---------------------------------------------------------------
Филип К.Дик.
Там простирается вуб [= Вкус уаба].
Philip K.Dick.
Beyond Lies the Wub (1952).
========================================
HarryFan SF&F Laboratory: FIDO 2:463/2.5
---------------------------------------------------------------


     Погрузка подходила к концу. С унылым  выражением  лица,  скрестив  на
груди руки, Оптус  стоял  внизу,  у  трапа.  Капитан  Франко  не  спеша  и
ухмыляясь сошел по трапу.
     - Что не так? - поинтересовался он у Оптуса. - За все ведь уплачено.
     Оптус не ответил: он отвернулся, подобрал полы балахона,  но  капитан
носком ботинка прижал край полы.
     - Минуточку, я не все сказал! Не спешите уходить.
     - Гм! - Оптус, сохраняя достоинство, обернулся.  -  Я  возвращаюсь  в
деревню. - Он взглянул в на трап, по которому гнали в корабль  животных  и
птиц. - Нужно подготовить новую охоту.
     Франко закурил сигарету.
     - А почему бы и нет?  Отправитесь  снова  в  вельд,  выследите  новую
добычу. А вот если мы, на полпути между Марсом и Землей...
     Не проронив ни  слова,  Оптус  удалился.  Франко  подошел  к  первому
помощнику.
     - Как оно, движется? - спросил он и посмотрел на часы. -  Неплохо  мы
скупились.
     Помощник был угрюм.
     - Как все это понимать?
     - Да что на тебя нашло? Нам ведь они нужнее, чем им...
     - Пока я вас покину, капитан, - сказал помощник и  пробрался  наверх,
осторожно  ступая  среди  длинноногих  марсианских   страусоидов.   Франко
проводил помощника взглядом: он хотел последовать за  ним  в  корабль,  но
что-то заставило его обернуться.
     - О Боже! - ахнул капитан: по тропинке к  кораблю  шагал  Петерсон  с
красным, как помидор, лицом,  в  руке  -  веревочка,  а  на  другом  конце
веревочки...
     - Извините, капитан, - сказал Петерсон и за веревочку дернул.
     Капитан Франко решительно направился к Петерсону.
     - Что это такое? - быстро спросил он.
     - Это вуб, - сказал Петерсон. - Я его купил у туземца,  за  пятьдесят
центов. Он сказал, что животное очень редкое, что его очень ценят.
     - Вот его? - Франко пнул ногой в громадный округлый бок вуба.  -  Это
же свинья! Здоровенная вонючая свинья!
     - Да, сэр, свинья. Туземцы зовут ее вубом.
     - Здоровая свинья, весит фунтов четыреста. - Франко дернул за жесткий
пучок щетины между ушей вуба. Тот охнул, и из-под толстых  век  показались
крошечные, влажно блеснувшие глаза, а  по  щеке  вуба  скатилась  одинокая
слезинка.
     - Может, у него вкусное мясо? - с надеждой предположил Петерсон.
     - Это мы скоро выясним, - пообещал Франко.


     Заснув крепким сном в трюме, вуб благополучно  пережил  взлет.  Когда
корабль вышел в пространство, лег на курс,  и  все  пошло  как  по  маслу,
капитан Франко изволил приказать доставить вуба  наверх,  дабы  распознать
свойства этой зверины.
     Со вздохами и хрипами вуб протискивался по коридорам.
     - Шевелись, - ворчал Джоунс, дергая  за  поводок.  Вуб  пытался  хоть
как-нибудь изогнуться, да только обдирал кожу  на  боках  о  хромированные
стенки. Как пробка из бутылки, он вылетел  в  кают-компанию,  и  лапы  его
подкосились.
     - Великий Боже! - изумился Француз. - Что это?
     - Петерсон говорит, это вуб, объяснил Джоунс. - Он его его купил.  Од
дал вубу пинка, вуб, пыхтя, поднялся, но лапы его дрожали.
     - Чего это он? - Француз подошел поближе. - Его не вырвет?
     Все окружили  вуба,  а  тот,  скорбно  закатив  глаза,  оглядел  всех
собравшихся.
     - Он пить хочет, - предположил Петерсон и пошел  зал  водой.  Француз
покачал головой.
     - То-то мы еле поднялись. Пришлось пересчитывать балласт.
     Петерсон принес воды. Вуб с благодарностью начал лакать,  брызгая  на
людей. В дверях возник капитан Франко.
     - Ну-с, взглянем. - Он критически прищурился. - Ты его, говоришь,  за
пятьдесят центов купил?
     - Так точно, сэр. Он ест почти все. Я ему дал зерна, и он  скушал.  И
картошку съел, и кашу, и остатки обеда, и молоко. Ему вроде  как  нравится
кушать. Когда поест, ложится и спит.
     - Понятно, - сказал капитан Франко. - Так,  теперь  касательно  вкуса
его мяса. Это серьезный вопрос. С  моей  точки  зрения,  откармливать  его
больше не стоит. Для меня он уже очень хорошо откормлен. Где кок? Позовите
его сюда. Нужно выяснить...
     Вуб перестал лакать и пристально посмотрел на капитана.
     - В самом деле, капитан, - сказал вуб, - не лучше ли обсудить  другую
проблему?
     Стало тихо.
     - Что это было? - спросил капитан Франко. - Вот только что?
     - Это вуб, сэр, - сказал Петерсон. - Он заговорил.
     Все посмотрели на вуба.
     - Что он сказал? Что?
     - Предложил поговорить о чем-нибудь другом.
     Франко приблизился к вубу, обошел, внимательно осмотрел его  со  всех
сторон.
     - Нет ли внутри туземца? - задумчиво предположил он. - Надо открыть и
проверить.
     - Ну сколько же можно! - воскликнул вуб.  -  У  вас  что,  навязчивая
идея! Резать, резать и резать?
     Франко сжал кулаки.
     - Эй ты, вылезай! Вылезай, как там тебя!
     Никто, конечно, не вылез, а чтобы  хоть  как-то  разрядить  атмосферу
взаимного непонимания, вуб помахал хвостом, икнул и рыгнул.
     - Прошу прощения, - смущенно сказал он.
     - Кажется, внутри никого нет, - тихо сказал  Джоунс.  Все  посмотрели
друг на друга.
     Пришел кок.
     - Вызывали, капитан? А это что еще такое?
     - Вуб, - сказал Француз. - Будем  его  кушать.  Ты  его,  пожалуйста,
осмотри, прикинь, где...
     - Нам необходимо побеседовать, - перебил Француза вуб. - Я  желал  бы
поговорить, если возможно, с вами, капитан. Я  вижу,  мы  не  сходимся  по
некоторым кардинальным вопросам.
     Капитан ответил, но только  заметное  время  спустя.  Вуб  добродушно
ждал, слизывая капли воды с толстых щек и складок подбородка.
     - Пройдемте в мою каюту, - сказал капитан наконец. Он  развернулся  и
покинул  помещение.  Вуб  зашлепал  вслед.   Собравшиеся   проводили   его
взглядами, и еще долго было слышно, как вуб карабкается по лестнице.
     - Что же это будет? - в недоумении сказал  кок.  -  Ну  ладно,  я  на
камбузе. Если что, позовете.
     - Само собой, - сказал Джоунс, - само собой.


     Вуб со вздохом опустился на пол в углу капитанской каюты.
     - Вы меня простите, - сказал он. -  я  очень  быстро  утомляюсь.  При
таких размерах...
     Капитан нетерпеливо покивал, присел за рабочий стол, сцепил пальцы.
     - Ладно, приступим, - сказал он. - Ты - вуб? Так?
     Вуб пару раз моргнул.
     - Полагаю, да. Так меня назвали туземцы. У  нас  имеется  собственный
термин.
     - И ты говоришь по-английски. Ты уже вступал в контакт с землянами?
     - Нет.
     - Откуда же ты знаешь язык?
     - Английский? Разве я говорю по-английски? По моему, я вообще  ни  на
чем не говорю. Я изучил ваше сознание и...
     - Мое сознание?
     - Да, содержимое, в особенности,  семантические  области  накопления,
так я называю...
     - Понял, телепатия, - сказал капитан. - Естественно.
     - Мы - очень древний народ, -  начал  вуб.  -  Очень  древний,  очень
тяжелый на подъем. Нам тяжело двигаться. Как вы можете  легко  догадаться,
если мы столь медлительны и громоздки, то постоянно  оказываемся  в  руках
более энергичных существ. Мы и  не  пытаемся  обороняться  физически.  Это
бесполезно. Нам все равно не победить. Бегать мы не можем, слишком тяжелы,
драться - тоже, мы  слишком  мягкотелы,  и  добродушие  не  позволяет  нам
охотиться...
     - На чем же вы живете?
     - Растения, овощи. Мы всеядны. Приемлем все. Мы добродушны,  терпимы,
воспринимаем вещи, как они есть. Живем и даем жить. Вот так...
     Вуб присмотрелся к капитану.
     - Вот почему я столь твердо воспротивился  замыслу  сварить  меня.  Я
увидел картинку в вашем сознании... большая  часть  меня  -  в  морозилке,
кое-что - в кастрюле, корабельному коту - тоже перепало...
     - Так ты читаешь мысли?  -  сказал  капитан.  -  Как  интересно.  Еще
что-нибудь умеешь?
     - Так, мелочи всякие, -  рассеяно  сказал  вуб,  оглядывая  каюту.  -
Хорошая квартира у вас, капитан.  Очень  чисто.  Уважаю  аккуратные  формы
жизни. На Марсе есть птицы, некоторые весьма аккуратны. Выкидывают  отходы
из гнезд, потом, выметают...
     - В  самом  деле?  -  отозвался  капитан.  -  Но  вернемся  к  нашему
разговору...
     - Да, действительно. Вы хотели мною пообедать. Вкус,  как  я  слышал,
очень  приятный.  Мясо  несколько  жирновато,  зато  нежное.  Но  о  каких
продолжительных сношениях между вашим народом и моим можно говорить,  если
ваш образ мысли не поднимается выше столь варварского  уровня?  Скушать  -
меня? Неужели мы не можем предаться беседе,  обсудить  вопросы  философии,
искусств...
     Капитан поднялся, выпрямился.
     - Философия, говорите? Да будет вам известно,  весь  следующий  месяц
еды не будет. Все наши запасы...
     - Я знаю, - кивнул вуб.  -  Но  разве,  следуя  вашим  же  принципами
демократии, не справедливее ли всем нам тянуть жребий - соломинки,  спички
или что-нибудь в таком роде? В конце концов, на то демократия и существует
- охранять меньшинство от посягательств на их права. И если каждый из  нас
проголосует...
     Капитан пошел к двери.
     - Вот это видел? - Он показал вубу кукиш. Потом  открыл  дверь,  и  с
широко  раскрытым  ртом,  вытаращенными  глазами,   застыл,   как   громом
пораженный, схватившись за ручку двери.
     Все это время вуб пристально смотрел  на  капитана.  Некоторое  время
спустя, протиснувшись мимо  Франка,  прошлепал  в  коридор  и  в  глубокой
задумчивости спустился в кают компанию.


     Все молчали.
     - Вот  видите,  -  нарушил  тишину  вуб,  -  в  наших  мифологических
структурах  немало  общего.  Мифологические  символы,  также,  как  Иштар,
Одиссей...
     Петерсон, глядя в пол, заерзал.
     - Продолжайте, - сказал он, - продолжайте, прошу вас.
     - Ваш Одиссей, как мне кажется,  есть  фигура,  общая  для  мифологий
подавляющего  большинства  народов,  обладающих   самосознанием.   Одиссей
странствует - он индивид, сознающий себя, как такового. Вот  в  этом-то  и
заключена идея, идея  разделения.  Он  отделяется  от  семьи,  от  родины,
начинается процесс индивидуализации.
     -  Но  Одиссей  вернулся  домой,  -  сказал  Петерсон,   заглянув   в
иллюминатор на звезды, звезды без конца и края, пылающие маяки  в  пустоте
Вселенной. - В конце он возвращается.
     - Как тому и надлежит. Период отсоединения - только  временная  фаза,
недолгие странствия души. Есть начало, есть и конец. Странник возвращается
к родному очагу и сородичам...
     Дверь распахнулась, и вуб замолчал. В каюту  ступил  капитан  Франко,
остальные в нерешительности топтались у двери.
     - Ты в порядке? - спросил Француз.
     - Ты  меня  спрашиваешь?  -  удивился  Петерсон.  -  Почему  ты  меня
спрашиваешь?
     Франко опустил пистолет.
     - Подойди сюда, - приказал он Петерсону. - Поднимись и перейди сюда.
     Петерсон посмотрел на вуба.
     - Иди, - посоветовал вуб. - Это роли не играет. Петерсон поднялся.
     - Чего вы хотите?
     - Это приказ. Петерсон пошел к двери. Француз схватил его за руку.
     - Да что с вами стряслось? - Петерсон вырвался. - Что на вас нашло?
     Капитан Франко осторожно двинулся в направлении вуба. Вуб смотрел  на
капитана, смотрел снизу вверх - он, прижавшись к стене, лежал в углу.
     - Все-таки интересно, - сказал вуб, - до какой степени вас  захватила
идея меня скушать? Но почему - этого я не понимаю!
     - Встань, - приказал вубу Франко.
     - Если вы настаиваете. - Вуб со вздохом начал подниматься. -  Секунду
терпения - дело для меня нелегкое. - Он наконец встал,  но  дышал  тяжело,
открыв пасть, свесив язык,  который,  как  маятник,  качался  в  такт  его
дыханию.
     - Стреляйте, капитан, - попросил Француз.
     - Бога ради! - воскликнул Петерсон.
     Джоунс,  у  которого  от  страха  глаза  вылезли  из  орбит,   быстро
повернулся к нему.
     - Если б ты его видел... как статуя... стоит, рот  раскрылся...  Если
бы мы не поднялись, он бы и сейчас так стоял.
     - Кто? Капитан? - Петерсон поглядел по сторонам. -  Но  сейчас  он  в
порядке!
     Все смотрели на стоявшего посредине комнаты вуба.
     - С дороги, - приказал Франко, и люди отступили к дверям.
     - Вы меня боитесь, кажется? - спросил  вуб.  -  Разве  я  вам  чем-то
помешал? Причинил вред? Я категорически против боли, я ненавижу  причинять
боль. Я всего лишь пытался защитить себя. Или вы думали, что я с  радостью
брошусь навстречу собственной гибели? Я такое же разумное существо, как  и
вы.  Мне  хотелось  осмотреть  ваш  корабль,  узнать,  как   он   устроен,
познакомиться с вами. Вот я и предложил туземцам...
     Пистолет в руках капитана задрожал.
     - Вот видите, - процедил Франко, - я так и думал...
     Вуб, тяжело вздыхая, сел и лапой подобрал под себя хвост.
     - Жарковато, - сказал  он.  -  Очевидно,  рядом  машинное  отделение.
Энергия атома. Вы  научились  творить  с  ней  чудеса.  Технические...  Но
моральные, этические проблемы ваша научная иерархия решать не...
     Франко повернулся к команде. Люди  с  испуганными  глазами  молчаливо
сбились в кучку.
     - Я сам. Вы смотрите, если хотите.
     - Попытайтесь попасть в мозг, - кивнул Француз. - Мозг  все  равно  в
пищу не идет. А в грудь лучше не целить, если попадете в  грудную  клетку,
будем черт знает сколько времени выковыривать кусочки кости.
     - Слушайте. - Петерсон провел языком по сухим губам.  -  Что  он  вам
сделал? Какой вред причинил? Я вас спрашиваю! И вообще, он мой.  Никто  не
имеет права его стрелять! Он вам не принадлежит!
     Франко поднял пистолет.
     - Я уйду, - побледнев, сказал Джоунс: он поморщился,  как  будто  его
подташнивало. - Не хочу видеть.
     - И я тоже, - заявил Француз.
     Оба, что-то бубня под нос, вышли в коридор. Петерсон же никак не  мог
выйти, топтался у двери.
     - Мы про мифы разговаривали, - сказал он. - Он добрый, безобидный.
     Он покинул каюту. Франко подошел к вубу, а вуб медленно поднял глаза,
сглотнул слюну.
     - Глупо, как глупо, - сказал он. - Очень жалко, что вам проходится...
что вам так хочется... У вас есть притча, в которой ваш Спаситель... -  и,
глядя на пистолет, вуб замолчал. -  Неужели  вы  сможете...  глядя  мне  в
глаза? Неужели сможете?
     Капитан сверху вниз посмотрел на него.
     - Смогу. Глядя тебе в глаза. У нас  на  ферме  были  боровы,  грязные
черные полосатые боровы. Я смогу.
     Глядя в мерцающие влажные глаза  вуба,  капитан  нажал  на  спусковой
крючок.


     У мяса был изумительный вкус.  Люди  сидели  за  столом  подавленные,
кое-кто вообще к еде не притронулся. Если кто и  наслаждался  обедом,  так
это капитан Франко.
     - Еще? - предложил  он,  обратившись  ко  всем  собравшимся.  -  Кому
добавки? И немножко вина, пожалуй.
     -  Только  не  мне,  -  скривился  Француз.  -  Пойду,  наверное,   в
штурманскую.
     - И я тоже. - Джоунс, отодвинув стул, поднялся. - До скорого.
     Капитан посмотрел им вслед. Еще несколько человек извинились и ушли.
     - Как ты думаешь, что это с ними? - спросил капитан,  повернувшись  к
Петерсону. Петерсон смотрел на тарелку перед собой, на картофель,  зеленый
горошек толстый ломоть нежного, сочного мяса.
     Он что-то хотел сказать, но не выдавил ни звука. Капитан положил руку
на плечо Петерсона.
     - Всего-навсего органика, - весело сказал он.  -  Жизненная  сущность
ушла. - Он отрезал кусочек мяса, корочкой хлеба подобрал соус. -  Лично  я
люблю поесть. Чем еще наслаждаться разумному живому существу? Еда,  отдых,
медитация, беседы...
     Петерсон кивал. Еще двое встали и вышли. Капитан сделал глоточек воды
и вздохнул.
     - Ну-с, - произнес он, - обед был превосходный, должен  вам  сказать.
Они были правы - мясо вуба великолепно на вкус. Очень вкусно. До  сих  пор
не было у меня возможности попробовать самому.
     Он промокнул губы салфеткой,  откинулся  на  спинку  стула.  Петерсон
отрешенно смотрел в стол.
     Капитан внимательно посмотрел на Петерсона, наклонился к нему:
     - Ну будет  вам!  -  сказал  он.  -  Веселей!  Не  унывайте!  Давайте
побеседуем. - и улыбнулся. - На чем я  остановился,  когда  нас  перебили?
Ага, я рассуждал о смысле фигуры Одиссея в мифах...
     Петерсон вздрогнул, в ужасе уставился на капитана.
     - Продолжим, - как ни в чем не бывало проговорил капитан. -  Одиссей,
в моем понимании...

Популярность: 35, Last-modified: Wed, 05 Aug 1998 07:13:14 GMT