-----------------------------------------------------------------------
   Ray Bradbury. The Screaming Woman. Пер. - С.Шпак ("Смена", 1993, N 5)
   -----------------------------------------------------------------------



   Меня зовут Маргарет Лири. Мне десять лет, и я учусь в последнем  классе
начальной школы. У меня нет братьев и сестер, но есть  прекрасные  папа  и
мама, правда, они не могут уделять мне много внимания. Как бы то ни  было,
никто из нас даже  не  предполагал,  что  придется  столкнуться  с  убитой
женщиной. Или почти не предполагал. Когда живешь на улице, подобной нашей,
и  не  подумаешь,  что  может  произойти   что-нибудь   ужасное,   скажем,
перестрелка, убийство или погребение человека заживо, чуть ли не у  вас  в
саду. А когда такое случается, просто не веришь. Продолжаешь как ни в  чем
не бывало намазывать масло на хлеб или же печь пирог.
   Я расскажу вам, как это произошло. Была  середина  июля.  Мама  сказала
мне:
   - Маргарет, сходи в магазин и купи  мороженое.  Сегодня  суббота,  папа
придет обедать домой. Мы должны его угостить чем-нибудь вкусненьким.
   Я побежала через пустырь позади нашего дома, где  мы  обычно  играем  с
ребятами. Когда я шла обратно из магазина и думала о чем-то своем, это все
вдруг и произошло.
   Я услышала крик женщины, остановилась и прислушалась. Звук  шел  из-под
земли. Женщина была погребена под камнями, стеклами и мусором. Она  ужасно
кричала, умоляла вытащить ее.
   Я стояла, оцепенев от ужаса, а она продолжала приглушенно кричать.
   Я бросилась бежать, споткнулась и упала, вновь вскочила и побежала.
   Открыв дверь нашего дома, я увидела маму, спокойную, как  всегда,  даже
не подозревавшую, что позади нашего дома, всего в  каких-то  сотне  ярдов,
погребена в земле живая женщина, которая кричит и просит о помощи.
   - Мам... - произнесла я.
   - Не стой там. Видишь, мороженое тает, - прервала она меня.
   - Но, ма...
   - Положи его в холодильник.
   - Послушай, ма, там кричит какая-то женщина...
   - И вымой руки,- продолжала мама.
   - Она кричит и кричит.
   - Давай-ка посмотрим, где соль и перец.
   - Послушай меня, - сказала я громко.  -  Мы  должны  ее  выкопать.  Она
похоронена под тоннами земли, и, если мы ее не выкопаем, она задохнется  и
умрет.
   - Я уверена, что она может подождать, пока  мы  пообедаем,  -  ответила
мама.
   - Ма, ты что, не веришь мне?
   - Конечно, верю, дорогая. А теперь вымой  руки  и  отнеси  эту  тарелку
отцу.
   - Я даже не знаю, кто она и как туда попала. Но мы  должны  помочь  ей,
пока не поздно.
   - О Боже! - воскликнула мама.- Посмотри на мороженое.  Ты  что?  Просто
стояла на солнце и ждала, пока оно растает?
   - Ну, на пустыре...
   - Иди, иди, егоза.
   Я пошла в столовую.
   - Па, там на пустыре кричит какая-то женщина.
   - Мне еще не встречались женщины, которые не кричат.
   - Я серьезно.
   - Да, ты выглядишь очень серьезной,- произнес папа.
   - Мы должны достать кирки и лопаты и откопать ее, как египетскую мумию.
   - Я не археолог, Маргарет. И потом слишком жарко. А вот в  какой-нибудь
прохладный октябрьский день мы примемся с тобой за дело.
   - Но так долго ждать нельзя.
   Сердце колотилось в груди. Я была возбуждена, испугана, а папа как ни в
чем не бывало положил себе на тарелку мясо и принялся за еду,  не  обращая
на меня никакого внимания.
   - Па?
   - Мм?
   - Па, ты должен после обеда пойти со мной и помочь, - умоляла я. -  Па,
ну па, я отдам тебе все деньги, которые у меня есть в копилке.
   - Ну, - сказал папа, - это деловое предложение.  Видимо,  очень  важное
для тебя, раз ты предлагаешь свои деньги. И сколько ты будешь мне  платить
в час?
   - У меня десять шиллингов. Я собирала их целый год, и все они твои.
   - Я тронут. - Папа коснулся  моей  руки.  -  Очень  тронут.  Ты  хочешь
поиграть со мной и  готова  платить  за  это  деньги.  Откровенно  говоря,
Маргарет, ты заставила своего старого папу  почувствовать  себя  настоящим
негодяем. Я слишком мало уделяю тебе времени. Вот что скажу: после обеда я
пойду с тобой и послушаю крики женщины. И сделаю это бесплатно.
   - Да? Ты действительно пойдешь?
   - Да, только обещай мне...
   - Что?
   - Если хочешь, чтобы я пошел, ты должна сперва съесть весь свой обед.
   - Обещаю.
   В комнату вошла мама и села за стол. Мы стали обедать.
   - Не так быстро,- заметила мама.
   Я стала есть медленнее, а затем вновь заторопилась.
   - Ты слышала, что сказала мама? - обратился ко мне папа.
   - Но кричащая женщина... Мы должны поторопиться.
   - А я, - заметил папа, -  собираюсь  есть  спокойно.Сперва  я  со  всем
необходимым вниманием  съем  бифштекс,  затем  мороженое  и,  если  ты  не
возражаешь, выпью холодного пива. Это у меня займет по крайней мере час. И
вот что, моя маленькая леди, если ты еще раз  за  столом  во  время  обеда
упомянешь об этой, как ее, кричащей... я  не  пойду  с  тобой  слушать  ее
концерт. Ты все поняла?
   - Да, папа, - произнесла я.
   Обед длился целую вечность. Все действия родителей  были  замедленными,
как в  некоторых  фильмах.  Мама  медленно  вставала  и  так  же  медленно
садилась. Вилки, ножи, ложки тоже двигались медленно. Даже  полет  мух  по
комнате и  тот  замедлился.  Все  было  так  медленно,  что  мне  хотелось
крикнуть: "Поторопитесь! Пожалуйста, побыстрее! Давайте быстро  встанем  и
побежим!" Но нет, я должна была сидеть. И пока мы все  сидели  и  медленно
поглощали обед, пока весь мир обедал, там, на улице, кричала женщина.  Она
была совсем одна. Солнце пекло, а на пустыре никого.
   - Ну, вот и все, - сказал наконец папа.
   - Мы сейчас пойдем искать эту женщину? - спросила я.
   - Сперва немного холодного пива.
   - Кстати, о кричащих женщинах, - вмешалась мама. - Чарли Несбитт  вчера
вечером вновь подрался с женой.
   - Ничего удивительного, - хмыкнул папа. - Они всегда дерутся.
   - Чарли - негодяй, - заметила мама, - Впрочем, она не лучше.
   - Не знаю, но, мне кажется, она вполне порядочная женщина.
   - Просто ты к ней хорошо относишься. Помнишь, как чуть было не женился?
   - Опять ты за старое? В конце концов я был помолвлен с ней всего  шесть
недель.
   - Ты проявил здравый смысл, разорвав помолвку.
   - Хелен помешалась на сцене. А у  меня  не  было  времени  на  подобные
развлечения. Это и привело к разрыву. Хотя она была  очень  мила.  Мила  и
добра.
   - И что ей это дало? Ужасного грубияна в мужья - Чарли.
   - Я согласен с тобой. У Чарли  ужасный  характер.  Помнишь,  как  Хелен
играла в школьной пьесе? Она была хороша  как  картинка  и  сама  написала
несколько песен, а одну - именно для меня.
   - Ха...- засмеялась мама.
   - Не смейся. Это была хорошая песня.
   - Ты мне не рассказывал.
   - Это касается только нас с Хелен. Как же она начиналась?
   - Па...- перебила его я.
   - Ты бы лучше пошел с дочкой на пустырь, - заметила мама, - а то она  в
обморок упадет. Можешь и потом спеть эту прекрасную песню.
   - Хорошо, пошли, - сказал папа, и я потащила его на улицу.


   На пустыре никого не было. Солнце пекло. Битые бутылки  отливали  всеми
цветами радуги.
   - Ну, и где твоя кричащая женщина? - смеясь, спросил папа.
   - Мы забыли лопаты! - воскликнула я.
   - Возьмем потом, когда услышим солистку.
   Я повела его к тому месту.
   - Послушай.
   Мы прислушались.
   - Я ничего не слышу,- наконец произнеспапа.
   - Шш... подождем. - Эй, кричащая женщина, где ты? - закричала я.
   Мы слышали, как  движется  солнце  по  небу.  Слышали  очень  спокойное
дуновение ветра  среди  листвы.  Слышали,  как  где-то  вдали  шел  дождь.
Слышали, как прошла какая-то машина. НоУ только и всего.
   - Маргарет, - сказал папа.  -  думаю,  тебе  нужно  лечь  в  постель  и
положить на лоб мокрую тряпку.
   - Но она была здесь. Она кричала, кричала и кричала! - воскликнула я. -
Посмотрри, здесь копали. Ты стоишь прямо на этом месте!
   - Маргарет, вчера именно здесь мистер Келли  выкопал  большую  яму  для
всякого хлама.
   - А ночью кто-то воспользовался его ямой и заживо похоронил женщину,  а
потом забросал ее землей.
   - НуУ я иду домой.
   - Ты не поможешь мне копать?
   - Долго не стой, жарко. - Папа ушел, а я затопала ногами, проклиная все
на свете.
   И вдруг грик раздался снова. Она кричала и кричала,  призывая  меня.  Я
побежала к дому и с шумом хлопнула дверью.
   - Па, она снова кричит!
   - Да, конечно, кричит. Пошли, - Он повел меня по лестнице в спальню.  -
Ну вот. - Он заставил меня лечь и положил на голову влажное  полотенце.  -
Успокойся.
   - Па, мы не можем оставить ее там,  -  я  заплакала.  -  Она  закопана.
Подумай, как ужасно кричать, когда никто не обращает внимания.
   - Я запрещаю тебе выходить из дома, -  встревоженно  произнес  папа.  -
Будешь лежать здесь весь день. - Он вышел  и  запер  комнату  на  ключ.  Я
слышала, как он говорит с мамой.  Через  некоторое  время  я  успокоилась,
встала и на цыпочках подошла к окну. Привязав простыню к спинке кровати, я
спустилась через окно на землю, взяла в сарае пару  лопат  и  побежала  на
пустырь. Было еще жарче, чем прежде. Я стала копать, а женщина все кричала
и кричала... Это была тяжелая работа. Ковырять лопатой, отбрасывая камни и
стекло. Я знала, что мне придется копать весь день. Что я  могла  сделать?
Побежать и рассказать другим людям? Но они, как папа и мама,  не  обратили
бы на это никакого внимания. И я  продолжала  копать  одна.  Минут  десять
спустя на пустырь прибежал мой одноклассник Диппи Смит.
   - Привет, Маргарет! - воскликнул он.
   - Привет, Диппи, - с трудом ответила я.
   - Что ты тут делаешь?
   - Копаю.
   - Зачем?
   - В земле захоронена женщина, она кричит, а я хочу ее выкопать.
   - Я не слышу никакого крика, - сказал  Диппи.  -  А  ты  сядь,  подожди
немного и услышишь. А еще лучше, если ты мне поможешь.
   - Я не буду копать, пока не услышу крик.
   Он ждал.
   - Слушай,- крикнула я.
   - Слышишь? - Ей-богу! - Глаза его сияли.- Сделай еще раз.
   - Сделать что? - Крикни.
   - Нужно подождать,  -  в  смущении  проговорила  я.  -  Ну,  сделай,  -
настаивал он, тряся меня  за  руку.  -  Сделай.-  Он  вытащил  из  кармана
коричневый камень.- Я отдам тебе этот кусок мрамора, если ты еще  раз  так
сделаешь.
   Из-под земли вновь раздался крик.
   - Вот это да! - воскликнул Диппи. - Научи меня делать так же!
   - Если ты поможешь копать, позднее я научу тебя этому.
   - Прекрасно. Дай лопату.
   Мы стали копать вместе. Время от времени женщина кричала.
   - Можно подумать, - сказал Диппи, - что она у нас прямо под ногами.  Ты
удивительная девочка, Мэгти. А как ее зовут?
   - Кого? - Женщину, которая кричит. Ты должна дать ей какое-нибудь имя.
   - О да.- Я на мгновение задумалась.  -  Ее  зовут  Шарлотта  Тутл.  Это
богатая старушка, 96 лет. Ее живьем закопал мужчина  по  имени  Спайк.  Он
подделывал пятифунтовые банкноты.
   - Вот это да! - Вместе с нею закопаны сокровища, а  я...  хочу  вскрыть
могилу и завладеть ими, - задыхаясь,  произнесла  я,  продолжая  энергично
копать.
   - А ты со мною поделишься? - таинственно произнес Диппи.-  Давай  будем
считать  ее,  -  подбросил  он  новую  мысль,  -  принцессой   Омманатрой,
египетской королевой, тело которой покрыто бриллиантами!
   "Мы спасем ее, - подумала я, - спасем,  если  только  будем  продолжать
копать!"
   - Слушай, у меня появилась идея! - воскликнул Диппи. Он куда-то  убежал
и вскоре вернулся с куском картона, на котором стал что-то писать мелом.
   - Продолжай копать! Мы не должны останавливаться!
   - Я делаю надпись. Видишь? КЛАДБИЩЕ СНА! Мы будем  здесь  в  коробочках
хоронить птичек и жучков. Я пойду и постараюсь найти бабочек.
   - Нет, Диппи!
   - Так интереснее. Возможно, найду и мертвую кошку.
   - Диппи, берись за лопату! Пожалуйста!
   - О, я  устал,  -  произнес  Диппи.  -  Думаю,  надо  сходить  домой  и
отдохнуть.
   - Ты не можешь этого сделать.
   - Почему?
   - Послушай, Диппи, я хочу кое-что тебе сказать.
   - Что? - Он ударил ногой по лопате.
   - Там действительно закопана живая женщина, - прошептала я ему на ухо.
   - Ну, конечно. Ты это уже говорила, Мэгги.
   - Но ты мне не поверил.
   - Лучше объясни,  как  ты  кричишь,  не  открывая  рта.  Тогда  я  буду
продолжать копать.
   - Не могу тебе ничего объяснить, потому что не я это  делаю.  Послушай,
Диппи, я отойду в сторону, а ты стой здесь и слушай.
   Вновь раздался крик женщины.
   - Не может быть! - воскликнул Диппи. - Но там действительно женщина!
   - Именно это я и пыталась тебе втолковать.
   - Давай копать! - произнес Диппи.
   Мы копали без перерыва 20 минут.
   - Интересно, кто она?
   - Не знаю.
   - Может быть, это миссис Нельсон,  миссис  Тернер  или  миссис  Брэдли.
Интересно, она красивая? Какого цвета у нее волосы? Сколько ей лет  -  30,
60 или 90?..
   - Копай! - приказала я.
   Насыпь становилась все выше.
   - Как ты думаешь, она наградит нас за свое спасение?
   - Думаю, что да.
   - Наверняка даст шиллинг
   - Больше Может быть, и десять.
   - Как-то я прочитал книгу о магии, - начал вспоминать Диппи,  продолжая
копать - Один индус, совершенно голый, был похоронен заживо. Он проспал  в
могиле 60 дней и ничего не  ел.  Представляешь,  60  дней  без  сладостей,
мороженого, пирожных, наконец, без воздуха - Вдруг лицо Диппи  помрачнело.
- А что, если эти звуки раздаются по радио, а мы так усердно работаем?
   - Если это и радио, оно будет наше.
   Вдруг на нас упала чья-то тень.
   - Эй, ребята, что вы здесь делаете?
   Мы обернулись Перед нами стоял мистер Келли, которому принадлежал  этот
пустырь.
   - Здравствуйте, мистер Келли, - поздоровались мы.
   - Послушайте меня внимательно, - произнес мистер Келли - Я хочу,  чтобы
вы взялись за свои лопаты и вновь закопали яму, которую выкопали. Я  хочу,
чтобы вы это сделали
   Мое сердце бешено забилось.
   - Но, мистер Келли, кричит женщина иУ
   - Меня это не интересует. Я ничего не слышу.
   - Послушайте! Слышите крик?
   Мистер Келли прислушался и покачал головой.
   - Я ничего не слышу Давайте, давайте, засыпайте яму и по  домам,  а  то
вам придется долго меня помнить.
   Мы засыпали яму землей. И пока мы работали, мистер Келли  стоял  рядом,
скрестив руки. Все это время женщина кричала, но мистер Келли притворялся,
будто ничего не слышит.
   Когда мы закончили, он сказал перед уходом:
   - А теперь по домам. И если я еще раз увижу вас здесьУ
   - Это он, - прошептала я, поворачиваясь к Диппи.
   - Что? - спросил Диппи.
   - Он убил миссис Келли. Задушил, засунул  в  ящик  и  закопал,  но  она
пришла в себя. Почему, спрашивается, он не обращает никакого  внимания  на
ее крик?
   - Действительно, - согласился Диппи - Он ведь стоял здесь, все слышал и
все равно лгал!
   - Есть только один выход, -  предложила  я  -  Позвонить  в  полицию  и
попросить их приехать и арестовать мистера Келли. Мы побежали  на  угол  к
телефонной будке. Пять минут спустя полицейский  постучал  в  дом  мистера
Келли. Мы с Диппи вели наблюдение, спрятавшись в ближайших кустах.
   - Мистер Келли? - спросил полицейский
   - Да, сэр. Чем могу быть полезен?
   - Миссис Келли дома?
   - Да, сэр.
   - Можно ее видеть?
   - Конечно. Эй, Анна!
   В дверях показалась миссис Келли.
   - Да, сэр?
   - Прошу прощения, - извинился полицейский. - Нам сообщили по  телефону,
что вас захоронили заживо на пустыре. Правда, голос был похож на  детский,
но мы все-таки решили проверить. Извините, что побеспокоил вас.
   - Чертовы дети! - сердито воскликнул мистер Келли - Если я когда-нибудь
встречу их, то разорву на части!
   - Удираем! - крикнул Диппи, и мы помчались со всех ног.
   - Что будем делать дальше? - спросила я.
   - Я должен идти домой,- ответил Диппи. - Ну и влипли мы! Нам еще за это
попадет!
   - А как быть с кричащей женщиной?
   - Забудь о ней. Мы не должны  даже  близко  подходить  к  этому  месту.
Старый Келли наверняка поджидает нас там с ремнем. Кстати, Мэгги, я только
что вспомнил разве старый Келли не глуховат? Ведь он едва слышит.
   - Черт возьми! Неудивительно, что он не слышал криков.
   - Ну, пока, - сказал Диппи.- Мы действительно попали в историю  с  этим
проклятым загробным голосом. До встречи.
   Я осталась одна. Помощи ждать было неоткуда. Никто  мне  не  верил.  По
моим следам шла  полиция.  Она,  вероятно,  уже  искала  меня.  Оставалось
последнее средство. Я заходила в каждый дом, расположенный  вдоль  дороги,
звонила и спрашивала "Простите меня,  миссис  Грисвалд,  у  вас  никто  не
пропал?" или "Здравствуйте, миссис Пайке, вы прекрасно сегодня  выглядите.
Рада видеть вас дома."
   Час проходил за часом. Темнело.  Я  думала  о  том,  много  ли  воздуха
осталось в ящике с погребенной женщиной. Нужно  было  поторопиться,  иначе
она задохнется. Наконец я подошла к последнему дому - к дому мистера Чарли
Несбитта, нашего соседа. Я  долго  стучала  в  дверь  и  уже  готова  была
отказаться от своей идеи и пойти домой, как вдруг дверь открылась.  Вместо
миссис Несбитт, или Хелен, как называл ее мой отец, показался  сам  Чарли,
мистер Несбитт
   - О! - воскликнул он - Это ты, Маргарет?
   - Да,- ответила я. - Добрый вечер.
   - Чем могу быть полезен?
   - Я бы хотела поговорить с вашей женой, миссис Несбитт.
   - О!.
   - Можно?
   - Она пошла по магазинам.
   - Я подожду, - сказала я и прошмыгнула в дом
   - Ну, ладно, - согласился он.
   - Сегодня ужасно жарко, - произнесла я, пытаясь сохранить  спокойствие,
хотя меня  преследовала  мысль  о  несчастной  женщине,  о  том,  как  она
задыхается в яме, а крик ее становится все слабее и слабее
   - Послушай - Чарли подошел ко мне.- Я думаю, тебе не стоит ждать
   - Почему, мистер Несбитт?
   - Видишь ли, сегодня моей жены не будет.
   - Да?
   - Она действительно пошла за покупками, но затем  собиралась  навестить
свою мать. Вот так-то. А мать живет в  Бристоле.  Так  что  жена  вернется
через 2-3 дня, а возможно, и через неделю.
   - Жаль.
   - Почему?
   - Мне необходимо было кое-что ей рассказать.
   - Что именно?
   - Я хотела сказать ей, что на пустыре захоронена женщина,  которая  все
время кричит.
   Мистер Несбитт уронил сигарету.
   - У вас сигарета упала, мистер Несбитт.
   - Да? Точно, - пробормотал он. - Я расскажу  Хелен  твою  историю,  как
только она вернется домой. Она ей понравится.
   - Спасибо, но это живая женщина.
   - Откуда ты знаешь?
   - Я слышала ее.
   - Да? Ты в этом уверена? А может быть, это корень мандрагоры?
   - А что такое мандрагора?
   - Ты должна знать. Мандрагора - своеобразное растение, издающее крики.-
Он старался казаться спокойным. -  Маргарет,  а  ты...  э...  рассказывала
кому-нибудь об этом?
   - Да. Многим людям.
   Мистер Несбитт обжег палец спичкой.
   - И они что-нибудь предприняли?
   - Нет. Они не верят мне.
   - Конечно, нет, - улыбнулся он.  -  Это  вполне  естественно.  Ты  ведь
только ребенок. Разве они обязаны тебя слушать?
   - Я пойду и выкопаю ее.
   - Постой.
   - Я должна идти.
   - Побудь со мной немного, - настаивал он.
   - Благодарю, но я не могу. Он схватил меня за руку.
   - Ты умеешь играть в карты? В рамми?
   - Да.
   Мистер Несбитт взял со стола колоду карт.
   - Давай сыграем?
   - Я должна идти копать.
   - У тебя еще много времени. Может быть, моя жена скоро вернется.  А  ты
ее немного подождешь.
   - Вы думаете, она вернется?
   - Конечно. Э... а тот голос... очень сильный?
   - Он с каждым разом становится слабее.
   Мистер Несбитт вздохнул и улыбнулся. - Детские игры!  Давай  сыграем  в
рамми. Это значительно интереснее, чем кричащая женщина.
   - Я должна идти. Уже поздно.
   - Посиди немного. Тебе все равно нечего делать. Я понимала, к  чему  он
стремится. Он пытался задержать меня в доме до тех пор, пока крики женщины
окончательно не затихнут, и я уже не смогу ей ничем помочь.
   - Моя жена вернется через 10 минут, - сказал  он.  -  Всего  10  минут.
Подожди. Сиди, где сидишь. Мы играли в  карты.  Часы  тикали.  Солнце  уже
исчезло за горизонтом. Стало очень темно.
   - Я должна идти, - наконец произнесла я.
   - До свидания, Маргарет. До встречи.
   Он отпускал меня, потому что был уверен, что жена его уже  задохнулась.
Дверь за мной захлопнулась. Я побежала на пустырь и спряталась  в  кустах.
Что я могла сделать? Рассказать отцу с матерью?  Но  они  не  верили  мне.
Вызвать полицию? Но Чарли Несбитт скажет, что его жена уехала. Я  побежала
на то место,  откуда  раздавались  крики.  Но  криков  уже  не  было.  Все
кончилось. "Слишком поздно", - подумала я, легла и приложила ухо к  земле.
И вдруг я услышала звуки - такие слабые, что их едва было слышно.  Женщина
больше не кричала. Она пела. Что-то вроде: "Я любила тебя честно, я любила
тебя всей душой". Это была печальная песня. Долгие часы под землей, должно
быть, свели ее с ума. Она больше не  кричала,  не  звала  на  помощь,  она
просто пела. Я прислушалась  к  песне.  Затем  быстро  вскочила  на  ноги,
пересекла пустырь, взбежала по ступенькам нашего дома  и  открыла  входную
дверь.
   - Отец!
   - Наконец-то! - закричал он.
   - Отец, - повторила я.
   - Ну, тебе попадет!
   - Она больше не кричит.
   - Хватит о ней говорить!
   - Она поет.
   - Что ты выдумываешь!
   - Па, она там и скоро умрет, а ты не слушаешь. Она поет: "Я любила тебя
честно, я любила тебя всей душой".
   Отец побледнел, подошел ко мне и взял за руку.
   - Что ты сказала?
   - "Я любила тебя честно, я любила тебя всей душой", - вновь пропела я.
   - Где ты слышала эту песню? - закричал он.
   - На пустыре, только что.
   - Но это же песня Хелен, та самая песня, которую она написала для  меня
много лет назад. Ты не могла знать ее! Никто ее  не  знал,  кроме  меня  и
Хелен. И я никогда никому не пел эту песню.
   - Да, ты прав.
   - О Боже! - закричал отец и выбежал из дома,  прихватив  лопату.  Через
несколько  секунд  он  уже  яростно  копал  на  пустыре.  Вскоре  к   нему
присоединились многие другие и помогали ему  копать.  Я  чувствовала  себя
такой счастливой, что готова была рыдать.
   Я набрала по телефону номер Диппи и, когда он подошел, произнесла:
   - Привет, Диппи. Все прекрасно. Все очень  хорошо.  Женщина  больше  не
кричит.
   - Грандиозно!
   - Немедленно приходи на пустырь. Не забудь лопату!
   - Давай на спор: кто быстрее! Пока! - крикнул Диппи.
   - Пока, Диппи, - бросила я трубку и побежала на пустырь.

Популярность: 5, Last-modified: Thu, 10 Oct 2002 08:24:48 GMT