу Терминуса, вопреки плану Селдона, вопреки желанию людей Трантора, вопреки желаниям Геи. Мэр Брэнно решила начать это дело, хотя ее щит был еще несовершенен. Затем Трантор. План Селдона работал отлично, потому что сама Гея трудилась, удерживая его точно в колее. И в течение столетий там были спокойнейшие Первые Ораторы, так что Трантор прозябал. Теперь же пошел в гору Стор Джиндибел. Он, конечно, станет Первым Оратором, и под его руководством Трантор начнет играть активнейшую роль. Джиндибел наверняка сосредоточился бы на физической мощи, понял бы опасность Терминуса и предпринял бы действия против него. Если бы он выступил против Терминуса до того, как щит стал идеальным, тогда план Селдона должен был бы сработать на Вторую Галактическую Империю по образцу Трантора - вопреки желанию людей Терминуса, вопреки желаниям Геи. Следовательно, Джиндибел начал действовать еще до того, как стал Первым Оратором. К счастью, Гея, тщательно работая целые десятилетия, привела оба Основания в нужное место и в нужное время. Я повторяю это все опять, чтобы Советник Тревиз с Терминуса смог лучше это осознать. Тревиз тут же прервал ее, по-прежнему игнорируя усилия беседовать мысленно. Он твердо выговорил: - Я не понимаю. Что ошибочно в каждой версии Второй Галактической Империи? Нови сказала: - Вторая Галактическая Империя по образцу Терминуса будет военной Империей, с одной стороны - поддерживаемой войной, с другой - вечно разрушаемой войной. Получится всего лишь разновидность Первой Галактической Империи. Такова точка зрения Геи. Вторая Галактическая Империя по образцу Трантора будет патерналистической, основанной на расчете, поддерживаемой расчетом, влачащей жалкое существование из-за расчета. Это будет страшный конец. Такова точка зрения Геи. - А какую альтернативу может предложить Гея?- спросил Тревиз. - Большая Гея. Галактическая! Все обитаемые миры живые, как Гея. Все живые планеты объединены в еще большую гиперпространственную жизнь. Участвуют все обитаемые планеты. Все Звезды. Каждая - частичка межзвездного газа. Может быть, даже Центральная Черная дыра. Живая Галактика, такая, что может оказаться благоприятной для любой жизни на путях развития, которые мы пока еще не можем предвидеть. Путях, фундаментально отличающихся от всего, что было раньше, и не повторяющих ошибок прошлого. - Но производящих новые ошибки,- саркастически заметил Джиндибел. - Мы тысячи лет разрабатывали эти пути на Гее. - Но не галактические ученые. Не на галактическом уровне. Тревиз, словно не замечая этого короткого обмена фразами, продолжая свою линию, спросил: - Какова же моя роль во всем этом? Голос Геи, переданный через мозг Нови, прогремел: - Выбирайте! Последовало общее долгое молчание, и наконец, в этой тишине прозвучал голос Тревиза - теперь уже мысленный, потому что сенатор был слишком потрясен, чтобы говорить: - Почему я? Нови ответила: - Мы поняли, что неизбежно настает время, когда либо Терминус, либо Трантор наберут мощь, тогда остановить их не удастся; или - что еще хуже - когда оба станут такими мощными, что появится мертвая точка, переход через которую может опустошить Галактику. Бездействовать мы не могли, но нам нужен был некто - особая личность с талантом правоты. Мы нашли вас, Советник. Нет, мы не приписываем эту честь себе: люди Трантора обнаружили вас через человека по имени Кампер, но даже они не знали, что вы собой представляете. Эти их действия привлекли наше внимание к вам, Голан Тревиз. У вас - дар верного понимания хода вещей. - Отрицаю,- прошептал Тревиз. - Вы каждый раз оказываетесь правы. И мы хотим, чтобы вы оказались правы на этот раз - в интересах Галактики. Возможно, вы боитесь ответственности. Вы можете делать все, что в ваших силах, чтобы не выбирать. Тем не менее, вы осознаете, что именно окажется правильным, и будете уверены в своей правоте! Тогда настанет время делать выбор. Как только мы нашли вас, сразу стало ясно, что поиск закончен, и долгие годы мы работали, поддерживая действия, которые должны были без прямого ментального вмешательства, так повлиять на события, чтобы вы все трое - мэр Брэнно, Оратор Джиндибел и Советник Тревиз - оказались по соседству с Геей в одно и то же время. И мы этого добились. Тревиз сказал: - В этой точке пространства, при данных обстоятельствах правда ли, что вы хотели вызвать меня? Ведь вы можете раздавить и мэра, и Оратора, вы можете установить живую Галактику, о которой только что говорили, и без моей помощи. Почему же вы этого не сделали? Нови сказала: - Не знаю, сумею ли я объяснить это так, чтобы вы были удовлетворены. Гея сформировалась тысячи лет назад с помощью роботов, которые когда-то непродолжительное время служили людям, а теперь больше не служат. Они показали нам совершенно ясно, что мы можем выжить только в том случае, если приложим Три Закона Робототехники к жизни вообще. Первый Закон в этом случае гласит: + Гея не может повредить жизни или своим бездействием допустить, чтобы жизни был причинен вред+. Мы следовали этому правилу в течение всей нашей истории и не можем поступить иначе. В результате мы теперь беспомощны, мы не можем силой навязать наше видение живой Галактики квантильонам людям, не говоря уж о бесчисленных других формах жизни, и тем, возможно, повредить многим. Мы не знаем, что меньше будет стоить Галактике - действие или бездействие, мы не знаем, чья поддержка - Терминуса или Трантора - обойдется дешевле. Пусть это решит Советник Тревиз, и, каково бы ни было его решение, Гея последует ему. - Какое, по-вашему, я должен принять решение? Что я должен делать? - У вас есть компьютер,- сказала Нови.- Люди Терминуса не знают, что они сделали его лучше, чем думали. Компьютер на борту вашего корабля включает в себя нечто от Геи. Положите руки на клеммы и думайте. Вы можете, например, думать, что щит мэра Брэнно непроницаем. Если вы так сделаете, возможно, она тут же пустит в ход оружие, чтобы вывести из строя два других корабля или уничтожить их, установить свое правление на Гее, а также и на Транторе. - И вы ничего не предпримете, чтобы помешать этому? - с удивлением спросил Тревиз - Ничего. Если вы уверены, что главенство Терминуса принесет Галактике меньше вреда, чем что-либо другое, мы с радостью поможем продвижению этого главенства - даже ценою нашей собственной гибели. В другом случае, вы можете найти ментальное поле Оратора Джиндибела и присоединить свой компьютер, чтобы усилить это поле. Тогда Джиндибел освободится и откинет меня прочь. Затем он может изменить мозг мэра и вместе с ее кораблем установить господство над Геей и обеспечить исполнение плана Селдона в своем понимании. Гея шагу не сделает, чтобы остановить Джиндибела. Наконец, вы можете найти мое ментальное поле и присоединиться к нему - и тогда живая Галактика начнет движение и достигнет своей полноты не в этом поколении и даже не в следующем, но после столетий работы, в течение которых будет осуществляться план Селдона. Выбор за вами! Мэр Брэнно воскликнула: - Подождите! Не решайте сразу. Могу я говорить? - Можете говорить свободно. Также может и Оратор Джиндибел,- последовал ответ Нови. - Советник Тревиз,- начала Брэнно,- когда мы в последний раз виделись на Терминусе, вы сказали: +Может придти время, мадам мэр, когда вы попросите меня кое о чем. Тогда я поступлю по собственному выбору, но я припомню вам эти последние два дня+. Я не знаю, как вы могли предвидеть или интуитивно почувствовать, что это случится: может, просто потому, что имеете то, что эта женщина, говорившая о живой Галактике, называла даром правоты. В любом случае, вы оказались правы. Я прошу вас сделать усилие в интересах Федерации. Вы, вероятно, были бы рады свести со мной счеты за то, что я арестовала и выслала вас. Я прошу вас помнить, что я сделала это, считая такое решение благом для Федерации Основания. Не разрушайте всю Федерацию из желания компенсировать то, что сделала вам я одна. Помните, что вы человек и член Основания, что вы не хотите быть нулем в планах бескровных математиков Трантора или меньше чем нулем в галактической мешанине жизни и смерти. Вы хотите для себя, для своих потомков и последователей быть независимым организатором, обладающим свободной волей. Все остальное несущественно. Пусть говорят, что наша Империя приведет к кровопролитию и нищете - это неважно. Наша свободная воля решит, быть этому или нет. Мы можем выбрать что-то другое. В любом случае, лучше погибнуть со свободной волей, нежели жить в бессмысленной безопасности, как винтик в машине. Обдумайте это как свободный человек и примите решение, раз уж вас просят. Эти типы на Гее не могут ничего решить, потому что их коллективная воля не позволяет им быть свободными, и они разрушат себя, если вы им прикажете. Неужели вы хотите того же для всей Галактики. - Я не знаю, есть ли у меня свобода воли, мэр,- отозвался Тревиз - Мой мозг мог быть слегка задет. - Ваш мозг совершенно не тронут,- сказала Нови.- Если бы мы взялись за ваше исправление, эта встреча была бы ненужной. Мы были бы безнравственны, если бы делали то, что нам нравится, не думая о великих нуждах и благе человечества в целом. - Я считаю, что теперь моя очередь говорить,- вмешался Джиндибел. - Советник Тревиз, не дайте узкому местничеству провести вас. Тот факт, что вы уроженец Терминуса, не должен приводить вас к уверенности, что Терминус идет впереди Галактики. За пять столетий Галактика действовала в соответствии с планом Селдона. Это происходило внутри и вне Федерации Основания. Вы были и есть часть плана Селдона, часть значительно большая, чем предписано ролью члена Основания. Не делайте ничего, что разрушит план - не из-за узкого понятия патриотизма, не из-за романтического стремления к новому и неизвестному. Члены Второго Основания не пойдут по пути зажима свободной воли человечества. Мы - руководители, а не деспоты. И мы предлагаем Вторую Галактическую Империю, фундаментально отличающуюся от Первой. За всю человеческую историю, за десятки тысячелетий существования гиперпространственных путешествий, не было и десяти, без кровопролития и насильственных смертей, даже в те периоды, когда само Основание не воевало. Выберите мэра Брэнно - и это будет продолжаться бесконечно. Тот же порочный круг. План Селдона, по крайней мере, предлагает освободиться от него - и не ценой того, что человек может оказаться атомом в Галактике атомов, уменьшится до равенства с травой, бактериями и пылью! Нови сказала: - С тем, что Оратор Джиндибел говорит о Второй Империи Первого Основания я согласна Но с тем, что он говорил о своей - нет. Ораторы Трантора, в конце концов, независимые люди со свободной волей, и таковыми были всегда. Но свободны ли они в пагубном соперничестве, в политике, в карабканье вверх любой ценой? Разве нет ссор и даже ненависти в Совете Ораторов? И они всегда будут вашими гидами! Рискнете ли вы идти за ними? Надавите на честь Оратора Джиндибела и спросите его об этом. - Нечего давить на мою честь,- сказал Джиндибел,- я и так признаю, что у нас есть соперничество, и ненависть, и измена. Но, как только решение принято, все повинуются. Исключений не бывает. - А что если я не сделаю выбора?- спросил Тревиз - Вы должны,- сказала Нови - Вы поймете, какой из этих путей верен, и тогда сделаете выбор. - А если я не смогу? - Вы должны. - Много ли времени у меня для этого? - До тех пор, пока вы не будете уверены, сколько бы времени это не заняло. Тревиз замолчал. Другие тоже молчали, и Тревизу показалось, что он слышит собственный пульс. Он услышал твердый голос Брэнно: - Свободная воля! Властный голос Джиндибела: - Руководство и мир! Грустный голос Нови: - Жизнь! Тревиз повернулся к пристально смотревшему на него Пилорату. - Янов, вы слышали все это? - Да. - Что вы об этом думаете? - Не я решаю... - Я знаю. Но что вы думаете? - Не знаю. Я боюсь всех трех вариантов. Однако мне пришла довольно-таки странная мысль. - Да? - Когда мы только что вышли в космос, вы показали мне Галактику. Помните? - Конечно. - Мы ускорили время, и Галактика начала видоизменяться. И я сказал, как бы предчувствуя эту минуту: +Галактика выглядит живым существом, ползущим через космос+. Вы не думаете, что в каком-то смысле она уже живая? И Тревиз, вспомнив тот момент, внезапно почувствовал уверенность. Он вдруг заново пережил свое ощущение, что Пилорат тоже должен играть жизненно важную роль. Он поспешно отвернулся, желая, чтобы у него не было времени ни думать, ни сомневаться. Он положил руки на клеммы и стал думать. Он принял решение - решение, от которого зависела судьба Галактики. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Мэр Брэнно имела все основания чувствовать себя удовлетворенной. Официальный визит длился недолго, но был весьма продуктивным. Она сказала, как бы стараясь избежать высокомерия: - Конечно, мы не можем доверять им полностью. Она следила за экраном. Корабли Флота один за другим уходили в гиперпространство и возвращались на свои обычные базы. Все было ясно, но Сейшл был под впечатлением их присутствия, хотя не мог не заметить двух обстоятельств: первое - корабли все время оставались в пространстве Федерации; вторая - как только Брэнно сказала, что они должны уйти, они и в самом деле мгновенно ушли. С другой стороны, Сейшл не забывал, что эти корабли могли быть вызваны на границу в течение дня, а то и меньше. Это был маневр, демонстрирующий, как мощь, так и добрую волю. - Совершенно правильно,- сказал Кодил,- мы не можем полностью доверять им, да и кто кому в Галактике полностью доверяет, а наблюдать за выполнением условий соглашения - в личных интересах Сейшл. Мы были великодушны. - Очень многое будет зависеть от выработки деталей, и я предчувствую, что это займет не один месяц. Основное может быть принято прямо сейчас, но потом появятся нюансы: как именно мы устанавливаем сорокадневный период импорта и экспорта, как мы оцениваем их зерно и скот в сравнении с нашим и так далее. - Я знаю, но это, в конечном счете, будет сделано, и это будет вашей заслугой. Это был смелый ход, а я, признаться, сомневался в его мудрости. - Бросьте, Лионо. Основание должно понимать гордость Сейшл. Он был независимым с ранних имперских времен. Что и в самом деле достойно восхищения. - Да, теперь это нас не будет больше задевать. - Точно. Потребовалось только смирить гордыню, чтобы я, мэр Федерации, снизошла до посещения провинциальной группы миров, но раз уж решение было принято, оно не слишком повредило. И им оно было приятно. Мы рисковали, ведь они могли согласиться на визит только после того, как мы отведем свои корабли, и это было бы унижением. - Мы отбросили видимость мощи, сохраняя ее суть,- сказал Кодил. - Именно. Кто это сказал? - Думаю, что это было в одной из пьес Эрдина, но точно не помню. Можно спросить у наших литераторов, когда мы будем дома. - Если я не забуду... Нам надо ускорить ответный визит сейшльцев на Терминус и посмотреть, что это нам даст. И боюсь, Лионо, что нам придется обеспечить им полную безопасность. У нас немало горячих голов, и я думаю, неразумно будет подвергать сейшльцев даже минимальному унижению, вроде демонстрации протеста. - Бесспорно,- согласился Кодил - Разумным шагом была, кстати, высылка Тревиза. - Моего громоотвода? Он сработал лучше, чем я могла предполагать, по совести говоря. Он затемнил свои дела на Сейшл и их протест последовал с такой скоростью, какой я не ожидала. О, космос, каким великолепным извинением послужило это для моего визита: как бы гражданин Основания чем-либо не обеспокоил их. - Ловко! А вам не кажется, что следовало бы взять Тревиза с собой домой? - Нет. Вообще-то я предпочитаю, чтобы он был где-нибудь в другом месте. На Терминусе он - возмущающий фактор. Его вздорные мысли насчет Второго Основания послужили прекрасным предлогом для его высылки, с расчетом на помощь Пилората, но я не хочу, чтобы он вернулся и продолжал распространять свои бредни. Мы не знаем, к чему это может привести. Кодил хихикнул. - Сомневаюсь, что вы когда-нибудь найдете большего простака, чем интеллектуал-ученый. Интересно, сколько еще мог проглотить Пилорат, если бы мы поддержали его? - Веры в существование мифической сейшльской Геи было вполне достаточно - но забудем об этом. Вернувшись, мы должны будем предстать перед Советом, и нам нужны голоса для общения с сейшльцами. К счастью, у вас есть официальная запись голоса Тревиза - доказательство, что он добровольно оставил Терминус. Я выскажу официальное сожаление по поводу кратковременного ареста Тревиза, и Совет будет удовлетворен. - Восхищен вами, мэр,- сказал Кодил,- вы на высоте! Кстати, вы думали о том, что Тревиз может продолжить свои поиски Второго Основания? - Пусть,- сказала Брэнно, пожимая плечами,- лишь бы подольше не возвращался на Терминус. Это отвлечет его и никуда не приведет. Существование Второго Основания - наш миф, как Гея - миф Сейшл.- Она откинулась назад и стала выглядеть положительно добродушной.- А теперь мы держим Сейшл в кулаке, и со временем он это поймет, да вырываться будет уже поздно! Рост Основания продолжается и будет продолжаться гладко и равномерно. - В этом целиком ваша заслуга, мэр. - Я тоже так думаю. Их корабль вошел в гиперпространство и вынырнул неподалеку от Терминуса. Оратор Джиндибел, очнувшись снова на своем корабле, имел все причины для удовлетворения. Столкновение с Первым Основанием длилось недолго, но было весьма продуктивным. Он послал сообщение, тщательно приглушив чувство триумфа. В данный момент необходимо было лишь дать знать Первому Оратору, что все кончилось хорошо - как тот и сам мог догадаться, поскольку основная сила Второго Основания так и не была использована. Детали можно было сообщить позже. Он опишет, как осторожное и очень незначительное прикосновение к мозгу мэра Брэнно повернуло ее мысли от имперских замашек к практическим торговым действиям; как осторожное - и как бы отдаленное - исправление мозга главы Сейшл-Союза привело к соглашению на визит мэра Основания для переговоров, и как в дальнейшем произошло сближение, уже без каких-либо исправлений, и как все вместе с Кампером вернулись на Терминус, увидев, что договор будет соблюдаться. Это явилось, как самодовольно думал Джиндибел, почти историческим примером важных результатов, полученных от постоянно практикуемого ментализма. Он был уверен, что это раздавит Оратора Деларме, и приведет к избранию его, Джиндибела, Первым Оратором очень скоро после представления деталей на заседание Совета. Про себя он не отрицал важности присутствия Сары Нови, но поражать Ораторов этим вовсе не следовало. Она была не только самым могущественным звеном в его победе, но она простила ему, что он теперь позволил себе ребячиться (как все люди, поскольку даже Ораторы - люди) и нуждался в радости до того, как получит гарантированное повышение. Джиндибел знал, что она ничего не понимает в случившемся, но чувствует, что он все устроил, как ему хотелось, и надувается от гордости за него. Он гладил ее мозг и испытывал радость. - Я не мог бы сделать этого без тебя, Нови,- сказал он.- Только благодаря тебе я смог поговорить с Первым Основанием - с людьми на большом корабле. - Да, Мастер, я понимаю, кого вы имеете в виду. - Благодаря тебе я узнал, что их щит связан со слабой энергией мозга. Из ее воздействия на твой мозг я смог точно узнать характеристики щита и энергии. Я мог бы сказать, как велика интенсивность проницания щита и отклонения энергии. Нови осторожно возразила: - Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, Мастер, но я сделала бы куда больше, если бы могла. - Я знаю, Нови. Но того, что ты сделала, было достаточно. Главное, их удалось остановить до того, как они укрепили либо щит, либо поле. Мэр вернулась обратно, забыв о щите и о поле, удовлетворенная тем, что добилась торгового соглашения с Сейшл, от чего тот станет работающей частью Федерации. Не спорю, можно было бы скомпенсировать то, что было сделано со щитом и полем - в этом отношении мы поступили небрежно - но мы еще все исправим. Мы находимся далеко и слишком многое позволили Первому Основанию. Его нужно взять под более тщательное наблюдение. Мы должны каким-то образом теснее связать Галактику. Мы должны с помощью ментальности установить более тесное сотрудничество сознаний. Это пригодится плану. Я убежден в этом и проведу это в жизнь. - Мастер! - встревоженно позвала Нови. Джиндибел улыбнулся. - Прости меня, Нови, я говорил сам с собой. Нови, ты помнишь Референта? - Того фермера, что напал на вас? Я бы сказала, что помню. - Я убежден, что это и другие аномалии устроили агенты Первого Основания, вооруженные личными щитами. Подумать только, что мы были не готовы... При наблюдении за Первым Основанием меня сбил с толку миф о таинственном мире, это сейшльское суеверие относительно Геи. И в этом мне тоже помог твой мозг. Он помог установить, что ментальное поле исходило от военного корабля и ниоткуда больше.- Он потер руки. - Мастер! Вас вознаградят за то, что вы сделали? - Да! Шандисс уйдет в отставку, и я буду Первым Оратором. Настает моя очередь сделать нас решающим фактором в революционном развитии Галактики. - Первым Оратором? - Да, Нови, я буду самым главным и самым сильным ученым из всех. Лицо ее омрачилось - Почему у тебя такое лицо, Нови? Ты не хочешь, чтобы меня вознаградили? - Хочу, Мастер, но если вы станете самым важным ученым, вы не захотите держать рядом с собой женщину-хэмиш. Это не подойдет вам... - Не подойдет, вот как? Кто же мне запретит?- Он ощутил прилив нежности.- Нови, ты останешься со мной, куда бы я ни поехал и кем бы я ни был. Не думай, что я рискнул бы иметь дело с волками, которые иной раз избираются в Совет, без твоего мозга, без твоего чистого, абсолютно гладкого мозга. Кроме того, - он как бы сам испугался внезапного открытия,- даже помимо всего этого, я... хочу, чтобы ты была со мной, и я намерен осуществить это. Если ты захочешь. - О, Мастер,- прошептала она, когда его руки обвились вокруг ее талии и ее голова прижалась к его плечу. Глубоко внутри, где окутанный оболочкой мозг Нови едва мог сознавать, оставалась суть Геи и направляла события, но так, что непроницаемая маска делала возможным продолжение великой задачи. И эта маска, принадлежавшая женщине-хэмиш, была совершенно счастлива. Так счастлива, что Нови почти примирилась с расстоянием, отделяющим ее от ее-самой-их и была довольна своим состоянием и своим неопределенным - как ей казалось - будущим. Пилорат потер руки и сказал, старательно скрывая энтузиазм: - Какая радость, что я вернулся на Гею. - Гм...- рассеянно отозвался Тревиз. - Вы знаете, что мне сказала Блис? Мэр вернулась на Терминус, заключив торговый договор. Оратор из Второго Основания отправился на Трантор, убежденный, что все это устроил он, и эта женщина, Нови, осталась с ним - присмотреть, чтобы было положено начало переменам в Галактике. И ни то, ни другое Основание даже не подозревает о существовании Геи. Это просто поразительно! - Я знаю,- сказал Тревиз,- мне тоже все это рассказали. Но мы знаем, что Гея существует, и можем рассказать. - Блис так не думает. Она говорит, что нам никто не поверит, да и мы сами это знаем. Кроме того, я, например, не собираюсь оставлять Гею. Тревиз отогнал свои мысли, поднял глаза и спросил: - Как? - Я хочу остаться здесь. Вы знаете я сам себе не верю. Несколько недель назад я одиноко жил на Терминусе и вел ту же самую жизнь, что и десятилетия назад, погруженный в свои записи и размышления, полагая, что так и доживу до конца своих дней с моими записями и мыслями, так же одиноко, удовлетворенный прозябанием. И вдруг я неожиданно стал галактическим путешественником, я оказался втянутым в галактический кризис и - не смейтесь, Голан - я встретил Блис. - Я не смеюсь, Янов. Но вы уверены, что знаете, что делать? - О, да. Земля - это прошлое, а я устал от прошлого. Гея - будущее! - Вы не часть Геи, Янов. Или вы думаете, что сможете стать ее частью? - Блис сказала, что я могу в какой-то мере стать частью Геи - интеллектуально, если не биологически. Она, конечно, мне поможет. - Но поскольку она - часть Геи, как вы найдете с ней общую жизнь, общие точки зрения, общие интересы? Они были на открытом месте, и Тревиз серьезно и спокойно смотрел на плодородный остров, на океан за ним, а еще дальше на горизонте был другой остров - все мирные, цивилизованные, живые и составляющие единое целое. - Янов,- продолжал он,- Блис - планета, а вы крошечный индивидуум. Что если она устанет от вас? Она молода... - Голан, я думал об этом. Целыми днями я только об этом и думал. Я предполагаю, что надоем ей, я не романтический идиот. Но чтобы она ни дала мне до тех пор - будет достаточно. Я получил от нее больше, чем - как я думал - вообще существует в жизни. Если я с этой минуты не увижу ее больше - я все равно в выигрыше. - Я этому не верю,- мягко возразил Тревиз. - Я думаю, что вы как раз и есть романтический идиот, и - не обижайтесь - я не хотел бы, чтобы вы были кем-либо другим. Янов, мы знакомы не очень долго, но мы в течение нескольких недель были вместе каждую минуту, и - простите, если это звучит глупо - я очень люблю вас. - И я вас, Голан,- признался Пилорат. - И я не хочу вам вреда. Я поговорю с Блис. - Нет, нет, пожалуйста, не надо! Вы будете читать ей нотации. - Нет, я не буду читать ей нотаций. Дело не только в вас, я хочу поговорить с ней частным образом. Янов, я не хотел бы действовать за вашей спиной, так что, прошу вас, дайте свое согласие, чтобы я поговорил с ней и кое-что выяснил. Если я буду удовлетворен, я принесу вам самые сердечные поздравления и добрые пожелания и навсегда буду спокоен, чтобы ни случилось. Пилорат покачал головой. - Вы все испортите. - Обещаю, что не испорчу. Умоляю вас. - Ну, хорошо. Только будьте осторожны, мой дорогой. Обещаете? - Пил сказал мне, что вы хотите видеть меня,- сказала Блис. - Да,- ответил Тревиз. Они были в доме, в маленькой квартире, отведенной Тревизу. Она грациозно села, скрестив ноги, и внимательно посмотрела на него. Ее большие глаза сияли, длинные темные волосы блестели. - Вы не одобряете меня, не так ли?- спросила Блис.- Вы не одобряли меня с самого начала. Тревиз продолжал стоять. - Вы умеете читать мысли. Вы знаете, что я думаю о вас и почему. Блис медленно покачала головой. - Ваш мозг не связан с Геей. Вы это знаете. Ваше решение было необходимо, и решать должен был мозг чистый и нетронутый. Когда мы в первый раз захватили ваш корабль, я поместила вас и Пила в сглаживающее поле, но это было несущественно. Вы могли понести урон - от ярости или от паники, и тогда, возможно, в нужное время оказались бы беспомощны. И только. Так что я не знаю, что вы думаете... - Решение, для которого я был нужен, сделано. Я решил в пользу Галактики и Геи. Зачем тогда говорить о чистом и нетронутом мозге? Вы получили, что хотели, и теперь можете делать со мной все, что пожелаете. - Вовсе нет, Трев. Есть другие решения, которые могут понадобиться в будущем. Вы останетесь таким, каков вы есть, и, пока вы живы, вы - редкий природный ресурс Галактики. Без сомнения, в Галактике есть и другие, похожие на вас, но пока мы знаем вас и только. Мы не можем рисковать. Тревиз задумался. - Вы - Гея, а я не хочу говорить с Геей. Я хочу поговорить с вами как с индивидуумом, если это вообще имеет какой-то смысл. - Имеет. Мы далеки от того, чтобы существовать только в общем сплаве. Я могу заблокироваться от Геи на некоторое время. - Да, пожалуйста! Вы готовы? - Я все сделала. - Тогда, во-первых, разрешите мне сказать, что вы разыграли игру. Может, вы не входили в мой мозг, чтобы повлиять на мое решение, но явно вошли в мозг Янова. Так? - Вы так думаете? - Да. В критический момент Пилорат напомнил мне, как однажды Галактика показалась ему живой, и именно в этот момент я принял решение. Мысль могла быть и его, но вы внедрили ее в мозг старика, не так ли? - Эта мысль принадлежала ему, также как и многие другие. Я лишь расчистила тропу его воспоминаний о живой Галактике, поэтому эта особая мысль легко выскользнула из его сознания и облеклась в слова. Поверьте мне, я не создала эту мысль: она была там. - Тем не менее, это оказалось неприятным вмешательством в независимость моего суждения, так? - Гея чувствовала необходимость в этом. - Вот как? Что ж, может быть, вы будете чувствовать себя лучше или благороднее, если узнаете, что, хотя слова Янова убедили меня принять решение в этот момент, я думаю, что принял бы его, даже если бы Янов ничего не сказал или попытался меня уговорить принять другое. Я хочу, чтобы вы знали это. - Я верю,- холодно сказала Блис.- Вы хотели поговорить со мной об этом? - Нет. - О чем же? Тревиз сел, развернул кресло к ней, так что их колени почти соприкасались, и наклонился вперед. - Когда мы подходили к Гее, вы были на космической станции. Вы захватили нас. Вы вышли встретить нас, вы были с нами все время, за исключением обеда у Дома, который вы не разделили с нами. На +Далекой Звезде+, когда принималось решение, вы тоже находились рядом. Все время - вы! - Я - Гея. - Это не объяснение. Кролик - тоже Гея. И камешек - Гея. Все на планете - Гея, но не все равны. Почему - вы? - А как вы думаете, почему? И Тревиз сделал решительный шаг. Он сказал: - Я не думаю, что вы - Гея. Я думаю, что вы - больше чем Гея... Блис насмешливо скривила губы, а Тревиз продолжил: - Пока я выносил решение, женщина, что была с Оратором... - Он называл ее Нови. - Так вот, эта самая Нови сказала, что Гея была основана роботами и что Гея приучена следовать Трем Законам Робототехники. - Это истинная правда. - И роботы больше не существуют? - Нови сказала так. - Нови сказала не так. Я помню ее точные слова. Она сказала: +Гея была сформирована с помощью роботов, которые когда-то недолгое время служили людям, но теперь больше не служат+. - Ну, Трев, разве это не значит, что они не служат больше и не существуют? - Нет, это значит лишь, что они не служат больше. Может, они правят? - Ерунда! - Или наблюдают? Почему вы находились там во время решения? Вы вроде бы не были главной. Дела вела Нови, и оно являлась Геей. Зачем нужны были вы? Если только... - Что - если только? - Если только вы не наблюдатель, чья роль - удостовериться, что Гея не забыла Трех Законов. Если только вы не робот, так хитро сделанный, что вас нельзя отличить от человека. - Если я не отличаюсь от человека, почему вы подумали о том, что только что сказали? - не без яда спросила Блис. Тревиз откинулся на спинку кресла. - Вы же меня убеждали, что я обладаю способностью быть уверенным, когда принимаю решение, смотрю на факты и делаю правильные выводы. Я не хвастаюсь этим: вы сами так сказали обо мне. Так вот, как только я вас увидел, я почувствовал себя неуютно. В вас было что-то неправильное. Я так же чувствителен к женским чарам, как и Пилорат, даже, наверное, больше, а вы - женщина привлекательная. Однако я ни на минуту не чувствовал себя увлеченным. - Как вы огорчили меня! Тревиз не обратил внимания на этот выпад и продолжал: - Когда вы впервые появились на нашем корабле, мы с Яновом спорили о возможности нечеловеческой цивилизации на Гее, и когда Янов увидел вас, он спросил в своей простоте: +Вы - человек?+. Возможно, робот должен отвечать правдиво, но, я полагаю, ответ его может быть уклончив. Вы только сказали: +Разве я не похожа на человека?+. Да, вы похожи на человека, Блис, но позвольте мне спросить вас снова: вы - человек? - Вы думаете, что я не могу есть, Трев? Разве вы забыли, что я склевала банку креветок на вашем корабле? Уверяю вас, что я способна есть и выполнять другие биологические функции, включая и секс. Однако должна вам сказать, что это еще не доказательство того, что я - не робот. Роботы достигли высшего совершенства еще тысячелетия назад, и их можно было отличать от людей лишь по мозгу, и тогда только они могли управлять ментальным полем. Оратор Джиндибел, вероятно, мог бы сказать, робот я или человек, если бы только хоть раз взглянул на меня. Жаль, что он этого не сделал. - Да, но я и без ментальных способностей убежден, что вы - робот. - Ну и что, если я робот? Я ничего не утверждаю, просто интересуюсь. Что, если я - робот? - Вам не нужно ничего утверждать. Я знаю, что вы - робот. Вы можете заблокироваться от Геи и разговаривать со мной как индивидуум. Я не думаю, что вы смогли бы это сделать, будучи частью Геи - но вы не часть ее. Хотел бы я знать, много ли роботов-наблюдателей на Гее? - Я повторяю: я ничего не утверждаю, но интересуюсь - что, если я - робот? - В таком случае я хотел бы знать, что вам нужно от Пилората. Он мой друг, и, в каком-то смысле, он ребенок. Он думает, что любит вас. Он думает, что хочет только того, что вы пожелали ему дать, и что вы уже и так дали ему достаточно. Он не знает и не может представить себе боль утраты любви, или, в данном случае, специфическую боль сознания того, что вы - не человек. - А вы знали боль утраченной любви? - Бывало. Я не был затворником, как Янов. Я не посвящал свою жизнь, как он, интеллектуальным исследованиям, поглотившим все, даже жену и ребенка. А теперь он вдруг отдает все ради вас. Я не хочу вредить ему и не буду. Если я послужил Гее, то заслуживаю награды, и моя награда заключается в вашем заявлении, что Янову Пилорату будет обеспечено хорошее существование. - Я должна ответить вам, даже если скажу, что я робот? - Да. И сейчас же. - Отлично. Допустим, я робот, и нахожусь в положении наблюдателя. Предположим, что здесь мало тех, у кого такая роль, и встречаемся мы редко. Предположим, что наша движущая сила - нужда и забота о человеке, а на Гее нет настоящих людей, потому что все они составляют часть общепланетного бытия. Предположите, что забота о Гее нас удовлетворяет, но не полностью. Предположите, что в нас есть что-то примитивное, жалеющее человека, что существовало в те времена, когда роботы были изготовлены впервые. Не ошибитесь во мне: я не столетняя старуха (если считать меня роботом). Мне столько лет, сколько я вам сказала. И мое главное назначение - если считать меня роботом - как это было всегда, желание заботиться о настоящем человеческом существе. Пил - человеческое существо. Он не часть Геи. Он слишком стар, чтобы когда-нибудь стать частью ее. Он хочет остаться на Гее со мной, потому что у него нет сомнений относительно меня. Он не думает, что я робот. Ну, и я тоже хочу, чтобы он остался. Если вы предполагаете, что я робот, то не можете не видеть, что я способна на все человеческий реакции, что буду любить Пила. Если вы настаиваете, что я робот, то можете не думать, что я могу любить лишь в каком-то мистическом смысле - вы не отличили бы мои реакции от тех, что вы называете любовью - так что какая разница, кто я? Она замолчала и с непреклонной гордостью досмотрела на Тревиза. - Вы говорите, что не бросите его? - Если вы предполагаете, что я робот, то сами понимаете: по Первому Закону не могу оставить его, если только он не прикажет мне это сделать и если я буду уверена в том, что нанесу ему большой вред, оставшись с ним. - А если молодой мужчина... - Ну и что - молодой? Вы молодой мужчина, но я не представляю, чтобы вы были мне нужны, как Пил. И вы сами не хотите меня, так что Первый Закон запрещает мне навязываться вам. - Не я. Другой молодой... - Здесь нет других. Кто на Гее, кроме Пила и вас, может считаться человеком в негеанском смысле? Тревиз сказал уже мягче: - А если вы не робот? - Изменили мнение? - Я сказал - если вы не робот. - Тогда вы вообще не имеете права спрашивать. Мы с Пилом решим сами. - Тогда я вернусь к началу. Я хочу получить вознаграждение, и оно состоит в том, чтобы вы хорошо обращались с Пилоратом. Я не буду больше мучить вас. Просто обещайте мне, что будете хорошо обращаться с ним. - Я буду хорошо относиться к нему,- сказала Блис,- и не потому, что это ваше вознаграждение, а потому что я сама хочу этого. Это мое самое большое желание. Я буду хорошо обращаться с ним.- И она окликнула: - Пил! Пил! Пилорат вошел с улицы. - Да, Блис? Она протянула ему руку. - Я думаю, что Трев хочет что-то сказать. Пилорат принял ее руку, а Тревиз взял их соединенные руки в свои. - Янов, я счастлив за вас обоих. - О, мой дорогой друг!- воскликнул Пилорат. - Я, вероятно, уеду с Геи,- продолжал Тревиз.- Сейчас пойду, поговорю с Домом. Не знаю, встретимся ли мы когда-нибудь, Янов, но, во всяком случае, нам было хорошо вместе. - Хорошо,- подтвердил Пилорат, улыбаясь. - До свидания, Блис, и заранее благодарю. - До свидания, Трев. И Тревиз, помахав рукой, вышел из дома. Дом одобрительно сказал: - Вы хорошо сделали, Трев, и сделали так, как я предполагал. Они опять сидели за едой, такой же невкусной, как и в первый раз, но Тревиз не возражал: на Гее он ест последний раз. - Я сделал, как вы хотели, но, возможно, не по тем причинам, по каким вы думаете,- сказал он. - Но вы, конечно, были уверены в правильности своего решения. - Да, но не из-за какого-то мистического чувства уверенности. Если я выбрал новое галактическое развитие, то из обычного рассуждения. Хотите, чтобы я объяснил? - Конечно, Трев. - Я мог сделать три вещи: присоединиться к Первому Основанию, ко Второму или к Гее. Если бы я присоединился к Первому Основанию, мэр Брэнно немедленно предприняла бы действия по установлению господства над Вторым Основанием и над Геей. Если бы я присоединился ко Второму Основанию, Оратор Джиндибел немедленно предпринял бы действия по установлению господства над Первым Основанием и над Геей. В обоих случаях последствия были бы непоправимыми, а скорее всего - катастрофическими. Я отдавал себе отчет в том, что выигрываю время. Если я сделал ошибочный выбор, то запаса времени хватит для ее исправления. Дом поднял брови, но его стариковское, почти мертвое лицо оставалось, тем не менее, невыразительным. Он сказал тонким голосом: - Вы думаете, что ваше решение может оказаться неправильным? - Я этого не думаю, но для полной уверенности я должен сделать одну вещь. Я намерен посетить Землю, если найду этот мир. - Мы, конечно, не будем задерживать вас, Трев, если вы хотите оставить нас. - Я не гожусь для вашего мира. - Не больше, чем Пил, и мы были бы рады вам. Но задерживать вас не будем. Объясните, почему вы хотите побывать на Земле? - Я думаю, вы понимаете. - Нет. - Есть какая-то информация, которую вы утаили от меня, Дом. Возможно, у вас были свои причины, но я хотел бы, чтобы их не было. - Не улавливаю,- сказал Дом - Видите ли, Дом, чтобы принять решение, я пользовался компьютером и на короткое время оказался в соприкосновении с мозгом тех, кто окружал меня: мэра Брэнно, Оратора Джиндибела, Нови. Я получил огромную но отрывочную информацию, которая по отдельности мало что значила для меня - например, различные эффекты, которые Гея через Нови передавала на Трантор, чтобы заставить Оратора идти к Гее. - Да? - Например, изъятие из библиотеки Трантора всех упоминаний о Земле. - Вот как? - Да. Значит, информация о Земле исключительно важна и не только Второе Основание ничего не должно знать о ней, но я тоже. А уж если я взял на себя ответственность за направление развития Галактики, то я добровольно не соглашусь с неведением. Может быть, вы подумаете и скажете, почему так важно держать в тайне сведения о Земле. Дом торжественно заявил: - Трев, Гея ничего не знает о таком изъятии. Ничего! - Вы хотите сказать, что Гея непричастна к этому? - Нет, непричастна, уверяю вас! Тревиз задумался - Кто же тогда? - Не знаю. И не понимаю цели этого. Мужчины посмотрели друг на друга и Дом подвел итог: - Вы правы. Похоже, мы достигли весьма удовлетворительного заключения, но этот пункт остался невыясненным, и мы не имеем права останавливаться. Останьтесь на некоторое время с нами, и мы это обдумаем до конца. А затем можете улететь, гарантирую нашу поддержку. - Спасибо!- поблагодарил Тревиз.