-----------------------------------------------------------------------
   Philip K.Dick. The Short Happy Life of the Brown Oxford (1954).
   Пер. - А.Жаворонков.
   OCR & spellcheck by HarryFan, 30 July 2000
   -----------------------------------------------------------------------


   - Сейчас ты увидишь такое... - Доктор Лабиринт  достал  из  внутреннего
кармана поношенного плаща спичечный коробок. -  Поздравь  меня,  я  сделал
самое грандиозное открытие со времен изобретения колеса. Научный мир будет
потрясен!
   Было далеко за полночь, в  окно  монотонно  барабанил  дождь,  и  Спать
хотелось отчаянно.
   - Ясное дело, док. - Я вплотную придвинулся к Лабиринту. -  Так  что  у
тебя на этот раз?
   Док торжественно приоткрыл коробок.
   На дне среди сухих травинок и хлебных крошек лежала медная пуговица.
   - Эка невидаль - пуговица! Может, ты запамятовал, но твоему открытию не
меньше двадцати веков.
   Я протянул руку, но Лабиринт поспешно отдернул коробок.
   - Это непростая пуговица, - сообщил он заговорщицким шепотом  и  поднес
коробок к самым губам. - Давай же, давай! - заорал он  во  всю  глотку.  -
Шевелись!
   Ничего не произошло.
   Лабиринт нахмурил косматые брови  и  подтолкнул  пуговицу  указательным
пальцем.
   - Лабиринт, в чем дело? Ты посреди ночи  вваливаешься  ко  мне  в  дом,
показываешь пуговицу в спичечном коробке и...
   Потупив взгляд, Лабиринт откинулся на спинку дивана, закрыл коробок и с
сокрушенным видом сунул его в карман.
   - Безнадежно. Я ошибся. Пуговица мертва. Не выгорело.
   - Что не выгорело? На что ты надеялся?
   - Дай мне чего-нибудь. - Лабиринт обвел глазами комнату. -  Дай  мне...
вина.
   - Вот-вот, док, самое время утопить свои печали в алкоголе.
   В кухне я нашел початую бутылку черри, от души плеснул в два стакана  и
с выпивкой в руках вернулся в комнату.
   Некоторое время мы пили молча.
   - Может, все-таки соизволишь объяснить,  в  чем  дело?  -  наконец,  не
выдержал я.
   Док поставил стакан, поджал тонкие губы, рассеянно кивнул. Положил ногу
на ногу, достал трубку и кисет. Пустив к потолку три  аккуратных  колечка,
он вновь извлек  коробок,  одним  глазом  заглянул  внутрь.  Разочарованно
вздохнул и сдался окончательно.
   - Не вышло, - выдавил он. - Оживитель не работает. Принцип ошибочен. Я,
как  ты  понимаешь,  говорю   об   Универсальном   Принципе   Достаточного
Раздражения.
   - Это еще что за зверь такой?
   - Принцип открылся мне совершенно случайно. Как-то погожим летним  днем
сидел я на берегу реки. Припекало изрядно. Я весь взмок и  собрался  у  же
домой, как вдруг вижу... В общем, камешек у моих ног зашевелился и  отполз
в тень. Понимаешь, полуденный зной раздражал его.
   - Что-что? Камешек отполз в тень?!
   -  В  эту  самую  минуту  в  моей   голове   и   зародилось   понимание
Универсального Принципа Достаточного Раздражения.  Вот,  оказывается,  где
начало жизни! Миллионы  лет  назад  частицы  безжизненной  материи  что-то
потревожило, да так, что они расползлись по всей Земле.  Появилась  жизнь.
Значит, обзаведись я достаточно мощным источником раздражения, и мне,  как
Господу Богу, будет по силам создавать  жизнь  из  мертвой  материи.  И  я
принялся конструировать. Прибор - плод  многомесячных  бессонных  ночей  -
лежит сейчас в  моем  автомобиле.  Я  назвал  его  Оживителем.  Да  только
выходит, что Оживитель не работает. Принцип не верен.
   Док  замолчал.  Минут  через  десять,  разодрав   слипшиеся   веки,   я
пробормотал:
   - Послушай, док, время позднее, а мне завтра...
   Лабиринт вскочил на ноги.
   - Ты прав. Мне пора. До скорого.
   Он направился к двери. Выглядит док на свои пятьдесят с гаком, но прыти
в нем, как у тридцатилетнего. Я ухватил  его  за  рукав  только  у  самого
порога.
   - Не теряй надежды, док. Попробуй еще разок, авось прибор и заработает.
   - Прибор? - Док сосредоточенно наморщил лоб. - А, Оживитель.  Глаза  бы
мои на него не глядели! Знаешь что, купи его у меня, ну, скажем,  долларов
за пять, и дело с концом.
   За двенадцать лет нашего знакомства он выдавал пенки и похлеще, так что
на сей раз я без труда сохранил на лице невозмутимое выражение.
   - Всего за пять долларов, говоришь? А почему так дешево?
   - Подожди, сейчас я его принесу.
   Док  выскочил  за  дверь,  проворно  сбежал  по  ступенькам  крыльца  я
растворился в ночном мраке. Я услышал, как он  открыл  дверцу  автомобиля,
затем охнул и выругался сквозь зубы.
   - Сейчас помогу! - крикнул я и заспешил к нему.
   Док силился стащить с заднего сиденья  громадную  железную  коробку.  Я
ухватился за коробку с другой стороны, вместе  мы  благополучно  отволокли
Оживитель в дом и водрузили на обеденный стол.
   - Так это и есть Оживитель? - спросил я, отдышавшись.  -  Вовек  бы  не
догадался. Скорее, эта штука смахивает на электрическую духовку.
   - А это и есть духовка... Вернее, была. Оживитель вырабатывает тепловые
лучи и раздражает неживую материю. Но с оживлением покончено, я  сыт  этой
проблемой по горло!
   - Хорошо, док, хорошо. - Я  достал  бумажник.  -  Если  оживитель  тебе
больше ни к чему, я с удовольствием его покупаю. В хозяйстве все сгодится.
   Я отсчитал пять долларов  и  протянул  ему.  Небрежно  сунув  деньги  в
карман,  он  объяснил  мне,  куда   засовывать   неживые   предметы,   как
пользоваться регуляторами  и  переключателями,  что  обозначают  цифры  на
многочисленных шкалах, затем надел шляпу и отбыл восвояси.
   Я остался один на один с диковинным механизмом. Пока  я  ломал  голову,
куда бы приспособить свое приобретение, в комнату впорхнула жена в  ночной
рубашке.
   - Что происходит? На кого ты похож? Мокрый с головы до ног,  а  тапочки
так вообще хоть отжимай. Ты что, залезал под душ одетым?
   - Не  сердись,  дорогая,  под  дождь  попал.  Взгляни-ка  лучше,  какую
забавную штуковину я купил у дока всего за  пять  долларов.  Док  говорит,
что...
   Джоан, не отрываясь, глядела на мои тапки.
   - Час ночи, а ты, как дитя малое, все не  угомонишься.  Ставь  тапки  в
духовку и шагом марш в постель.
   - Но дорогая, это же не духовка. Это прибор для оживления...
   - Поставь тапки в духовку  и  ложись  спать,  -  раздраженно  повторила
Джоан, направляясь к лестнице.
   - Иду, дорогая, иду.


   Утром, когда я сидел перед тарелкой с остывшей  яичницей  с  беконом  и
прикидывал, чем бы "заболеть", чтобы не ходить сегодня на службу, в  дверь
позвонили.
   - Кого там черт принес в такую рань? - воскликнула Джоан.
   Я поднялся, прошлепал в прихожую и распахнул дверь.
   На пороге стоял док Лабиринт  собственной  персоной.  Вид  у  него  был
неважнецкий: брюки измяты, лицо  осунулось,  под  глазами  круги;  похоже,
бедняга этой ночью так и не прилег.
   - Держи свою пятерку. Отдай мой Оживитель.
   Я удивленно пожал плечами.
   - Как скажешь, док. Входи и забирай свое сокровище.
   Он последовал за мной в  комнату.  Я  ухватился  за  Оживитель.  Прибор
оказался теплым на ощупь.
   - Оставь все, как есть! - взревел  док.  -  Сначала  удостоверюсь,  что
ничего не сломано, а потом заберу Оживитель к себе в лабораторию.
   Я послушно отошел от стола. Док любовно погладил  свое  детище,  открыл
дверцу и заглянул внутрь.
   - Тапочек?
   - Господи боже мой! - воскликнул я, живо  припоминая  события  минувшей
ночи. - Я же поставил туда сушить свои тапочки.
   - Тапочки? Но здесь только один.
   Из кухни появилась Джоан.
   - Привет, док. Что, бессонница одолела?
   Мы с Лабиринтом переглянулись.
   - Только один? - Я тоже заглянул в Оживитель.
   Внутри стоял грязный, но успевший просохнуть за ночь тапок.
   Один!
   Но я же отлично помню, как положил туда пару!
   - Где же второй?
   Я повернулся к жене, но, похоже, ей сейчас было не до меня. Уставясь  в
пол, она замерла с приоткрытым ртом.
   Краем глаза я уловил в углу движение. В эту секунду что-то маленькое  и
коричневое мотнулось  через  комнату  и  скрылось  под  диваном.  У  меня,
конечно, не семь пядей во лбу, как у дока, но тут я сразу сообразил,  кто,
а вернее, что это такое.
   - Это он! - Док едва не запрыгал от радости. - Держи, держи  свои  пять
долларов. - Он сунул мне в ладонь мятую  купюру.  -  Теперь  даже  за  все
золото мира я не откажусь от Оживителя!
   - Не волнуйся, дорогая,  все  нормально,  -  заверил  я  жену.  -  Вот,
обопрись о меня. - Я протянул ей подрагивающую  ладонь.  -  Дверь...  Док,
быстрей закрой дверь, а то он выскочит на улицу, ищи его потом!
   Лабиринт в два прыжка пересек гостиную и затворил дверь.
   - Под диваном притаился, - прошептал он и присел  на  корточки.  -  Вон
там, я его вижу. У тебя найдется кочерга или что-нибудь в этом роде?
   - Выпустите меня сейчас же!  -  взвизгнула  Джоан.  -  Играйте  в  свои
игрушки сколько душе угодно, но без меня!
   - Стой, где стоишь, женщина! - рявкнул на нее Лабиринт.
   - Да, да, дорогая, доктор прав, останься с нами. - Я подставил  к  окну
стул и, взгромоздившись на него, снял карниз. Шторы сбросил на пол. -  Эта
палка, вроде, подойдет. - Я присел рядом с доком. - Я там пошурую,  а  ты,
как только он появится, хватай.
   Я толкнул тапочек концом карниза. Тапочек отполз  назад  и  прижался  к
стене - ни дать ни взять насмерть перепуганный зверек.
   - Что будем делать, когда его изловим? - поинтересовался я. - Где, черт
возьми, прикажете его держать?
   Джоан растерянно огляделась.
   - Может, засунем в ящик стола? Оттуда ему нипочем не выбраться.
   - Вот он! - завопил Лабиринт.
   Тапочек пулей вылетел из-под дивана и кинулся в  противоположный  конец
комнаты. Лабиринт вскочил на ноги, и прежде чем тапок, успел  юркнуть  под
большое кожаное кресло, наступил ему на задник. Тапок  отчаянно  извивался
на полу, дергался, стараясь высвободиться, но док был сильнее.
   - Попался, голубчик! - Я схватил беглеца обеими руками, засунул в  ящик
стола и повернул в замке ключ.
   Мы перевели дух.
   - Получилось! - заорал док. -  Понимаете,  что  это  значит?  Оживитель
работает! Я был прав, как всегда! Вот только почему не вышло с пуговицей?
   - Пуговица ведь медная, - со знанием дела заявил я. - А тапок сделан из
натуральной кожи, да и клей  животный  -  сплошная  органика.  К  тому  же
прошлой ночью он изрядно вымок.
   Из ящика явственно слышалась возня.
   - В вашем столе - самое  грандиозное  открытие  со  времен  изобретения
колеса, - физиономия дока расплылась в довольной улыбке.
   - Научный мир будет потрясен, - подхватил  я.  -  Знаю,  знаю,  ты  уже
говорил.
   - Оживитель работает, да еще как! - Лабиринт кивнул на свой  прибор.  -
Присмотрите за тапком, - он заспешил к двери, - а я  пока  созову  ученых,
прессу и...
   - Ты намерен оставить _его_ у нас?! - Джоан переменилась в лице.
   Лабиринт остановился у распахнутой двери.
   - Присмотрите за ним. Это доказательство,  живое  доказательство  того,
что Оживитель работает.  Универсальный  Принцип  Достаточного  Раздражения
верен на все сто. - Он с силой захлопнул за собой дверь.
   - Ну, что скажешь? - Джоан  провела  кончиком  языка  по  губам.  -  Ты
намерен торчать здесь целый день и сторожить дурацкий тапок?
   Я демонстративно посмотрел на часы.
   - Мне на работу пора.
   - Ну, так вот, одна я здесь не останусь. Если ты уходишь, то я с тобой.
   - Да зачем его, в самом деле, караулить? Ясно ведь,  из  ящика  ему  не
выбраться.
   -  Поеду  к  родителям,  они  уж,  поди,  забыли,  как  выглядит  дочь.
Встретимся вечером в ресторане. Ну, в том, где ты сделал мне  предложение,
а я, как последняя дура...
   - Боишься остаться в доме одна?
   - Мне все это не нравится.
   - Подумай сама, разве может обычный поношенный тапок  выгнать  человека
из собственного дома?
   - Обычный тапок! - передразнила меня Джоан. - Ты что, меня  за  идиотку
принимаешь?! Да он теперь такой же  обычный  тапок,  как  ты  -  президент
Соединенных Штатов!


   Мы встретились вечером, вместе поужинали, благополучно доехали до дома.
   На верхней ступеньке крыльца Джоан схватила меня за руку.
   - Вечер-то какой! Стоит ли сидеть в четырех стенах? Дорогой, а может, в
кино сходим? Или лучше в театр. Мы с тобой уже сто  лет  не  выбирались  в
театр.
   - Да не волнуйся ты, тапок в  столе.  Надо  бы  его  покормить,  а  то,
неровен час, сдохнет с голоду. Как ты думаешь, чем питаются тапочки?
   Я повернул в замке ключ и распахнул дверь.
   Что-то проскочило у моих ног, темным  пятном  мелькнуло  на  дорожке  и
скрылось в кустах.
   - Что это было? - прошептала Джоан.
   - Нетрудно догадаться. - Я  подбежал  к  столу.  -  Ну,  конечно,  ящик
открыт! Он сбежал! - Я вздохнул. - Что мы теперь скажем доку?
   - Может, поймаем  его?  -  Джоан  боязливо  покосилась  через  плечо  и
поспешно закрыла за собой дверь. - Или, знаешь  что,  давай  лучше  оживим
другой! У тебя ведь остался левый тапок из этой пары! Вряд ли док  заметит
подмену.
   Я покачал головой.
   - Не получится. Ночью в Оживителе стояли оба тапка, а ожил только один.
Вот если...
   Пронзительно зазвонил телефон. Мы одновременно вздрогнули.
   - А вот и док, легок на помине, - буркнул я и поднял трубку.
   - Приеду завтра рано утром, - раздался хорошо знакомый голос. - Со мной
будет   тьма-тьмущая   народу:   фотографы,   журналисты,    Джекинс    из
лаборатории...
   - Послушай, док, - неуверенно начал я.
   - Поговорим позже. У меня куча дел. Боюсь,  к  утру  не  управлюсь.  До
завтра. - Он бросил трубку.
   - Док? - равнодушно поинтересовалась Джоан.
   Я посмотрел на выдвинутый ящик стола"
   - Он самый.
   Я открыл шкаф, надел плащ и тут почувствовал на себе чей-то пристальный
взгляд. Я резко обернулся.
   Джоан стояла ко мне спиной и копалась в сумочке.
   По спине побежали мурашки.
   - Ну и ночка, - в сердцах бросил я и направился к двери.
   В  углу  что-то  шевелилось,  но  как   только   я   повернул   голову,
подозрительное движение прекратилось.
   - Черт возьми!
   - Что случилось, дорогой?
   - Ничего. Ровным счетом ничего.
   Я огляделся.
   Книжные полки, ковер на стене, картины -  все  как  обычно.  Но  я  мог
поклясться, что всего секунду назад в комнате что-то шевелилось.
   На столе стоял Оживитель. Когда я проходил мимо, от  прибора  явственно
повеяло теплом.
   Оживитель работал весь день!
   Я щелкнул выключателем, лампочки на передней панели потухли.
   Неужели я утром позабыл его выключить?
   Я напряг память, но так и не вспомнил.
   - Пойдем, поищем тапок, пока еще не совсем стемнело, -  обратился  я  к
жене.


   Мы обшарили весь двор, дюйм за дюймом, но ни в кустах, ни  у  изгороди,
ни под крыльцом тапка не обнаружили.
   Когда стемнело окончательно, мы зажгли  во  всем  доме  и  над  входной
дверью свет  и  искали  еще  часа  два.  Наконец,  я  сдался  и,  от  души
выругавшись, уселся на нижнюю ступеньку крыльца.
   - Ничего не попишешь, нам его не изловить. Пока мы шарим в одном  конце
двора, он преспокойно отсиживается в противоположном. Да  и  почем  знать,
может, его давным-давно здесь нет. В изгороди полно дыр, и  он  мог  легко
удрать на улицу.
   - Похоже на то, - подтвердила Джоан.
   Я нехотя встал.
   - Оставим входную дверь  открытой.  Глядишь,  к  утру  он  замерзнет  и
вернется в дом.
   Дверь не закрывалась всю ночь, но утром, когда мы встали, в  доме  было
тихо. Видимо, тапок не вернулся. Я затворил дверь и для успокоения совести
внимательно осмотрел комнату за комнатой. В кухне кто-то ночью  перевернул
мусорное ведро. Выходит, тапок сюда заглядывал, но, опрокинув ведро, снова
удрал.
   - Док явится в любую минуту, - пробормотал я. - Надо бы ему позвонить и
отменить встречу.
   Джоан коснулась Оживителя.
   - Скажи ему, пускай забирает свою  игрушку  и  впредь  ставит  дурацкие
опыты у себя дома.
   Мы вышли на крыльцо и огляделись.
   - Смотри-ка, - воскликнул я. - Машина. Похоже, к нам гости.
   Подняв тучу пыли, перед нашим домом  замер  темный  "плимут".  Хлопнули
дверцы, двое пожилых мужчин выбрались на  тротуар  и  направились  в  нашу
сторону.
   - Где Руперт? - бросил один из них.
   - Кто? А, док Лабиринт! Он скоро будет.
   - А где  эта  ожившая  штуковина?  -  поинтересовался  другой.  -  Я  -
профессор Портер из университета. Можно на нее взглянуть?
   - Подождите дока, - тянул я время. - Он скоро будет.
   Подкатили  еще  два  автомобиля,  из  них  вышли  с   полдюжины   людей
преклонного возраста. Оживленно переговариваясь, они подошли к крыльцу.
   - Молодой человек, - обратился ко  мне  чудаковатого  вида  старичок  с
густыми  рыжими  бакенбардами,   -   не   будете   ли   вы   так   любезны
продемонстрировать  нам  вещественное  доказательство,  этот   пресловутый
Оживитель?
   - Прибор там, на столе. - Я ткнул пальцем за спину. -  Проходите,  если
вам интересно.
   Они прошли в дом и  столпились  вокруг  стола,  тыкая  в  переключатели
пальцами и непрерывно тараторя. Мы с Джоан, затаив дыхание,  наблюдали  за
ними.
   - Вот это да! - воскликнул Портер. - Универсальный Принцип Достаточного
Раздражения докажет всему миру, что...
   - Чушь собачья! - отрезал худощавый тип  в  сером  измятом  костюме.  -
Абсурд! Покажите мне сначала живую шляпу, или ботинок, или что там у  вас,
а уж потом...
   - Увидите, увидите, - перебил его Портер. - Всему  свое  время.  Руперт
занимается наукой с пеленок, уж он-то знает, о чем говорит.
   Спор разгорался. Все так и сыпали звучными географическими  названиями,
датами, в ход были пущены имена всемирно известных ученых. Многие  в  пылу
дискуссии перешли на латынь.
   Подъехало еще  несколько  автомобилей,  среди  ученых  мужей  появились
молодые люди в легкомысленных  свитерах,  с  видеокамерами  и  блокнотами.
Заработали фотовспышки.
   - О, господи! - всплеснула руками Джоан. -  Этому  нашествию  конца  не
видно!
   - Скоро явится док, расскажет им, что стряслось, и они живо разъедутся,
- успокоил я жену.
   - А чего, собственно, ждать? Скажи им прямо сейчас.
   - Я? Нет, пускай уж лучше док! Хотя, если хочешь, скажи им сама.
   - Ну, уж нет, вы заварили всю эту кашу, вам и расхлебывать!  И  вообще,
если хочешь знать, твои тапки мне с самого начала не  нравились.  Купи  мы
тогда, как предлагала я, темно-синие,  ну,  те,  что  стояли  на  соседней
полке, глядишь, все бы и обошлось. А теперь... - Джоан махнула рукой.
   Люди все прибывали, толпа уже не умещалась  в  доме.  И  вот,  наконец,
подкатил знакомый голубой "форд".  Победно  улыбаясь,  к  крыльцу  подошел
Лабиринт.
   Еще минута-другая, и придется сказать ему правду.
   Как-то он отреагирует?
   - Как я посмотрю ему в глаза? - жалобно спросил  я  у  Джоан.  -  Давай
спрячемся. Хорошо?
   Узрев Лабиринта, ученые мужи высыпали наружу и  обступили  его  плотной
стеной.
   Мы с женой переглянулись и юркнули в дом. Я беззвучно затворил за собой
входную дверь. Через приоткрытое  окно  в  комнату  врывался  шум;  вскоре
Лабиринт   принялся   разъяснять   Универсальный   Принцип    Достаточного
Раздражения, и стало относительно тихо.
   Вот-вот док закончит лекцию, войдет сюда и потребует тапочек.  Что  ему
сказать, как успокоить?
   - В конце концов, он сам во всем виноват,  впредь  не  будет  оставлять
ценные вещи у посторонних. - Джоан схватила  первый  попавшийся  на  глаза
журнал мод и зашуршала страницами.
   Увидев меня через окно, док помахал  рукой,  при  этом  его  физиономия
прямо-таки сияла. Я небрежно махнул ему в ответ и сел  рядом  с  Джоан  на
диван, откуда не было видно толпы у порога.
   Время шло, я разглядывал трещину под потолком.
   Что же предпринять?
   Ждать, что же еще!
   Ждать, когда окруженный толпой ученых и репортеров  в  дом  триумфально
войдет док и попросит предъявить живое доказательство верности его теории.
Тапок, старый стоптанный тапок  -  вот  на  чем  держится  сейчас  научный
авторитет Лабиринта, вот от чего зависит, поверит ли ученый мир в Принцип!
   А чертов тапок убежал, скрылся в неизвестном направлении!
   - Скоро все так или иначе кончится, - обронил-я.
   - Скорей бы уж!
   Минут пятнадцать мы сидели молча.
   Странное дело - гам за окном  мало-помалу  затих.  Я  напряг  слух,  но
ничего,  кроме  обычных  звуков  просыпающегося  по   соседству   большого
промышленного города, не услышал.
   - Интересно, почему они умолкли?
   Тишина. Что происходит?
   Я поднялся, подошел к двери и осторожно выглянул наружу.
   - Ну, как, - осведомилась Джоан, - что-нибудь увидел?
   - Они просто стоят и что-то разглядывают.
   Интересно, на что они там таращатся?
   - Давай выйдем и посмотрим, в чем дело, - предложила Джоан.
   Мы медленно спустились с крыльца, протиснулись сквозь толпу.
   - Господи! - вырвалось у меня.
   Лужайку пересекала необыкновенная парочка  -  мой  стоптанный  тапок  и
изящная белая туфелька на высоком каблуке.
   - Чем-то мне эта туфелька знакома, - выдавил я.
   - Так это же моя! - запричитала Джоан. - Моя, моя! Из моей лучшей пары.
Я их так берегла, надевала только...
   Головы гостей дружно повернулись в нашу сторону.
   - Не обольщайся,  милочка,  -  пробасил  Лабиринт,  -  Теперь  туфелька
принадлежит всему человечеству, отныне и на веки вечные!
   - Смотрите!  -  воскликнул  юнец  в  плохо  сшитом  светлом  костюме  и
цветастом галстуке. - Смотрите, что вытворяют!
   Дамская туфелька все время держалась немного впереди моего  тапка,  как
бы возглавляла маленькую процессию. Вдруг тапок заспешил. Когда  их  носки
поравнялись, туфелька отскочила в сторону и на полоборота  повернулась  на
каблуке. Оба на добрую минуту замерли, будто разглядывая друг друга. Затем
тапок запрыгал сначала на пятке, потом на носке, и  так,  пританцовывая  и
притопывая, обошел вокруг туфельки.
   Туфелька тоже подпрыгнула два-три раза и неуверенно  двинулась  дальше.
Остановилась, позволив тапочку приблизиться, отскочила в сторону.
   - Напоминает брачный танец, - авторитетно заявил пожилой  джентльмен  с
носом, похожим на птичий клюв.  -  Подобные  брачные  танцы  уже  не  одно
столетие широко распространены среди...
   - Лабиринт, что происходит? -  перебил  своего  коллегу  Портер.  -  Мы
требуем разъяснении.
   - Гм, - пробормотал я себе под нос. - Выходит, пока нас не  было  дома,
тапок выбрался из стола, включил Оживитель и засунул туда туфельку.  Я  же
знал, кожей чувствовал, что за мной кто-то следит!  Оказывается,  это  она
была ночью в доме.
   - Так вот кто запустил Оживитель! - Джоан фыркнула. - Да, он парень  не
промах! Не чета своему бывшему хозяину!
   Тем временем ожившая обувь почти добралась до изгороди.
   Лабиринт направился к ним, вещая на ходу:
   - Итак, джентльмены, вы видели результаты моего  эксперимента.  Уверен,
мое открытие потрясет весь научный мир!  Еще  бы,  ведь  я  своими  руками
создал совершенно  новый  вид  живых  существ!  Не  исключено,  что  когда
цивилизация людей сгинет с лица Земли, ей на смену...
   Он нагнулся, но в это мгновение туфелька исчезла за изгородью, а  тапок
одним прыжком последовал за ней. Шелест травы - и тишина.
   - Представление окончено, - бросила Джоан и зашагала к крыльцу.
   - Джентльмены, - как ни в чем не бывало продолжал Лабиринт, - мы с вами
стали свидетелями величайшего таинства жизни...
   - Вернее, чуть было не стали, - перебил я,  -  Ведь  мы  видели  только
прелюдию к величайшему  таинству  жизни,  а  самое  интересное  происходит
сейчас за изгородью в кустах.

Популярность: 26, Last-modified: Thu, 11 Jan 2001 12:50:11 GMT