Я сделаю так, чтобы ее мама пригласила. Поглядим, как он возразит против этого! Граф Форкосиган издал удивленный смешок. - Ну ты коварен, парень! - Но сказано это было одобрительным тоном. Майлз воспрял духом. - На самом деле насчет поездки - это мамина идея, верно? - Ну... да, - признался граф Форкосиган. - Но на самом деле я рад, что она это посоветовала. Мне... у меня будет легче на душе: знать, что ты следующие несколько месяцев будешь в безопасности на Колонии Бета. - Он встал. - Извини, я пойду. Долг зовет. Я должен пойти прощупать эту ползучую тварь, Фордрозду - ради вящей славы Империи. - Выражение отвращения у него на лице говорило лучше всяких слов. - Честно говоря, я предпочел бы напиться где-нибудь в уголке с этим идиотом Айвеном - или поболтать с тобой. - Он с теплотой взглянул на Майлза. - Работа в первую очередь, конечно, сэр. Это я понимаю. Граф помолчал и странно взглянул на него. - Значит, ты ничего не понимаешь. Моя работа с самого начала была гибельна для тебя. Прости меня, прости за то, что она принесла тебе столько неприятностей... "Искалечила тебя", мысленно поправил Майлз. Проклятье, говори уж, что на самом деле имеешь в виду... -... я никогда не думал. что так случится. - Отец кивнул и вышел. Опять он извиняется передо мной, подумал несчастный Майлз. За меня. Сперва держится и говорит, что у меня все в порядке, а потом извиняется. Непоследовательно это, отец. Он снова захромал по комнате, и его боль вырвалась наружу монологом. Он швырял слова в глухую к его речам дверь: - Я заставлю тебя взять извинения обратно! Я в порядке, черт возьми! Я начиню тебя доверху такой гордостью за меня, что для твоей драгоценной вины и места не останется! Клянусь своим словом Форкосигана. Клянусь, отец! - его голос упал до шепота. - Клянусь, дед. Как-нибудь, еще не знаю, как... Он сделал еще один круг по комнате, приходя обратно в себя, замерзшего и отчаянно сонного. Мусор от хлебных крошек, пустая бутылка из-под вина, еще одна - полная. Тишина. - Снова разговариваешь сам с собой в пустой комнате, - прошептал он. - Знаешь, это очень скверный признак. Ноги болели. Баюкая в объятиях бутылку с вином, Майлз забрался с нею в постель. ГЛАВА 5 - Так-так-так, - произнес прилизанный таможенник-бетанец в саркастическом подобии радости. - Уж не сержант ли это Ботари с Барраяра... Что вы притащили мне на сей раз, сержант? Парочку противопехотных атомных мин, что выглядывают у вас из заднего кармана? Одну-две лазерные пушки, которые вы случайно перепутали со своим бритвенным прибором? Гравиколлапсер, как-то завалившийся вам в сапог? На этот полет фантазии сержант отреагировал чем-то средним между рыком и ворчаньем. Майлз улыбнулся и извлек из памяти имя чиновника. - Добрый день, офицер Тиммонс. Все еще работаете здесь, да? Я был уверен, что вы уже в администрации. Таможенник одарил Майлза несколько более вежливым приветственным кивком. - Добрый день, лорд Форкосиган. Знаете же, государственная служба. - Он перебрал их документы и вставил для просмотра диск с данными. - Разрешения на ношение парализаторов у вас в порядке. А теперь не потрудитесь ли пройти по одному через сканирующее устройство. Сержант Ботари мрачно и хмуро поглядел на аппарат и презрительно фыркнул. Майлз попытался перехватить его взгляд, но тот усердно рассматривал нечто весьма интересное где-то в воздухе. Охваченный подозрением, Майлз сказал: - Думаю, сначала мы с Еленой. Елена прошла с неуверенной застывшей улыбкой - такой, какая бывает у человека, который слишком долго позировал фотографу, - а потом принялась жадно разглядывать окружающее. Пусть это лишь весьма унылый подземный таможенный терминал - зато на другой планете! Майлз надеялся, что Колония Бета компенсирует им неутешительный результат остановки на Эскобаре. Два дня поисков в архивах и утомительных прогулок под дождем по заброшенным военным кладбищам - ради Ботари он сделали вид, что страстно увлечены историческими подробностями - не принесли в результате никакой могилы или обелиска с именем ее матери. Похоже, от провала их тайного расследования Елена испытала скорее облегчение, чем разочарование. - Вот видишь? - прошептала она. - Отец мне не лгал. У тебя слишком богатое воображение. Решающий аргумент заставил Майлза признать свое поражение: сам сержант на все их экскурсии реагировал со скукой. И все же... Может, дело вправду в его богатом воображении. Чем меньше они находили, тем дотошней делался Майлз. А осмотрели ли они военные захоронения противника? Мать самого Майлза сменила подданство, чтобы вернуться на Барраяр вместе с отцом; может, возлюбленной Ботари такой номер не удался. Но если это так, стоит ли им вообще осматривать кладбища? Может, ему поискать мать Елены в справочнике комм-связи... Такого он предложить даже не отважился. Жаль, что он испугался заговора молчания, окружавшего рождение Елены, и не попытался вытянуть информацию из графини Форкосиган. Ладно, вот когда они вернутся домой, он наберется храбрости и потребует от нее правды. И последует ее мудрому совету насчет того, сколько из сказанного передать дочери Ботари. А сейчас Майлз вслед за Еленой шагнул сквозь сканер, наслаждаясь ее изумленным видом и предвкушая, как на манер фокусника вытащит из шляпы все чудеса Колонии Бета ради ее удовольствия. В аппарат шагнул Ботари. Раздался резкий, похожий на вопль, сигнал. Агент Тиммонс покачал головой и вздохнул. - Все не уйметесь, сержант? - Э-э, можно мне вас перебить? - произнес Майлз, - мы с этой леди прошли проверку, не так ли? - Получив в ответ кивок, Майлз забрал их парализаторы и собственные проездные документы. - Я провожу Елену в космопорт, пока вы двое тут разбираетесь в ваших разногласиях. Захватите багаж, сержант, когда он со всем уладит. Ждем вас в главном вестибюле. - Вы не... - начал Ботари. - С нами все будет отлично, - беспечно заверил его Майлз. Он ухватил Елену за локоть и потащил ее к выходу прежде, чем его телохранитель успел выдвинуть дальнейшие возражения. Елена оглянулась через плечо. - Неужто отец и вправду пытался контрабандой протащить недозволенное оружие? - Подозреваю, что не один вид, - извиняющимся тоном сказал Майлз. - Я это никогда не санкционирую, и ему это ни разу не удавалось. Но я подозреваю, что он чувствует себя голым, если не вооружен до зубов. Ну, если бетанцы обыскивают пожитки каждого так же умело, как и наши, нам здесь и вправду нечего опасаться. Он искоса поглядывал на нее, когда они вошли в главный зал, и испытал удовольствие, увидев, как у нее перехватило дыхание. Золотистый свет, одновременно сверкающий и мягкий, лился с высоченного свода на огромный тропический сад с темной листвой, щебечущими птицами, цветами, журчащими фонтанами. - Словно мы попали в гигантский террариум, - высказалась Елена. - Я себя чувствую крошечным рогатым прыгуном. - Точно, - согласился Майлз. - Это все принадлежит зоопарку Силика. Одна из их огромных парков-вольер. Прогулочным шагом они двинулись в конец зала, отданный под магазинчики. Майлз осторожно направлял Елену вдоль их ряда, стараясь выбирать лишь то, что доставило бы ей удовольствие, и избегать гибельного культурного шока. Например, вон тот магазин сексуальных игрушек - это, наверно, чересчур для ее первого часа на Бете (и не важно, насколько соблазнительна Елена, когда заливается румянцем). Однако они провели несколько приятнейших минут в весьма необычном зоомагазине. Взор Елены пленила здоровенная, вся в складках, бородатая ящерица с Тау Кита, сверкающая, словно витрина ювелира. Только здравый смысл удержал Майлза от того, чтобы преподнести ей этот неудобный подарок. Помимо всего прочего, ящерицу было необходимо держать на весьма строгой диете. И Майлз был не совсем уверен, пригодна ли зверюга в пятьдесят килограммов весом для содержания дома. Они побродили по галерее, выходящей на этот огромный сад, и вместо ящерицы Майлз благоразумно купил обоим по мороженому. Поесть они присели на скамейку возле самых перил. - Здесь все выглядят такими свободными, - произнесла Елена, облизывая пальцы и сверкающими глазами оглядываясь вокруг. - Здесь нигде не увидишь ни солдат, ни охранников. Женщина... женщина может стать здесь кем угодно. - Это зависит от того, что понимать под свободой, - сказал Майлз. - Они тут устанавливают правила, которых мы дома ни за что не потерпели бы. Ты бы видела, как все они бросаются бежать, когда объявляют учебную тревогу - утечку энергии или песчаную бурю. У них нет пограничной зоны для... не знаю, как это сформулировать... для неудачников общества? Непонимающая, сбитая с толку Елена растерянно улыбнулась: - Но каждый устраивает свой брак сам. - А ты знаешь, что здесь ты обязан иметь разрешение, чтобы завести ребенка? Первый - бесплатно, а вот потом... - Это же нелепо, - рассеянно заметила Елена. - Каким таким способом они могут это навязать? - Она явно почувствовала, что задала слишком смелый вопрос - судя по тому быстрому взгляду, что она бросила по сторонам, убеждаясь, нет ли где-нибудь поблизости сержанта. Майлз оглянулся точно так же, как и она. - Постоянным контрацептивным импланантом для женщин и гермафродитов. Чтобы его удалить, нужно разрешение. Есть обычай, что когда девушка достигает зрелости, ей вставляют имплантант, прокалывают уши, и удаляют, э-э, гм... - тут Майлз обнаружил, что и сам умеет краснеть не хуже прочих, и одним духом выпалил: - ... девственную плеву; все за один визит к доктору. Как правило, это семейный праздник - нечто вроде обряда перехода. Именно так можно отличить, доступна ли девушка для знакомства - по ушам. Вот теперь он завладел ее вниманием полностью. Ее руки непроизвольно потянулись к сережкам, и она сделалась не просто красной, а пунцовой. - Майлз! Они что, подумают, что я?.. - Ну это так и... если кто-то станет к тебе приставать - я хочу сказать, когда ни меня, ни твоего отца не будет рядом - не стесняйся сказать им, чтобы они убирались прочь. Они послушаются. Тут этим никто никого не оскорбляет. Но я посчитал, что лучше бы мне тебя предупредить, - он покусывал костяшки пальцев, вокруг глаз от смеха собрались морщинки. - Знаешь, если ты собираешься ходить все шесть недель, прижав руки к ушам... Она торопливо положила руки на колени и сердито глянула на него. - Знаю, все это может казаться ужасно странным, - попытался извиниться Майлз. Обжигающее воспоминание о том, как именно это было странно, на миг его смутило. Ему было пятнадцать, когда он приехал на Бету на целый учебный год, и впервые в жизни он почувствовал вокруг себя неограниченные, казалось бы, возможности для сексуальной близости. Эта иллюзия быстро потерпела крах и сгорела, стоило ему только обнаружить, что самые очаровательные девушки уже разобраны. Среди остальных вроде бы в равных пропорциях присутствовали добрые самаритянки, извращенки/любопытствующие, гермафродиты и мальчики. Желания стать объектом благотворительности у Майлза не было, а для двух последних категорий он чувствовал себя слишком барраярцем, хоть и был достаточно бетанцем, чтобы не иметь ничего против, когда этим занимаются другие. Недолгого романа с одной девушкой из разряда любопытствующих ему хватило. Ее завораживающий интерес к особенностям его тела в конце концов заставлял Майлза чувствовать себя еще более неловко, чем самое неприкрытое отвращение, с каким он сталкивался на Барраяре, при всех тамошних яростных предрассудках насчет физического уродства. Впрочем, придя к неутешительному результату, что сексуальные органы у Майлза в норме, девица смылась. Для Майлза этот роман закончился ужасающей черной депрессией, которая от недели к неделе становилась все глубже. В ту ночь, когда она достигла своего апогея, сержант Ботари в третий - и самый тайный - раз спас ему жизнь. Майлз дважды поранил Ботари, пока они молча боролись за нож: он сопротивлялся неистово и истерично, а сержант боялся переломать ему кости. Высоченному Ботари в конце концов удалось взять Майлза в захват и держать, пока тот наконец не сломался, рыдая до полного изнеможения от ненависти к самому себе на окровавленной груди сержанта. И человек, носивший его в детстве на руках, пока в четыре года Майлз не научился ходить, теперь снова взял его на руки, словно ребенка, отнес в постель. Потом Ботари перевязал свои раны и никогда больше не упоминал об этом происшествии. Да, пятнадцатилетие было не очень-то хорошим годом. Майлз был полон решимости его не повторять. Он стиснул руками балконные перила, словно в решимости - но в решимости бесцельной. Бесцельной, как он сам, и значит - никому не нужной. Хмурый взгляд в черную глубину колодца собственных мыслей - и на миг даже роскошь Колонии Бета показалась ему скучной и унылой. Поблизости стояли четверо бетанцев, о чем-то громко споря. Майлз полуобернулся к ним, чтобы лучше видеть из-за плеча Елены. Она начала было говорить что-то о его рассеянности - но Майлз покачал головой и поднял ладонь, прося тишины. И она затихла, с любопытством глядя на него. - Будь все проклято, - говорил толстяк в зеленом саронге. - Мне наплевать, как именно вы это сделаете, но я хочу, чтобы этот сумасшедший убрался с моего корабля. Вы что, не можете взять его штурмом? Женщина в форме бетанской службы безопасности покачала головой. - Послушайте, Калхун, к чему мне рисковать жизнями моих людей из-за корабля, фактически представляющего собой груду лома? Там же нет заложников или еще чего-то в этом роде. - У меня простаивает команда утилизаторов, а они берут полуторную ставку за сверхурочные. Он сидит там наверху уже трое суток. Должен же он когда-нибудь спать, или в туалет ходить, или еще черт знает что, - доказывал штатский. - Если он такой накачавшийся наркотиками псих, как вы утверждаете, то нет лучше способа спровоцировать его на взрыв корабля, чем штурм. Лучше переждем его. - Женщина из службы безопасности повернулась к человеку в голубовато-серой с черным форме одной из крупнейших коммерческих компаний по космоперевозкам. Его серебряно-седые бачки были в тон трем серебряным кружкам на висках и в середине лба - пилотским нейроимплантам. - Или уговорим его выйти наружу. Вы же знакомы, он - член вашего профсоюза, так неужели вы ничего не можете с ним поделать? - О, не больше вас, - возразил капитан-пилот. - Вы на меня это дело не спихнете. Он ведь ясно дал понять, что не желает со мной разговаривать. - В этом году вы - член Совета, и должны иметь над ним хоть какую-то власть - пригрозите лишить его пилотской лицензии или чего-то в этом роде. - Может, Арди Мэйхью и остается пока в Братстве, но он должен взносы уже за два года. Его лицензия и так существует на весьма сомнительных основаниях, и, откровенно говоря, думаю, что этот случай ее загубит. Вся суть этой комедии в первую очередь в том, что когда однажды последний из кораблей серии РГ пойдет на слом, - тут пилот кивнул в сторону толстяка в штатском, - Арди не сможет больше быть пилотом. Медики запретили ему ставить новый имплантант: ничего хорошего из этого бы не вышло, даже будь у него деньги. А их у него нет, я-то чертовски хорошо это знаю. На прошлой неделе он пытался занять у меня на квартплату. Так он, по крайней мере, сказал. А скорее всего - на свое пойло. - И вы ему дали? - спросила женщина в голубой форме администрации космопорта. - Ну, дал, - угрюмо ответил капитан-пилот. - Но сказал, что это в самый последний раз. И вообще... - он хмуро уставился на свои ботинки и вдруг взорвался: - На мой вкус, лучше бы ему погибнуть в славной вспышке, чем подыхать бездомным! Я-то знаю, как бы я себя чувствовал, узнав, что никогда уже не сделаю скачка... - Все пилоты - сумасшедшие, - проворчала женщина из службы безопасности. - А все из-за того, что им прокалывают мозги. Майлз, завороженный, подслушивал их без зазрения совести. Похоже, человек, о котором шла речь, - чудак и неудачник, попавший в беду. Скачковый пилот с проведенным в мозг устаревшим интерфейсом, который вот-вот должен по технологически причинам потерять работу, отсиживается в своем старом корабле, отгоняя демонтажные команды - каково? Майлз заинтересовался. - Вспышка! Вспышка проблем с перевозками - вы это хотите сказать? - пожаловалась женщина-администратор. - Если он исполнит свою угрозу, обломки будут бомбардировать все внутренние орбиты не один день подряд. Нам придется прекратить работы... и чистить орбиты... - Она развернулась на сто восемьдесят градусов, лицом к штатскому. - Уж поверьте, на мой отдел эти расходы не лягут! Я пригляжу за тем, чтобы счет выставили вашей компании, даже если мне придется дойти до Департамента юстиции. Управляющий мусорщиками побледнел, затем стал багроветь: - Во-первых, это ваш отдел разрешил этому чудику с перегревшимися проводами в голове попасть на мой корабль! - прорычал он. - Он заявил, что оставил там личные вещи, - оправдывалась она. - Откуда нам знать, что у него что-то подобное на уме! Майлз представил, как тот забился в свое полутемное убежище, лишенный всех друзей, словно последний оставшийся в живых защитник крепости во время безысходной осады. Майлз непроизвольно сжал кулаки. Говорят, один из его предков, генерал Зелиг Форкосиган, снял осаду с Форкосиган-Сюрло с помощью всего лишь горстки отборных слуг и хитрости... - Елена, - жарко прошептал он, обуздывая ее нетерпение. - Соглашайся со мной и ничего не говори! - Что? - пробормотала она изумленно. - А-а, как славно, мисс Ботари, что вы здесь, - проговорил он громко, как будто только что подошел. Взяв Елену за руку, он направился с нею к группе. Ему было известно, что посторонние обманываются насчет его возраста. На первый взгляд из-за роста он кажется им моложе. Второй же взгляд на его лицо с темным отливом даже тщательно выбритых щек (борода у него склонна была расти густая) и преждевременно жесткими чертами (из-за давнего и близкого знакомства с болью) заставляет их этот возраст переоценивать. Он обнаружил, что может смещать это равновесие в любую сторону, как захочет, одной лишь переменой манеры поведения. Майлз призвал к себе дух десяти поколений своих предков-воинов и улыбнулся как можно суровее. - Добрый день, леди, джентльмены, - приветствовал Майлз бетанцев. Его встретило четыре изумленных взгляда, каждый из которых по-своему выражал замешательство. Под этим натиском его вежливость чуть было не дала трещину, но он сдержался. - Мне сказали, что кто-то из вас может подсказать, где мне найти капитан-пилота Арди Мэйхью. - Дьявол побери, а ты кто такой? - проворчал менеджер компании по утилизации, явно озвучив тем самым вопрос, занимавший всех. Майлз дружелюбно кивнул, едва удержавшись от того, чтобы мысленно не взмахнуть воображаемым плащом. - Лорд Майлз Форкосиган с Барраяра, к вашим услугам. Это мой компаньон, мисс Ботари. Я нечаянно услышал ваш разговор и, думаю, мог бы оказать помощь всем вам, если вы позволите... - За его спиной Елена озадаченно подняла брови, услышав свой новый хоть и неопределенный, но официальный статус. - Послушай, мальчик, - начала было администратор космопорта. Майлз глянул из-под нависших бровей, сверля ее своей лучшей имитацией "военного" взора генерала графа Петра Форкосигана. - Послушайте, сэр, - поправилась она, - что именно... что вы хотите от капитан-пилота Мэйхью? Майлз резко вздернул подбородок. - Я уполномочен вернуть ему долг. - Сам себя он уполномочил, десять секунд назад... - Кто-то должен деньги Арди? - в изумлении спросил менеджер. Майлз выпрямился с оскорбленным видом. - Это не деньги, - рявкнул он так, словно в жизни не притрагивался к презренному металлу. - Долг чести. Администратор космопорта выглядела в меру пораженной, пилот - довольным. У женщины из Безопасности вид был нерешительный. А менеджер утилизационной компании сомневался чрезвычайно. - Ну и чем мне это поможет? - тупо переспросил он. - Я могу уговорить капитан-пилота Мэйхью покинуть ваш корабль, - сказал Майлз, видя, что за путь открылся перед ним, - если вы обеспечите мне возможность встретиться с ним лицом к лицу. - Елена сглотнула; он успокоил ее мгновенным брошенным в сторону взглядом. Четверо бетанцев переглянулись, словно взглядами можно было спихнуть ответственность друг на друга. Наконец капитан-пилот произнес: - Ладно, какого черта. Есть у кого-нибудь идея получше? Сидящий в пилотском кресле пассажирского катера седовласый капитан катера произнес - в очередной раз - в коммуникатор: - Арди? Арди, это Вэн. Ответь мне, а? Я тут привез кое-кого обсудить с тобой дела. Он собирается подняться на борт. Хорошо, Арди? Ты не собираешься делать глупости, верно? Единственным ответом было молчание. - Он принимает вашу передачу? - спросил Майлз. - Его комм-пульт - да. Кто знает, там ли он, не прикрутил ли громкость, не спит ли... жив ли он вообще. - Да жив я, - неожиданно рявкнул низкий голос из динамика, отчего оба подскочили на месте. Изображения на экране не было. - А вот ты вряд ли выживешь, Вэн, если попытаешься пробраться на мой корабль - ты, обманщик, сукин сын... - Я пытаться не буду, - пообещал старший пилот. - Только мистер, гм, лорд Форкосиган, вот. Повисла угрюмая тишина, если так можно было назвать шипение статических разрядов. - Он что, работает на этого кровососа Калхуна? - подозрительно спросил динамик. - Ни на кого он не работает, - успокоил Вэн. - И он не из Совета психического здоровья? Никто не собирается подобраться ко мне с этим чертовым шприц-пистолетом - вот взорву нас всех к чертовой матери, в первую... - Он даже не бетанец. Он с Барраяра. Говорит, что ищет тебя. Снова молчание, потом все тот же голос, ворчливый и неуверенный: - Я вроде ничего не должен никаким барраярцам ... я ни одного барраярца даже не знаю. Странное ощущение давления и мягкий щелчок с внешней стороны корпуса дали понять, что они пристыковались к старому грузовику. Пилот поднял палец, подавая Майлзу знак, и Майлз занялся замком шлюзового люка. - Готово, - объявил он. - Уверены, что хотите это сделать? - шепнул капитан-пилот. Майлз кивнул. Сбежать из-под охраны Ботари уже было маленьким чудом. Он облизал губы и улыбнулся, наслаждаясь веселящим ощущением опасности и отсутствия веса. Он надеялся, что Елена там, на планете, не даст поднять тревоги без необходимости. Майлз открыл люк. Раздалось "пуф-ф" - давление воздуха в обоих кораблях уравнялось. Он уставился во мрак переходного туннеля. - Фонарик есть? - Вон там, на полке, - показал капитан-пилот. Оснащенный фонариком, Майлз осторожно вплыл в трубу. Тьма расступалась перед ним, пряталась в углах и поперечных коридорах и вновь смыкалась за его спиной. Майлз держал путь в рубку пилота и штурмана, где, вероятно, и таилась его будущая добыча. Расстояние было вообще-то небольшим - отсек команды невелик, большая часть корабля отдана под грузовой трюм - но абсолютная тишина делала это путешествие субъективно долгим. Нулевая сила тяжести уже начала оказывать свой обычный эффект, заставляя его сожалеть о том, что он недавно съел. Ванильное мороженое, подумал он, черт бы его побрал. Впереди стал виден тусклый свет, падающий в коридор из открытого люка. Приближаясь, Майлз, громко прочистил горло. Учитывая ситуацию, лучше бы этого человека не пугать. - Капитан-пилот Мэйхью? - мягко окликнул он, подтягиваясь к двери. - Меня зовут Майлз Форкосиган, и я ищу... ищу... - какого дьявола он ищет? Ну ладно. Вперед. - Я ищу отчаянных людей, - с пафосом закончил он. Мэйхью, пристегнув ремни, скорбной кучей сгорбился в пилотском кресле. На коленях у него громоздились: пилотский шлем, полупустая литровая бутыль с какой-то прозрачной жидкостью опалесцирующего ядовито-зеленого цвета и коробка, увенчанная рубильником и наспех подсоединенная массой спутанных проводов к наполовину раскуроченному пульту управления. Столь же завораживающим, как коробка с рубильником, выглядел темный, плоский и совершенно нелегальный по бетанским законам игольный пистолет. Мэйхью моргнул при этом явлении в дверях (глаза у него опухли и были обведены красной каймой) и - не выпуская из руки смертоносного игольника - поскреб трехдневную щетину на подбородке. - Да? - произнес он рассеянно. Игольник на некоторое время отвлек Майлза. - Как вы его вообще протащили через бетанскую таможню? - спросил он с искренним восхищением в голосе. - Мне мимо них и рогатку провезти не удавалось. Мэйхью уставился на игольник в своей руке так, словно только что его обнаружил - как на прыщ, которого у себя раньше не замечал. - Купил как-то на Альянсе Джексона. Я никогда не пытался вынести его с корабля. Если бы попробовал, то его у меня наверняка бы отобрали. Эти, там внизу, все у тебя отбирают, - он вздохнул. Майлз осторожно пробрался в рубку и, скрестив ноги, уселся в воздухе в вежливой и не несущей угрозы - как он надеялся - позе внимательного слушателя. - А как вы вообще до этого дошли? - спросил он, кивком адресуя термин "это" к кораблю, ситуации и всему тому, что было навалено у Мэйхью на коленях. Мэйхью пожал плечами. - Невезучая судьба. Мне никогда не везло. Вот та авария с РГ-88 - эти чертовы трубы лопнули, жидкость намочила мешки с далом, они распухли и проломили переборку, а с этого все и началось. Заведующему погрузкой в порту и по рукам не надавали. Черт побери, пил я там или не пил, разницы-то никакой проклятой нету! - Он шмыгнул носом и провел рукавом по покрасневшему лицу. Вид у него был такой, словно, страшно подумать, он вот-вот разрыдается. Нервирующее зрелище, прикинул Майлз, с сильным мужчиной лет сорока в главной роли. Но вместо этого Мэйхью отхлебнул из своей бутылки здоровенный глоток, в потом, смутно вспомнив о правилах хорошего тона, протянул ее Майлзу. Майлз вежливо улыбнулся и взял. Может, воспользоваться случаем и вылить ее содержимое, в интересах протрезвления Мэйхью? Однако в невесомости к осуществлению этой идеи есть одно препятствие. Вылить жидкость можно только в другую емкость, если не хочешь весь остаток своего визита уворачиваться от плавающих капель, или что там с нею станется. Трудно сделать это как бы случайно. В чисто научных целях Майлз продегустировал содержимое, пока размышлял. Он едва удержался от того, чтобы поперхнуться - в невесомости-то! Густой, травянисто-зеленый, сладкий как сироп - от сладости Майлза чуть не вывернуло - и где-то около шестидесяти процентов чистого спирта. Но каков состав остального? Напиток обжег его пищевод, внезапно заставив Майлза почувствовать себя чем-то вроде живой модели пищеварительного тракта, где все части выделены разными цветами. Почтительно вытерев горлышко рукавом, он протянул бутылку владельцу, и тот снова пристроил ее себе под руку. - Спасибо, - просипел Майлз. Мэйхью кивнул. - Итак, как... - он втянул воздух и откашлялся, чтобы вернуть себе нормальный голос, - ... что вы собираетесь делать дальше? Чего вы требуете? - Требования? - повторил Мэйхью. - Дальше? Я не... я просто не собираюсь позволять этому живодеру Калхуну убить мой корабль. И нет... нет никаких "дальше". - он побаюкал в руках коробку с рубильником, словно какая-то несчастная мадонна мужского пола. - Ты когда-нибудь бывал красным? - внезапно спросил он. У Майлза возникло какое-то спутанное представление о древних политических партиях на Земле. - Нет, я фор, - ответил он, не уверенный, что отвечает правильно. Но вроде бы разницы не было. Мэйхью ушел в себя. - Красный. Красный цвет. Однажды я был чистым светом - во время скачка в какую-то небольшую дыру в направлении местечка под названием Геспари-2. В жизненном опыте скачку никакого аналога нет. Если ты ни разу не оседлал луч света в собственном мозгу - цвета, которым никто никогда не давал имен - для этого и слов нет. Лучше, чем сны, чем кошмары - лучше женщин - лучше, чем есть, пить, спать или дышать - а нам еще за это платят! Бедные обманутые простаки - у них под черепом нет ничего, кроме протоплазмы... - Он мутными глазами вгляделся в Майлза. - Извини. Ничего личного. Просто ты не пилот. А я больше никогда не возил груз на Геспари. - Он сфокусировал взгляд на Майлзе поотчетливее. - Слушай, а у тебя-то тоже неприятности, верно? - Уж поменьше, чем у вас, - откровенно ответил уязвленный Майлз. - Хм... - согласился пилот и снова передал ему бутылку. Любопытное питье, подумал Майлз. Что бы в нем ни было, оно нейтрализует эффект, какой на него обычно оказывает этанол: в сон от него не клонит. Он ощутил прилив энергии, теплую волну, словно прокатившуюся до самых кончиков пальцев рук и ног. Наверное, так Мэйхью и продержался три дня без сна, один в этой всеми покинутой жестянке. - Итак, - насмешливо продолжил Майлз, - плана сражения у вас нет. Вы не потребовали миллион бетанских долларов в мелких немаркированных купюрах, не грозили протаранить кораблем крышу космопорта, не взяли заложников, не... вообще не совершили ничего дельного. Просто сидите тут, убиваете время, приканчивая свою бутылку, и упускаете возможности - из-за нехватки хотя бы небольшой решимости, или воображения, или еще чего-то. Такая неожиданная точка зрения заставила Мэйхью моргнуть. - Ей-богу, Вэн хоть раз сказал правду. Ты действительно не из Совета по психическому здоровью... Я бы мог взять в заложники тебя, - уступчиво предложил он, качнув игольником в сторону Майлза. - Нет-нет, этого не делайте, - торопливо сказал Майлз. - Я не могу объяснить, но... они там внизу слишком остро отреагируют на это. Эта мысль плохая. - А-а. - Ствол игольника опустился. - Но все равно... неужели ты не видишь, - он постучал по своему шлему, пытаясь объяснить, - разве могут они дать мне то, что я хочу? Я хочу водить скачковые корабли. И не могу, больше не могу. - Я так понимаю, можете только на этом корабле. - Этот корабль пойдет на слом, - его отчаяние оказалось безжизненным, неожиданно рациональным, - как только я не смогу больше оставаться без сна. - Такая позиция никуда не годится, - высмеял его Майлз. - По крайней мере, примените к этой проблеме немножко логики. Я имею в виду, примерно так. Вы хотите быть скачковым пилотом. Вы можете быть скачковым пилотом только на корабле типа РГ. Это последний корабль типа РГ. Эрго, вам нужен этот корабль. Так берите его. Сделайтесь пилотом-владельцем. Возите грузы сами. Просто, видите? И, пожалуйста, можно мне еще этой штуки? - К этому жуткому вкусу привыкаешь весьма быстро, обнаружил Майлз. Мэйхью потряс головой, цепляясь за свое отчаяние и за коробку с рубильником, словно ребенок за привычную, удобную игрушку. - Я пробовал. Я все пробовал. Я думал, возьму заем. А он накрылся, и, вообще, Калхун предложил цену выше. - Ах так. - Майлз вернул бутылку, почувствовав, что падает. Он уставился на пилота, по отношению к которому висел сейчас в воздухе под углом в девяносто градусов. - Ну, я-то знаю одно - уступать нельзя. Шдав... сдаваясь, пятнаешь честь фора. - Он принялся мурлыкать под нос отрывок из полузабытой с детства баллады "Осада Серебряной Луны". Он помнил, что там должен быть фор-лорд и еще прекрасная ведьма, которая летала верхом на волшебной ступе; потом в этой ступе они истолкли кости своих врагов. - Дайт'мне еще глотнуть. "Коль поклянешься мне, то я -- сеньором стану для тебя..." - Эй? - переспросил Мэйхью. Майлз обнаружил, что распевает уже вслух, хоть и негромко. - Ничего, извините. - Еще несколько минут он парил молча. - Вот в чем проблема с бетанской системой. Никто ни за что не несет личной ответственности. А все эти безликие, вымышленные корпоративные органы - правительство призраков. Что вам нужно, так это сюзерен, который взял бы в руки меч и прорубился сквозь всю эту канцелярщину. Как Форталия Храбрый в Чаще Терновника. - Что мне нужно, так это выпить, - угрюмо заявил Мэйхью. - Да? Ой, извините. - Майлз вернул бутылку. В глубине его мозга зарождалась идея, словно туманность, только начинающая сжиматься. Еще чуть массы, и она загорится, как протозвезда... - Вот она! - закричал он, резко выпрямляясь и тем самым нечаянно придав своему телу нерегулярное вращение. Мэйхью вздрогнул, чуть не разрядив игольник в пол, и неуверенно поглядел на бутылку. - Нет, она у меня, - поправил он. Майлз справился с вращением. - Лучше нам проделать все отсюда. Первый принцип стратегии: никогда не уступай своего преимущества. Можно воспользоваться вашим комм-пультом? - Зачем? - Я, - заявил Майлз величественно, - собираюсь купить этот корабль. А затем нанять вас в качестве пилота. Мэйхью вытаращился в недоумении, переводя взгляд с Майлза на бутылку и обратно. - У тебя столько денег? - Гм... Ну, у меня есть некое имущество. Несколько минут возни с комм-пультом, и на экране возникла физиономия менеджера утилизационной компании. Майлз кратко изложил свое предложение. Лицо Калхуна из недоверчивого сделалось возмущенным. - И вы называете это компромиссом? - возопил он. - По себестоимости! А залог? Я вам что, какой-нибудь чертов торговец недвижимостью? - Мистер Калхун, - снисходительно произнес Майлз, - позвольте заметить, что выбираете вы не между моим векселем и этим кораблем. Выбор - между векселем и градом раскаленных осколков. - Если я обнаружу, что вы в сговоре с этим... - В жизни его не встречал, до сегодняшнего дня, - опроверг Майлз. - А что с этой землей не так? - подозрительно спросил Калхун. - Я имею в виду, помимо того, что она на Барраяре. - Это что-то вроде плодородной фермерской земли, - избежал Майлз прямого ответа. - Покрыта лесом - сто сантиметров осадков в год, - на это бетанец должен клюнуть, - чуть больше трехсот километров от столицы. Столице повезло, что она с наветренной стороны. - И я ее полноправный владелец. Только что получил ее в наследство от деда. Не останавливайтесь - проверьте это через посольство Барраяра. Проверьте климат-карты. - Насчет количества осадков - они там не в один день выпадают, а? - Разумеется, нет, - ответил Майлз, возмущенно выпрямившись. Не так-то легко проделать это в невесомости. - Это земля моих предков - мы владеем ею уже десять поколений подряд. Можете мне поверить, я приложу все усилия и покрою этот вексель прежде, чем позволю моей родовой земле уплыть из своих рук... Калхун раздраженно потер подбородок. - Себестоимость плюс двадцать пять процентов, - предложил он. - Десять. - Двадцать. - Десять, или я вас направлю напрямую к капитан-пилоту Мэйхью. - Ладно, - простонал Калхун. - Десять процентов. - Договорились. Конечно, все было не так просто. Но благодаря эффективности бетанской планетарной информсети сделка, которая на Барраяре отняла бы несколько дней, была заключена меньше чем за час и прямо из корабельной рубки Мэйхью. Майлз весьма хитро не уступал тактическое преимущество в переговорах, которое давала им коробка с рубильником, а Мэйхью, когда первое изумление у него прошло, замолчал, всем своим видом высказывая отвращение к идее сдвинуться с места. - Послушай, малыш, - произнес он внезапно, когда сделка была уже на полпути к завершению. - Я ценю все, что ты стараешься сделать, но... но это просто слишком поздно. Понимаешь, когда я спущусь вниз, они не захотят обратить это в шутку. Служба безопасности будет меня ждать в стыковочном отсеке, а за спиной у них будет маячить патруль из Совета психического здоровья. Они быстренько прихлопнут меня сеткой-парализатором. А месяца через два ты меня увидишь - я буду ходить и улыбаться. Когда СПЗ заканчивает свою работу, человек всегда улыбается... - Мэйхью беспомощно тряхнул головой. - Просто слишком поздно. - Ничто не поздно, пока ты еще дышишь, - отрезал Майлз. Он принялся за то, что для невесомости было аналогом вышагивания по комнате: оттолкнуться от одной стены, проплыть в воздухе и оттолкнуться от другой, и так пару дюжин раз подряд, пока размышляешь. - У меня идея, - сказал он наконец. - Держу пари, это позволит нам выиграть время - по крайней мере, достаточно времени, чтобы устроить что-нибудь получше. Беда только в том, что раз вы не барраярец, то не поймете, что именно вы делаете - а вещь это серьезная. Мэйхью выглядел совершенно сбитым с толку. - Чего? - Примерно так. - Шлеп, быстрое движение, резкий поворот, шлеп. - Если бы вы присягнули мне на верность как обычный оруженосец, признали меня своим сюзереном - а это самая простая из форм наших клятвенных отношений - я мог бы подвести вас под свой дипломатический иммунитет третьего класса. Вообще-то я уверен лишь, что смог бы, будь вы подданным Барраяра. А вы, разумеется, гражданин Беты. В любом случае, я практически уверен, что мы сможем собрать кучу юристов, и они несколько дней будут пытаться выяснить, какой закон превалирует. По закону я буду обязан предоставить вам кров, стол, платье, оружие - полагаю, этот корабль можно классифицировать как ваше оружие? - и покровительство в случае вызова со стороны другого вассала (здесь, на Бете, это вряд ли применимо)... Кроме того, существует масса параграфов насчет вашей семьи - кстати, она у вас есть? Мэйхью помотал головой. - Это все упрощает. - Шлеп, вперед, поворот, сильный удар. - Тем временем ни Безопасность, ни СПЗ тронуть вас не смогут, потому что по закону вы... как бы часть моего тела. Мэйхью моргнул. - Это звучит чертовски дико. Так где мне расписаться? И как ты это зарегистрируешь? - Все, что вам нужно сделать - это преклонить колени, положить свою руку между моих ладоней и повторить пару фраз. Даже свидетелей не нужно, хотя по обычаю их требуется двое. Мэйхью пожал плечами. - Ладно. Валяй, малыш. Шлеп, вперед, поворот. - "Ладно-валяй-малыш"? Я так и думал, что вы не поймете. То, что я вам сейчас описал - крошечная часть моей половины договора, ваши привилегии. А он еще включает ваши обязательства и массу моих прав по отношению к вам. Как пример - просто как пример - если в разгар боя вы откажетесь исполнить мой приказ, я буду вправе отсечь вам голову. Прямо на месте. У Мэйхью отвалилась челюсть. - Ты понимаешь, - произнес он наконец, - что СПЗ велит накинуть сетку и на тебя... Майлз сардонически ухмыльнулся. - Не сможет. Потому что стоит им попробовать, и я возоплю к моему сюзерену о защите. И получу ее. Его весьма обижает, когда подобное пытаются сотворить по отношению к его подданным. Ага, вот еще один аспект. Если вы становитесь моим вассалом, то автоматически устанавливаете некие отношения с моим собственным сюзереном, но уже более сложные. - Ну да, с сюзереном твоего сюзерена, и его сюзереном, и так далее, - сказал Мэйхью. - Про цепочку командования я все знаю. - Ну уж нет, дальше оно не идет. Я присягал напрямую Грегору Форбарре, как вассал секундус. - Майлз осознал, что он тоже может произносить нечто бессвязное, хотя смысл в его словах и был. - А кто этот Грег... как его? - спросил Мэйхью. - Император. Барраяра - добавил Майлз ради уверенности, что тот понял. - А-а. Типичный бетанец, подумал Майлз; их не учат ничьей истории, кроме земной и их собственной. - Во всяком случае, задумайтесь об этом. Такие вещи наспех не делаются. Когда была зафиксирована последняя голосовая подпись, Мэйхью осторожно отсоединил коробку с рубильником, - Майлз задержал дыхание - и старший капитан-пилот вернулся за ними к кораблю, чтобы доставить на планету. Старший пилот обратился к Майлзу с большим оттенком почтения в голосе. - Я и не представлял, что вы из такой состоятельной семьи, лорд Форкосиган. Такого решения проблемы я, конечно же, не предвидел. Наверное, один корабль для барраярского лорда - это просто безделушка... - Не совсем, - сказал Майлз. - Мне придется здорово побегать, чтобы обеспечить этот вексель. Признаюсь, моя семья привыкла жить на широкую ногу - но то было раньше, в Период Изоляции. Между экономическим подъемом в самом его конце и Первой Цетагандийской войной мы в финансовом смысле совсем сошли на нет. - Он слегка ухмыльнулся. - Все началось с вас, инопланетян. Когда до нас добрались первые галактические торговцы, то мой прадед со стороны Форкосиганов решил сорвать хороший куш на драгоценностях - ну знаете: алмазы, рубины, изумруды - которые продавались у инопланетян, казалось бы, столь дешево. Он вложил в них все свои ликвидные средства и примерно половину движимого имущества. Ну, конечно, камни были синтетическими - лучше натуральных, но дешевле грязи... хм, песка. Рынок лопнул и увлек его за собой. Мне говорили, прапрабабка так ему этого и не простила. - Он махнул рукой в сторону Мэйхью, и тот, уже наученный, протянул свою бутылку. Майлз предложил было ее старшему пилоту, который с выражением отвращения отказался. Майлз пожал плечами и отпил длинный глоток. Поразительно славная штука. В этот раз не только пищеварительная, но и кровеносная система запылала всеми цветами радуги. У него было такое чувство, что он может обойтись без сна до конца своих дней. - К несчастью, большая часть земель, что он продал, лежит в окрестностях Форкосиган-Сюрло, там довольно сухо (не по вашим меркам, разумеется), а те, что он сохранил - вокруг Форкосиган-Вашного, там климат получше. - Что же в этом за несчастье? - спросил Мэйхью. - Ну, несчастье было в том, что там располагалась все органы управления форкосигановской провинцией и что мы владели там каждым камнем и деревцем, - а это был довольно важный торговый и промышленный центр... И вот поэтому и еще потому, что Форкосиганы играли, м-м-м... заметную роль в Сопротивлении, цетагандийцы взяли город в заложники. Это долгая история, но... в конце концов они его уничтожили. Теперь это здоровенная ямища, запекшаяся в стекло. В темную ночь легкое свечение в небе видно километров за двадцать. Старший капитан-пилот мягко ввел катер в стыковочный отсек. - Эй, - произнес вдруг Мэйхью. - Эти земли, что у вас были вокруг Форкосиган-как-бишь-вы-сказали? - Вашного. И не были, а есть. Сотни квадратных километров, большей частью с подветренной стороны, а? - Это что, та самая земля... - его лицо озарилось так, как будто солнце выглянуло после долгой, темной ночи. - Это та самая земля, что вы заложили... - Он принялся вполголоса смеяться от восторга; они выбрались из катера. - Вот что вы дали в заклад этому навозному жуку Калхуну, чтобы вернуть мне корабль? - Caveat emptor: "покупатель, будь осторожен", - кивнул Майлз. - Климат-схему он проверил, но не додумался проверить график радиоактивности. Наверно, тоже никогда не учил историю других планет. Мэйхью просто сел на пол отсека, согнувшись от хохота так, что чуть не уперся макушкой в пол. Хохот этот был на самой грани истерики; трое суток без сна, в конце-то концов... - Сынок, - взмолился он, - выпей за мой счет... - Понимаете, я собираюсь ему заплатить, - объяснил Майлз. - Гектары, что он потребовал, могут проделать ужасно неэстетичную дыру на карте владений моих потомков - пару сотен лет спустя, когда там все остынет. Но если он станет жадничать или бесцеремонно требовать - ну, тогда получит то, чего заслуживает. К ним устремились три группы людей. Первую возглавлял Ботари - похоже, ему наконец удалось сбежать от таможенников. Воротник его был расстегнут, и сам он выглядел явно взъерошенным. Ого-го, подумал Майлз, сержанта явно раздели и устроили личный досмотр, так что тот сейчас гарантированно в жутком расположении духа. За ним следовали еще один патрульный из СБ и прихрамывающий бетанец в гражданском, которого до того Майлз ни разу не видел. Последний жестикулировал и горько жаловался. На физиономии у него виднелся синевато-багровый кровоподтек, один глаз почти полностью заплыл. Позади всех тащилась Елена; казалось, она была на грани слез. Вторая группа состояла из администраторши космопорта и множества прочих чиновников. Третью группу вела женщина из бетанской СБ. При ней было двое здоровенных патрульных, а в кильватере двигались четверка медиков. Мэйхью глянул вправо, влево - и моментально протрезвел. В руках у агентов СБ были парализаторы. - Ох, мальчик, - пробормотал он. Люди из Безопасности развернулись веером. Мэйхью грохнулся на колени. - Ох, малыш... - Все в твоих руках, Арди, - тихо произнес Майлз. - Давай! Ботари, отец и дочь, уже подошли к ним. Сержант открыл рот и собирался было взреветь. Майлз, понизив голос, - бог ты мой, этот прием сработал! - оборвал его: - Пожалуйста - смирно, сержант. Вы нужны мне как свидетель. Капитан-пилот Мэйхью хочет принять присягу. Сержант сжал челюсти, словно тиски, но вытянулся по стойке "смирно". - Вложи свои ладони в мои руки, Арди - вот так - и повторяй за мной. Я, Арди Мэйхью (кстати, это твое полное имя по закону? хорошо, будем пользоваться им), свидетельствую, что я, не связанный доныне присягой свободный человек, принимаю службу под началом лорда Майлза Нейсмита Форкосигана как обычный оруженосец... начинай-ка, повтори эту часть... - Мэйхью повторил, кося глазами вправо и влево. - И буду считать его моим сюзереном и командиром до тех пор, пока его или моя смерть не освободит меня от клятвы. Это тоже было повторено. Майлз произнес весьма поспешно, поскольку толпа уже смыкалась вокруг него: - Я, Майлз Нейсмит Форкосиган, вассал секундус императора Грегора Форбарры, принимаю твою клятву и обещаю тебе защиту как сюзерен и командир, в чем клянусь моим словом Форкосигана. Сделано - теперь можешь встать. Одно хорошо, подумал Майлз, происходящее отвлекло сержанта, что бы он там ни собирался до этого сказать. Наконец Ботари обрел голос: - Милорд! - прошипел он. - Вы не можете привести к присяге бетанца! - Я только что сделал это, - радостно заметил Майлз. Он ощущал такое весьма необычное чувство довольства собой, что даже чуть подпрыгнул на месте. Взгляд сержанта прошелся по бутылке Мэйхью, и он сощурился на Майлза: - Почему вы не уснули? - проворчал он. Бетанский полисмен показал на Майлза. - Этот тот самый человек? Подошла офицер СБ из службы самого космопорта. Мэйхью так и пребывал на коленях, словно намереваясь отползти под прикрытием огня у себя над головой. - Капитан-пилот Мэйхью! - крикнула она. - Вы арестованы. Вот список ваших прав: вы можете... Пострадавший тип в штатском перебил ее, тыча пальцем в сторону Елены: - Да черт с ним! Вот эта женщина на меня напала. У меня дюжина свидетелей. Проклятие, пусть ее арестуют. Она ненормальная! Елена снова прижала ладони к ушам, ее нижняя губа хоть была прикушена, но слегка дрожала. Майлз начал улавливать суть дела. - Ты ему врезала? Она кивнула. - Но он сказал мне такую ужасную вещь... - Милорд, - укоризненно произнес Ботари, - с вашей стороны было большой ошибкой оставить ее одну, в этом месте... Женщина из СБ начала снова: - Капитан-пилот Мэйхью, вы имеете право... - По-моему, она мне глазницу повредила! - простонал избитый. - Я на нее в суд... Майлз послал Елене обнадеживающую улыбку. - Не беспокойся, я об этом позабочусь. - У вас есть право!... - выкрикнула агент СБ. - Прошу прощения, агент Браунел, - мягко перебил ее Майлз. - Капитан-пилот Мэйхью теперь мой вассал. Поскольку я его сюзерен и командир, все обвинения против него должны быть адресованы мне. Теперь это мой долг - определить обоснованность этих обвинений и распорядиться о соответствующем наказании. У него нет никаких прав, кроме права принять вызов на бой один на один, в ответ на некие категории клеветы, вдаваться в которые сейчас слишком сложно. - (Это уже устарело, поскольку дуэли были объявлены императорским эдиктом вне закона, но эти бетанцы разницы не поймут). - Так что если вы случайно не принесли с собой две пары клинков и не собираетесь, скажем, оскорблять честь матушки капитан-пилота Мэйхью, вы просто должны... э-э... держать себя в руках. Своевременный совет: женщина из СБ выглядела так, словно вот-вот взорвется. Мэйхью с надеждой кивнул, слабо улыбаясь. Ботари беспокойно дернулся, мгновенным взглядом скользнув по толпе и оценив число людей и оружия в ней. Спокойно, подумал Майлз, сделаем это спокойно. - Вставай, Арди... Пришлось некоторое время потратить на убеждения, но в конце концов офицер безопасности сверилась у своего начальства насчет странного способа, каким Майлз защитил капитан-пилота Мэйхью. В тот самый момент, как Майлз надеялся и предсказывал, дело увязло в трясине непроверенных гипотез межпланетного права, грозившей затянуть весь, вне зависимости от уровня, персонал посольства Барраяра и бетанского Госдепартамента. С Еленой было проще. Разъяренному бетанцу предписали лично подать свою жалобу в посольство Барраяра. А там, как Майлзу было известно, того поглотит бесконечная петля Мебиуса - формы, дела, рапорты, - которая имеется специально для подобных случаев в распоряжении высококвалифицированного персонала. Среди этих форм было несколько, особо открывавших простор для творчества. И их необходимо было отправить в шестинедельное путешествие на Барраяр и обратно, причем можно было гарантировать, что пересылать придется по несколько раз - для исправления незначительных ошибок. - Расслабься, - шепнул Майлз в сторону Елены. - Этого парня похоронят в бумагах так глубоко, что ты никогда его больше не увидишь. С бетанцами это прекрасно срабатывает: они просто счастливы, поскольку все это время считают, что этим осложняют тебе жизнь. Только не надо никого убивать. Мой дипломатический иммунитет так далеко не заходит. К тому времени, когда бетанцы сдались, обессиленный Мэйхью уже валился с ног. Майлз, чувствуя себя, словно старый пират, отмечающий рейс с богатой добычей, утащил его за собой. - Два часа, - потрясенно пробормотал Ботари. - Мы пробыли в этом проклятом месте каких-то проклятых два часа... ГЛАВА 6 - Майлз, дорогой, - бабушка приветствовала его легким поцелуем в щеку, обязательным, как отдание чести. - Ты немного опаздываешь - опять неприятности на таможне? Ты очень устал с дороги? - Ни капельки, - Майлз покачался на пятках, тоскуя по невесомости и ничем не стесненной свободе движений. Судя по ощущению, он мог бы сейчас согласиться пробежать километров пятьдесят, или отправиться на танцы, или еще что-то подобное. Хотя отец и дочь Ботари выглядели утомленными, а Мэйхью был чуть не до зелени бледен. Пилота наскоро представили и отвели в запасную спальню в квартире миссис Нейсмит, где он смог умыться, сделать выбор между двумя пижамами - слишком просторной и слишком маленькой, - и в бессознательном состоянии рухнуть на кровать, словно оглушенный ударом кулака. Бабушка накормила ужином тех, кто остался на ногах, и, как и рассчитывал Майлз, Елену она полюбила сразу же. В присутствии матери обожаемой графини Форкосиган на Елену напал приступ застенчивости, но Майлз был весьма уверен, что старушка вскоре ее из этого состояния выведет. Елена даже сможет подхватить от нее немножко чисто бетанского безразличия к барраярским классовым предрассудкам. Может, это облегчит ту тягостную напряженность, которая, похоже, все росла и росла между ним и Еленой с тех пор, как они перестали быть детьми? Это все из-за проклятого костюма фора, что он носит, подумал Майлз. Бывали дни, когда он казался Майлзу броней - древней, бряцающей, проржавевшей и шипастой. Неудобно носить, невозможно обняться. Дать бы ей в руки консервный нож - пусть посмотрит, что за бледный, мягкий, жалкий моллюск кроется под этой блестящей раковиной. Не то, чтобы это зрелище было не столь отталкивающим... Мысли Майлза погрузились в черный водопад волос Елены, и он вздохнул. Тут он сообразил, что бабушка обращается к нему. - Прошу прощения, мэм? - Я говорю, - терпеливо повторила бабушка, жуя, - один из моих соседей - ты его помнишь, мистер Хэтуэй, он работает в центре по переработке мусора, и я знаю, что ты познакомился с ним, когда ходил здесь в школу... - Да, конечно. - У него небольшая проблема, с которой ты, по моему мнению, мог бы ему помочь, поскольку ты барраярец. Он в каком-то смысле "придержал" ее до твоего приезда, раз уж я сообщила ему, что ты скоро будешь здесь. Он думает, что если ты не очень устал, то вы могли бы пойти туда сегодня вечером, а то все это уж очень начинает беспокоить... - Честно говоря, я мало что могу о нем рассказать, - сказал Хэтуэй, оглядывая пустое пространство под куполом, которое находилось на его специальном попечении. Интересно, подумал Майлз, сколько же нужно времени, чтобы привыкнуть к этой вони. - Кроме того, что он называет себя барраярцем. Время от времени он исчезает, но всегда возвращается. Я пытался уговорить его хотя бы отправиться в Приют, но ему эта идея, похоже, не понравилась. А последнее время я к нему даже приблизиться не могу. Поймите, он не причинил вреда никому и ничему, но кто знает, что с ним такое, он ведь барраярец и вообще... ох, извините... Хэтуэй, Майлз и Ботари осторожно пробирались по ненадежной, неровной поверхности. Странной формы предметы в мусорных кучах стремились неожиданно подвернуться под ногу, чтобы свалить неосторожного. Осколки высокой технологии, поджидающие признания со стороны нового поколения бетанских умельцев, поблескивали посреди обычного и для всего пригодного человеческого мусора. - Ох, проклятие! - воскликнул вдруг Хэтуэй. - Он вернулся и опять зажег огонь. - Завиток серого дыма поднимался в небо метрах в ста от них. - Надеюсь, на сей раз он не жжет дерево. Я просто не могу довести до его сознания, какая это ценность... ладно, так его хоть найти легко... Низина между кучами давала иллюзию защищенного пространства. Худой темноволосый мужчина чуть моложе тридцати мрачно сгорбился над крошечным костерком, аккуратно разложенным на дне плоской параболической тарелки-антенны. Самодельный стол начинал свою жизнь как настольный компьютерный пульт, а теперь явно служил ему кухней, где стояли плоские куски пластика и металла, сейчас несущие службу тарелок и блюд. На нем же лежал, поблескивая красно-золотистой чешуей, выпотрошенный и готовый к жарке большой карп. Темные глаза, обведенные кругами от истощения, вспыхнули, когда под ногой приближающихся людей хрустнул обломок. Человек вскочил на ноги, схватившись за что-то похожее на самодельный нож. Майлз не мог сказать, из чего этот нож сделан, но он явно неплох, раз им разделали рыбу. Рука Ботари автоматически нашарила парализатор. - Думаю, он и есть барраярец, - прошептал Майлз Ботари. - Смотри, как двигается. Сержант согласно кивнул. Человек держал нож особым образом, по-солдатски, прикрывая левой рукой правую, и был готов не дать себя схватить или ударить острием при попытке потянуться к оружию. Казалось, эту стойку он принял бессознательно. Хэтуэй повысил голос: - Эй, Баз! Я тут привел к тебе гостей, ладно? - Нет. - Ну послушай! - Хэтуэй скользнул вниз с кучи обломков, подобравшись ближе, но не слишком близко. - Я ведь тебе не докучал, правда? Позволил тебе околачиваться по моему центру целыми днями, все нормально, пока ты ничего отсюда не выносишь... это же не дерево горит, правда? ох, ну ладно... На этот раз я посмотрю на это сквозь пальцы, но только хочу, чтобы ты поговорил с этими парнями. Хорошо? Вообще-то они с Барраяра. Баз резко перевел взгляд на Майлза с Ботари, его лицо выражало странную смесь жажды и отчаяния. Губы его беззвучно зашевелились, и Майлз прочел по ним слово - "родина". Он видит только мой силуэт, подумал Майлз, спустимся-ка вниз, там он увидит мое лицо в свете костра. Он осторожно пробрался вниз вслед за Хэтуэем. Баз уставился на него. - Ты не барраярец, - сказал он решительно. - Я наполовину бетанец, - ответил Майлз, не испытывая желания вдаваться в медицинские подробности прямо сейчас. - Но вырос я на Барраяре. Там моя родина. - Родина, - прошептал тот едва слышно. - Долгий путь ты проделал от дома. - Майлз перевернул вверх дном пластиковый корпус еще-чего-то-там (оттуда свисали провода, придавая этой штуке грустный, выпотрошенный вид) и сел сам. Ботари занял позицию выше, на куче обломков, в пределах дистанции, удобной для внезапной атаки. - Ты застрял здесь или как? Тебе, э-э... тебе не нужно помочь добраться домой? - Нет. - Баз бросил взгляд в сторону, нахмурившись. Его костер прогорел. Он пристроил металлическую решетку кондиционера на угли и положил на нее рыбу. Хэтуэй как завороженный взирал на эти приготовления. - Что ты собираешься делать с этим мертвым карасем? - Съесть. На лице Хэтуэя изобразилось отвращение. - Послушай, мистер, - тебе всего-то нужно явиться в Приют и дать занести себя в Картотеку, и ты получишь столько протеиновых ломтиков, сколько захочешь - любого вкуса, чистых, свежих, прямо из чанов. Вообще-то на этой планете никто не ест мертвых животных. Кстати, где ты взял эту рыбу? Баз с тревогой ответил: - Вытащил из фонтана. Хэтуэй задохнулся от ужаса. - Эта выставка принадлежит зоопарку Силика! Ты не можешь съесть экспонат! - Там их куча. Не думаю, чтобы заметили пропажу одной штуки. Я не воровал ее. А поймал. Майлз задумчиво потер подбородок, чуть дернул головой вверх и вытащил из-под куртки зеленую бутылку пилота Мэйхью, захваченную им с собой в последнюю минуту под влиянием импульса. Баз дернулся, но расслабился, увидев, что это не оружие. Следуя барраярскому этикету, Майлз первым сделал глоток - на этот раз маленький, - вытер горлышко рукавом и предложил бутылку худому парню. - Выпьешь, к ужину-то? Неплохая штука. Утоляет голод и осушает слезы. На вкус как конская моча с медом. Баз нахмурился, но бутылку взял. - Спасибо. - Он отхлебнул и повторил придушенным шепотом: - Спасибо! Переложив рыбу на колпак колеса турбомашины, он сел, скрестив ноги, и принялся выбирать из рыбы кости. - Не хочешь? - Да нет, спасибо, только поужинал. - Боже, я себе и представить не мог!... - возопил Хэтуэй. - О, - произнес Майлз. - Я передумал. Попробую-ка. Баз протянул ему кусочек на острие ножа; рука Ботари дернулась. Майлз снял кусочек рыбы губами, на походный манер, и с громким чавканьем прожевал, послав сардоническую улыбку Хэтуэю. Баз махнул бутылкой в сторону Ботари. - А твой друг?.. - Не может. Он на посту. - Телохранитель, - прошептал Баз. Он снова посмотрел на Майлза с тем же странным выражением: страха и чего-то еще. - Кто ты, черт побери? - Не тот, кого тебе стоит бояться. От кого бы ты ни прятался, это не я. Если хочешь, могу тебе дать в этом свое слово. - Фор, - выдохнул Баз. - Ты фор. - Ну да. А ты кто? - Никто. - Баз быстро обгладывал рыбу. Интересно, как давно он ел в последний раз? - В таком месте, как здесь, трудно быть никем, - заметил Майлз. - У каждого номер, каждый прикреплен к месту - не так много щелей, куда может забиться никто. - Вот-вот, - подтвердил Баз, набив полный рот рыбы. - Худшее место из всех, где я бывал. Все время приходится перебираться туда-сюда. - Знаешь, - запустил Майлз пробный шар, - посольство Барраяра поможет тебе вернуться домой, если хочешь. Конечно, деньги потом придется им выплатить, и насчет сбора долгов они весьма пунктуальны - это не контора по бесплатному подвозу желающих автостопом, - но если ты и вправду в беде... - Нет! - Это был почти что крик, легким эхом отдавшийся по огромной арене. Баз неловко понизил голос: - Нет, я не хочу ехать домой. Рано или поздно для меня найдется что-то вроде подработки в космопорте, и я улечу отсюда в местечко получше. Что-нибудь вскоре да подвернется. - Если хочешь найти работу, - энергично начал Хэтуэй, - тебе нужно всего лишь зарегистрироваться в... - Я поступлю, как сам захочу, - грубо оборвал его Баз. Кусочки начали вставать на место. - Баз не хочет регистрироваться нигде, - спокойно и нравоучительно объяснил Майлз Хэтуэю: - До сего момента Баз остается тем, чего, как я считал, на Колонии Бета быть не может. Он - человек, которого нет нигде. Он проскользнул сквозь информационную сеть без малейших следов. Он никогда не прибывал сюда - никогда не проходил через таможню (а это, держу пари, чертовски искусный фокус) - и насколько можно верить компьютерам, он не ест, не спит, ничего не покупает, а также не регистрируется и не получает карточек. И скорее умрет, чем сделает это. - Но, умоляю вас, почему? - растерянно спросил Хэтуэй. - Дезертир, - коротко высказался Ботари со своего возвышения. - Я таких навидался. - Похоже, ты попал в точку, сержант, - кивнул Майлз. Баз вскочил на ноги. - Вы из армейской полиции! Ах ты, ловкий маленький ублюдок!... - Сядь, - отмахнулся Майлз, не шевельнувшись. - Я тоже никто. Только не столь умелый, как ты. Баз заколебался. Майлз серьезно его изучал. Все удовольствие внезапно исчезло, смытое холодным душем неопределенности. - Я не думаю... старшина? нет... лейтенант? - Да, - проворчал Баз. - Офицер. Да. - Майлз в волнении прикусил губу. - В бою? Баз неохотно скривился. - Формально - да. - Гм-м. - Дезертир. Странно сверх пределов понимания: человек отдал завидное великолепие Службы за червячок страха, который, как паразит, грыз его внутренности. Бежит ли он от какого-то трусливого поступка? Или от другого преступления? Или от ошибки - какой-то ужасной, смертельной ошибки? Формально Майлз был обязан помочь армейской полиции сцапать этого парня. Но он же сегодня вечером пришел сюда помочь этому человеку, а не уничтожить его... - Не понимаю, - произнес Хэтуэй. - Он что, совершил преступление? - Да, и чертовски серьезное. Дезертирство в разгар битвы. - пояснил Майлз. - Если его выдадут на Барраяр, кара за дезертирство согласно букве закона - четвертование. - То есть у него отнимут четверть имущества? - Хэтуэй пожал плечами. - Не вижу в этом ничего такого. Он уже два месяца живет у меня на помойке. Что-нибудь худшее трудно себе представить. Так в чем же дело? - Четвертовать, - объяснил Майлз - гм... это не забирать четвертую часть чего-то. Это значит разрубить на четыре куска. Шокированный Хэтуэй вытаращил глаза. - Но ведь это убьет его! - Он оглянулся вокруг - и увял под одинаково раздраженным взглядом всех троих барраярцев. - Бетанцы, - с отвращением высказался Баз. - Терпеть не могу бетанцев. Хэтуэй что-то пробормотал себе под нос - Майлз уловил лишь "... кровожадные варвары". - Если вы не из армейской СБ, - заключил Баз, снова усаживаясь на землю, - можете тоже проваливать. Вы для меня ничего сделать не в состоянии. - Кое-что я буду вынужден сделать, - сказал Майлз. - Это почему? - Я... боюсь, я нечаянно оказал вам, дурную услугу, господин.. ну, свою фамилию вы тоже можете мне сказать. - Джезек. - Господин Джезек. Видите ли, я, м-м, сам под надзором СБ. Просто тем фактом, что встретился с вами, я подверг опасности ваше укрытие. Простите. Джезек побледнел. - А почему армейская СБ следит за вами? - Не армейская. Боюсь, это Имперская СБ. Дыхание вылетело из груди дезертира, как от сокрушительного удара, кровь мгновенно отлила от его лица. Он согнулся, уткнувшись головой в колени, словно борясь с приступом дурноты. - Боже... - приглушенно проскулил он. - И уставился на Майлза. - Что ты натворил, парень? Майлз обрезал: - Вам я такого вопроса не задавал, господин Джезек! Дезертир пробормотал что-то вроде извинения. Я не могу дать ему знать, кто я есть, подумал Майлз, не то он пулей вылетит отсюда - и прямо в пресловутую смирительную сетку тех, кто обеспечивает мою безопасность. И даже оставайся все как сейчас, лейтенант Кроуи или его подчиненные из штата СБ барраярского посольства примутся этого парня тщательно изучать. Они в бешенство придут, когда узнают, что он - человек-невидимка. Не позже завтрашнего дня, если пропустят его через рутинную проверку. Я только что убил этого человека... нет! - Чем вы занимались на Службе, раньше? - попытался Майлз нащупать мысль, выиграть время. - Был помощником инженера. - Строительство? Системы вооружения? Голос его сделался тверже: - Нет, корабельные скачковые аппараты. Иногда системы вооружения. Я пытался получить техническую работу на частных грузовиках, но большая часть оборудования, на котором меня готовили, в этом секторе устарела. Аппараты гармонических импульсов, цветовые двигатели Неклина - их тут трудно раздобыть. Мне надо бы забраться подальше, прочь от основных экономических центров. У Майлза вырвалось короткое радостное "хм!". - А вы знаете что-нибудь про грузовики серии РГ? - Конечно. Я обслуживал парочку таких. Двигатель Неклина. Но теперь их больше нет ни одного. - Не совсем так, - по телу Майлза пробежала дрожь странного волнения. - Один я знаю. Он скоро собирается отправиться во фрахтовый рейс, если удастся раздобыть груз и собрать команду. Джезек с подозрением его разглядывал. - А там, куда он отправится, нет договора с Барраяром о выдаче преступников? - Может быть. - Милорд, - голос Ботари был полон смятения, - вы же не думаете о том, чтобы укрывать этого дезертира? - Ну, - голос Майлза был мягок, - формально мне неизвестно, дезертир ли он. Я просто слышал некие голословные утверждения. - Он в этом признался. - Бравада, может быть. Или извращенный снобизм. - Вы жаждете сделаться вторым лордом Форлопулосом? - сухо спросил Ботари. Майлз рассмеялся и вздохнул. Уголок рта База дернулся. "Дайте и мне понять смысл этой шутки", взмолился Хэтуэй. - Это снова барраярский закон, - разъяснил Майлз. - Наши судьи не очень-то расположены к людям, которые соблюдают букву закона и нарушают его дух. Классическим прецедентом было дело лорда Форлопулоса с его двумя тысячами поваров. - Он владел сетью ресторанов? - спросил Хэтуэй, пытаясь найти хоть какую-то опору. - Только не говорите мне, что это на Барраяре тоже незаконно... - О, нет. Это было в конце Периода Изоляции, почти сто лет назад. Император Дорка Форбарра создавал централизованное государство и сокрушал власть графов как суверенных правителей - и за это шла гражданская война. Одной из главных вещей, сделанных Доркой, была ликвидация частных армий, которые графы содержали, как это называлось на старой Земле, "за довольствие и жалование". Каждого графа ограничили двадцатью человеками вооруженной свиты - просто телохранителями. - Ну, а у лорда Форлопулоса шла междоусобица с несколькими соседями сразу, для чего ему этой доли явно не хватало. А посему он и нанял две тысячи так называемых поваров и послал их нападать на своих врагов. Вооружая их, он проявил немалую изобретательность: мясницкие тесаки вместо коротких мечей и так далее. Тогда было множество ветеранов, только что потерявших службу и ищущих другую, и они не были слишком горды, чтобы не соглашаться... - глаза Майлза весело поблескивали. - Естественно, император воспринял это по-своему. Дорка выступил в поход на Форлопулоса со своей регулярной армией - к тому времени единственной на Барраяре - и арестовал того за измену. А наказанием за нее было - и остается по сей день - позорный столб и смерть от голода. Так что человек с двумя тысячами поваров был приговорен к голодной смерти на Главной Площади в Форбарр-Султане. Подумать только, всегда говорили, что у Дорки Форбарры нет чувства юмора... Ботари мрачно улыбнулся, Баз фыркнул. Хэтуэй издал куда более фальшивый смешок. - Прелестно, - пробормотал он. - Но конец у этой истории счастливый, - добавил Майлз, и Хэтуэй просветлел. - Примерно в это же время к нам вторглись цетагандийцы, и лорда Форлопулоса отпустили. - Кто, цетагандийцы? Повезло... - Да нет, сам император Дорка, чтобы тот сражался с цетагандийцами. Видите ли, его не простили, просто отложили исполнение приговора. А когда Первая Цетагандийская война закончилась, ему пришлось бы подвергнуться наказанию в полной мере. Но он погиб в бою, сражаясь, так что его смерть в конце концов была почетной. - Это и есть счастливый конец? - Хэтуэй пожал плечами. - Да уж... Тут Майлз заметил, что Баз снова замолчал и ушел в себя. Майлз для пробы улыбнулся ему, и тот ответил улыбкой, делающей его лицо моложе. Майлз принял решение. - Господин Джезек, я собираетесь сделать вам одно предложение, а вы можете принять его или отвергнуть. Корабль, о котором я упомянул, это РГ-132. Скачкового капитан-пилота зовут Арди Мэйхью. Если вы можете исчезнуть - по-настоящему исчезнуть - на следующие пару дней, а потом связаться с ним в космопорте Силика, то пилот будет знать, что должен предоставить вам койку на борту улетающего корабля. - Зачем вы вообще помогает мне, господин... лорд... - Господин Нейсмит - из практических соображений. - Майлз пожал плечами. - Назовите это причудой - люблю видеть, как человек получает второй шанс. Дома от таких вещей не очень-то в восторге. При слове "дома" глаза База молча зажглись в ответ. - Ладно, приятно было услышать родной выговор, хоть на короткое время. Так что, может, я и поймаю вас на слове, - тут он вспомнил, что отвечать прямо не стоит, - а может, и нет. Майлз кивнул, забрал назад свою бутылку, махнул Ботари и удалился. Когда Майлз оглянулся, Джезек был уже тенью, растворившейся возле противоположного выхода. Майлз заметил, как глубоко нахмурился сержант Ботари. Он криво улыбнулся и поддал ногой контрольную оболочку какого-то выброшенного на свалку промышленного робота, наподобие скелета валявшуюся поперек кучи прочих обломков. - Ты хотел бы, чтобы я его сдал? - мягко спросил он. - Хотя ты службист до мозга костей - думаю, хотел бы. Не сомневаюсь, отец мой хотел бы тоже - до того он одержим идеей всепоглощающей власти закона, не важно, насколько ужасны ее последствия. Ботари успокаивался. - Не... не всегда, милорд. - И он снова погрузился в молчание, на это раз неожиданно нейтральное. *** - Майлз, - прошептала Елена, завернув к нему ночью по дороге из ванной в спальню, которую она делила с госпожой Нейсмит, - почему ты не идешь в постель? Почти утро. - Не спится. - Майлз ввел еще один запрос в бабушкин комм-пульт. Он и вправду чувствовал себя свежим и неестественно бодрым. Это было кстати, раз уж он вплотную занялся коммерческой информационной сетью чудовищной сложности. Похоже, на девяносто процентов успех здесь зависел от того, правильный ли вопрос ты задаешь. Мудрено, но после нескольких часов работы он, кажется, в этом наловчился. - Кроме того, в запасной спальне расположился Мэйхью, а я обречен спать на кушетке. - Я думала, кушетка досталась отцу. - Он мне ее уступил, с эдакой улыбочкой мрачного ликования. Он ее ненавидит. Он спал на ней все то время, что я учился в здешней школе. И возлагает на эту кушетку вину за все спазмы и боли в спине и пояснице, какие у него с тех пор случались, даже два года спустя. Нет-нет, и быть не может, что это преклонный возраст к нему подступает... Елена подавилась смешком. Она склонилась через плечо Майлза, вглядываясь в экран. Свечение экрана посеребрило ее профиль; запах ее волос, упавших на лицо, заставлял его голову кружиться. - Нашел что-нибудь? - спросила она. Майлз ввел три неверных запроса подряд, чертыхнулся и заставил себя сосредоточиться. - Ага, думаю, да. Здесь нужно брать в расчет куда больше факторов, чем я считал сперва. Но, думаю, я кое-что нашел... - он снова вызвал обнаруженные им данные и ткнул пальцем сквозь картинку. - Вот он, мой первый груз. На экране показалась длиннющая грузовая декларация. - Сельскохозяйственное оборудование, - разобрала Елена. - Закуплено для... а где эта Фелиция? - Это в районе Тау Верде-4, где бы эта самая Тау Верде ни была. Четырехнедельный рейс - я тут подсчитал стоимость горючего, припасов и вообще всяческого обеспечения - от запчастей до туалетной бумаги. Хотя интересно не это. Самое интересное в том, что с этим грузом я смогу и окупить рейс, и выплатить свой долг Калхуну задолго срока истечения моего векселя. - В его голосе послышалась неловкость. - Боюсь, я, гм... слегка недооценил время, которое понадобится РГ-132, чтобы доставить достаточно грузов для покрытия моего векселя. Здорово недооценил. Весьма здорово. А это плохо. Когда я сложил все реальные цифры, то обнаружил, что отправить судно в рейс стоит куда дороже, чем я рассчитывал. А вот сколько они предлагают за транспортировку груза, - Майлз указал на цифру. - Оплата при доставке, на Фелиции. И груз готов к отправке немедленно. Она наморщила брови, испуганная и озадаченная: - Оплатить весь корабль за один рейс? Так это же чудесно! Но... - Что "но"? - усмехнулся Майлз. - Но почему никто до сих пор не ухватился за этот груз? Похоже, он уже долгое время лежит на складе. - Умная девочка, - пропел он ободряюще. - Дальше. - Я вижу, они платят только по доставке груза. Но, может, это нормально? - Угу. Еще что? Она поджала губы. - Тут что-то странное. - Конечно. - Майлз прищурился. - Что-то, как ты выразилась, странное. - Я что, обязана догадываться? Если ты заставишь меня это делать, я лучше пойду в постель...- Елена подавила зевок. - А-а. Ладно: в настоящий момент Тау Верде IY является зоной военных действий. Похоже, там разворачивается межпланетная война. Одна из сторон заблокировала местный П-В туннель - не своими собственными силами, местечко это вроде бы промышленно отсталое, - а пригласив для этого наемный флот. Так почему же этот груз столько времени гниет на складе? Потому что ни одна из больших транспортных компаний не повезет груз в зону военных действий, там страховка недействительна. Мелких независимых дельцов это тоже касается. А вот меня - нет, поскольку я не застрахован. - Майлз ухмыльнулся. Елена выглядела сомневающейся. - А это разве опасно - пересекать линию блокады? Если не противодействовать задержанию и досмотру... - В данном случае думаю - да. Груз-то случайно оказывается адресован другой стороне в этой драчке. - И наемники его конфискуют? Я хочу сказать, комбайны-роботы, или что там, нельзя классифицировать как контрабанду - или они не обязаны мириться с межзвездными соглашениями? Майлз потянулся, продолжая улыбаться. - Ты почти угадала. Что самое известное из экспорта Колонии Бета? - Ну, разумеется, высокие технологии. Оружие и системы вооружения... - Ее осторожность переросла в испуг. - Ой, Майлз... - "Сельскохозяйственное оборудование", - хихикнул он. - Готов поспорить! К тому же здесь имеется некий фелицианин, заявляющий, что он агент закупившей оборудование компании. Вот вам еще одна подсказка - наличие человека, который лично будет присматривать в дороге за грузом. Первым делом я собираюсь повидаться с ним этим утром - как можно раньше, как только проснется сержант. И Мэйхью - лучше бы взять и его... ГЛАВА 7 Прежде чем позвонить у двери гостиничного номера, Майлз произвел смотр своему отряду. В сержанте Ботари, даже одетом в гражданское, безошибочно узнавался солдат. Мэйхью - вымытый, побритый, отдохнувший, накормленный и облаченный в чистую новую одежду - смотрелся несравненно лучше, чем вчера, но все же... - Выпрямись, Арди, - посоветовал Майлз, - и постарайся выглядеть профессионалом. Мы должны получить этот груз. Я-то думал, бетанская медицина достаточно развита, чтобы вылечить все разновидности похмелья. У этого типа непременно сложится дурное впечатление, если ты появишься, держась за живот. - Уг-м, - промычал Мэйхью. Но все же опустил руки и более-менее сконцентрировался. - Ты сам это поймешь, малыш, - добавил он тоном горького пророчества. - И тебе нужно прекратить называть меня "малыш", - добавил Майлз. - Ты теперь мой оруженосец. Ты обязан обращаться ко мне "милорд". - Ты и правда воспринимаешь эту чепуху всерьез? По одному шажочку за раз. - Это вроде отдания чести, - объяснил Майлз. - Отдаешь честь мундиру, а не человеку. Быть фором - это... это все равно, что носить невидимый мундир, который невозможно снять. Глянь на Ботари - он зовет меня "милорд" со дня моего рождения. Если может он, можешь и ты. Ты теперь его собрат по оружию. Мэйхью поднял взгляд на сержанта. Сержант глянул в ответ, и лицо его было мрачным до чрезвычайности. У Майлза сложилось впечатление, что Ботари, будь тот человеком более эмоциональным, прокомментировал бы мысль о Мэйхью как своем новом собрате по оружию неприличным звуком. Впечатление Мэйхью было явно тем же самым, поскольку он чуть подтянулся и выдал: - Да, милорд. Майлз одобрительно кивнул и нажал кнопку звонка. У человека, открывшего дверь, были темные миндалевидные глаза, высокие скулы, кожа цвета кофе с молоком и ярко-медного оттенка волосы, туго вьющиеся, словно проволока, и очень коротко подстриженные. Его глаза беспокойно обежали всю троицу, чуть расширившись при взгляде на Майлза - сегодня утром при разговоре он видел на экране только его лицо. - Господин Нейсмит? Я Карле Даум. Входите. Даум быстро закрыл за ними дверь и начал возиться с замком. Майлз сообразил, что они только что прошли через сканер оружия и фелицианин хочет украдкой бросить взгляд на его показания. Обернулся тот уже с нервозным и подозрительным видом, а его рука непроизвольно потянулась к правому карману брюк. Никуда в другой угол комнаты он глядеть не стал, и губы Ботари дрогнули в довольной улыбке: сержанту нужно приглядывать за оружием Даума, а тот только что бессознательно выдал, где оно находится. Скорее всего это разрешенный законом парализатор, подумал Майлз, но кто знает? - Не хотите ли присесть? - пригласил фелицианин. В его речи ухо Майлза улавливало мягкий, необычный оттенок, непохожий ни на монотонный выговор бетанцев с его носовыми звуками и тяжелыми "р", ни на отрывистые гортанные звуки Барраяра. Ботари молча дал понять, что предпочтет стоять, и занял позицию справа от Даума так, чтобы тот испытывал неудобство, не в силах отследить его боковым зрением. Майлз и Мэйхью уселись за низкий столик, а Даум сел напротив, спиной к "окну" - видеоэкрану с яркой панорамой: горы и озеро на какой-то планете. На самом деле далеко наверху, на поверхности, завывал такой ветер, что за день ободрал бы любое дерево до голой палки. На фоне окна Даум смотрелся силуэтом, зато его яркий свет не скрывал выражения лиц посетителей; Майлз оценил этот выбор позиции. - Итак, господин Нейсмит, - начал Даум, - расскажите мне что-нибудь про ваш корабль. Какова его грузоподъемность? - Это грузовик класса РГ. На нем легко можно разместить вдвое больше, чем указано в вашей декларации - если допустить, что цифры, введенные вами в компьютерную систему, близки к истине. На этот крошечный намек Даум не отреагировал. Вместо этого он произнес: - Я не очень хорошо знаком со скачковыми кораблями. Он быстрый? - Капитан-пилот Мэйхью, - окликнул Майлз. - А? Ох. Гм, вы имеете в виду ускорение? Устойчивое, вполне. Мы разгоняемся чуть дольше, но в конечном итоге такие же быстрые. - Он маневренный? Мэйхью изумленно уставился на него: - Господин Даум, это же грузовик. Даум раздраженно поджал губы. - Я знаю. Вопрос в том... - Вопрос в том, - перебил его Майлз, - сможем ли мы либо уйти от кораблей блокады, либо избежать встречи с ними. Ответ - "нет". Видите, свою домашнюю работу я сделал. Разочарование омрачило лицо Даума. - Тогда мы, похоже, зря отнимаем друг у друга время. Так много времени потеряно... - он начал движение, собираясь подняться. - А следующий вопрос заключается в том, есть ли другой способ доставить ваш груз по назначению. Я думаю, есть, - твердо сказал Майлз. Даум снова сел, напрягшись от одновременно испытываемых недоверия и надежды. - Продолжайте. - Вы уже сами использовали этот прием, в бетанской комм-системе. Камуфляж. Думаю, ваш груз можно закамуфлировать достаточно хорошо, чтобы пройти инспекцию кораблей блокады. Но нам придется вместе поработать над этим, и несколько откровенней, э-э... - Майлз быстро прикинул результат, исходя из возраста и выправки фелицианина, - ... майор Даум? Тот дернулся. Ага, я накрыл его с первой попытки, подумал Майлз и выразил это тайное злорадство любезной улыбкой. - Если ты пеллианский шпион или наемник Оссера, то, клянусь, я придушу тебя... - начал Даум. Веки Ботари, стоящего в обманчиво спокойной позе, дрогнули. - Я нет, - произнес Майлз, - хотя будь я тем или другим, шутка вышла бы великолепной. Погрузить вас вместе с вашим оружием, а на полпути арестовать и предложить прогуляться за борт - да, я понимаю, насколько осторожным вам нужно быть. - Какое оружие? - проговорил Даум, запоздало пытаясь вернуться к своей легенде. - Какое оружие? - эхом отозвался Мэйхью почти неслышным, безумным шепотом прямо в ухо Майлза. - Ну тогда эти ваши... серпы и орала, - покладисто согласился Майлз. - Но я советовал бы нам кончать с играми и возвращаться к работе. Я профессионал... - а если с тобой и это пройдет, то вот, купи у меня чудный кусок фермерской земли на Барраяре, - и вы, очевидно, тоже, иначе бы не зашли так далеко. Мэйхью вытаращил глаза, и Майлз, под видом того, что поудобнее устраивается в кресле, предостерегающе пнул его по щиколотке. Взять на заметку, подумал он: в следующий раз надо поднять его пораньше и коротко проинструктировать. Хотя нынче утром привести капитан-пилота в дееспособный вид было почти тем же самым, что воскресить мертвого. - Вы солдат-наемник? - спросил Даум. - Э-э... - проговорил Майлз. Он намеревался выдать себя за профессионала-кораблевладельца, но, может, наемник будет выглядеть для фелицианина даже заманчивей? - А как вы думаете, майор? Ботари на миг задохнулся. А Мэйхью, похоже, испытал внезапное потрясение. - Так вот что вы имели в виду вчера, - пробормотал он. - Набор рекрутов... Майлз, который не имел в виду ничего подобного, отпуская свое остроумное словцо насчет поисков отчаянных людей, пробормотал в ответ как можно более уверенным тоном: - Ну, конечно. Я не сомневался, что ты все понял... Фелицианин с сомнением глянул на Мэйхью, но тут его взгляд упал на Ботари. Тот стоял по стойке "вольно" с совершенно отсутствующим выражением на лице. Недоверие в глазах Даума исчезло. - Ей-богу, - пробормотал он, - если пеллиане могут вербовать себе инопланетян, почему этого не можем мы? - И уже повысив голос, спросил: - Сколько людей в вашем подразделении? Какие у вас корабли? О черт, а что теперь...? Майлз принялся импровизировать, как сумасшедший: - Майор Даум, я не намерен вводить вас в заблуждение... - Ботари благодарно вздохнул. Майлз процедил уголком рта: - Я, гм... сейчас откомандирован от моих подразделений. Они связаны другим контрактом. Я приехал на Колонию Бета просто, гм... по медицинским причинам, так что здесь только я и, э-э, мой ближайший персонал, и тот корабль, который флот мог выделить, - его я вам и предлагаю. Но считается, что мы можем действовать независимо, в этом составе, - (Сержант, выдохни, ну пожалуйста...) - Так как до воссоединения с ними у меня есть немного свободного времени, а вашу проблему я нахожу интересной с тактической точки зрения, то мы к вашим услугам. Даум медленно кивнул. - Понятно. И в каком чине мне к вам обращаться? В замешательстве Майлз чуть было не назначил себя адмиралом. Капитан? старшина? лихорадочно выбирал он. - Давайте пока что оставим "мистер Нейсмит", - предложил он спокойно. - В конце концов, центурион - лишь тогда центурион, когда у него есть его сотня солдат, а иначе это одно название. В настоящий момент нам необходимо иметь дело с реальностью. - Ну да... - Как называется ваше подразделение? - Дендарийские наемники, - выпалил Майлз по безумной свободной ассоциации. По крайней мере, это название слетает него с языка естественно. Даум жадно его разглядывал. - Я проторчал в этом чертовом месте два месяца в поисках транспортной компании, которая возьмется за мой заказ, которой я могу довериться. Если я прожду еще дольше, промедление может свести на нет саму цель моего задания столь же верно, как и предательство. Мистер Нейсмит, я ждал долго - слишком долго. Я воспользуюсь шансом, который вы мне предоставляете. Майлз удовлетворенно кивнул, словно заключал подобные сделки всю свою жизнь - а прожил на свете куда больше семнадцати лет. - Тогда, майор Даум, я обязуюсь доставить вас на Тау Верде-4. Даю в том свое слово. А первое, что мне понадобится, - это больше информации. Расскажите все, что знаете, о методике блокады, применяемой наемниками Оссера... - Я так понимал, милорд, - сурово произнес Ботари, когда они вышли из гостиницы на движущуюся дорожку, - что это капитан-пилот Мэйхью должен был доставить ваш груз. Вы ничего не говорили мне про то, что сами собираетесь лететь. Майлз с тщательно продуманной небрежностью пожал плечами. - Тут столько переменных факторов, столько поставлено на карту - я просто обязан быть там на месте. Нечестно взваливать все это на плечи Арди, я так думаю - а ты? Явно пойманный в ловушку сержант (с одной стороны, он не одобрял схему быстрого обогащения, выбранную его сеньором, с другой - был слишком низкого мнения о капитан-пилоте) издал неопределенное бурчание; этого звука Мэйхью предпочел не замечать. Глаза Майлза блеснули. - Помимо прочего, это внесет немного оживления в твою жизнь, сержант. Должно быть, ужасная тоска - ходить за мной по пятам целый день. Мне было бы скучно до слез. - Мне нравится скучать, - угрюмо произнес Ботари. Майлз усмехнулся, втайне испытывая облегчение, что не получил более строгого нагоняя за свою выходку с "Дендарийскими наемниками". Когда все трое вернулись домой, то обнаружили Елену, меряющую шагами гостиную госпожи Нейсмит. На щеках ее пылали два ярких пятна, ноздри раздувались, она что-то бормотала себе под нос. Вошедшего Майлза она пронзила гневным взглядом. - Бетанцы! - выплюнула она с отвращением в голосе. Только по этим словам Майлз понял, что он вроде не виноват. - В чем дело? - осторожно спросил он. Она сделала еще один круг по комнате, шагая так, словно ногами сейчас попирала чьи-то тела. - Это ужасное головидео! - кинула она сердитый взгляд. - Как они могут... ох, я даже описать это не в состоянии... Ага, подумал Майлз, наткнулась на один из этих порнографических каналов. Что ж, в конечном итоге это должно было случиться. - Головидео? - переспросил он с интересом. - Как это они допускают такую ужасную клевету на адмирала Форкосигана, на принца Серга, на нашу армию! По-моему, продюсера за такое надо арестовать и расстрелять! А еще актеров - и сценариста... ох, ей-богу, будь мы дома...! Это явно не порнографический канал. - Гм, Елена... скажи, что именно ты видела? Бабушка с напряженной и нервозной улыбкой сидела в плавающем кресле. - Я уже пыталась объяснить, что часть событий вымышлена - ну, знаешь, чтобы драматизировать историю... Елена излила свои чувства зловещим громким шипением; Майлз кинул на бабушку умоляющий взгляд. - "Тонкая голубая линия", - загадочно пояснила госпожа Нейсмит. - О, а я его видел, - сказал Мэйхью. - Это повторный показ. Тут Майлз и сам ярко вспомнил эту документальную пьесу; впервые та вышла на экраны года два назад и внесла свою скромную лепту в то, чтобы учебный год на Колонии Бета стал для Майлза весьма сюрреалистическим опытом. Отец Майлза, тогда командор Форкосиган, 19 лет назад участвовал в качестве офицера генштаба в начале неудавшегося барраярского вторжения на Эскобар, бывший союзником Беты. Он же возглавил флотилию и положил вторжению конец - после гибели в катастрофе обоих командующих, адмирала Форратьера и кронпринца Серга Форбарры. Это блестящее отступление до сих пор приводили в военных анналах Барраяра как образцовый пример. Естественно, бетанцы смотрели на это дело с иной точки зрения. Голубой цвет, упомянутый в названии, относился к мундирам бетанского экспедиционного корпуса, где служила капитан Корделия Нейсмит. - Это... Это... - Елена повернулась к Майлзу. - Здесь же нет ни капли правды, да? - Ну, - спокойно произнес Майлз, которого годы практики примирили с бетанской версией истории, - кое-что там правда. Но мать рассказывала, что они никогда не носили голубых мундиров, разве что когда война была практически закончена. И сама она клянется чем угодно, что не убивала адмирала Форратьера - хотя и не говорит, кто же это был. По-моему, слишком уж она протестует... А отец знай рассказывает про Форратьера, каким тот был прекрасным стратегом по части обороны. Никогда не понимал, из чего он делает такой вывод: ведь Форратьер отвечал за наступление. Все, что говорила про Форратьера мама, - так это что он был немного странным; не так-то плохо это звучало, пока я не учел, что мама - бетанка... Против же принца Серга они оба слова никогда не сказали, а ведь отец служил у него в штабе и знал его; так что, не сомневаюсь, бетанская версия насчет принца - большей частью отрыжка военной пропаганды. - Наш величайший герой, - вскричала Елена, - отец императора! да как они смеют... - Ну, похоже, теперь даже на нашей стороне единодушно считают, что мы зарвались, пытаясь захватить еще и Эскобар плюс к Комарру и Сергияру. Елена обратилась к Ботари как к эксперту, присутствовавшему при тех событиях. - Ты же служил с милордом графом при Эскобаре, отец. Скажи ей... - она кивнула на госпожу Нейсмит. - ...что это не так! - Я не помню Эскобар, - с каменным лицом ответил сержант. Тон, каким это было сказано, был слишком монотонным даже для него и не располагал к дальнейшим расспросам. - Нечего об этом говорить... - он резко махнул здоровенной лапищей в сторону приемника головидео. - Неправильно, что ты это смотрела. Майлза встревожило то, как напряглись плечи сержанта и что за застывший взгляд был в его глазах. Гнев? На фильм-однодневку, который он уже видел раньше и забыл так же быстро, как и Майлз? Елена замерла, озадаченная и смущенная. - Не помнишь? Но... Что-то щелкнуло в памяти Майлза: отставка по медицинским показаниям, не это ли все объясняет?... - Я не знал: тебя ранило на Эскобаре, сержант? - тогда неудивительно, что тот по этому поводу так дергается. Губы Ботари шевельнулись, повторив одно слово - "ранило". - Да, - пробормотал он и отвел взгляд от Майлза и Елены. Майлз принялся кусать губу. - Ранение в голову? - вспышкой озарила его догадка. Тяжелый взгляд Ботари снова переместился на Майлза. - Гм. Майлз позволил ему сверлить себя взглядом, мысленно поздравляя себя с добытой информацией. Ранение в голову объясняло бы многое, что так давно смущало Майлза в его вассале. Что ж, уловим намек. Майлз решительно сменил тему: - Как бы там ни было, - и Майлз отвесил Елене аристократический поклон (ах, куда подевались мужские шляпы с перьями!), - я раздобыл груз. Раздражение Елены мгновенно растворилось в радостном интересе. - Ой, великолепно! А ты уже придумал, как протащить его через блокаду? - Работаю над этим. Не хочешь ли заняться для меня кое-какими покупками? Припасами для рейса. Оформи заказ у корабельных поставщиков - это можно сделать прямо отсюда, с комм-пульта. Бабушка покажет тебе, как. У Арди есть стандартный список. Нам понадобится все - еда, топливные ячейки, кислород для спасательных запасов, наборы первой помощи - и по самым низким ценам, каких ты сможешь добиться. Это дело скоро исчерпает мои деньги на путешествие, так что экономь всюду, где сможешь, а? - И он подарил Елене - своему новому рекруту - самую одобрительную улыбку, словно предлагал ей грандиозное развлечение, а не целых два дня напряженных блужданий в электронном лабиринте бетанского практического бизнеса Елена выглядела полной сомнений. - Но я никогда еще не снаряжала корабли... - Это будет нетрудно, - беззаботно заверил ее Майлз. - Просто ввяжись в это дело - а разобраться заранее все равно не удастся. Если это могу я, можешь и ты, - этот довод он стремительно проскочил, не давая ей времени поразмыслить над фактом, что ему снаряжать корабли тоже не приходилось. - Рассчитывай на экипаж в составе капитан-пилота, инженера, сержанта, меня и майора Даума. На восемь недель, а, может, и чуть больше, но не слишком - помни о финансах. Старт послезавтра. - Хорошо... Когда?! - Она мгновенно пришла в боевую готовность, угрожающе нахмурив свои изогнутые, точно крылья, черные брови. - А как же я? Ты ведь не собираешься бросить меня здесь, пока сам... Майлз, выражаясь метафорически, укрылся за спиной Ботари и выкинул белый флаг: - Это должен решать твой отец. Ну, и бабушка, разумеется. - Конечно, она может остаться со мной, - начала госпожа Нейсмит. - Но, Майлз, ты только что прилетел... - О, я еще собираюсь тут погостить, мэм, - утешил ее Майлз. - Мы просто перенесем дату нашего возвращения на Барраяр. Ведь не то, чтобы я был обязан... мне не надо возвращаться к началу школьного года или что-то в этом роде... Елена уставилась на отца, стиснув губы в немой мольбе. Ботари выдохнул, перевел задумчивый взгляд с дочери на госпожу Нейсмит, потом на головидео, а затем погрузился в какие-то свои мысли или воспоминания, о которых Майлз не имел никакого понятия. Елена еле удерживалась от того, чтобы не начать подпрыгивать на месте от волнения. - Майлз - милорд - вы же можете ему приказать... Майлз сделал мгновенный жест открытой ладонью и чуть качнул головой, давая ей знак: "подожди". Госпожа Нейсмит скользнула взглядом по полной беспокойства Елене и задумчиво улыбнулась, прикрывшись ладонью. - Вообще-то, дорогая, было бы прекрасно, если бы ты осталась у меня на какое-то время. Как будто снова со мной дочь. У тебя будет возможность познакомиться с нашей молодежью - походить по вечеринкам - а снаружи, в Кварце, у меня есть друзья, которые устроят тебе поездку по пустыне. Сама я теперь старовата для такого спорта, но тебе это понравится, я уверена... Ботари передернуло. К примеру, Кварц был основной общиной гермафродитов на Колонии Бета, и хотя сама миссис Нейсмит характеризовала гермафродитов как "народ, патологически неспособный удержать свои мысли в порядке", она свирепела, по-бетански патриотично вставая на их защиту, когда Ботари открыто демонстрировал свое барраярское отвращение к этому полу. И Ботари не раз тащил Майлза в бессознательном состоянии домой после бетанских вечеринок. А что насчет чуть не закончившейся для Майлза гибелью гонки по пустыне... Майлз, сощурив глаза, стрельнул в бабушку благодарным взглядом. Она ответила ему озорным кивком и вкрадчиво посмотрела на Ботари. Сержанту это не казалось забавным. И он был сейчас не иронично серьезен, (как бывало обычно в ходе его партизанской войны с миссис Нейсмит насчет приличествующих Майлзу нравов), а откровенно разъярен. Желудок Майлза скрутился странным узлом. Он сосредоточил внимание на своем телохранителе, вопрошая того озадаченным взглядом. - Она летит с нами, - проворчал Ботари. Елена чуть было с торжеством не захлопала в ладоши, хотя список предложенных миссис Нейсмит развлечений явно подточил ее решимость не дать оставить себя в обозе, пока войска идут вперед. Но Ботари на это не отреагировал; его взгляд скользнул мимо дочери, в последний раз хмуро задержался на головидео и уперся в Майлза - точнее, в пряжку его ремня. - Извините, милорд. Я... постою на страже в холле, пока вы не соберетесь вновь куда-то идти. - И он чопорно вышел, прижав к бокам руки, огромные, костистые - сплошные сухожилия и узловатые мышцы. Да, иди, подумал Майлз, и посмотрим, сможешь ли ты там приглядеть и за своим самообладанием. Ты принимаешь все слишком близко к сердцу, тебе не кажется? Впрочем, кому понравится, когда ему накручивают хвост... - Ф-фу! - произнес Мэйхью, когда закрылась. - Что за муха его укусила? - О господи, - проговорила госпожа Нейсмит. - Надеюсь, я ничем его не обидела. - И добавила вполголоса: - Ох уж этот старый ханжа... - Он остынет, - пообещал Майлз. - просто дайте ему какое-то время побыть одному. Между тем нас ждет работа. Слушайся Мэйхью, Елена. Нужны припасы на двоих человек экипажа и четверых сопровождающих для груза. *** Следующие сорок восемь часов от скорости слились в одно расплывчатое пятно. Подготовить старый корабль к восьминедельному полету, не имея запаса времени, бы невероятно трудной задачей даже с обычным грузом. А им сверх того требовались дополнительные компоненты для плана маскировки. Частью это был наспех закупленный товар, обеспечивающий им настоящую грузовую декларацию, куда они вставят поддельную, и оборудование для перестройки переборок в грузовом трюме (его забросили на борт ждать работы, которая будет сделана уже в пути). Самой жизненно важной и соответственно дорогой покупкой были новейшие бетанские глушители детекторов массы, которые подключались в систему искусственной гравитации корабля - с их помощью Майлз надеялся сорвать попытку наемников Оссера проверить груз. От Майлза потребовалась вся имитация своего политического влияния, какую он сумел построить на отцовском имени, чтобы убедить представителя бетанской компании в своем праве закупать новое и пока частично засекреченное оборудование. Глушители массы прибыли в сопровождении невероятно длинного файла с инструкциями. Майлз, с недоумением их разглядывая, начал было испытывать сомнения в квалификации База Джезека как инженера. Часы шли, и эти сомнения переросли в еще более безумные опасения, собирается ли тот появиться вообще. Уровень жидкости в зеленой бутылке Мэйхью, теперь полностью экспроприированной Майлзом, неуклонно падал, а сам Майлз трудился в поте лица, забыв про сон. Власти бетанского космопорта, как обнаружил Майлз, были глухи к их уговорам зачесть в кредит плату за использование оборудования. Он был вынужден выбрать все деньги, выданные на путешествие. Там, на Барраяре, сумма казалась ужасно щедрой, но эти новые потребности высосали деньги до дна буквально за одну ночь. Стимулировав свою изобретательность, Майлз поменял свой обратный билет в первый класс одной из известнейших космических пассажирских компаний на третий. Потом билет Ботари. Потом Елены. Затем Майлз обменял все три на билеты какой-то линии, про которую в жизни не слыхивал, и, наконец, сдал их в кассу с приглушенным, извиняющимся бормотанием, что, мол, "я всем куплю новые, когда нужно будет возвращаться назад - или повезу груз на Барраяр на РГ-132". К концу вторых суток он обнаружил, что балансирует на вершине головокружительной финансовой конструкции, сложенной из правды, лжи, кредита, покупок за наличные, авансов под авансы, толики шантажа, ложной рекламы и еще одной закладной на свои светящиеся в темноте сельскохозяйственные угодья. Погрузили припасы. Груз Даума - загадочное множество пластиковых контейнеров странной формы - был принят на борт. Появился Джезек. Системы были проверены, и Дж