-----------------------------------------------------------------------
   Philip K.Dick. Small Town (1953). Пер. - А.Жаворонков.
   OCR & spellcheck by HarryFan, 30 July 2000
   -----------------------------------------------------------------------


   Едва переставляя ноги, Берн Хаскель взобрался на  крыльцо  собственного
дома. По ступенькам за ним волочился плащ. Верн смертельно устал. Устал  и
телом, и душой. Ноги ныли. Хлопнув дверью,  он  бросил  на  пол  портфель,
повесил плащ и шляпу. На шум в прихожую выскочила Мэдж.
   - Почему ты сегодня так рано, дорогой? - всплеснула она руками.
   Не обращая  на  жену  внимания,  Хаскель  принялся  развязывать  шнурки
поношенных  ботинок.  Он  был  еще   не   стар,   но   выглядел   грузным,
неповоротливым. На землистом лице застыло недовольное выражение.
   - Ну скажи хоть что-нибудь!
   - Ужин готов?
   - Пока нет. Что на этот раз приключилось? Опять сцепился с Ларсоном?
   Хаскель тяжело протопал в кухню и наполнил  стакан  теплой  минеральной
водой.
   - Давай уедем отсюда, - неожиданно предложил он.
   - Уедем?
   - Уберемся из Вудленда. Представляешь, как бы славно мы зажили, хотя бы
во Фриско. Сказать по правде, я готов  отправиться  хоть  на  край  света,
только бы выбраться из этой вонючей дыры. - Верн облокотился о  начищенную
до блеска медную раковину и с жадностью осушил  стакан.  -  Что-то  погано
себя чувствую. Видно, снова пора повидать дока Барнеса...  М-да,  все  бы,
кажется, отдал, лишь бы сегодня была пятница, а завтра - суббота.
   - Что тебе приготовить на ужин, дорогой?
   - Не знаю. - Хаскель помотал головой. - Готовь, что хочешь.  -  Шаркая,
он проковылял к кухонному столу и плюхнулся на  табурет.  -  Я  хочу  лишь
отдохнуть... На худой конец, можешь открыть банку тушенки. Или  свинину  с
бобами.
   - А может, поужинаем в ресторанчике Дона? Говоря", по понедельникам там
подают отменную вырезку.
   - И весь вечер будем любоваться постными рожами соседей? Боже упаси, уж
лучше остаться голодным!
   - И, разумеется, ты слишком устал, чтобы подвезти меня хотя бы к  Хелен
Грант?
   - Машина в гараже. Опять сломалась.
   - Дорогой, будь ты чуточку поаккуратнее, то...
   - Может, прикажешь запаять автомобиль  в  целлофан?  И  вообще,  какого
черта вам всем от меня надо?!
   - Не смей орать на меня, Верн  Хаскель!  -  Мэдж  даже  побагровела  от
возмущения. - Иначе сам будешь готовить себе ужин!


   Хаскель вскочил и засеменил к двери.
   - Вот уж дудки! - бросил он на ходу.
   - Куда ты собрался?
   - В подвал.
   - О, господи! - воскликнула Мэдж. - Опять к своим поездам! Не  понимаю,
как взрослый мужчина...
   Хаскель не счел нужным выслушать тираду до  конца.  Он  проследовал  по
ступенькам в темный подвал, привычно нащупал выключатель, зажег свет.
   В подвале было сыро и зябко. Хаскель снял  с  крючка  и  нахлобучил  на
голову  фуражку  машиниста.  Едва  прохладная  ткань  коснулась  плеши  на
макушке, усталость как рукой сняло. Осторожно переступая через рельсы,  он
направился к огромному фанерному столу.  Рельсы  здесь  были  повсюду:  на
полу, под угольным  бункером,  среди  путаницы  труб  парового  отопления.
Рельсы сходились  на  столе,  куда  взбирались  по  ажурным  металлическим
мостикам. На столе в беспорядке  валялись  трансформаторы,  переключатели,
реле, мотки проводов и прочее электрооборудование.
   Не большую часть стола занимал город -  точная  копия  Вудленда.  Здесь
нашлось место всем деревьям, магазинам,  домам,  улицам  и  даже  пожарным
гидрантам. На изготовление города ушли годы  и  годы  кропотливого  труда.
Верн, сколько себя помнил, постоянно строгал, пилил, клеил.  Еще  ребенком
он стремглав мчался из школы домой и работал, работал, работал...
   Хаскель включил главный рубильник,  и  железнодорожные  пути  озарились
сотнями сигнальных огней. Нажал кнопку  на  пульте  управления,  и  мощный
паровоз, стоящий во главе груженых  автомобилями  платформ,  дал  гудок  к
отправлению.  Щелчок  переключателя  -  и  состав,  плавно  набирая   ход,
покатился по наклонному мостику,  скрылся  в  туннеле  и  вынырнул  из-под
верстака.
   При виде движущегося состава у Хаскеля перехватило дыхание. И поезд,  и
город  принадлежали  только  _ему_.  Хаскель  склонился  над   миниатюрным
зданием. Его буквально распирало от гордости. Весь город - дюйм за дюймом,
деталь за деталью - создан его руками. Он осторожно  коснулся  водосточной
трубы на бакалейной лавке Фреда. Не упущена ни одна мелочь, все  на  своих
местах: окна, витрины, вывески, прилавки.
   Его пальцы любовно скользнули по  плоской  крыше  отеля  "Центральный".
Через широкие окна видно было диваны и кресла в холле.
   Взгляд Хаскеля пробежал вдоль улицы. Вот аптека Грина. А вот перелетная
мастерская Баньява. Напротив - склады. За  ними  -  магазин  автомобильных
запчастей Фрейзера. Дальше - ресторан "Мехико". Еще  дальше  -  ателье  по
пошиву верхней одежды Шастейна, а в подвальчике - венная лавка Боба. А это
неказистое здание - бильярдная "Мастер кия"...


   Поезд замедлял свой бег. Колеса надавили автоматический  переключатель,
и перед паровозом послушно опустился разводной мост.
   Хаскель  тронул  рычажок  на  пульте.  Паровоз,  пронзительно   свистя,
прибавил ходу, преодолев крутой поворот,  миновал  стрелку.  Рука  Хаскеля
резко толкнула рычажок. Поезд дернулся и пулей устремился  вперед.  Вскоре
он скрылся за трубой парового отопления, затем вновь появился я, угрожающе
кренясь, обогнул угольный бункер.
   Хаскель притормозил состав. Тяжело дыша,  сел  у  верстака,  трясущейся
рукой достал сигарету.
   Поезд и модель города совершенно преобразили его, не оставив от прежней
угрюмости даже следа, -  теперь  глаза  Хаскеля  сияли,  на  губах  играла
улыбка. Вряд ли он смог бы выразить свои  чувства  словами.  Конечно,  ему
всегда нравились модели паровозов  и  зданий.  Помнится,  первая  железная
дорога - простенький заводной паровоз  да  несколько  отрезков  рельсов  -
появились у него лет в шесть-семь. А в девять он получил в подарок от отца
ярко раскрашенную коробку. В коробке оказались: электрический поезд, пульт
управления и даже две стрелки.
   С годами железная  дорога  разрасталась;  становилось  больше  стрелок,
паровозов, автомобилей, шлагбаумов; трансформаторы заменялись на все более
мощные.
   Учась в  выпускном  классе,  Хаскель  начал  создавать  город.  Сначала
сконструировал Южный железнодорожный вокзал, затем  добавил  привокзальную
площадь и прилегающую к  ней  стоянку  такси.  Позже  построил  кафе,  где
таксисты подкреплялись в  перерывах  между  рейсами.  Еще  позже  -  улицу
Изобилия.
   И так далее. Шли годы, город рос. Один за другим  на  столе  появлялись
жилые дома, учреждения, магазины. Так постепенно из-под умелых рук Хаскеля
вышел весь Вудленд. И каждый день он прибегал из школы, а затем со  службы
домой, чтобы клеить и строгать, красить и паять.
   Работа была завершена. Вернее, почти завершена. Ему стукнуло сорок три,
и город, дело всей его жизни, почти готов.
   Хаскель обошел вокруг  стола,  прикасаясь  к  отдельным  зданиям.  Если
летящий стрелой поезд будоражил его,  то  вид  знакомых  с  детства  домов
успокаивал, вселял уверенность в свои силы. Вот цветочный магазин.  Театр.
Здание телефонной  компании.  Ну,  и  конечно  же,  заводишко  Ларсона  по
производству сантехники.
   Хаскель нахмурился.
   Н-да. Здесь-то он и работал последние двадцать лет, надрывался день  за
днем.
   Спрашивается - ради чего? Чтобы видеть, как желторотые юнцы обходят его
по службе? Ох, уж  эти  любимчики  босса,  подхалимы  в  ярких  галстуках,
брючках в обтяжку и с неизменными ухмылками на противных рожах!
   Душу Хаскеля переполнили жалость к себе и ненависть к окружающему миру.
Вудленд отнял у него лучшие годы жизни, счастлив здесь он так  и  не  был.
Город всегда был против него. Достаточно вспомнить мисс Мэрфи  -  классную
наставницу. Или сокурсников по колледжу - всех этих  выскочек  и  зазнаек.
Или высокомерных клерков в конторах. Да и остальные слеплены  из  того  же
теста,   все   эти   полицейские,    почтальоны,    водители    автобусов,
мальчишки-рассыльные. Соседи, наконец. Что там  соседи,  если  собственная
жена - и та против него!


   Ничто не связывало Хаскеля с Вудлендом,  этим  процветающим  пригородом
Сан-Франциско, расположенным в южной части полуострова вне пояса  туманов.
Гнездышко преуспевающего среднего  класса,  чтоб  ему  пусто  было!  Верну
всегда казалось, что в городе слишком много роскошных домов и  лужаек  для
гольфа, сияющих хромом лимузинов и плетеных кресел. Слишком много показухи
и чванства. И так было всегда и везде. В школе, на службе...
   Джек Ларсон! Заводишко сантехники! Двадцать лет каторжного труда!
   Пальцы Хаскеля стиснули модель  завода  Ларсона.  В  порыве  ярости  он
оторвал здание, швырнул на пол и растоптал. Дрожа всем телом, уставился на
измятые кусочки картона, осколки стекла и металлические проволочки у своих
ног. Сердце отчаянно билось, в голове шумело.
   Верн повернулся  и,  как  сомнамбула,  побрел  к  верстаку.  Уселся  на
табурет. Достал из ящиков инструменты и материалы, включил электродрель  и
принялся за новую модель.
   Привычная работа сразу захватила Хаскеля, терзавшие душу мысли оставили
его. Он быстро покрасил и склеил заготовки,  приладил  крошечную  вывеску,
напылил из пульверизатора зеленую лужайку  перед  фасадом,  укрепил  новую
мотель на столе.
   Там, где всего несколько минут назад стоял  заводишко  Ларсона,  теперь
весело сияло непросохшей краской совсем другое здание. Вывеска гласила:
   "МОРГ ГОРОДА ВУДЛЕНДА"
   Хаскель удовлетворенно потер  руки:  наконец-то  он  избавил  город  от
гнусного заведения Ларсона. А дело-то оказалось плевым.  Странно,  как  он
раньше до этого не додумался.


   Отпив  из  высокого  бокала  глоток  ледяного  пива,   Мэдж   задумчиво
произнесла:
   - Знаешь, Пол, с Верном последнее время творится что-то неладное.  Я  и
так уж смотрю на  его  чудачества  сквозь  пальцы,  но  день  ото  дня  он
становится все невыносимее.
   Доктор Талер рассеянно кивнул:
   -  Что  и  говорить,  муженек   у   тебя   -   не   сахар;   замкнутый,
неуравновешенный, да еще с целым букетом комплексов. Удивляюсь, как ты его
терпишь.
   - Кто бы знал, до чего надоели мне его дурацкие игрушки. Представляешь,
он соорудил в подвале целый город.
   - Серьезно? Вот бы не подумал.
   - Сколько с ним живу, он все время возится со  своими  моделями.  Начал
еще ребенком. В голове не укладывается: мужику пятый десяток, а он  все  в
паровозики играет. Глаза бы мои не глядели.
   - Гм. Интересно. - Тилер потер подбородок. - И он  что  же,  все  время
строит новые модели? И ничего не переделывает?
   - Его игрушки заполонили весь подвал. Он возвращается со службы и сразу
несется вниз. Вчера даже ужинать не стал.
   Пол Тилер приподнял левую бровь, отхлебнул пива и откинулся  на  спинку
кресла. Было три часа. День выдался теплым и ясным. Через широкие  окна  в
гостиную  лился  солнечный  свет.  Вся  обстановка  располагала  к  пустой
неспешной беседе. Внезапно Тилер поднялся.
   -  Сдается  мне,  твой  муж  серьезно  болен.  Знаешь,  что,   давай-ка
полюбуемся его сокровищами, этими самыми моделями.
   - Тебе в самом деле интересно, милый? - Мэдж приподняла манжет зеленого
шелкового халата и поглядела на часики. - Муж явится не раньше  семи,  так
что времени у нас предостаточно. - Она  поставила  стакан  на  подлокотник
кресла и неторопливо встала. - Ну, что ж, пошли.
   - Отлично.
   Тилер взял Мэдж за руку, и  они  направились  в  подвал.  Его  охватило
непривычное возбуждение. Мэдж включила свет, и, настороженно озираясь, они
подошли к огромному фанерному столу.
   - Ты только полюбуйся! - Мэдж сжала руку Тилера. - И на эту  ерунду  он
угрохал лучшие годы жизни! Да что там годы - всю жизнь!
   Тилер кивнул.
   - Похоже, так оно и есть, - его голос слегка дрожал. - Я и  представить
себе не мог подобное. Какая достоверность, какая проработка деталей...  Да
он мастер!
   - Да уж. У Верна  золотые  руки,  но  он  мог  бы  найти  им  и  лучшее
применение. - Мэдж кивнула на  полку  с  инструментами  над  верстаком,  -
Только и знает, что транжирит наши деньги!


   Тилер  неторопливо  обошел  вокруг  стола,  склоняясь  над   отдельными
постройками и внимательно рассматривая их.
   - Невероятно! Здесь же весь наш город! Каждый дом. Смотри!  Вон  там  я
живу.
   Он показал пальцем на роскошное здание в нескольких кварталах  от  дома
четы Хаскелов.
   - О да, сделано неплохо, - отозвалась Мэдж. -  Но  ты  только  подумай:
разве станет нормальный мужчина после работы играть в паровозики?!
   - Мощь! - Тилер коснулся замершего у перрона паровоза.  -  Именно  мощь
паровозов  так  привлекает  детей.  Поезда  -  великая   вещь.   Их   сила
символизирует секс. Мальчик видит, как паровоз несется по  рельсам,  такой
огромный и страшный. Потом ребенок получает в  подарок  игрушечный  поезд,
вроде этого, и вот уже сам управляет им. По его  воле  поезд  трогается  с
места, останавливается,  разгоняется,  притормаживает.  Поезд  подчиняется
ему.
   Мэдж поежилась.
   - Что-то зябко. Давай вернемся в гостиную.
   - Ребенок подрастает и все больше полагается на собственные  силы.  Ему
уже ни к чему символы, он становится хозяином  настоящих  вещей,  способен
вести настоящий поезд. - Тилер покачал головой. -  Нормальные  мужчины  не
нуждаются в суррогатах... - Он нахмурился. - Откуда на  улице  Великолепия
взялся морг?
   - Морг?
   - Ну да. И вот еще, гляди-ка: зоомагазин Стьюбена.  Вон  там,  рядом  с
радиомастерской. Сроду здесь не было зоомагазина. -  Тилер  наморщил  лоб,
пытаясь припомнить. - Что же здесь находится на самом деле?
   - Салон "Парижские меха", - Мэдж поежилась и обхватила себя  руками.  -
Бр-р. Пол, пошли отсюда, пока я не превратилась в ледышку.
   Тилер рассмеялся.
   -  Будь  по-твоему,  неженка,  -  направляясь  к  лестнице,  ан   вновь
нахмурился. - Гм. Зоомагазин Стьюбена. Даже не слышал о таком. А ведь  все
остальное, как в жизни. Сразу видно, он прекрасно знает  город.  Но  зачем
поместил сюда несуществующий магазин?.. - Тилер выключил в подвале свет. -
И еще этот морг. С чего бы это?
   - Не бери в голову! - сказала Мэдж. - Ты и сам ничуть  не  лучше  моего
мужа. Все вы, мужчины, одинаковые - с виду взрослые, а  на  самом  деле  -
сущие дети.
   Погруженный в собственные мысли, Тилер  промолчал.  Весь  его  светский
лоск исчез, он явно нервничал.
   Мэдж опустила жалюзи. Комната погрузилась в янтарный полумрак. Усевшись
на кушетку, Мэдж притянула Тилера к себе.
   - Не хмурься, милый. - Она обняла Тилера за шею и  прильнула  губами  к
его уху. - Знай я, что подобная ерунда так на тебя подействует, ни за  что
бы не позвала тебя в гости.
   - А зачем ты меня позвала?
   Мэдж плотнее прижалась к Тилеру.
   - Он еще спрашивает, дурашка.


   Грузный рыжеволосый Джим Ларсон не верил собственным ушам.
   - А чего ты, собственно, добиваешься?
   - Да ничего, прости надоело на тебя  ишачить!  -  Хаскель  выдернул  из
своего письменного стола ящик и высыпал его содержимое в портфель.  -  Чек
пришлешь по почте.
   - Но...
   - Прочь с дороги!
   Хаскель вплотную приблизился к шефу. Изумленный яростным огнем в глазах
подчиненного, Ларсон невольно отступил в сторону.
   - Ты... ты здоров?
   - Здоровее некуда, - бросил на ходу Хаскель  и  что  было  сил  хлопнул
дверью. - Конечно, здоров, - бормотал он под нос, продираясь сквозь  толпу
спешащих за покупками домохозяек. - Можешь  не  сомневаться:  я  в  полном
порядке, может быть, впервые в жизни.
   - Смотри, куда прешь, ротозей, -  беззлобно  гаркнул  задетый  Хаскелем
рабочий.
   - Прошу прощения, - машинально ответил Верн  и,  крепче  стиснув  ручку
видавшего виды портфеля, зашагал дальше.
   На вершине холма он  остановился  перевести  дух.  Перед  ним,  как  на
ладони,  лежал  завод  сантехники.   Хаскель   рассмеялся.   Все   позади.
Ненавистный Ларсон навсегда вычеркнут из его жизни. Не будет больше  тупой
изнурительной работы, тяготившей его последние двадцать лет. С  рутиной  и
скукой покончено раз и навсегда. Начинается новая жизнь. И  Верн  заспешил
домой, победно улыбаясь.
   День клонился к вечеру. Мимо  проносились  автомобили,  возвращались  с
работы бизнесмены. Завтра, как всегда,  служащие  пойдут  домой  привычной
дорогой, но Хаскеля в этой толпе уже не будет. Ежедневный кошмар больше не
повторится!
   Он добрался до своей улицы. Справа возвышался дом Эда Тилдона - нелепая
громадина из стекла и бетона. Собака Тилдона выскочила из конуры и,  гремя
тяжелой цепью, облаяла Хаскеля. Он, как обычно, прибавил шагу.
   - Проклятая тварь! - Верн дико расхохотался. - Только сунься еще раз! -
крикнул он собаке.
   Наконец, прыгая через две ступеньки, он взбежал на крыльцо своего дома.
Рывком распахнул дверь. В гостиной  темно  и  тихо.  Внезапно  послышалась
возня, и с кушетки вскочили двое.
   - Верн?! - едва слышно вымолвила Мэдж. - Почему ты так рано?


   Верн Хаскель забросил портфель в угол, швырнул плащ и шляпу на стул.  В
груди у него кипело, лицо перекосилось от гнева.
   - Что с тобой, дорогой? - заспешила к нему  Мэдж,  расправляя  на  ходу
халатик. - Я не ждала тебя так... -  Она  зарделась.  -  Я  хочу  сказать,
что...
   Пол Тилер приблизился к Хаскелю и с непринужденным видом протянул руку.
   - Привет, Верн. А я, понимаешь ли, заскочил на  минутку,  вернул  твоей
жене книгу.
   - Добрый день, - сухо кивнул ему Хаскель и направился в подвал. -  Если
понадоблюсь, найдешь меня внизу, - крикнул он, жене.
   - В чем дело, Верн? - опешила Мэдж. - Что произошло?
   Хаскель задержался у распахнутой двери.
   - Я уволился.
   - Что?..
   - Бросил службу. Ларсоном я сыт по горло!
   Дверь в подвал громко хлопнула.
   - Господи боже мой! - Мэдж вцепилась в рукав Тилера. - Да он рехнулся!
   Верн неторопливо  зажег  свет,  надел  фуражку  машиниста  и  придвинул
табурет к фанерному столу.
   С чего же начать?
   На очереди - контора Моррисона, которому принадлежат все  меблированные
квартиры в городе. Хаскель с восторгом  оторвал  большущее  строение,  где
клерки всегда смотрели на него сверху вниз.
   Он возбужденно потер руки. Все, их больше нет. Впредь при его появлении
ни один высокомерный клерк не поднимет в притворном недоумении брови.
   Работал Верн лихорадочно, с не свойственным ему нетерпением. Наконец-то
он не тратит время попусту. Через несколько минут на освободившемся  месте
выросли два крошечных домика.
   Хаскель возбужденно хихикнул.  Неплохо  придумано:  заменить  роскошное
процветающее учреждение двумя обшарпанными халупами -  будкой  чистильщика
обуви и обветшалым кегельбаном. Получите, гады!
   Его взгляд остановился на филиале Центрального  Калифорнийского  Банка.
Банки он всегда ненавидел. А здесь, к тому же, ему отказали в займе. Банку
не место на столе.
   А вот и резиденция Эда Тилдона. Распустил свою проклятую псину! Однажды
эта тварь цапнула Хаскеля за коленку. Верн  с  восторгом  отодрал  модель.
Голова шла кругом - в его руках была судьба целого города!
   Ну, что там дальше? Ага, "Бытовые электроприборы"  Гаррисона.  Там  ему
всучили  испорченный   радиоприемник.   Раз,   и   нет   больше   "Бытовых
электроприборов"!
   Магазин "Сигары  и  трубки",  принадлежащий  Джо.  Здесь  в  мае  сорок
девятого  ему  подсунули  фальшивый  четвертак.   Нет   больше   табачного
магазинчика Джо!
   Фабрика по производству  чернил.  Запах  чернил  Верн  не  переносил  с
детства. Чем бы ее заменить? Хлебопекарня вполне подойдет - ведь булочки с
хрустящей корочкой любят  все.  Взмах  руки  -  и  нет  больше  чернильной
фабрики.
   На улице Вязов по  ночам  слишком  темно.  Помнится,  дважды  он  здесь
спотыкался. Надо бы установить побольше фонарных столбов.
   А на Веселой улице что-то маловато баров. Зато развелось слишком  много
магазинов готового платья и меховых ателье. Он  с  упоением  выдрал  целую
пригоршню моделей и перенес их на верстак.


   Дверь осторожно приоткрылась. В щель заглянула бледная  и  перепуганная
Мэдж.
   - Верн?
   Он неохотно оторвался от работы.
   Мэдж нерешительно спустилась по  ступенькам.  За  ней  следовал  доктор
Тилер. Строгий серый костюм придавал ему солидности.
   - Верн... ты хорошо себя чувствуешь? - спросила Мэдж.
   - Разумеется.
   - А ты действительно... уволился?
   Хаскель  кивнул  и,  отвернувшись  от  незваных  посетителей,  принялся
разбирать чернильную фабрику.
   - Но почему?
   - Не желаю тратить время на ерунду, - нетерпеливо проворчал Хаскель.
   - Стало быть, ты слишком занят, чтобы работать?  -  озабоченно  спросил
Тилер.
   - Совершенно верно.
   - Слишком занят _чем_? - Голос Талера едва  заметно  дрожал.  -  Уж  не
постройкой ли собственного города?
   - Отвяжись! - бросил Хаскель.
   Покрасив маленькую хлебопекарню в белый цвет, он осторожно поставил  ее
на край стола и занялся  парком.  Парк  должен  быть  большим  и  зеленым.
Вудленду всегда недоставало парка. Он будет отлично  смотреться  на  месте
отеля на улице Великолепия.
   Тилер взял Мэдж под руку и отвел в дальний угол.
   - О, господи! - пробормотал он, прикуривая. - Видела? Понимаешь, что он
делает?
   Мэдж помотала головой.
   - Нет, а что? Я не...
   - Долго он лепил свой город? Всю жизнь?
   Мэдж кивнула.
   - Всю жизнь.
   Лицо Тилера передернулось, потухший окурок выпал из непослушных пальцев
и откатился в сторону. Он этого не заметил и тут же достал новую сигарету.
   - Господи, Мэдж! Не мудрено, что он помешался.
   - Но что происходит, в конце  концов?  -  взмолилась  Мэдж.  -  Объясни
толком, в чем...
   - Болезнь прогрессирует. Боюсь, ему уже не помочь.
   - Но он же вечно здесь торчал, - возразила Мэдж. - Что тут  особенного?
Да и службу давно порывался бросить, говорил, что начнет новую жизнь.
   - Вот именно, начнет новую жизнь.
   Тилер собрался с духом и приблизился к Хаскелю.
   - Опять ты? - Хаскель неохотно поднял глаза.
   Тилер провел языком по пересохшим губам.
   - Ты кое-что добавляешь от себя? Например, несуществующие дома?
   Хаскель кивнул.
   Трясущимся пальцем Тилер коснулся недостроенной модели.
   - Что это? Хлебопекарня? И где  ты  ее  разместишь?  -  Тилер  двинулся
вокруг стола. - Ведь в Вудленде нет никаких хлебопекарен и в помине. -  Он
круто развернулся. - Ты что, пытаешься улучшить город?
   - Какого черта тебе здесь надо? - угрюмо осведомился  Хаскель.  -  Если
пришел к моей жене, то пусть она тебя и развлекает.
   - Верн! - пискнула Мэдж.
   - Шли бы вы оба отсюда. У  меня  работы  по  горло,  к  утру  хочу  все
закончить, а вы тут под ногами путаетесь.
   - Закончить? - удивился Тилер.
   - Вот именно, закончить.  -  Хаскель  повернулся  к  жене.  -  Часов  в
одиннадцать можешь принести сэндвичи, а сейчас твое присутствие  вовсе  не
обязательно. - И он вернулся к работе.
   - Пошли отсюда. - Тилер взял Мэдж за руку и потянул за собой. -  Пошли,
пошли. Нечего нам здесь делать.
   Тилер поднялся первым и, как только Мэдж вышла, плотно затворил дверь.
   - Пол, он сошел с ума! Что же нам делать?
   - Прежде всего - успокойся. Мне необходимо все обдумать. - Насупившись,
Тилер принялся вышагивать по комнате. - Похоже,  этой  ночью  мы  от  него
избавимся, - наконец, изрек он.
   - С чего ты взял?
   - Сегодня он убежит от реальности в созданный им мир.  Улучшенный  мир,
который полностью в его власти.
   - О, Пол, надо его остановить!
   - Остановить? - Тилер едва заметно ухмыльнулся. - А зачем?
   - Но нельзя же сидеть сложа руки и...
   - А почему бы и  нет,  если  это  решит  все  наши  проблемы?  -  Тилер
задумчиво взглянул в глаза миссис Хаскель. - Ведь с его уходом всем станет
только лучше.
   Глубоко за полночь Хаскель  вносил  последние  штрихи  в  облик  своего
города. Хотя он и устал, приподнятое  настроение  не  покидало  его,  ведь
работа была почти завершена.
   Город выглядел идеальным - настоящее произведение искусства.
   Прервав на минуту работу, Хаскель придирчиво оглядел свое творение.  За
последние четыре часа город преобразился. Хаскель изменил планировку улиц,
изъял большинство общественных зданий, перенес торговый  центр  и  деловую
часть города на новое место,  возвел  новые  муниципалитет  и  полицейский
участок, отстроил огромный  парк  с  фонтанами  и  мягким  освещением.  Он
расчистил трущобы, снес обветшалые магазины и дома.  Улицы  стали  шире  и
прямее,  жилые  дома  -  меньше  и  чище,   магазины   -   современнее   и
привлекательнее.
   Верн  избавил  город   от   лишней   рекламы.   Вышвырнул   большинство
бензоколонок и все крупные промышленные предприятия, заменив  их  холмами,
поросшими зеленой травой и деревьями.
   Богатый район изменился до неузнаваемости.  Нетронутыми  остались  лишь
несколько крупных особняков, принадлежащих симпатичным людям. Остальные же
безжалостная рука Хаскеля превратила в стандартные  одноэтажные  жилища  с
двумя спальнями и гаражом на одну машину.
   Из  аляповатого  строения  в  стиле  рококо   городской   муниципалитет
превратился в простое и современное здание.
   По подсчетам Хаскеля, в  городе  обитало  с  десяток  наиболее  мерзких
типов. О них он позаботился особо. На окраине города, куда ветер с  океана
частенько приносил вонь гниющих водорослей, он выстроил для них два барака
на шесть семей каждый.
   Дом Джима Ларсона исчез вовсе. Он стер все следы пребывания  Ларсона  в
городе. В новом Вудленде подобным трутням делать нечего!
   Работа почти завершена. Вот именно - почти. Не забыть бы  чего,  успеть
доделать все до утра.


   Новый Вудленд смотрелся просто великолепно: чистый, аккуратный  и,  что
немаловажно, без всяких излишеств. Роскошь центральных  кварталов  уже  не
бросалась  в  глаза.  Исчезли  или  были   притушены   сияющие   рекламные
объявления, вывески, витрины. Пришлось потесниться и деловой части города.
Место заводов заняли тенистые парки и ухоженные  лужайки.  Торговый  центр
радовал глаз.
   Напоследок Хаскель добавил две  детские  площадки  на  окраине  города.
Установил маленький уютный театр  вместо  безобразной  громадины,  сиявшей
ночи напролет неоновыми огнями. Подумав несколько минут, он  с  сожалением
разобрал почти все  ранее  возведенные  бары.  Негоже  развращать  жителей
нового Вудленда. И  никаких  казино,  бильярдных,  и  домов  под  красными
фонарями! А вот маленькая аккуратная  тюрьма  для  неблагонадежных  просто
необходима.
   Пожалуй, сделать крошечную надпись над дверью главного офиса городского
муниципалитета не всякому под  силу.  Эту  часть  своего  замысла  Хаскель
приберег на закуску, но настал черед и ей. С особой тщательностью он вывел
микроскопическими буквами:

   МЭР ГОРОДА ВУДЛЕНДА
   Вернон Р.Хаскель

   Остались  еще  кое-какие  мелочи.  Ни  к  чему   Эдвардам   новехонький
"кадиллак",  обойдутся  и  "плимутом"  модели  тридцать   девятого   года.
Задумчиво покусав нижнюю губу, Хаскель добавил деревьев на окраине города,
соорудил еще  одно  пожарное  депо,  выкинул  очередной  магазин  готового
платья. Он всегда недолюбливал таксистов. Повинуясь внезапному порыву,  он
убрал стоянку такси и воздвиг на ее месте цветочный магазин.
   Хаскель, в который уже раз за эту ночь, потер ладони. Что еще? Или  все
завершено... все идеально? Он еще и еще раз вглядывался  в  каждую  деталь
города, в каждую постройку. Ничего не упущено?
   Как он мог позабыть о школе? Разобрав старое здание, Хаскель  разместил
на противоположных концах города два небольших строения. Еще одна больница
не помешает! С ней  Хаскель  провозился  почти  полчаса.  Он  основательно
вымотался, руки не слушались, глаза заливал пот.
   Что же еще?  Следует  сесть,  слегка  передохнуть  и  еще  разочек  все
хорошенько обмозговать.


   Город был готов.  Душу  Хаскеля  переполняла  радость.  Работа  успешно
завершена.
   - Отлично! - вырвалось у него.
   Не в силах усидеть на месте, Верн вскочил,  вытянул  руки  и,  зажмурив
глаза, подошел к фанерному столу.


   Из подвала донесся сдавленный крик. По дому прокатился  гул,  в  буфете
жалобно зазвенела посуда.
   Мэдж вздрогнула.
   - Что там происходит?
   Напрягшись всем телом, Тилер прислушался. В гостиной стояла  абсолютная
тишина.
   - Думаю, все позади. Даже раньше, чем я  ожидал.  -  Тилер  раздавил  в
пепельнице недокуренную сигарету в встал.
   - Ты имеешь в виду, что...
   - Он ушел, Мэдж. В другой мир. Наконец-то мы свободны.
   Мэдж схватила Тилера за руку.
   - О, господи, какой ужас! Почему мы не вмешались?.. Не вытащили его  из
подвала?.. Может, попробуем его вернуть?
   - Что? Вернуть его? - Тилер хрипло рассмеялся. -  Сомневаюсь,  что  это
нам по силам, даже если мы захотим. Слишком  поздно.  -  Он  направился  в
подвал. Пойдем, поглядим.
   - Пол, мне страшно! - поежилась Мэдж, но все же последовала за ним.
   Перед дверью Тилер замешкался.
   - Чего ты боишься? Да если хочешь знать, он там счастлив.
   С этими словами Тилер распахнул дверь, и  они  осторожно  спустились  в
темный подвал. Тилер щелкнул выключателем.
   В подвале не было ни души.
   Тилер облегченно вздохнул.
   - Все кончено, он ушел.


   Тилер гнал "бьюик" по темным безлюдным  улицам  Вудленда.  На  переднем
сиденье съежилась Мэдж. Лицо у нее  было  пепельно-серым,  и  даже  сквозь
плотную ткань пальто было видно, как она дрожит.
   - Не возьму в толк, куда же он все-таки  подевался?  -  вновь  и  вновь
сдавленно повторяла она.
   - По-моему, все предельно ясно, - ответил Тилер. - Он ушел в выдуманный
мир, оказав таким образом нам  огромную  услугу.  -  Тилер  притормозил  у
перекрестка.  -  Осталось  выполнить   обычные   формальности,   заполнить
несколько бланков, и ты свободна.
   Ночь выдалась холодной и мрачной.  В  домах  не  светилось  ни  единого
окошка, и если бы не  редкие  уличные  фонари,  тьма  была  бы  кромешной.
Неподалеку печально взвыл паровозный гудок,  звук  отразился  от  каменных
стен зданий и затих.
   - Куда мы едем?
   - В полицейский участок.
   - Зачем?
   - Надо сообщить властям о его исчезновении.  Через  несколько  лет  его
официально признают умершим. - Тилер на секунду сжал руку Мэдж.  -  У  нас
впереди целая вечность.
   - А что" если... его найдут?
   Тилер сокрушенно покачал головой. Его не покидало напряжение  последних
часов.
   - Неужели ты так и не поняла? Его никогда не найдут. Его больше нет, во
всяком случае, в нашем мире.
   - Так где же он?
   - В своем бутафорском мире. Ты же сама видела улучшенный вариант города
у него на столе. Теперь он там. Ведь он так мечтал о  городе,  куда  можно
сбежать от гнетущей действительности! Да не просто мечтал,  строил  его  -
год за годом. И вот, наконец, он ушел из реального мира и из нашей жизни.
   Мэдж начала понимать:
   - Выходит, он в своем выдуманном мире и уже никогда не вернется?
   - Ну, наконец-то, поздравляю. Признаюсь, до меня тоже не  сразу  дошло.
Понимаешь, человеческий разум - сложная штука, он способен  фантазировать,
создавать новые миры. А Хаскель, несомненно, по этой части дока. Он отверг
наш  реальный  мир,  посвятил  всю  свою  жизнь,   все   свое   мастерство
строительству нового мира и, как видишь, преуспел в этом.


   Нахмурившись, Тилер сильнее сжал руль и до упора  вдавил  педаль  газа.
"Бьюик" несся по темным улицам, рассекая неподвижный ночной воздух.
   - Мне не понятно лишь одно, - нарушил затянувшееся молчание Тилер.
   - Что именно, милый?
   - Куда подевалась модель? - Тилер рассеянно пожал плечами.  -  Впрочем,
оно и не важно. - Он вгляделся в темноту. - Мы почти на месте.  Вон  улица
Вязов.
   - Смотри! - вскрикнула Мэдж.
   Справа  показалось  аккуратное  маленькое  здание.  Фары  "бьюика"   на
мгновение выхватили из предрассветного мрака вывеску над парадным входом:
   "МОРГ ГОРОДА ВУДЛЕНДА"
   Мэдж всхлипнула. Тилера будто ударило по голове.
   Машина, как прежде, мчалась вперед. Вспыхнула  и  пронеслась  мимо  еще
одна вывеска:
   "ЗООМАГАЗИН СТЬЮБЕНА"
   Заглушив  мотор  на  центральной  площади   города,   Тилер   потерянно
огляделся.  Подсвеченное  скрытыми  прожекторами   здание   муниципалитета
показалось ему античным храмом.  Выругавшись  сквозь  зубы,  он  попытался
вновь завести машину. Но было поздно.
   Бесшумно подкатили два сверкающих полицейских автомобиля и  замерли  по
обеим сторонам "бьюика". На асфальт выскочили и направились к ним  четверо
суровых стражей порядка.

Популярность: 30, Last-modified: Thu, 11 Jan 2001 12:51:38 GMT