----------------------------------------------------------------------------
     Перевод С.П. Кондратьева
     Хрестоматия по античной литературе. В 2 томах.
     Для высших учебных заведений.
     Том 2. Н.Ф. Дератани, Н.А. Тимофеева. Римская литература.
     М., "Просвещение", 1965
     OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru
----------------------------------------------------------------------------

                                 Моретум {*}
                    {* Блюдо из тертых овощей с сыром.}

     В  заключение  мы  приводим в русском переводе стихотворение "Моретум",
которое  приписывается  Вергилию.  На  самом деле оно, вероятно, Вергилию не
принадлежит,   между   прочим,  потому,  что  вместо  свойственной  Вергилию
романтической  идеализации  сельской  жизни  мы  здесь  видим реалистическую
картинку  из  жизни  римского поселянина; он готовит себе (правда, с помощью
рабыни)  весьма  скромный  завтрак  -  тертую смесь овощей с сыром - и затем
отправляется  на работу. Во всяком случае, автор стихотворения - талантливый
поэт, возможно, живший в эпоху Августа.

               Вот уже зимняя ночь десятый свой час начинала,
               Вот уже пеньем петух возвещал наступленье рассвета.
               Медленно тут поднялся, покинув дешевое ложе,
               Симил; трудился хозяином он на землице ничтожной.
               В страхе он встал: на сегодняшний день чем мучительный
                                                                  голод
               Он утолит? В темноте дрожащей рукою он шарит,
               Ищет очаг и, стукнувшись больно, его он находит.
               Малый дымок подымался еще на полене горелом,
               Пепел вчерашний лежал, под ним тлели горячие угли.
               Сморщивши лоб, наклоняет он лампу близко над жаром,
               Вытащив прежде иглой фитиль из пакли засохшей,
               Частым дыханьем затем он огонь вызывает заснувший.
               Вот, наконец, загорелся огонь, и мрак уж уходит.
               Тут, прикрывши рукой, он свет защищает от ветра.
               Видит он дверь кладовой и идет и ключом отпирает
               Ту, что раньше держал запертой осторожный хозяин.
               Там на земле у него лежала жалкая кучка
               Зерен; отсюда, берет он себе, сколько мерка вмещала:
               Дважды по восемь в нее обычно фунтов входило.
               Выйдя оттуда, идет и подходит он к мельнице; лампу
               Верную ставит я а полку, прибитую с этою целью
               Тут на стене, от одежды свободными сделавши руки,
               Он надевает передник - козы косматую шкуру.
               Мельницы камни снаружи, внутри он хвостом обметает.
               Тотчас рукам он работу дает, для каждой отдельно:
               Левая сыплет зерно, а правой - главное дело:
               Камни вертит она, что бегут неизменно по кругу,
               Треньем камней обратившись в муку, рекой льется Церера {1},
               Время от времени правой сестре утомленной на смену
               Левая также рука приходит, ее заменяя,
               С ней чередуясь. Сам же поет деревенские песни,
               Труд облегчая себе самым звуком грубых напевов.
               Вот наконец он Скибалу зовет: его дом сторожила
               Только она одна, из Африки родом; весь облик
               Ясно о том говорил: ее толстые губы, курчавость,
               Груди отвислые, узкий внизу и впалый живот был,
               Темный цвет кожи; вверху - широкие плоские кости
               Ног сухопарых, ступни огромно широкими были
               (Трещин глубоких ряды на жестких пятках виднелись).
               Симил ее позвал; велит, чтобы она, положивши
               Дров на очаг, на огне вскипятила холодную воду.
               После того как, выполнив труд в свое время, уж кончил
               Жернов вертеться, тогда Симил собирает руками
               Грубый помол, что ссыпался вниз, и его переносит,
               Сыплет в сито, трясет; наверху остаются отбросы,
               Книзу просеянный дар Цереры чистою кучкой
               Сыплется сквозь решето; тотчас же на гладкую доску
               Он собирает его и воды подливает он теплой:
               Тут он ее подбирает, с мукой смешавши, усердно
               Месит, делая твердой; затем, когда влага впиталась,
               Этот комок он крепко солит. Готовое тесто
               Гладит ладонью и тем расширяет до нужного круга,
               Ставит квадраты на них, одинаково рядом друг с другом,
               После несет на очаг: очистила раньше Скибала
               Место. Покрыв черепком, на него насыпает он жару.
               Дело покамест свое с Вулканом делает Веста {2},
               Симил руки сложа не сидит, себе ищет других он
               Средств: не один чтоб не очень-то вкусный Цереры
               Дар ему небо ласкал, к нему он готовит приправу.
               Правда, что у очага не висели крючья для мяса,
               Нет и корейки свиной иль кусков соленой свинины,
               Сыра зато кружок висел на веревке из древа
               Вместе укропа с пучком, уж засохшим. Так вот себе блюдо
               Сделать из трав другое решил наш Симил бережливый.
               Рядом был с хижиной сад; плетень невысокий из прутьев,
               Также легкий тростник, что срезанный вновь зеленеет,
               Шел, окружая его; небольшим его было пространство,
               Много зато там росло и трав и зелени разной.
               Все было там, бедняку что нужно для жизни обычной.
               Но иногда и богач у бедного ищет подмоги.
               Много не требовал сад от Симила, но был ему в прибыль.
               Если в доме дожди или праздничный день удержали,
               Давши свободу ему, если плуг не работал на поле,
               Садику время он это давал. Разводить в нем умел он
               Много растений, семян и земли поручал он их лону,
               Воду соседних ручьев заботливо, в меру давая.
               Репа с широкой листвой была здесь, капуста, обильный
               Щавель здесь зеленел, девясил и вкусные мальвы.
               Морква и лук, что головке своей обязан названьем,
               Мак, что вредит голове, если съешь его даже холодным,
               Спаржа, идущая с самого низу, как острие стрелки,
               Дальше - латук - это отдых приятный от кушаний пышных,
               Тыква тяжелая, что широко разлеглась своим брюхом, -
               Все это не для хозяина (кто его в жизни скромнее?!),
               Но для других его весь урожай: в дни рынка он в город
               Овощи эти, пучками связав, носил. И оттуда
               С легкой спиной, с карманом тяжелым домой возвращался,
               Редко с собою неся с мясного рынка покупку.
               Лук красноватый, зеленый порей утолял его голод,
               Кресс-салат, горький на вкус, - гримасою сводит лицо он.
               С ним и цикорий, и та, что любовь ускоряет, горчица.
               Нечто подобное сделать задумавши, входит он в садик,
               Прежде всего раскопавши слегка свою грядку руками,
               Вытащил он чесноку волокнистых четыре головки,
               Нежной петрушки он зелень собрал и жесткие стебли
               Руты, листов кориандра, дрожавших на веточках тонких.
               Все это вместе собрав, к веселому пламени сел он.
               Громко рабу он зовет и требует тотчас же ступку.
               С каждой головки затем чесноку шелуху он снимает.
               Верхние слои сорвав, их с презреньем кидает на землю,
               Прочь отметая; затем, что осталися, луковки тотчас
               Мочит в воде и кладет в углубленье круглое камня.
               Соли крупинки сюда он сыплет, проеденный солью
               Сыр прибавив, поверх кладет остальные он травы.
               Левой рукой подоткнув под низ свой косматый одежду,
               Правой он пестик вертит, чеснок давя сильно пахучий:
               Все растирает затем он вместе и с соком мешает.
               Кругом ходит рука; понемногу отдельные части
               Силы теряют свои; из различных становятся цветом
               Все одинаковы: он не совсем и зеленый; кусочки
               Сыра молочного в этом мешают; но и не белый
               Был он сплошь, так как он изменился от стольких растений.
               Часто в нос ударял ему острый запах чесночный,
               В ноздри широкие; сморщив лицо, проклинал он свой завтрак,
               Часто верхом руки протирал он с глаз свои слезы,
               Дым очага неповинный браня в сердцах крепким словом.
               Движется дело вперед: без толчков, как было то раньше,
               Ровно, но тяжелее идет его пестик по кругу.
               Вот уже каплет сюда он дары от оливы Паллады {3}.
               Масло, вливает чуть-чуть туда же острого уксуса силы.
               Вновь начинает мешать, эту смесь он вновь растирает.
               Только тогда двумя пальцами он по ступке обводит,
               В шар один собирая с краев отдельные части.
               Стало готовым уже по названью и виду - моретум.
               Много Скибале также хлопот: она хлеб вынимает,
               Симилу в руки дает; он, довольный и за день спокойный,
               Голода страхи прогнав, свою пару гамаш надевает;
               Голову шапкой покрыв, послушных быков запрягает,
               Гонит на поле их и плугом землю взрывает.

     1 Метонимически вместо хлебных зерен.
     2 Вулкан и Веста - боги огня.
     3 Оливковое масло; оливки в Греции были посвящены Афине Палладе.


Популярность: 5, Last-modified: Fri, 11 Mar 2005 12:39:54 GMT