---------------------------------------------------------------
     © Copyright Филип К.Дик, 1952
     © Copyright перевод Виталий Корсун, vitaliy.korsun(a)gmail.com
---------------------------------------------------------------


     В ту ночь за обеденным столом он внес их и поставил  возле  ее тарелки.
Дорис уставилась на них, поднеся руки ко рту:
     - О Боже, что это?
     Затем она успокоилась и посмотрела на него.
     - Ну же, открывай.
     Дорис  сорвала  ленточку и бумагу с квадратной коробки  своими  острыми
ногтями,  ее  грудь  то  и дело вздымалась. Ларри смотрел  на нее, пока  она
поднимала крышку. Он зажег сигарету и прислонился к стене.
     - Часы с  кукушкой! -  воскликнула Дорис. - Настоящие  часы с кукушкой,
как те, что были у моей матери.
     Она осмотрела их со всех сторон:
     - Точно такие же, как были у моей матери; еще тогда, когда Пит был жив.
     Ее глаза наполнились слезами.
     - Они сделаны в Германии, - сказал Ларри.
     Через мгновенье он добавил:
     - Карл достал  их  мне по оптовой  цене. Он знает парня,  занимающегося
часами. Иначе у меня не было бы... - он остановился.
     Дорис издала смешной звук.
     - Я хотел сказать, иначе  у меня  не было бы возможности позволить себе
это. - Он нахмурился. -  Да что же  это  с  тобой? Ты же получила свои часы!
Разве это не то, что ты хотела?
     Дорис сидела, держа часы в руках и водя пальцами по коричневому дереву.
     - Ладно, - сказал Ларри, - в чем дело?
     К  его  удивлению она  вскочила и выбежала  из комнаты, все еще  сжимая
часы. Он почесал голову.
     - Она никогда не бывает довольна. Все одинаковы, им всегда мало.
     Он уселся за стол, доедая обед.

     Часы были не очень  большими,  но их покрывала  обильная  резьба ручной
работы, маленькие извилины и орнаменты были видны  на  мягком  дереве. Дорис
сидела на кровати, вытирая глаза  и  заводя  часы.  Она выставляла  время по
наручным часам,  аккуратно ставя стрелки на без двух  минут десять.  Девушка
перенесла часы на комод и бережно поставила их там.
     Потом она уселась, ожидая, положив руки на колени; ожидая, пока кукушка
не выскочит, объявляя начало следующего часа.
     Она сидела,  думая  о Ларри и о том, что он сказал.  Она также думала о
том, что сказала сама, но не о том, что ее можно было бы в чем-то упрекнуть.
В  конце  концов, она  не могла вечно  его  слушать. Надо же было  так  себя
расхваливать!
     Она внезапно поднесла платок к глазам. Ну зачем  же было ему говорить о
том, что  он достал их по оптовой цене? Зачем было все портить? Если это для
него  хоть что-нибудь  значило,  он  не  должен  был покупать  их  в  первом
попавшемся месте. Какой же он скупой!
     Но она была довольна  маленькими, тикающими рядом часами  со сторонами,
покрытыми  декоративной решеткой, и дверцей. За дверцей  находилась кукушка,
ожидая  своего  времени,  чтобы  выглянуть  наружу.  Слушала  ли  она  своей
отклоненной назад  головкой, прислушивалась ли  она  к  тиканью часов, чтобы
знать, когда выскакивать?
     Дорис  подошла к часам.  Она  открыла маленькую  дверцу  и приблизилась
губами к дереву.
     -  Ты слышишь меня?  - Прошептала она. - Я думаю,  ты - самая  чудесная
кукушка на свете.
     Она смущенно запнулась.
     - Надеюсь, тебе здесь понравится.
     Потом она медленно, с высоко поднятой головой, вернулась вниз.

     Ларри и часы с кукушкой на самом деле не ладили с самого начала.  Дорис
говорила, это  потому что он не заводил их правильно, а им не нравилось быть
постоянно только  наполовину заведенными. Ларри передал обязанности заводить
часы ей; кукушка выскакивала каждые четверть часа, завод неумолимо кончался,
и кому-нибудь всегда нужно было присматривать за ними, заводя их опять.
     Дорис  старалась,  как могла,  но  очень часто  забывала. Тогда Ларри с
наигранной усталостью шевелился и вставал. Он шел в столовую,  где часы были
прикреплены  к стене над камином.  Он снимал  часы,  и,  убедившись, что его
большой палец лежит как раз на дверце, заводил их.
     - Почему ты держишь палец на дверце? - Однажды спросила Дорис.
     - Тебе бы тоже следовало так делать.
     Она подняла брови:
     -  Ты уверен?  Я  не удивлюсь,  если  ты  это  делаешь,  чтобы  она  не
выскочила, пока ты все еще стоишь так близко.
     - Это еще почему?
     - Возможно, ты боишься ее?
     Ларри засмеялся. Он  повесил  часы обратно  на  стену и аккуратно убрал
палец. Когда Дорис отвернулась, он осмотрел его.
     На  мягкой  части пальца  все еще были видны маленькие надрезы. Кто или
что поклевало его?

     В воскресное утро, пока Ларри был у себя в офисе, работая над какими-то
важными  особыми  расчетами,  Боб  Чеймберс  подошел  к  парадному  входу  и
позвонил. Дорис как раз  принимала  легкий душ. Она вытерлась и одела халат.
Когда она открыла дверь, Боб с улыбкой зашел внутрь.
     - Привет, - сказал он, оглядываясь.
     - Все хорошо. Ларри в офисе.
     - Хорошо, - Боб уставился на ее стройные ноги под халатом. - Ты сегодня
прекрасно выглядишь.
     Она засмеялась:
     - Будь осторожен. Возможно, после этого я тебя больше не впущу.
     Они смотрели  друг  на друга  полуудивленно, полуиспуганно.  Потом  Боб
сказал:
     -Если хочешь, я могу...
     - Нет, ради всего святого, - она  ухватила его за рукав. - Просто выйди
из дверного проема,  чтобы я  могла  закрыть  дверь. Там Миссис Питерс через
дорогу, ну, ты понимаешь.
     Она закрыла дверь.
     - Я хочу тебе кое-что показать, - она сказала. - Ты это еще не видел.
     Он заинтересовался:
     - Антиквариат? Или что?
     Она взяла его за руку и потащила на кухню.
     - Тебе  это понравится, Бобби.  - Она остановилась.  - Я надеюсь;  тебе
должно это понравиться. Это  для меня  так  много значит,  она для меня  так
много значит.
     - Она? - Боб нахмурился. - Что еще за она?
     Дорис засмеялась:
     - Да ты ревнуешь! Перестань.
     Через мгновенье они стояли возле часов, смотря на них.
     -  Она  выскочит через  пару минут.  Подожди,  сейчас ты увидишь ее.  Я
уверена, что вы двое поладите между собой.
     - А что о ней Ларри думает?
     -  Они  друг  друга  не  любят.  Иногда,  когда  Ларри  здесь,  она  не
выскакивает. Ларри бесится, когда она вовремя не выскакивает. Он говорит...
     - Говорит что?
     Дорис потупила взор.
     - Он постоянно  говорит, что его надули,  несмотря на то, что он достал
эти часы по оптовой цене.  - Ее лицо  прояснилось. - Но я  знаю,  что она не
выскакивает потому, что не любит Ларри. Когда я  здесь сама, она выскакивает
специально для меня, каждые пятнадцать  минут, даже несмотря  на то, что она
должна выскакивать раз в час.
     Она уставилась на часы:
     -  Она выскакивает для меня  потому что хочет. Мы  разговариваем,  я ей
много  чего рассказываю. Конечно,  мне  бы хотелось повесить  их  у  меня  в
комнате, но это было бы неправильно.
     Послышался звук шагов у  парадного входа. Они испуганно посмотрели друг
на друга.
     Ларри ворча распахнул входную дверь. Он поставил на пол  свой чемодан и
снял шляпу. Потом он увидел Боба.
     -  Чеймберс. Вот  это сюрприз!  -  Его глаза сузились.  -  Что ты здесь
делаешь?
     Он  вошел на кухню. Дорис  беспомощно затягивала на себе  халат, пятясь
назад.
     - Я... - начал Боб, - Мы просто...
     Он запнулся,  смотря  на Дорис.  Внезапно  часы начали жужжать. Кукушка
выскочила, скорее вылетела, разрываясь от крика. Ларри направился к ней.
     - Выруби этот звук, - сказал он.
     Он поднял кулак к кукушке. Она торопливо замолчала  и  отпрянула назад.
Дверца закрылась.
     - Вот так-то лучше.
     Ларри изучающее посмотрел на Дорис и Боба, молчаливо стоявших вместе.
     -  Я зашел посмотреть на  часы, - сказал Боб.  - Дорис сказала, что это
редкий антиквариат и что...
     -  Чушь! Я сам  их  купил. - Ларри  подошел  к  нему. - Убирайся.  - Он
повернулся к Дорис. - Ты тоже. И забери свои чертовы часы с собой.
     Он остановился, потирая подбородок:
     - Нет, часы оставь. Они мои; я их нашел и я за них заплатил.

     За те  несколько недель,  что  последовали после ухода Дорис, отношения
Ларри  с  часами  с  кукушкой  ухудшились  еще  больше.  Во-первых,  кукушка
оставалась внутри почти все время,  иногда  даже в двенадцать часов, когда у
нее должно  было  быть больше  всего работы.  И даже выглядывая, она  пищала
один-два  раза,  но никогда нужное количество  раз. Тогда  в  ее голосе были
мрачные недружелюбные нотки,  их резкий тон заставлял Ларри чувствовать себя
неуютно и немного злил.
     Но  он  постоянно  заводил  часы, потому  что  дом был слишком тихим  и
спокойным,  и  ему  действовало  на нервы  отсутствие общения,  разговоров и
падающих вещей. И даже жужжание часов звучало для него приятно.
     Но ему совсем не нравилась кукушка и иногда он с ней разговаривал.
     -  Послушай, -сказал  он однажды поздно ночью  в закрытую  дверцу. -  Я
знаю,  что ты  меня  слышишь.  Наверно,  я верну  тебя немцам,  назад в Блек
Форест. - Он расхаживал взад и вперед.
     - Интересно, чем эти двое сейчас  занимаются.  То ничтожество со своими
книгами и антиквариатом. Мужчина не должен интересоваться антиквариатом, это
удел женщин.
     Он сжал челюсти:
     - Разве я не прав?
     Часы не ответили. Ларри подошел к ним вплотную.
     - Разве я не прав? - Он повторил вопрос. - Неужели тебе нечего сказать?
     Он  посмотрел  на циферблат.  Было  почти  одиннадцать,  буквально  без
нескольких секунд.
     - Ладно, я подожду до одиннадцати. Тогда я хочу услышать, что ты можешь
мне сказать. Ты  была  чертовски молчалива последние несколько недель, с тех
пор, как она ушла.
     Он криво улыбнулся:
     - Может, тебе здесь не нравится без нее? - Он нахмурился. - Значит так,
я за тебя заплатил, и ты должна  выскакивать, нравится тебе это или  нет. Ты
слышала?
     - Ладно, вот ты как,  - пробормотал  Ларри, скривив губы.  - Но это  же
нечестно. Это  твоя  работа выскакивать наружу. Мы  все должны  делать вещи,
которые нам не по душе.
     С  несчастным  видом  он  пошел  на кухню и  открыл огромный  блестящий
холодильник. Наливая себе попить, он думал о часах.
     Без  сомнений, кукушка  должна  выскакивать,  независимо  от того, есть
Дорис  или  нет. Она  всегда ему  нравилась,  с самого  начала. Они  чудесно
ладили.  В  принципе,  Боб  ему  тоже  нравился  -  он  на  него  достаточно
насмотрелся чтобы понять, что он за человек.  Они были бы довольно счастливы
вместе: Боб, Дорис и кукушка.
     Ларри закончил с питьем,  открыл выдвижной ящичек у раковины  и  достал
молоток. Он аккуратно понес его в столовую. Часы тихо тикали себе на стене.
     - Посмотри, - сказал он,  угрожающе размахивая молотком. - Знаешь что у
меня здесь? А  знаешь, что я хочу этим сделать? Я, пожалуй,  начну с тебя, -
он улыбнулся. - Одного гнезда птицы, вот кто вы трое.
     Ни один звук не нарушил тишину.
     - Сколько еще прикажешь ждать? Или мне просто вытащить тебя оттуда?
     Часы слегка зажужжали.
     - Я  слышу, что  ты там. За последние три недели у меня скопилось много
тем для разговоров. Понимаешь, ведь ты у меня в долгу...
     Дверца  отворилась.  Кукушка  быстро  выскочила прямо  на  него.  Ларри
раздумывал, смотря  вниз и сморщив лоб. Когда же он поднял  взгляд,  кукушка
попала ему прямо в глаз.
     Он упал, а вместе с ним и молоток, и стул, все что было рядом ударилось
об пол с  ужасным грохотом. Кукушка  застыла на  мгновенье, ее  тельце  было
неподвижно. Потом она вернулась назад в домик. Дверца плотно захлопнулась за
ней.
     Мужчина лежал, неловко растянувшись на  полу, его голова была отклонена
набок.  Ничто не  двигалось, ничто не шевелилось. В  комнате  было абсолютно
тихо, разве что, конечно, тикали часы.

     - Ясно, - сказала Дорис  с непроницаемым лицом. Боб обнял  ее, не давая
ей упасть.
     - Доктор, - сказал Боб. - Можно у вас кое-что спросить?
     - Конечно, - ответил доктор.
     - Легко ли сломать шею, падая  всего  лишь со стула? Падать ему было не
высоко. Возможно, это  был не  несчастный случай? Можно ли предположить, что
это было?..
     -  Самоубийство? - доктор  почесал подбородок. -  Я  никогда не слышал,
чтобы кто-нибудь покончил с собой в такой способ. Это был несчастный случай.
Иного не дано.
     -  Я имею в виду не самоубийство, - пробормотал  Боб, смотря на часы на
стене. - Я имею в виду нечто другое.
     Но никто его уже не слышал.

     Перевод: Виталий Корсун


Популярность: 35, Last-modified: Tue, 27 Apr 2010 14:59:23 GMT