---------------------------------------------------------------
     © Copyright Лев Остерман
     From: vika@sail.msk.ru
     Date: 20 Jun 2004
---------------------------------------------------------------








     Гл.                  1.                 Горбачев.                  Заря
свободы........................................................................4

     Гл.       2.      Народная      демократия.       Первые      свободные
выборы..........................32

     Гл.         3.         1-ый          парламент.         Демократическая
диктатура?..................................52

     Гл.      4.      Программа      "500     дней".      Ельцин      против
Горбачева.............................72

     Гл.         5.          Трагедия         Вильнюса.         Августовский
путч...............................................92

     Гл.  6.  Гайдар  --  вице-премьер.  Создание  СНГ.  VI  съезд  Народных
депутатов
РФ.........................................................................................120

     Гл. 7. Чубайс о приватизации.  VII съезд Народных депутатов РФ. Премьер
Черномырдин.........................................................................146

     Гл. 8.  VIII   IX съезды. Референдум о доверии. Новая Конституция РФ..
168

     Гл. 9. Указ  1400. Отрешение Ельцина. Штурм Останкина. Расстрел Белого
дома...........................................................................................189

     Гл. 10.  Уход  из правительства  Гайдара и Федорова.  Амнистия.  МММ  и
"Чара".....................................................................................................208

     Гл.   11.   "Черный   вторник"  (11.10.94).   Начало  Чеченской   войны
(11.12.94)..226

     Гл.  12.  Хроника  Чеченской  войны.  Разрыв  интеллигенции с  властью.
Похороны                                                              Булата
Окуджавы................................................................244

     В                                                               порядке
послесловия...................................................................................260




     Понятие   "интеллигенция"  будет   неоднократно  рассматриваться  в  ее
контексте.  "Власть" в указанный период  была  фактически  персонифицирована
сначала  Горбачевым,  потом  Ельциным.  А  сам выбранный период ограничивает
время некоторого взаимопонимания и сотрудничества интеллигенции с ними.
     Тексты, перед  которыми просто  стоит дата, взяты из дневника автора, а
те,  где  перед  датой  стоит  слово  "Известия",  -  связаны  с  некоторыми
публикациями в этой газете (единственной, которую он выписывал).
     Таким образом,  книга  не  претендует на большее,  чем представить суду
читателя  личные  впечатления,  оценки  и  размышления  автора - современные
политическим событиям названного десятилетия.





     14 декабря 1984 г.

     Политический  горизонт  чуть-чуть  светлеет.  После  победы  Рейгана на
выборах мы  явно  меняем курс. Назначена встреча Громыко с госсекретарем США
Шульцем  для  возобновления переговоров по проблемам  ядерного  разоружения,
включая  запрет  на   милитаризацию  космоса.  В   Москву  зачастили  разные
неофициальные, но  влиятельные лица.  Изменился и  тон  печати. Американский
империализм по-прежнему поносят, однако лично президента не задевают.
     Но  главный  обнадеживающий  знак  --  опять  выдвинулся  Горбачев.  На
последней официальной  фотографии  он  стоит рядом  с Черненко. А ведь всего
пару месяцев назад ситуация была явно иной. В Кремле, скрытно от народа идет
непрерывная  борьба "бульдогов" за влияние. Иногда им приходится  выныривать
из-под ковра,  и тогда дошлым  москвичам удается кое о  чем догадаться.  Так
было и в тот раз. Происходило вручение орденов по  случаю  юбилеев Гришину и
Громыко. Казенную процедуру с зачитыванием речей и лобызаниями передавали по
телевидению. После ее окончания, как положено, весь присутствовавший синклит
выстроился в  шеренгу для  заключительной фотографии  --  согласно  табеля о
рангах. В середине юбиляры, по левую руку  от них -- Черненко, по  правую --
Тихонов  (глава  правительства).  Рядом  с  Черненко  стоял   Романов,  член
Политбюро, бывший  1-й  секретарь Ленинградского горкома партии,  снискавший
себе  там  славу ретрограда и антисемита. Рядом  с Тихоновым стоял Горбачев.
Прочие  --  далее на обоих  флангах. Это  означало примерное  равенства  сил
Горбачева  и  Романова,  чуть-чуть в пользу последнего.  Все это  мы  видели
собственными глазами. Но вот  наутро в "Правде" появляется фотография той же
шеренги, но...  Горбачев "перешел" на другой фланг и стоит после Романова. Я
сразу сказал  Лине:  "Горбачев  проиграл".  Видимо,  официальную  фотографию
переделывали  позже,  после  обсуждения  на  Политбюро  (не  ниже!),  и  все
свидетели действа были  собраны и  выстроены  в тех  же  декорациях  заново.
Комедия!  Но  испытанное  при этом унижение Горбачев, я полагаю, запомнил на
всю жизнь...
     А сегодня "наш" уже на позиции кронпринца. Значит в жестокой схватке со
злым карликом  Романовым  преимущество  сейчас у Горбачева.  Есть  некоторые
основания ожидать, что он -- фигура  нового типа. Из комбайнеров Ставрополья
поступил (по-видимому,  без блата) в  Московский университет.  Окончил  его.
Потом,  конечно, продвигался по партийной линии у себя на  Ставропольи аж до
секретаря обкома. Откуда его в Москву выдернул Андропов. Сейчас ему 53 года.
Можно надеяться,  что окостенелость  мышления и эгоистическая  слепота наших
престарелых властителей двух последних десятилетий ему не свойственны. Кроме
того  перед  ними  были только годы, которые  можно было  прожить, ничего не
меняя.  Перед   Горбачевым,   если  он  поднимется   на  самую  вершину,  --
десятилетия. Он должен  думать о будущем. Надеюсь, что он  -- прагматик.  То
есть понимает безнадежность попыток экспорта социализма, непосильность гонки
вооружений. Ее ненужность -- на мирный СССР никто нападать не станет! Значит
-- сокращение  военной  промышленности, прекращение холодной войны, развитие
взаимовыгодной торговли с Западом. А для этого  -- модернизация гражданского
производства, технологическая  революция. Передовые капиталистические страны
ее уже совершили, но это и неплохо -- можно (подобно Японии) воспользоваться
их опытом.  Если отношения  наладятся, они  будут рады нам  помочь --  чтобы
осваивать  наш  потенциально  огромный  рынок  и  чтобы  выгодно  вкладывать
капиталы  в нашу промышленность  (дешевые рабочие руки!)...  Но  я, кажется,
размечтался...
     На  днях состоялось всесоюзное совещание по  идеологии.  Присутствовали
все члены  ЦК, секретари обкомов. Доклад  делал  Горбачев.  В опубликованном
тексте есть  небанальные места и много пропусков, отмеченных словами: "далее
докладчик  остановился   на   некоторых  вопросах..."   Иностранные   голоса
утверждают, что Горбачев снова ставил вопрос о  коренной  реформе  экономики
(пресловутая "Записка Горбачева", о которой пару лет назад  ходили легенды).
А также о пересмотре "некоторых положений  марксизма-ленинизма. Каких -- они
не знают. Мы, разумеется, тоже.


     23 декабря 1984 г.

     Помер Устинов.  Новым военным министром назначен маршал Соколов.  Самый
бы момент убраться из Афганистана, свалив все на покойника. Не решатся!..
     Впрочем, кое-что начинает идти не  так,  как  было заведено издавна.  Я
имею  в  виду  поездку  Горбачева   в  Англию  на  целую  неделю   во  главе
парламентской делегации. Обычно такого  род визиты возглавляет  какой-нибудь
функционер второго сорта. А здесь -- член Политбюро и секретарь ЦК, которого
на  Западе  считают  у  нас  "человеком No  2". Еще  более  существенна  его
активность  за эту неделю. Он  встречался  с Маргарет  Тэтчер, с  министрами
иностранных  дел,   торговли,   промышленности  и   сельского  хозяйства,  с
руководителями  оппозиции. Перед членами межпарламентского союза во главе со
спикером палаты лордов  выступил с  большой  речью.  За ту  же  неделю успел
посетить  какие-то  заводы,  встретиться  с представителями  деловых кругов,
руководством компартии, отметиться  в помещении  ленинской "Искры". Только к
могиле Карла Маркса заехать  не успел. И не было приема у королевы. Впрочем,
не исключено, что он был намечен на конец визита, который пришлось сократить
из-за смерти Устинова. Короче, это была активность, подобающая только  главе
государства, прибывшего с серьезными намерениями.
     Западная  пресса расценивает  все это, включая  тон публичных заявлений
Горбачева  ("Европа --  наш общий дом!"...), как начало  улучшения отношений
Восток -- Запад. Дай-то бог!


     2 января 1985 г.

     Новый год  встретили тихо,  вшестером -- с Шифронами и  Горбовицкими. В
какой-то момент возник, как обычно, застольный спор о политике. Семен, Гриша
и Галя мой  осторожный оптимизм решительно не разделяют. Их единственный, но
неоспоримый "аргумент": ничего у лучшему у нас измениться не может! Только к
худшему.  Этому,  мол,  учит  вся  послереволюционная  история.  Пытался  их
убедить, что она  складывается из  30-ти лет  диктатуры  Сталина,  короткого
всплеска суматошной реформаторской активности  Хрущева и  20-ти лет топтания
на месте во  времена  Брежнева  --  Андропова  -- Черненко. Это -- не  опыт!
Дольше топтаться нельзя --  рухнет экономика. Не верят  и стоят  на своем --
только  к  худшему!  Пессимизм  среди интеллигенции прочно  укоренился. Даже
пример  Китая с  его  осуществляемой  сверху  прагматической  революцией  не
убеждает. Китай -- не  мы! У  нас это невозможно. Но почему? Невозможно -- и
все тут!


     14 марта 1985 г.

     Наконец свершилось  -- Черненко  помер. Последние две  недели я с  утра
включал  радио,  чтобы  послушать  не  передают ли  внеурочную симфоническую
музыку. И дождался. 11-го рано  утром,  во  время  зарядки услышал  прелюдии
Шопена в исполнении Рихтера...
     Днем  уже все спрашивали  друг у друга: "Не сообщили?".  Сообщили в два
часа. Тем же вечером известили  о  том, что  состоялся  пленум ЦК и генсеком
избран Горбачев.
     Грех, конечно, покойник еще лежал  в  Колонном  зале, а настроение было
радостно-выжидающее. Радость и надежда пока что очень робкие. И  все же, все
же... Как прекрасно надеяться!
     Похороны прошли  также  ускоренно --  вчера. Западное радио высказывает
сдержанный  оптимизм.  Сообщают,  будто  бы на  том  совещании  по идеологии
Горбачев   говорил   о   необходимости   увеличения  приусадебных   участков
колхозников (в чем можно усмотреть переходную ступень к  частному хозяйству)
и о целесообразности разрешения частных предприятий в  мелкой промышленности
и сфере услуг. Так ли это? И как далеко он сможет пойти?  Конечно не  сразу!
Первейшая  задача --  смена руководящего  слоя консервативного партаппарата.
Без этого не выйдет ничего, а на это нужно время.
     Между  тем  переговоры в  Женеве  начались.  Для  их  успеха  надо,  не
откладывая, сделать  какие-то жесты доброй воли. Главная  проблема, конечно,
Афганистан. Уходить оттуда как можно скорее! Но  как? Едва мы уберем войска,
как моджахеды  перережут всех, кто поддерживал режим Кармаля. Вывезти всех в
СССР?  Это -- сотни тысяч беженцев.  Куда их девать? Проще осуществить такие
жесты  доброй  воли,  как  прекращение  глушения   западных  радиостанций  и
возвращение из ссылки Сахарова. Что-то надо  решать и  с поляками. Мне  даже
приснилось, что Горбачев заявил по  телевидению о том,  что Советские войска
не будут вмешиваться во внутренние дела Польши.  До чего же мы дошли -- даже
во сне не можем  отрешиться от политики!  Но ведь  это -- завтрашний день: и
наш и наших  детей. Господи, если бы с души спал этот вроде незаметный, а на
самом деле удушающий пресс напряжения и тревоги!


     12 июня 1985 г.

     Вчера    в    Кремле    открылось   совещание   на    тему   "Ускорение
научно-технического  прогресса".  Опубликована  речь Горбачева. Все, что  он
говорил, вообще  говоря, верно, но в рамках существующей системы обречено на
неэффективность. Все это призывы вроде: "Наши кадры  должны понять жизненную
необходимость переориентации  каждого предприятия, отрасли,  всего народного
хозяйства на интенсивный путь развития". Сотрясение воздуха! Впрочем, есть и
более конкретные декларации:  "Надо на  деле перевести предприятия на полный
хозрасчет, резко сократить число централизованно устанавливаемых  заданий...
Предприятиям   следует  дать   возможность  самим   зарабатывать   средства,
необходимые  для  повышения  технического  уровня  производства  и  качества
продукции,    самостоятельно   ими   распоряжаться,    широко   пользоваться
кредитом...".  Хотелось  бы знать, осознает ли наш  лидер  опасность слепого
коллективного  эгоизма  производителей,   когда  (в  отсутствие   "хозяина",
владельца  производства)  "самостоятельное  распоряжение"  средствами  может
вылиться  в неоправданное повышение заработной платы, в  результате чего вся
прибыль  будет  "проедаться",  вместо  того,  чтобы  значительная  ее  часть
направлялась   на  то   самое  "повышение   технического  уровня",  то  есть
модернизацию производства и  технологии.  Конечно,  многое будет зависеть от
квалификации  руководителей  предприятий,  от способа их отбора, от  свободы
действий,  а главное -- от снятия с них  опеки некомпетентного и всемогущего
партаппарата. Так ли далеко идут намерения нового руководства?
     Недавно Горбачев  устроил "хождение в народ". Посетил район, прилежащий
к автозаводу  имени  Лихачева,  зашел в универсальный магазин,  беседовал  с
покупателями, посетил больницу и  молодую семью Никулиных  (он -- шофер, она
-- строитель). Будто  бы  экспромтом, по приглашению,  сделанному  во  время
знакомства с районом.  Так я и поверил! Впрочем, ранее и такого не бывало. В
Ленинграде Горбачев  беседовал  с прохожими на Невском проспекте. Показывали
по телевидению.  Народ  дивился.  Сколько  я  себя  помню,  у  нас за  рамки
организованных  визитов   на  предприятия  и  в  передовые  колхозы  общение
руководителей государства с народом не выходило. Ну-ну. Поживем -- увидим.
     Еще в конце апреля, на первом пленуме ЦК после своего избрания Горбачев
ввел в состав Политбюро трех, видимо, своих сторонников: Лигачева, Рыжкова и
Чебрикова. Последний -- председатель  КГБ.  Таким  образом  сия  организация
вновь получила место в  высшем органе партии. Лигачев же назначен ее главным
идеологом. Его  первым  "ярким" деянием  стала  кампания борьбы с пьянством.
После  соответствующего  решения ЦК  было опубликовано постановление Совмина
СССР:  За распитие  в  неположенном месте  или появление в  пьяном  виде  --
система штрафов, нарастающих в  случае  повторения. Продажа спиртного только
покупателям  не моложе 21 года. В будние дни только с  2-х часов и не вблизи
от предприятий и учебных заведение. За изготовление самогона -- под суд!
     Народ ропщет. А что думает министр финансов? Но куда финансам спорить с
идеологией?! Вообще -- глупое деяние. Народ станет пить меньше только тогда,
когда работа, в которой он заинтересован, того потребует.


     22 июля 1985 г.

     По  возвращении из  байдарочного похода нас ждало несколько  сюрпризов.
Без  стеснения  Горбачев снял со  всех  постов  и отправил на  пенсию своего
недавнего соперника Романова. С соблюдением декорума (поздравления в печати)
отстранили  от  должности  Громыко, усадив  его  в почетное,  но  ничего  не
значащее  кресло  Председателя  Президиума  Верховного  совета   СССР.  Пост
министра иностранных дел  передан Шеварнадзе с одновременным переводом его в
члены Политбюро. Секретарями  ЦК избраны  две новых фигуры:  Зайков и Ельцин
(последний, кажется, секретарь обкома Свердловска).
     Снята  еще  куча  сволочей  из  второго ряда  -- несколько министров  и
секретарей обкомов. Говорят о предстоящем слиянии и  сокращении министерств.
Чиновник дрожит мелкой дрожью.
     "Горби" уехал в отпуск. Официально  не объявлено куда,  но говорят, что
вместо правительственных дач в Крыму  и на Кавказе наш новый лидер поехал...
к  брательнику  в  совхоз  на  родное  Ставрополье.   Еще  ходит  слух,  что
ликвидировано 32  тысячи продовольственных пайков для  высших  чиновников (в
спецмагазинах по грошовым ценам)...
     Не  свернул бы только себе шею наш  дорогой Михаил Сергеевич!  Впрочем,
система  столько  лет  себя  централизовала,  что, овладев  высшим  эшелоном
власти, всю остальную  свору можно легко  приструнить и даже  ликвидировать.
Если к объявленному на февраль 95 г. съезду Горбачев путем постепенной смены
руководства в обкомах и ЦК нацреспублик  сумеет обеспечить себе  большинство
(делегаты от рабочих,  крестьян и интеллигенции не в счет -- они назначаются
Политбюро), то весь партаппарат окажется обреченным,  если не на ликвидацию,
то на кардинальную смену. Ведь у нас как только милиционер на входе отбирает
пропуск у бывшего начальника, тот в одно мгновение становится нулем.
     ...В   "Известиях"  опубликована   статья  Отто   Лациса  "Перестройка"
(введение  нового  термина).  6  колонок   толкового  и  очень   конкретного
экономического    анализа   ситуации.   Речь   идет   о   путях   увеличения
производительности  труда в рамках  существующей ныне  политической системы.
Похоже -- очень дельный и знающий журналист.
     ...Женевские  переговоры  о разоружении  и  запрете  ядерных испытаний,
однако, топчутся не месте.


     Известия 30 июля 1985 г.

     Опубликовано:   "Заявление  генерального   секретаря  ЦК  КПСС   М.  С.
Горбачева"

     "В   стремлении   содействовать  прекращению  опасного  соревнования  в
наращивании ядерных арсеналов и желая подать добрый  пример,  Советский Союз
принял  решение  прекратить  в  одностороннем  порядке любые ядерные взрывы,
начиная с 6 августа сего года. Мы призываем правительство Соединенных Штатов
прекратить с этой же даты, которая во всем мире отмечается как день трагедии
Хиросимы, свои ядерные  взрывы.  Наш мораторий объявляется до  1 января 1986
года.  Он будет, однако, действовать и дальше,  если США,  со своей стороны,
будут воздерживаться от проведения ядерных взрывов".


     2 сентября 1985 г.

     Указ  о  борьбе с  пьянством реализуется  по-идиотски.  На юге вырубают
виноградники.  Закрыли  бoльшую  часть  винных отделов  и  магазинов. Купить
бутылку водки или вина -- немыслимая проблема. Очереди аж до драки. В еще не
закрытых  винных  отделах  -- пустые полки  или  шампанское по 12 рублей  за
бутылку. Прочее  спиртное подбрасывают небольшими порциями и  тут же начисто
все  скупают.  Подвыпившего человека, попавшего  на  улице,  милиция  готова
растерзать.  Народ в растерянности ропщет. Ходят слухи, что объявят месячник
трезвости,  когда  спиртное  не будут продавать  вовсе,  даже в  ресторанах,
только на  поминки  по свидетельству о смерти! А на свадьбу,  день рождения,
защиту  диссертации  --  ни-ни! Как  всегда  в  этой  несчастной стране  все
делается чересчур  ретиво, так что дает обратный эффект. Но на этот раз удар
наносят  самому широкому  народному пристрастию  и  так  жестоко,  что можно
ожидать  серьезных  осложнений.  Не  провоцирует  ли   их  чья-то  рука?  Не
"подставляют" ли Горбачева, чтобы подорвать его популярность?


     2 октября 1985 г.

     Опубликован  текст  выступления Горбачева по  французскому  телевидению
(записан в Москве) в связи  с  предстоящим  визитом  во  Францию. Приходится
отвечать на неприятные вопросы, заранее  заданные французскими журналистами.
В частности о Сахарове, Щеранском, о дискриминации евреев.
     О  Сахарове  Горбачев  просто  умолчал,  Щеранскому  приписал нарушение
советских законов, а об евреях с некоторой обидой сказал, что они составляют
0,69%  населения  страны,  а  в  политической   и  культурной  сферах  жизни
представлены в масштабах  10 --  20 %.  Про культурную жизнь я  возражать не
буду,  но   что  он  понимает  под  политической?   Может  быть,  участие  в
диссидентском  движении?  Вряд  ли!   Или  представительство  в  руководящих
партийных и советских структурах? Увы, там евреев с фонарем надо искать!
     "Для воссоединения семей, -- добавил Горбачев, -- мы идем навстречу, но
за    сохранением   государственных    секретов    следим;   соответствующее
законодательство  есть и во Франции". Помилосердствуйте,  Михаил  Сергеевич,
какие  у  евреев  государственные  секреты?  Их  еще  со  времен  "борьбы  с
космополитизмом"  до этих секретов  и близко не подпускают (за очень редкими
исключениями для крупных специалистов). Выходит дело, что врет наш Мишутка с
не меньшим бесстыдством, чем его предшественники. А жаль!
     Такое же вранье в ответах на  вопросы  газеты  французских  коммунистов
"Юманите" (опубликованы 8 февраля 86 года). Вот например:
     "Теперь  насчет  политзаключенных.  У  нас   их  нет  (!!)  Как  нет  и
преследований  граждан  за  их  убеждения.  За убеждения у нас  не судят. Но
всякое  государство должно защищать  себя от тех,  кто покушается  на  него,
призывает к  его подрыву,  кто  шпионит  в пользу  иностранных  разведок.  В
последнее  время,  как меня  информировали, в СССР за  все  виды такого рода
преступлений отбывает наказание немногим более 200 человек". (??)
     Уважаемый  читатель, сейчас  я совершу небольшой  (всего  в три  месяца
длиной) скачок  вперед по своим дневниковым записям, чтобы поставить рядом с
двумя вышеупомянутыми,  сравнительно  невинными  обманами  ложь  чудовищную,
преступную. События, эту ложь  породившего, я  коснусь только вскользь, хотя
размышлял о нем и записывал довольно  подробно. Воспользуюсь моментом, чтобы
предупредить:  так  же я вынужден  буду  поступить  с  колоссальным  объемом
фактического материала, зафиксированного в дневниковых записях и выписках из
газеты  "Известия"  за  последующие  15  драматических  лет  нашей  новейшей
истории. Когда-нибудь  надеюсь воспользоваться этим материалом для написания
большой  книги. А  в  этом  очерке  постараюсь  ограничиться  объявленной  в
заглавии темой --  взаимоотношениями  интеллигенции  и  верховной  власти. Я
попытаюсь вычленить  эту  тему  из всего  множества  событий  экономической,
политической,   социальной,   внутренней  и   внешней  деятельности   нашего
государства и жизни его народа, не вдаваясь, насколько это будет возможно, в
подробное  описание   самих   этих  событий.   Даже   прекращение   ядерного
противостояния двух  военных сверхдержав, сокращение  числа ракет  и прочего
оружия,  запрещение  ядерных  испытаний и многое  другое,  освободившее весь
цивилизованный мир от ужаса  надвигавшейся атомной войны, что в значительной
степени можно поставить в  заслугу лично Горбачеву, я должен буду оставить в
стороне, ограничившись констатацией, что этим аспектом своей деятельности он
заслужил вечную  благодарность  человечества. А теперь вернемся к неприятной
теме обмана того же человечества.


     14 мая 1986 г.

     Вот   уже   больше  двух  недель  рука  не  поднимается  записать  свои
впечатления  об  ужасном  и  позорном  явлении,  имя которому --  Чернобыль.
Настроение, как и у всех, подавленное. Все-таки надо записать.
     Катастрофа произошла в ночь с 25 на 26 апреля. Как теперь признают даже
наши  газеты,  был  взрыв,  пожар  в  реакторе  и  выброс радиоактивности  в
атмосферу. Выброс весьма основательный, ибо  первый сигнал тревоги прозвучал
из...  Швеции.  В  субботу  26-го  числа  там шел  радиоактивный  дождь.  По
метеорологическим данным о  ветрах  шведы  определили приблизительное  место
аварии, а потом полыхание реактора обнаружили и космические спутники.  Между
тем СССР хранил гробовое молчание. То же и  на следующий день. Весь  мир бил
тревогу,  сыпались  официальные запросы от глав европейских государств. А мы
-- молчали. Лишь на четвертый  день на заграницу  сообщили: пустячок, ничего
страшного.  А  на свою страну  -- ни  слова. Празднуйте,  граждане, 1-е мая!
Веселыми  колоннами идите  на демонстрацию.  Если пройдет весенний дождичек,
так ведь тепло...!
     ...Новая власть  обнажила  свою старую сущность. Смертельная  опасность
для многих тысяч людей в своей  стране и в  мире -- все для  нее  пустяки по
сравнению   с  собственным   престижем.  Та  же  ложь,  секретность,   обман
умолчания...  Не  сообщить о случившемся  в первый же  час --  преступление,
которому нет  имени! Воображаю себе шведских  мальчишек, весело шлепающих по
лужам под весенним дождем -- радиоактивным дождем!..
     И этот хмырь  Горбачев  еще вещал  на ихнем  съезде  в  марте о правде,
только правде... Сейчас отмалчивается. Господи, ну что за сволочи!..

     Первое официальное  сообщение  Совета  министров  СССР  об аварии  было
напечатано  в  "Известиях"  1  мая.  Там  говорилось  о  "некоторой   утечке
радиоактивных  веществ"   и  о   том,   что   "радиационная  обстановка   на
электростанции   и  прилегающей   местности   стабилизирована"...   Горбачев
отмалчивался еще две недели и только 15  мая появился на экранах телевизоров
со  словами  о  Чернобыле.  Начал,  разумеется,   с  оправдания  высочайшего
безмолвия:

     "Серьезность обстановки была очевидной.  Надо было срочно и компетентно
оценить ее. И как только мы получили надежную первоначальную информацию, она
стала достоянием советских людей..."
     Чудовищно! Врет, можно сказать, глядя в  глаза миллионам телезрителей и
не краснеет. Даже в Киеве не была отменена первомайская демонстрация! Это --
через  четверо  суток  после  взрыва.  Много  ли  нужно  было  знать,  чтобы
сообразить, что за это время через расстояние всего  в 130 километров  ветры
могут  донести  радиоактивную пыль  и  облака  до  многомиллионного  города,
половина населения которого находилась на улицах?..
     Это был  первый  серьезный урок.  Российская  интеллигенция (как и весь
народ) поняла,  что новый  сладкоречивый генсек способен  так же беспардонно
обманывать своих граждан, как  и  все его  предшественники.  Ибо умолчание в
подобных обстоятельствах -- та же ложь! Но заметим, справедливости ради, что
эти отвратительные примеры высочайшего вранья, быть может, следует поставить
в вину не одному Горбачеву. Еще существует старое мощное Политбюро ЦК и вряд
ли Горбачев имеет над ним такую же непререкаемую власть, как Сталин или даже
Хрущев.


     28 февраля 1986 г.

     Зато  мы  являемся  счастливыми  свидетелями  нового  явления,  которое
следует приписать  только нашему генсеку, поскольку Политбюро оно  нравиться
никак не может.  Я  имею в виду отмену  цензуры и фактически полную  свободу
печати.  Господи,  какая  лавина  некогда  совершенно  секретной  информации
обрушилась на  наши  головы!  Некоторые газеты и толстые  журналы  публикуют
столь  острые  разоблачительные  материалы,  обнаруживают такие преступления
прошлого  и уродства настоящего, что если это  продолжится  еще пару лет, то
люди избавятся от страха, воспитанного годами террора, а затем и от рефлекса
безропотного подчинения  партийному начальству.  Начнут  думать  и  говорить
свободно,  а  на этой  почве могут взойти  (пока еще непонятно  как)  ростки
нового общественного устройства.
     А  какие сокровища запрещенной  русской литературы нам  открываются! От
Гроссмана  и Булгакова до Бунина и Набокова! А новая литература!  Не успеваю
читать  журналы...  Даже в "Правде"  (от 13  февраля) под  общим  заголовком
"Очищение" опубликована подборка писем, в которых содержатся, прямо  скажем,
весьма  непривычные  вещи.  Например,  соображение  о  том,  что  партийные,
хозяйственные и  прочие  руководители  пусть получают  повышенную  зарплату,
соответственно   их   роли  и   обязанностям,   но  систему   спецмагазинов,
спецстоловых, пайков и прочего "спецобеспечения" надо упразднить -- пусть со
всеми гражданами постоят в очередях за продуктами и другими  товарами. Тогда
и очереди скорее ликвидируются (!)
     Или,  в  другом  письме, о  том,  что  между ЦК КПСС  и рабочим классом
образовался аморфный  слой (так  сказано в письме)  своекорыстной  партийной
бюрократии! Пишет  рабочий  --  все  письма подписаны  с  указанием  адресов
авторов. Есть слух,  что  редактора "Правды" за эту подборку  уже сняли. Еще
говорят,  что  Горбачев  и  Лигачев сами  отказались  от  "пайков",  а  жена
Горбачева ходит в магазины как  простая смертная...  На  партсобраниях  идут
споры о новом этапе, а из райкомов поступают указания (опять-таки указания),
чтобы было побольше острых критических  выступлений. Однако  если  не  будет
существенных, законом закрепленных  реформ социального устройства  общества,
все это останется сотрясением воздуха... Неужели эта гора опять родит мышь?
     ...Приближается съезд  партии. Все ждут, будет ли чего важного. На днях
был пленум ЦК. Из  состава  Политбюро вывели Гришина  и  ввели  кандидатом в
члены  Бориса Ельцина,  который  сменил Гришина на посту  1-го секретаря  МК
партии. Говорят, что  съезд продлится  две  недели. Для парадного  спектакля
одобрения -- многовато. Неужели будут всерьез что-то обсуждать и решать?


     1 марта 1986 г.

     Четвертый   день  идет  съезд  партии.  По  городу  флаги  и  кое-какая
иллюминация.  Эдакий скромно  длящийся праздник. Горбачев  делал доклад часа
четыре.  В опубликованном тексте стараюсь отыскать что-нибудь относящееся  к
нашей теме. В разделе  внутренней политики  об интеллигенции впрямую ничего.
Среди  массы  декларативных  предположений   хозяйственного  плана,  нередко
противоречивых  (вроде  такого: "Мы  ставим задачу... повысить действенность
центрального     руководства    и...    решительно     раздвинуть    границы
самостоятельности  объединений  и  предприятий"),  ищу чего-нибудь  хотя  бы
косвенно  затрагивающего  судьбу интересующей нас "прослойки".  Пожалуй  вот
это.  Вслед  за призывом  к  усилению  борьбы с расхитителями  и  тунеядцами
неожиданно следует: "Но, пресекая нетрудовые доходы, нельзя допустить, чтобы
тень падала на  тех, кто честным трудом получает дополнительные заработки...
Надо     внимательно     рассмотреть     предложения     об     упорядочении
индивидуально-трудовой  деятельности.  Разумеется  такие  виды  труда должны
полностью   совмещаться  с  принципами   социалистического   хозяйствования,
базироваться либо на  кооперативных  началах, либо  на договорной  основе  с
социалистическими  предприятиями". Это уже кое-что. Ведь многие интеллигенты
по  природе  своей свободолюбивые индивидуалисты. Теперь они  получают право
работать  по  договору  или   учреждать  свои  относительно   свободные   от
государственной  опеки  кооперативы.   В  следующем  абзаце  стоит  обещание
всемерно  поощрять строительство индивидуального жилья. А вот  и  главное --
расширение  гласности:  "...коммунистам всегда  и при  всех  обстоятельствах
нужна правда". Прекрасно! Жаль только, что идеолог партии товарищ Лигачев не
безоговорочно  принимает  этот тезис.  В своем  выступлении, похвалив вообще
критические материалы, появившиеся в печати перед съездом, он заявил, что не
обошлось и без "срывов",  в том числе в редакции "Правды". Нем сомнения, что
он имел в виду обзор писем "Очищение".
     Свое  понимание правды  ("ленинской  правды") Лигачев  пояснил в  своем
докладе на всесоюзном  совещании заведующих  кафедрами  общественных  наук в
ВУЗах (конец  сентября  86 г.).  "Нельзя мириться  с  положением, --  сказал
докладчик, -- когда  на лекциях говорится одно, а в  реальной жизни  студент
видит нечто иное. Надо распахнуть двери вузовских аудиторий навстречу жизни,
превратить каждое занятие в  школу марксистско-ленинского анализа актуальных
проблем современности".  "В этой  связи, --  пишет "Известия", -- в  докладе
отмечалось, что в  преподавании общественных наук  пока не хватает ленинской
правды".


     14 ноября 1986 г.

     Вчера в Доме кино  с Сашкой смотрел  фильм  Абуладзе  "Покаяние".  Хотя
пускали по пригласительным  билетам,  народ  толпился и надо было  проходить
через  кордон  милиции.  Это при том, что один сеанс в тот же  день уже  был
утром, а третий предстоял вечером. Вот краткое содержание фильма:
     События происходят  в некоем городе, в неведомо какой  стране, хотя все
имена --  грузинские. Начало  явно  относится  к  дню  сегодняшнему: одежда,
обстановка, автомобиль последней модели. Женщина  лет за пятьдесят готовит у
себя  дома  (но  явно   на  продажу)  роскошные  торты,  обильно  украшенные
сооружениями из крема.  Тут же, рядом толстый,  маленький, пожилой человечек
поглощает ломоть торта, разворачивает газету и  горестно восклицает, узнав о
чьей-то  смерти. Виден большой  портрет  в газете. Одутловатое лицо, пенсне.
Бросается в глаза сходство с Берией, но еще и усики, как у Гитлера.
     Потом идет сцена прощания с покойником  в богатом доме. Фальшивые слова
сочувствия  приходящих.  Их принимает  тоже  дородный  и  пожилой мужчина  в
отлично сшитом черном  костюме -- сын покойного. (Прекрасная  работа гримера
-- невозможно догадаться, что это тот же актер, что на фотографии в газете).
Шикарная, моложавая жена хозяина дома, в больших дымчатых очках. Здесь же их
сын -- юноша лет семнадцати. Похороны. Масса красных цветов на могиле.
     Потом  ночью  альковная  сцена  супругов  и...   вой  собаки.  В  саду,
прислоненный  к  дереву,  стоит  покойник.  Ужас!  Ночью,  тайком  повторные
похороны. Наутро  покойник  снова  в  саду. Тело  "арестовывают"  власти  и,
видимо, снова  хоронят.  Но эксгумация повторяется  еще раз.  Родственники и
друзья покойного устраивают засаду на кладбище. Им  удается  ранить (стрелял
внук) злоумышленника. Им оказывается  женщина --  кондитер из  первых кадров
фильма.
     Суд над  ней. Судьи и адвокаты  в средневековых  мантиях, хотя  публика
зала в  современной  одежде.  Такие  нарочитые  элементы  архаики, создающие
колорит притчи (а значит и безвременной вечности сюжета) разбросаны по всему
фильму. Стражники  и солдаты в черных кожаных доспехах  и шлемах с забралом,
вооруженные  пиками.  Черная  допотопная  тюремная  карета  рядом  с обычным
грузовиком и прочее...
     На  суде  ответчица в  элегантном белом  костюме и пышной  белой  шляпе
(мечта кондитерши!). Она  признает, что  выкапывала покойника, но не считает
себя виновной  и  говорит,  что будет продолжать это дело  пока  жива. Затем
рассказывает  свою историю,  которая  начинается, когда ей было лет  восемь.
Камера показывает ее рассказ, перенося зрителя на 45--50 лет назад...
     Выборы головы города.  Им оказывается  тот, кто только что  умер. Он  в
черной гимнастерке с  портупеей и в сапогах. Говорит с  балкона старого дома
--  видимо,  городской управы. Далее --  основное  содержание  фильма: яркий
рассказ о злополучных событиях 37-го года. Аресты, пытки,  доносы, очередь в
окошечко  для  передачи,  ответ:   "выслан  без  права   переписки"...  Всем
заправляет  новоизбранный  (или назначенный?) городской голова. Сначала он в
подчинении у какого-то усталого  начальника, который  пытается его сдержать.
Но вскоре арестовывают и этого начальника -- явно по доносу "героя" фильма.
     Главный  антипод  тирана  --  художник.  Внешность  Христа.  Иезуитство
гонителя:  он  является  в  дом  художника  в  сопровождении  своих  мрачных
подручных с подарками и с  сыном -- ровесником дочери  художника. Эта дочь и
станет кондитершей, которую сейчас судят.
     Дети  играют  в четыре  руки  на пианино, городской голова поет тенором
итальянскую  арию,  восхищается картинами художника. С  ужасом догадываемся,
что это -- комедия. Понимают это и художник с женой.  Ночью черные стражники
его забирают, уносят и картины. Он исчезает навсегда...
     Жуткая  сцена,  когда  женщины  города  узнают, что на  железнодорожной
станции   разгрузили   бревна,  а   на  торцах  некоторых  бревен  --  имена
арестованных  -- весточки от еще живых. Жена художника с дочкой бегут  туда,
но ничего не находят.  Еще  ряд сцен, типичных для  того  времени.  Здесь  и
отчаянное утешение женщин в разговоре друг с другом: "Ошибка -- разберутся",
и очная ставка  в застенке художника с бывшим усталым начальником. Последний
заявляет следователю, что работал на врагов, имел задание прорыть туннель от
Бомбея  до  Лондона, что список  из  двух тысяч  человек  -- его  сообщники.
Оставшись наедине с художником, объясняет ему свой замысел: как можно больше
нелепицы  и как можно больше  обвиняемых --  тогда "наверху" поймут, что это
чепуха. Между  тем сам  он сходит с  ума... Художник  на  дыбе,  палачам  не
поддается  -- молчит. Тем временем арестовывают его жену, увозят  в тюремной
карете, отрывают от нее дочку...
     И снова  зал суда. Закончив свой  рассказ,  женщина требует, чтобы труп
злодея был брошен на растерзание воронам. Похороны в земле -- умиротворение,
забвение  зла.  Заседание прерывается.  Все  расходятся.  Но  остается  внук
покойного. Сидит неподвижно. Он потрясен. Его разговор с отцом: "Ты знал обо
всем этом?"  Отец  ссылается  на  время, великие  задачи...  "Кругом  враги.
Возможно,  были  и  ошибки...  но во  имя  светлого будущего"  и т. д. Набор
риторики  конца 30-х  годов и тех,  кто сейчас хотел бы о них  забыть -- "не
ворошить старое".
     Сын   проклинает  отца...  Совещание   супругов   с   друзьями.  Решают
добиваться,  чтобы подсудимую  признали невменяемой. Снова  суд.  Удается ли
осуществить замысел -- неясно. Но постепенно теряет  рассудок отец. Еще одно
объяснение родителей с сыном. Самоубийство мальчика...
     Кладбище. Обезумевший отец вырывает из земли труп деда и сбрасывает его
со скалы. Торжествующее карканье воронов...
     И  снова первоначальная сцена фильма. Женщина делает торты,  спрашивает
маленького человечка:  "Так вы знали его?" Опять портрет в  газете: "Ушел из
жизни..." Мы понимает, что суд и возмездие были только в мечтах женщины.
     Разумеется, я опустил ряд сюжетных линий и сцен. Некоторые из них очень
сильные и символические.  Например, смерть  старика  -- он  тоже  безумен  и
прячется за бетонными стенами возведенного им бункера...
     Все это мы знаем. На своем опыте и после чтения Солженицына, Гроссмана,
Гинзбург,  многих  других.  Но  впервые,  впервые  весь  этот  кошмар  не  в
подпольной литературе,  а на советском экране, в Доме кино. Впрочем здесь, в
этом доме фильм награждают аплодисментами,  но  отнюдь  не  овацией. Кое-кто
уходит во  время  сеанса.  Как видно, довольно  многие из собравшейся  здесь
элитной  публики  чувствуют  себя неуютно.  Быть  может  они  или  их  мужья
поднялись  наверх  на   гребне   той  зловещей  волны.  Что   им  сулят  эти
разоблачения, эти напоминания?
     А  что  скажут  многие тысячи партийных и государственных функционеров,
которые являются  если  не  соучастниками,  то уж наверное  преемниками  той
эпохи?  А во что  может вылиться публичное обсуждение этого фильма? Это ведь
не только о Сталине и Берии. Это и о партии, которая до сих пор была  всегда
права,  справедлива, непогрешима и служила своему народу! Вот, значит, каким
было это служение! А сейчас? Непогрешима? Каковы нынешние  слуги народа? Ох,
как много возникает вопросов! Как могут развязаться языки.  Неужели Горбачев
готов пойти на все это? Понимает ли какого джина выпускает из бутылки?  Если
понимает и  готов, то  Господь ему навстречу! Но все же я не верю, что фильм
будет показан в широком прокате.


     22 декабря 1986 г.

     В  четверг  на прошлой неделе  заместитель министра иностранных дел  во
время  одной из пресс-конференций неожиданно  сообщил, что академик  Сахаров
обратился с просьбой о разрешении ему вернуться в Москву. (Как это он раньше
не  догадался обратиться?!).  Компетентные органы рассмотрели эту  просьбу с
учетом того, что он в течение 6 лет работал в Горьком и приняли решение, что
Сахаров может переехать в Москву с тем,  чтобы продолжать работать, как было
сказано,  на "московском  направлении" Академии наук. (Надо полагать, что до
этого он  был  откомандирован  для  работы  на  "горьковском  направлении").
Одновременно  Президиум  Верховного Совета принял решение  о  помиловании Л.
Боннер, так что супруги могут вернуться вместе.
     Западное радио сообщает любопытные детали, полученные  от детей Люськи,
которым она звонила  в Америку.  (Я зову ее так  потому, что  учился с ней в
школе и, признаться, не  очень  жаловал). В понедельник в 10 часов вечера на
квартиру  в  Горьком заявились монтеры и  поставили телефон. В тот же  вечер
исчез дежуривший у  подъезда охранник. На  следующий  день в 3 часа позвонил
Горбачев, который, как утверждает  парижское  радио, не мог  отказать себе в
удовольствии лично сообщить Андрею Дмитриевичу эту  новость. А  ведь это  --
хорошо!
     Прибытие  Сахаровых  в  Москву  ожидают  завтра.   Дошлый   израильский
корреспондент сумел прорваться к А. Д. по телефону и сообщает,  что  Сахаров
заявил о намерении продолжать правозащитную деятельность и призвал Горбачева
освободить  всех  политзаключенных.  По  иронии  судьбы  в  эти  же   дни  в
чистопольской тюрьме умер  один из  хорошо известных  диссидентов -- рабочий
Марченко...
     Ходят  упорные слухи об  острой борьбе в Политбюро. Главным противником
Горби называют Лигачева. Если Михаил  Сергеевич  действительно имеет  далеко
идущие  планы  либерализации  нашей  общественной  жизни  и лишь  сдерживаем
оппозицией в  Политбюро  и ЦК, то помогай  ему  Бог в этой борьбе.  Пока что
народ в это не очень-то верит. Было  уж раз при Хрущеве -- пахнуло свободой,
а  потом снова стали сажать  и воцарилась  брежневская  мертвечина. Впрочем,
возвращение Сахаров --  это  уже нечто конкретное. Народ  ведь  яснее  всего
воспринимает дела  персональные.  Но знает ли большинство нынешних  граждан,
особенно молодежи, кто такой Сахаров?..
     Многих, я думаю,  всколыхнет фильм "Покаяние", если он все-таки выйдет.
Был момент (со слов Сашки), что его решили  придержать. Теперь, говорят, что
тиражируют и в начале года он пойдет широко. Говорят также, что возражал шеф
КГБ Чебриков,  но что сейчас  он сам шатается.  Короче, по многим признакам,
"наверху"  идет   большое  сражение   и  наш  Миша,  вроде  бы,  возглавляет
радикальное  крыло. Ну, посмотрим... Каждая весточка обсуждается "на кухнях"
в  интеллигентских  квартирах.  Смутная  надежда   на  свободу   борется  со
скепсисом.


     27 января 1987 г.

     Сегодня начался  очередной пленум ЦК. Пока сведения  о нем  отрывочные.
Говорят,  что  в  своем докладе  Горбачев ставил  вопрос  о  тайных  выборах
секретарей на всех уровнях партийной иерархии  и о выборах партийных бюро по
большинству  голосов   из   избыточного   числа   кандидатов.   Если   такое
осуществится,  то в корне изменит ситуацию во всемогущей партийной пирамиде.
Поясню в  чем  дело.  Согласно нынешнему Уставу партии, хотя любое  партбюро
избирают  тайным голосованием, но избранными считаются все, кто набрал более
50% голосов. В силу безразличия массы голосующих, 50%  обеспечены  всем, кто
внесен  в список для голосования. Этот список готовит  и предлагает собранию
старый состав партбюро, тщательно  согласовав  его с  вышестоящей  партийной
инстанцией. Конечно, собрание может дополнить список, но  это только немного
увеличит численность членов бюро (ведь выберут всех!), а основной состав все
равно будет заранее назначенным.
     После  собрания вновь  избранное  бюро остается и под председательством
представителя райкома, обкома или ЦК (в  зависимости от ранга бюро) открытым
голосованием выбирает из  своего  состава первого и  второго (если положено)
секретарей.  Разумеется  тех,  кто  был  заранее  утвержден  соответствующим
"руководством". Проголосовать против  них в  открытую означает пойти  против
руководства, а это... ну сами понимаете!
     Таким  образом  все  партийные  секретари  до сих пор не  избирались, а
назначались "сверху".  По сложившейся практике секретари были полновластными
руководителями  своих организаций. В районном  и  областном масштабах первых
секретарей соответствующих бюро иначе, как "хозяин" и не называли. Если же и
впрямь будут  выбирать тайным голосованием, то -- все к чертям!  И секретарь
должен  смотреть не  наверх  -- чтобы  вновь  назначили,  а  вниз  --  чтобы
переизбрали. Да  ведь это конец власти  партаппарата. Революция!  Та  самая,
единственно возможная -- сверху. Что-то не верится...


     2 мая 1987 г.

     Где-то  раньше  в  связи  с  обрушившейся  на  нас  свободой  печати  я
записывал, что если такое продолжится, то люди избавятся  от  страха, начнут
думать и говорить свободно,  а на  этой почве  могут взойти ростки какого-то
нового общественного устройства...
     Но это поняли и те, кому это новое устройство грозит потерей положения,
материальных благ и власти. Партийный и советский бюрократический аппарат, а
также обслуживающая его  "творческая" интеллигенция осознали опасность.  Они
консолидируются,  переходят в контратаку. Созданы  полулегальные объединения
"Память", "Отчизна"  и другие им подобные. Под флагом  сохранения памятников
русской культуры  началась  антисемитская по форме,  но  по существу  своему
яростная  антиперестроечная  компания.  Собираются  сходки,  где  произносят
махрово черносотенные речи,  распространяют разного рода погромные листки --
новый "самиздат". Все это опирается на явно  существующий раскол в Политбюро
и ЦК.
     Недавно  состоялся пленум правления Союза писателей РСФСР. Нынче -- это
опора реакции. Союз объединяет провинциальных литераторов России, по большей
части бездарных  (талантливые перекочевали в столицы). Они неплохо кормились
верным служением "линии партии" и теперь обижены на центральные писательские
организации,  которые  "присваивают"  себе  бoльшую  часть  благ:  листаж  в
журналах, поездки за границу,  путевки  в дома творчества.  Во  главе  этого
союза  Юрий  Болдырев,  давно  исписавшийся и потому озлобленный. Его правая
рука  --  некто  Проскурин,  откровенный  погромщик. На  заседании правления
единодушной   анафеме   было   предано   нынешнее  критическое   направление
литературы.  Его   они  окрестили  "некрофилией",   обвинили   в  стремлении
"очернить"  успехи советского строя и оттеснить со страниц  газет и журналов
писателей,  выступающих  в его  защиту. (У  них  есть и  своя  черносотенная
пресса: газета "Литературная Россия", журнал "Наш современник").
     Правление составило  резолюцию, с  которой вознамерилось  выступить  на
предстоящем  пленуме Союза  писателей СССР. Сей  документ и  вся  их позиция
получили открытую поддержку Лигачева. По этому поводу с коллективным письмом
к Горбачеву обратились 64 известных писателей.
     Деятелей  из  российского  союза  вызывали  для  увещевания  Яковлев  и
Воротников  (люди  Горбачева).  Скандал  на   общесоюзном   пленуме  удалось
предотвратить. В  докладе  первого секретаря Союза Карпова критическая линия
была  поддержана,  но   и  уступки  оппозиции  хорошо  просматриваются  ("не
увлекаться критикой", "не допускать  очернительства",  "искать положительные
примеры" и проч.).
     В  целом  либеральное  направление, как утверждают его  лидеры,  сейчас
вынуждено  "отступать  по  всему  фронту".   Надеюсь,  что  отступление  это
временное...
     А я пока что едва  успеваю читать  толстые журналы. Прочел  в "Знамени"
очень сильную  и страшную повесть А. Приставкина "Ночевала тучка золотая". В
"Новом  мире"  напечатана  пьеса  Шатрова  "Брестский  мир".  Впервые  среди
действующих  лиц Троцкий,  Бухарин (вполне симпатичный), Зиновьев  и другие.
Пьеса  впечатляет:  столкновение Ленина  с большинством  ЦК. Правда  истории
начинает  понемногу проясняться...  Сейчас читаю в  "Дружбе народов" повесть
Рыбакова  "Дети Арбата" и диву даюсь: три-четыре года назад такое появлялось
только в  "самиздате" и с величайшими предосторожностями передавалось из рук
в руки надежным людям. Тираническая логика Сталина, данная  изнутри могучими
средствами художественной прозы! Замечательно интересно.


     13 июля 1987 г.

     В "Московских новостях" публикация двух  писем читателей.  В одном -- о
бессмыслице  анкет, характеристик  и явок  на комиссию  райкома  партии  при
оформлении  туристических  и  прочих  поездок  за границу,  в том  числе и в
капиталистические  страны. Весьма ядовито. Автор так и начинает свое письмо:
"Говорят,  что нет  сфер, закрытых  для критики,  так  вот..."  Похоже,  что
гласность посягает на  диктатуру  партии в  этом  весьма чувствительном  для
интеллигенции вопросе. Чем кончится? Неужели свободой поездок по белу свету?
И можно будет запросто поехать в Париж, "прошвырнуться" по Елисейским полям?
Или  в  Венецию  --  каналы,  площадь Святого  Марка,  голуби...  Слетать  в
Нью-Йорк, к открытию сезона в театрах на Бродвее?.. Нет-нет, не верится. Как
же  тогда  с  вражеском пропагандой?  С угнетенным и  бесправным  положением
рабочего класса?..
     В другом письме рассказывается, как бюро горкома партии  решило снять с
должности председателя горисполкома (город Брежнев).  А партгруппа исполкома
это решение  поддержать отказалась --  председатель был  переизбран на новый
срок.  Горкому  пришлось  свое  решение  отменять!  Ну и  дела!  Эдак  скоро
городской  комитет  партии  и вовсе  власть в городе или  области  потеряет.
Ай-ай-ай!


     Известия 18 августа 1987 г.

     Из ответов  популярного актера  театра  "Современник" Олега Табакова на
вопросы анкеты "Известий".

     "Вопрос:  Кто  и  почему,  на Ваш  взгляд, сегодня выжидает  и что надо
делать, чтобы идеи перестройки овладели массами?
     Ответ: ...Делом  поистине всеобщим, кровным  делом каждого  перестройка
будет  становиться  по мере  перемен  в  экономической сфере. У людей должна
появиться уверенность, что их труд не пропадает втуне,  что заработная плата
это  не "зря плата", как горько шутили еще недавно, и  что человек, делающий
свою работу лучше, чем его сосед, будет за свой труд и получать, безусловно,
больше.
     Другим  путем,  несомненно,  должно  быть восстановление  демократии  и
законности.   Мы  уже  стали   подзабывать,  что   русское   слово  "выборы"
подразумевает  выбор  из  чего-то.  Иначе  речь  идет  не  о  выборах,  а  о
вотировании. И, как  коммунист,  я  считаю, что  при  избрании  делегатов на
предстоящую  в  будущем  году  внеочередную  партийную конференцию хорошо бы
назвать   реальных  людей  на  самих  партийных   собраниях.  И   совершенно
необходимо, чтобы кандидаты эти заранее  отдали бы отчет в том, что именно и
какие интересы они собираются на этой партконференции представлять.

     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


     Вопрос:   О   молодежи.  Стало  привычным   сетовать   на  общественную
пассивность молодых.
     Ответ:  Думаю,  следует признать,  что определенную  часть молодежи  мы
потеряли.  Слишком  уж разрушительным в  нравственном плане был  пример иных
наших руководителей, которые  сами  жили  безнравственно, а жить нравственно
предлагали молодежи. Это была не борьба  за души молодых, а  самое настоящее
растление. С этим фактом надо считаться, и  не только считаться, но и делать
шаги навстречу молодым. Я вообще считаю, что борьба за перестройку -- это во
многом борьба за молодых. И давайте будем поменьше  обращать внимания на то,
во  что  они одеты и  как  пострижены. Поистине,  о длине  волос чаще  всего
говорит тот, у кого короток ум дойти до сути вещей".


     3 октября 1987 г.

     На днях в  огромном  зале кинотеатра  "Октябрь"  (2,5  тысячи мест) три
вечера подряд  проходила встреча читателей  с  редакцией самого радикального
еженедельного  журнала "Огонек". Билеты  (платные) клянчили за полкилометра.
Острые  вопросы, весьма смелые  ответы, выступления  авторов, печатающихся в
"Огоньке",  говоривших  тако-о-ое!..   Единодушные  аплодисменты  на  каждую
"крамольную" (по  меркам недавнего времени) фразу.  Вместе с  тем, записки и
выкрики из зала противников нового курса. Надо же! -- мы дожили  до открытой
полемики  на  остро политические темы. Но нас, -- меня,  по крайней мере, --
это  уже  не  удовлетворяет.   Чего  уж  теперь  поносить  "усатого"  и  его
злодейства? Пройденный этап. Даже, если речь идет  о том, что надо его  прах
убрать  из-под  кремлевской стены. Есть острые  вопросы,  которые  пока  еще
"табу".  На кой  черт нам,  например,  правящая  (и  некомпетентная в  своем
правлении)  партия?   Не   пора  ли   позаботиться  о   создании   оппозиции
правительству?  А главное  -- получится ли что-нибудь путное  с перестройкой
экономики? Здесь все пока что в тумане.

     На днях смотрел по ТВ  беседу  Горбачева с рабочими на верфи Мурманска.
Судя по  лицам  и поведению, рабочие настоящие,  не  отобранные.  Настроены,
вроде бы,  сочувственно. Но в московском троллейбусе слышишь,  как  такие же
рабочие открыто "несут" Горбачева -- в  магазинах-то пусто! То,  что они его
могут  нести  ничего  не  опасаясь,  уже  не  больно-то  ценится.  Привыкли.
По-прежнему  полагаю,  что  без  серьезной  экономической  поддержки  Запада
перестройка захлебнется и Горбачев слетит. Хотя альтернативы его курсу вроде
бы и нет. Характерно заявление заместителя  главного редактора "Огонька"  на
том  же  вечере:  "Мы  и внутри  редакции  разделяемся: одни  верят в  успех
перестройки, другие -- нет. В народе большинство пока не верит". "Московские
новости" опубликовали результаты опроса на крупном заводе("Уралмаш") рабочих
и ИТР. Верят в успех реформ около 20%, половина -- сомневается, остальные --
определенно не верят. Я  и сам не  очень-то  верю,  но,  как и многие, очень
надеюсь!

     Еще хорошая новость.  Сказали  мне, что разрешены  поездки  по  частным
приглашениям в капстраны. Я для проверки  пошел  в городское управление ОВИР
(отдел виз и разрешений) милиции и получил тому подтверждение!


     8 ноября 1987 г.

     21-го  октября  состоялся пленум  ЦК,  на  котором  обсуждались  тезисы
доклада Горбачева  по поводу  70-летия Октябрьской революции... Когда доклад
был потом сделан, он разочаровал всех  поборников перестройки.  Ожидали, что
история этих семидесяти лет будет, наконец,  представлена  честно.  В первую
очередь, с полным, не ретушированным перечнем ошибок и преступлений Сталина.
Во  вторую,  со столь же полной  реабилитацией Троцкого,  Бухарина, Рыкова и
других.  Наконец,  ждали  откровенной  оценки   ситуации  с  перестройкой  и
оппозицией к ней. Предполагали, что в своем докладе Горбачев бросит перчатку
всем  силам реакции, противостоящим  новому курсу.  Это было наивно, так как
традиция  праздничной  благости так  быстро не  изживается.  Кроме того, как
стало  известно  от нечиновных  членов  ЦК (ученых,  артистов),  перчатка на
пленуме  была  брошена,  поднята  и...  Горбачев  проиграл.  Первый  вариант
доклада, представленный генсеком, был пленумом отвергнут, затем -- и второй.
То, что было произнесено на торжественном заседании суть третий, оскопленный
вариант.
     В первом варианте, как говорят, были названы цифры погибших в тридцатые
годы.  В  окончательном -- упоминается о "многих  тысячах"  репрессированных
(это  вместо  миллионов).  Сталин   представлен  эдаким  "бякой".  Где-то  в
отдалении  от  его  имени мелькает слово  "преступное", но тут же поминаются
заслуги  вождя партии в  деле  индустриализации,  коллективизации  сельского
хозяйства, идейном разгроме троцкизма. По головке поглажен Бухарин ("любимец
партии", осознавший  свои ошибки), Троцкий обруган  как жуликоватый  политик
(заслуг в  революции и  гражданской войне, очевидно, не имевший), Каменев  и
Зиновьев помянуты  как его идейные союзники. О какой-либо реабилитации  всех
этих  "соратников Ильича" -- ни слова. Правда, создана комиссия ЦК,  которая
займется довершением дела реабилитации, прерванного в конце 60-х годов.
     В докладе говорится о заслугах товарища Сталина  в организации войны  с
фашистами и  ничего  о  предвоенной ликвидации  командных кадров, о  неверии
предупреждениям  разведчиков  относительно подготовки нападения  Германии, о
трусости,  проявленной   в  октябре  1941   года...   Короче,  в   отношении
восстановления  исторической  правды  Горбачев  на  пленуме  потерпел  явное
поражение. Остальное  содержание 3-часового доклада  -- набор  обычных общих
слов о перестройке, ускорении, мирном сосуществовании и прочее.
     Чрезвычайным событием  пленума явился демарш Бориса Ельцина. Теперь уже
доподлинно известно, что он  попросил отставки  с  поста  первого  секретаря
Московского  комитета  партии,  мотивируя  это  тем, что перестройка буксует
потому что  ей сознательно  мешают. И в  качестве  лидера  тех, кто  мешает,
назвал Лигачева. В "Правде" от 22-го октября,  где  помещено  информационное
сообщение о  пленуме, участники прений перечислены в порядке их выступлений.
Первым назван Ельцин, вторым -- Лигачев. По-видимому, вся обширная дискуссия
(27 человек) шла в  рамках  противоборства  "левых" и "правых". Говорят, что
для разбора заявления Ельцина создана специальная комиссия...
     А пока  перестройка  втягивает  экономику  в  хаос, так  как  мало  кто
решается  действовать  последовательно  да  и  все  бюрократические рогатки,
мешающие  таким  действиям, остаются на  месте. Городской  люд  недоволен --
товаров и продуктов,  по-прежнему, почти нет. Чиновники и бюрократы, которых
все клянут,  наверное  звереют  и всюду, где возможно, суют палки в  колеса.
Может быть, в деревне  что-то и  меняется, но  тоже  пока вряд ли. Наверняка
районный  партаппарат мешает радикальным переменам, предоставлению  колхозам
определенной свободы действий и независимости. И не  только потому, что сами
аппаратчики при  этом остаются не у дел, а еще и потому, что одновременно  с
разговорами  о  "свободе мужика" выполнение  планов  поставок продовольствия
государству спрашивают с тех же райкомов...
     Только  радикальные  газеты  и  журналы  продолжают  лихорадочно  вести
кампанию  разоблачений, восстановления правды  и  справедливости. Как  будто
вот-вот  у  них эту  возможность  отнимут.  Кто  знает  -- быть может так  и
случится. Все  еще  очень  зыбко.  Хотелось  бы знать  как  настроена армия,
генералитет. Во время парада 7  ноября  на  верхней трибуне  мавзолея  кроме
министра  стояло только трое  генералов.  А ведь парад  юбилейный!  При всех
предшествующих генсеках военным принадлежала вся левая половина трибуны...

     Перечитал все записанное сегодня, и вдруг нахлынули на меня неожиданные
сомнения.  Полная правда о войне, о всей нашей послереволюционной истории, о
партии,  о  Сталине,  которую мы, интеллигенты, надеялись услышать в докладе
Горбачева, не оказалась бы слишком жестоким ударом для миллионов ни о чем не
подозревавших  советских  граждан?  Мы здесь  в  Москве  из "самиздата",  из
передач зарубежных  "голосов", из недавних  публикаций столичных радикальных
газет  и журналов уже  почти все знали,  "переварили", нашли  свою жизненную
позицию и свою мечту о будущем свободном государстве. А там -- в  необъятной
провинции, в  провинциальных или  закрытых  военно-промышленных  городках, в
деревнях,  куда не  доходил  "самиздат",  не доставлялись столичные  газеты,
кроме обязательной  "Правды"?  что  знали там? О  чем  догадывались  рядовые
граждане: рабочие, колхозники, инженеры?
     Я подумал о пожилых людях, прошедших войну с именем Сталина, гордящихся
своей  победой,  ранами  и  боевыми наградами.  Они  же  были и  участниками
предвоенного колоссального строительства (даже те,  кто участвовал в нем под
надзором сторожевых собак). Строительством руководила партия, которая  знала
куда  и  зачем  ведет  народ.  В  этом  людей  сумела  убедить  повседневная
пропаганда,  кинофильмы,  песни.  ("Творческая  интеллигенция"   здесь,   --
искренне или своекорыстно, -- поработала хорошо!)
     А  рядовые  члены  партии  всех  возрастов?  Пусть  даже  треть  из  ее
послевоенного пополнения преследовала  карьерные интересы или была вынуждена
вступить  "в  ряды"  ради  того,  чтобы  сохранить  возможность  плодотворно
работать. Две трети, а  это  добрых 12--15  миллионов  человек были искренне
верующими и желали  с  наибольшей эффективностью  участвовать  в  построении
социализма.  Представления о героическом  прошлом  и светлом будущем страны,
власть  предержащие сумели внедрить  в  их сознание  так  прочно,  что  даже
столкновения с повседневными несправедливостями и мелкими  обманами не могли
поколебать их символа веры.
     Каково было бы им да и всем рядовым гражданам узнать, что всю прожитую,
порой  немалую,  часть  жизни они были жертвой огромного  обмана. Что все их
искренние  устремления и жертвы были ошибочны, служили  для укрепления этого
обмана,  его  преуспевания.  Значит  и вся  жизнь  была сплошным  обманом  и
ошибкой?  Перенести вдруг такое  открытие, такой  удар и  не  озлобиться, не
потерять  веру  во  все  на  свете  --  нелегко! И озлобление  нередко может
обратиться на того, кто обнажил истину и... отнял веру.
     Быть может, ввиду такой опасности открывать народу правду, развенчивать
его  прошлое надо  постепенно,  малыми  дозами.  И нам,  уже  все  постигшим
интеллигентам, следует смирить эгоизм своего обличительного пыла -- чтобы не
порвать с  народом, не позволить ему нас  же  за эту просветительскую миссию
возненавидеть.
     Вот какие приходят мысли...





     24 ноября 1987 г.

     Две  прошедших  недели  можно назвать "Ельциниадой". 11-го в  программе
"Время" по телевидению сообщили, что Ельцин снят  с поста первого  секретаря
МК  партии.  Интеллигенцию  охватило  уныние. На  работе у  Лины  друг друга
"поздравляли"  с концом перестройки  и  гласности. Никаких пояснений дано не
было.  Но через пару дней на двух  полных страницах "Правды"  был  напечатан
отчет  о  пленуме  МК,  на  котором  снимали  Ельцина.  В  отчете  приведены
(разумеется,  с сокращениями) выступления  многих делегатов пленума,  самого
Ельцина и два выступления Горбачева -- в начале и в конце пленума.  Сообщено
также, что пленум  ЦК (еще 21-го октября), оказывается, принял  решение, где
выступление на нем Ельцина названо политической ошибкой и было рекомендовано
снять его с поста 1-го  секретаря МК. Однако из кандидатов в члены Политбюро
его, вопреки всякой логике, не вывели.
     Горбачев  на  пленуме   Московского  комитета  отзывался  о  Ельцине  в
умеренном тоне, а в заключительном слове присоединился к тем из выступавших,
которые отмечали  и положительные  стороны его деятельности.  Но подавляющее
большинство  функционеров  МК  "несли"  Ельцина со  страшной  силой.  Многие
повторяли крылатую фразу 30-х годов:  "Удар в спину партии". Фраза эта  явно
подсказана "сверху", но не Горбачевым.
     О  том, что же такое сказал  Ельцин на пленуме ЦК -- ни слова! Все дело
будто бы в  его ошибках по руководству Московской  парторганизацией. Назвали
амбициозность,  необоснованную   перетряску  кадров  (снял  22-х  секретарей
райкомов Москвы), отстранение от дел аппарата МК и так далее. Что, кстати, я
полагаю, не лишено  оснований.  У Ельцина  явно  выраженный  "наполеоновский
комплекс". Насаждать свободу и демократию он не прочь бы с помощью дубинки.
     Интеллигенция  вконец  расстроилась.  Ожил-де  дух  сталинских  времен.
Гласность --  фикция. О выступлении  Ельцина на пленуме ЦК  народу знать  не
положено. (В коротком выступлении на Московском пленуме Ельцин, как  принято
в таких  случаях, соглашался  с  критикой  и  признавал свои ошибки. Впрочем
известно, что его привезли на этот  пленум больным  -- выдернули из посели).
Явная победа антигорбачевской линии...
     Я не разделяю этого пессимизма. Ведь пленум ЦК мог снять и Горбачева, а
теперь, когда делегаты  разъехались,  власть снова в его  руках. Ельциным же
пришлось   пожертвовать   --   он  зарвался.   Решительная  смена   верхушки
партаппарата сейчас еще невозможна  (да и на кого менять?), а  резкие шаги в
этом направлении только консолидируют оппозицию. Кстати, Горбачев на пленуме
МК сказал, что знал о  намерении  Ельцина выступить против Лигачева и просил
не делать этого. Но, видимо, Борис по характеру своему -- фанат.
     Реакция общественности не была, как  обычно ранее, безгласной. Я знал о
многих коллективных письмах, адресованных ЦК в защиту Ельцина. Студенты МГУ,
несмотря на попытку  ректората помешать  этому, провели митинг и направили в
ЦК петицию за 300 подписями с требованием в порядке гласности  сообщить, что
сказал Ельцин на пленуме ЦК и в чем его "политическая ошибка".  Говорят, что
сильно  волновались и  тоже писали в ЦК  свердловчане,  у которых о  Ельцине
сохранились наилучшие воспоминания.
     Однако западные радиокомментаторы трактуют снятие Ельцина как поражение
Горбачева.  По Москве пошли слухи, что у Бориса инфаркт. Вполне возможно при
такой-то  передряге.  После  его снятия  в  райкомы  партии  срочно  вызвали
руководителей  крупных   предприятий  и  секретарей  партбюро  --  о  чем-то
инструктировали.  Все  ожидали  проведения  собраний  с  осуждением,  как  в
"лучшие" годы. Но они не состоялись. Может быть учли настроение москвичей, а
может Мишка не разрешил.
     И  вдруг через  несколько  дней  сообщение в  газетах  и по ТВ:  Ельцин
назначен  первым  заместителем  председателя  Государственного  комитета  по
строительству  (он  по  профессии  --  строитель) в  ранге министра. Вот это
номер!  Как?! Человек, осужденный партией за политическую ошибку назначается
министром? Да раньше его с такой "формулировочкой" и в  рабочие не взяли бы,
а еще раньше  --  арестовали  и отправили  "куда надо".  А  тут,  нате  вам,
здравствуйте,   --  министр!  Так  можно  больше  не  страшиться  партийного
осуждения? Ведь это же был главный  рычаг власти партии. Осужден политически
-- лишайся  работы и скажи спасибо,  если не посадят! А тут какой прецедент.
Впрочем,  может быть только для высшего слоя.  Иначе  -- целая  революция  в
нашей жизни!  В итоге Горбачев, если он действительно хочет покончить с этим
губительным всевластием партии, даже выиграл.


     14 декабря 1987 г.

     Поездка Горбачев  в  США для  подписания  договора  о ликвидации  ракет
средней дальности  ("евроракет")  и некоторых  других заранее  согласованных
документов  была, на  мой  взгляд, неудачной.  Недаром на церемонии проводов
(прямая трансляция из США) у него был весьма мрачный вид. Главное сегодня --
вопрос доверия. Чтобы его заслужить, надо было заявить о немедленном  выводе
войск из  Афганистана и  разрешить  свободную  эмиграцию  из СССР.  Не может
Горбачев пойти на  это или не хочет? Вопрос  этот для  мира, как  и для нас,
остается  без ответа. Так или иначе, но его публичные выступления на Америку
(которые слышали и мы) были полны  лжи. Вроде того, что мы  пришли на помощь
законному правительству Афганистана  по его просьбе или, что из  СССР желают
эмигрировать, но еще не получили разрешения 20  человек (!). Всем  ясно, что
это ложь.  Отсюда  недоверие  ко  всему  остальному,  в  том числе  ко  всей
кажущейся либерализации режима.
     В  результате никаких достижений на переговорах с президентом  Рейганом
относительно  экономической   помощи  (столь  необходимой  на  первом  этапе
перестройки) очевидно не было. По телевидению показывали встречу Горбачева с
американскими бизнесменами. Вид у них был довольно скептический. Так что мои
надежды  на то, что конверсию экономики нам удастся осуществить относительно
легко благодаря помощи Запада, по-видимому, не оправдаются.


     23 января 1988 г.

     На днях  опубликован  очень важный  для нашего брата интеллигента  Указ
Верховного Совета  о порядке помещения в психиатрические лечебницы. Согласно
этому указу любой больной, находящийся сейчас на принудительном лечении, или
его  родственники и адвокат могут потребовать рассмотрения в суде  вопроса о
необходимости такого лечения. Суд  вправе назначить независимую комиссию для
профессионального  заключения, в которую  истец имеет  право  ввести  одного
психиатра по своему  выбору. Новое принудительное  заключение в психбольницу
допускается только в случае угрозы для жизни окружающих или самого больного.
За безосновательное помещение в "психушку" врачи и администрация  могут быть
наказаны  тюремным заключением сроком  до двух лет и лишением права работы в
этой области.
     Таким  образом  инакомыслящие  и  диссиденты выходят  из  "психушек"  и
практика заключения туда становится противозаконной. За  этим  прогрессивным
решением последовало не менее важное второе:


     Известия 9 февраля 1988 г.

     Из опубликованного Заявления М. С. Горбачева по Афганистану

     "...Стремясь    содействовать    быстрому   и   успешному    завершению
афгано-пакистанских переговоров  в  Женеве, правительства СССР и  республики
Афганистан договорились установить конкретную  дату  начала вывода советских
войск 15 мая 1988 года и завершить их вывод в течение 10 месяцев".


     1 марта 1988 г.

     На  днях  "Известия"  опубликовала   уже   вторую  статью,  посвященную
активности черносотенной, антисемитской организации "Память". Первая  статья
(в июне прошлого года) была связана с демонстрацией , которую устроила кучка
молодчиков из  этой организации на Манежной  площади. Между прочим, их тогда
принял в здании Моссовета первый секретарь МК партии Борис Ельцин.
     На этот раз "Память" появилась на телеэкранах -- показывали собрание ее
сторонников во дворце  культуры Московского автозавода  ЗИЛ. У нее появились
уже такие защитники, как признанный и популярный писатель Валентин Распутин.
     Автор   заканчивает  эту   недавнюю   статью  таким  абзацем:  "...наша
перестройка  должна уметь  защищаться  и, наверное,  не  на  экстремистах  и
провокаторах, в какие бы одежды они не рядились,  мы должны воспитывать свое
чувство терпимости к чужому мнению, пусть отличному  от нашего. Как сказано:
ложь не может считаться точкой зрения, заведомая клевета -- мнением..."
     Я  не  разделяю  глубины  озабоченности  автора  статьи,  а  тем  более
панической  реакции  части   еврейской  интеллигенции.   Ожидают   погромов,
стремятся эмигрировать, вывезти детей. Антисемитизм имеет исторические корни
на  Украине,  где  евреи  в  прошлом  веке  были  шинкарями  и  управляющими
поместьями польских панов. Российский антисемитизм иного, правительственного
происхождения. Его зачинателем был сам Сталин (имевший свои личные  резоны),
когда  вскоре  после  войны  приказал  в  один  день  уволить  всех  евреев,
работавших в аппарате ЦК КПСС.
     "Еврейский  вопрос"  в  СССР  надо  решать  кардинально.  Такой  резерв
квалифицированных  кадров  не  используется   в  организации  и  руководстве
народным хозяйством! Евреям разрешен практически свободный выезд из  страны,
но  их следует закрепить здесь, особенно молодежь, давно уже обрусевшую. Для
этого надо во всеуслышанье, на высшем уровне назвать прошлый государственный
антисемитизм своим именем и обеспечить  невозможность его  возобновления. На
этом  направлении  тоже придется  преодолевать сопротивление  старых  кадров
партии и  государственного аппарата. Ведь они, -- или  их отцы, --  заменили
евреев, устраненных (по примеру и указанию ЦК)  в  одночасье  из  всей сферы
управления и оборонной  промышленности. Возврат туда  евреев  представит для
старых  кадров дополнительную  угрозу,  тем  более, что  именно в силу своей
отстраненности -- это заведомо не коррумпированный слой специалистов.
     Думаю, что национал-патриоты из "Памяти"  пользуются существенной, хотя
и не гласной поддержкой противников перестройки.


     11 мая 1988 г.

     Встреча  Горбачева  с  руководителями  средств  массовой  информации  и
творческих союзов

     Сначала  общая  дискуссия,  потом  выступление  Горбачева  на тему:  не
разрушаются  ли у нас сейчас  ценности  социализма? Он  с этим решительно не
согласен:
     "...сегодняшний экономический,  интеллектуальный, культурный потенциал,
накопленный  за семь десятилетий  нашей истории,  требует  от нас реализации
современной   модели   общества,    обеспечивающего   всем    своим   членам
цивилизованный  уровень жизни, многообразные возможности для  удовлетворения
духовных и культурных потребностей, свободу выражения мнений и выбора...
     Это  общество   неизбежно  будет  более  многослойным  и  многосложным,
оставаясь при  этом социалистическим,  ни  в чем не поступившимся принципами
социальной справедливости, товарищества, интернационализма".
     Итак, --  "социализм с  человеческим лицом"! Я -- за, но возможно ли  в
России? В Чехословакии  конца 60-х годов  быть может было возможно  (если бы
наши танки не раздавили эту  попытку). Но  там -- другая культура, традиции,
отношение к труду. А мы эти  семь десятилетий прожили  в такой  лжи, в таком
духовном рабстве и разгильдяйстве, что как-то неясно, чем  это мы должны "не
поступиться".


     14 июля 1988 г.

     Всесоюзная партконференция,  наконец, состоялась. Хотя состав делегатов
был   традиционным   (аппарату  удалось  отстоять   свои  позиции),  критика
деятельности   партии   была   достаточно   острой.   Дискуссия    полностью
публиковалась, а наиболее яркие ее сюжеты передавали (в записи) ежевечерне в
специальных 2-часовых программах телевидения.
     На  мой взгляд самым интересным в этой дискуссии было следующее: Говоря
о необходимости  реорганизовать  нашу политическую  систему и, в  частности,
передать  реальную  власть  Советам,  Горбачев  в  своем  докладе  предложил
рекомендовать на посты председателей Советов всех уровней первых  секретарей
парткомов  тех  же  уровней:   райкомов,  горкомов  и   обкомов  партии.   В
опубликованных задолго  до конференции (и  утвержденных ЦК) тезисах  доклада
этого не было вовсе... Некоторые депутаты выражали свое недоумение по поводу
такого предложения. Не  поняла его и  основная  масса интеллигенции.  Многие
высказывают  глубокое разочарование: только что, мол, толковали об отделении
партии  от власти в государстве и  вот пожалуйста  -- первый секретарь будет
еще  и  председателем Совета. Вся власть  будет безраздельно  в  его  руках.
"Рекомендация"  первого  секретаря  на  пост  председателя  Совета  означает
профанацию выбора.
     Между  тем,  кое-кто маневр Горбачева понял  и соответствующий  пункт в
комиссии по подготовке резолюции прошел с  трудом. Горбачеву пришлось в этом
признаться  публично  в  специальном выступлении, где  он  усиленно  убеждал
делегатов резолюцию одобрить полностью. В чем  дело?  А в том, что  избрание
первых  секретарей  председателями  соответствующих   Советов,  как  это  ни
парадоксально, действительно сильно ограничивает безусловную власть  партии:
Ведь  своего председателя депутаты Совета (в том числе и беспартийные) будут
выбирать на своей сессии тайным голосованием. Если рекомендованный секретарь
не соберет большинства  голосов (даже если будет  баллотироваться один!), то
его,  как  не  заслуживающего  доверия  народа,  придется  снять  и с  поста
секретаря соответствующего парткома. Горбачев  заявил  об этом  прямо. Таким
образом  ситуация  меняется коренным образом.  Раньше секретарь, к  примеру,
райкома партии, командуя всем и вся в своем районе, смотрел только "наверх",
боялся  только  горкома (или обкома), который единственный мог  снять  его с
должности. Теперь  он должен будет смотреть  "вниз"  --  на депутатов своего
райсовета,   которые  могут  его   не  переизбрать   или  отозвать  с  поста
председателя Совета. Это -- конец произвола, безответственного самовластия и
некомпетентного командования партаппарата.
     Между прочим, и сам Горбачев, будучи избранным Председателем Президиума
Верховного  Совета  СССР, получит всю  законную полноту  власти в  стране  и
сможет не опасаться своего смещения на любом пленуме ЦК, как это случилось с
Хрущевым.  Конечно,  реализация  всего  этого  порядка  зависит  от  степени
развития демократии и самостоятельности будущих депутатов Советов. Но вполне
реальный и мирный способ ограничения власти  одной партии найден. Через него
открывается перспектива  и  постепенного перехода  к многопартийной  системе
выборов всех органов советской власти. (Неужто доживем?).
     Впрочем,  как  всегда, в этой перспективе прячется и оборотная  сторона
медали. Если  в  будущем КПСС вообще лишится власти, и на местах она целиком
перейдет к  советам  или  другим демократически  избранным органам, то может
статься,  что  во главе  этих органов окажутся  бывшие  партийные  секретари
старого  закала.  Отнюдь  не изменившие своего  мировоззрения и  даже,  быть
может,  жаждущие   возврата   прежней  системы,   поскольку  демократия   не
предоставит им былого всемогущества.


     21 июля 1988 г.

     Президиум  Верховного  Совета  обсуждал  проблему  Нагорного  Карабаха.
Проблема  возникла  уже довольно давно,  но суть ее  выходит за рамки  нашей
тематики.  Коротко  дело  в том, что эта  горная  область  входит  в  состав
Азербайджана,  а  населена,  в  основном,  армянами. Последних  основательно
притесняли  азербайджанские  наместники.  Армяне   Карабаха   возмутились  и
потребовали независимости,  а затем и присоединения к Армении. В  Ереване их
горячо поддерживают и создали даже движение "Карабах". Конфликт то тлеет, то
вспыхивает  насилием.  Его  долго игнорировали  московские  власти,  но  вот
пришлось  все-таки  обсудить  на  высоком  уровне.  Заседание показывали  по
телевидению  и мне здесь  хочется  записать впечатление  от поведения на нем
Горбачева.
     Армяне требовали передачи Карабаха Армении. Члены Президиума возражали,
что  неконституционное   решение  о  передаче  (без  согласия  Азербайджана)
повлечет за собой аналогичные претензии в других местах Союза.
     Общая  тональность  обсуждения,  особенно   в  репликах  и  выступлении
Горбачева,  была  скорее  антиармянская.  Массовые  волнения  в Ереване,  --
митинги  с  сотнями  тысяч участников,  забастовки, --  старались  приписать
подстрекательству экстремистов и  местных коррупционеров, стремящихся  таким
образом "отвлечь от себя внимание". (Когда же наконец наши власти перестанут
считать народ быдлом, которым обязательно кто-то помыкает?)
     На заседании выяснилось,  что  насчет такта и культуры общения у нашего
лидера  дела  обстоят  неважно.  Его  манера  перебивать  выступающих своими
тирадами  и  риторическими  вопросами,  на  которые он  не дает  возможности
ответить, выглядит  преотвратительно! Да где ему  было  почерпнуть  культуры
общения?  Питомец партийной номенклатуры!  Там стиль  начальственного окрика
культивировался еще  со сталинских времен. Тревожно то, что в этом поведении
"творца  перестройки" проглядывают ростки нового культа личности вождя.  Вот
вам и  демократия!  А  вот  и  гласность:  поначалу  пресса замалчивала  все
происходящее и, в частности, кровавую расправу с армянами в Сумгаите. Потом,
того лучше, пыталась свалить все на каких-то хулиганов.
     И  у  самого  Горбачева  не  хватило  ума  хотя  бы  публично  выразить
соболезнование семьям погибших...  "Дурак ты, Федя!" Спасибо, что сменил  на
посту  главы  государства  этих   бандитов  и  маразматиков,   но,  все-таки
руководить такой страной тебе не по мозгам.
     Вчера  телевидение показало гигантский  митинг в Ереване. Руководителям
республики  не дали  говорить.  Конечно, если бы  наш  лидер  был  на уровне
западных  руководителей государств,  он  сам бы прилетел в Ереван и вышел на
помост перед  толпой  на площади. Даже,  если  бы  ему  не дали  возможности
сказать  что-то  в  поддержку  принятых  половинчатых  решений  и  он, пожав
плечами, удалился, это все равно был бы акт мужества и уважения к народу. Но
где  ему  до  этого  подняться?  Боюсь, что  мои  надежды,  связанные  с его
избранием в генсеки, будут обмануты.


     2 октября 1988 г.

     В  августе-сентябре  Горбачев  был  в  отъезде.   Оппозиция  перешла  в
контратаку. Лигачев поехал по провинциям, его встречи и выступления необычно
щедро показывало  телевидение. Пресса, даже включая "Огонек" и  "Литгазету",
сбавила тон  и от сенсационных разоблачений явно воздерживалась. "Память"  в
Ленинграде провела несколько активных  демаршей  и власти этому не мешали. В
то  же  время  в  Москве  митинг  на  Пушкинской   площади  (не  разрешенный
Моссоветом) весьма энергично разогнало впервые появившееся отделение милиции
особого назначения (ОМОН), специально для этого предназначенное -- в касках,
со щитами и дубинками.
     В августе ЦК выпустил инструкцию  по проведению перевыборной кампании в
партии.   В  ней  сохранен  прежних  порядок  --  избранными  считаются  все
кандидаты, набравшие более 50% голосов.
     Все это на  фоне буксующей  перестройки экономики,  ухудшения снабжения
товарами   народного   потребления  и  продовольствием,   попыток  придушить
кооперацию высокими налогами.
     В  конце  сентября  Горбачев  появился.  Последовал  мощный  контрудар.
Позавчера внезапно был  созван  пленум  ЦК. На пенсию  отправились  Громыко,
Соломенцев,  Долгих  и  Капитонов.  Вчера  так   же  молниеносно   созванная
внеочередная  сессия  Верховного  Совета  избрала  Горбачева   Председателем
Президиума  ВС.  Его первым  заместителем избран  некто Лукьянов --  человек
новый.  Чебриков  снят  с поста  председателя  КГБ,  на его  место  назначен
Крючков, заместитель Чебрикова.
     При  ЦК   образовано  шесть   специализированных  комиссий   по  разным
"политикам":     правовой,      социально-экономической,      международной,
идеологической,  кадровой  и  аграрной.   Председателем  последней  назначен
Лигачев. Для  него  это  -- резкое понижение.  Он ведь  был секретарем ЦК по
идеологии  и  ведал  кадрами  партаппарата.  По традиции --  второе  место в
партийной иерархии после генсека. Теперь идеология и кадры разнесены по двум
комиссиям,  а Лигачев  либо будет вынужден проводить эффективную перестройку
сельского  хозяйства  (как?),  либо  будет  отправлен  на   пенсию,  как  не
справившийся с этой работой. Пресса от его давления освобождается.
     Президиум   Верховного   Совета  был  до  сих   пор   структурой  чисто
представительской, поскольку все вопросы решало  Политбюро ЦК. Теперь, когда
во  главе  Президиума  --  генсек,  обладающий  к  тому  же  большинством  в
обновленном  Политбюро,  Президиум  ВС приобретает  реальную  власть.  Итак,
ответный мяч  забит в ворота противника. Посмотрим, как  пойдет игра дальше.
Пока что продуктов на полках  нет, а без этого не выиграть.  Надо  полагать,
что сей  Крючков -- человек  Горбачева  и КГБ у него  в руках. Это -- фактор
существенный, но без перелома в экономике политическая перестройка  общества
не пойдет...
     Между  прочим,  в печати  появляется  все  больше  материалов о "мафии"
(организованной  преступности).  Она  уже  совершила   свою   перестройку  и
организовала рэкет новорожденных кооперативов. Интересно, справится ли с ней
система?


     Известия 22 октября 1988 г.

     Опубликован проект Закона об изменениях в Конституции СССР. По существу
дела  предлагается  совсем  новая  система власти. Вот краткое  изложение ее
особенностей:
     Из ст. 108: Высший орган власти -- Съезд Народных депутатов СССР.
     ...Только он  может  принимать  или  изменять  Конституцию СССР, решать
вопросы состава СССР и границ союзных республик.
     ...Съезд из  числа своих делегатов  путем  тайного голосования избирает
Верховный Совет  СССР  (ВС),  Председателя  ВС и  его заместителя,  а  также
Комитет Конституционного надзора.
     ...Съезд, по представлению ВС утверждает Председателя Совета министров,
Генерального прокурора и Председателя Комиссии народного контроля.
     ...Съезд принимает решение о проведении всенародного референдума.
     ...Все свои  решения Съезд принимает простым  большинством  голосов  от
общего числа Народных депутатов СССР.
     Из ст. 109: Это число  ровно 2250 человек (!). Из них 750 -- избираются
по одинаковым  по числу  избирателей "территориальным" округам,  на  которые
будет разбита вся территория СССР. (1 человек от каждого  округа). 750 -- по
"национально-территориальным"  округам из расчета: по 32 человека  от каждой
союзной  республики  (независимо от числа ее  жителей), по  11 человек -- от
автономных республик и 5 -- от автономных областей.
     750   человек  должны   быть   избраны  от   общесоюзных   общественных
организаций, в том числе:
     по 100 человек от КПСС, профсоюзов и колхозников,
     по 75  --  от ВЛКСМ, женщин,  научных  работников, творческих  союзов и
других организаций.
     Из  ст.  111:  Верховный  Совет  работает постоянно.  Он созывает Съезд
народных депутатов. На  очередные  заседания -- 1 раз в год, на внеочередные
--  по своему  усмотрению. ВС  состоит из двух  палат:  Совет Союза образуют
депутаты,   избранные   по  территориальным  округам   и   от   общественных
организаций.  Совет   Национальностей   образуют   депутаты,   избранные  по
национально-территориальным округам. Общая численность ВС -- 450 человек. На
раздельных  или  совместных заседаниях своих палат  простым  голосованием ВС
принимает   Законы  СССР,  назначает  Председателя   Совета   Министров   (с
последующим утверждением) и, по его представлению, -- весь состав Совмина, а
также высшее командование вооруженных сил.
     Раз в 5 лет ВС назначает и проводит перевыборы Народных  депутатов СССР
(на их Съезд).


     Известия 23 октября 1988 г.

     Опубликован  проект  Закона  о  выборах  Народных  депутатов СССР,  где
подробно расписана вся процедура выборов. Самое существенное, на мой взгляд,
в этом законе:
     Ст.  9  Право  выдвижения  кандидатов  по  избирательным округам  имеют
трудовые коллективы,  общественные  организации, собрания  граждан по  месту
жительства, военнослужащих -- по воинским частям. Кандидатов от общественных
организаций  выдвигают их общесоюзные  органы с учетом  (?)  мнения  низовых
коллективов этих организаций.
     Число кандидатов в Народные депутаты не ограничивается. В избирательные
бюллетени включаются,  как правило,  большее число  кандидатов,  чем имеется
мест.

     (Лазейка  "как правило" оставлена  в тексте проекта для тех "ревнителей
старины"  на местах,  которые  ухитрятся ограничить выбор своих  избирателей
единственным кандидатом)



     Известия 2 ноября 1988 г.

     Под заголовком "Больше  демократии  --  меньше тайн" публикуется запись
беседы с начальником Главлита СССР В. А. Болдыревым. Из  его  слов  следует,
что  перечень  сведений,  запрещенных  для  публикации  сокращен  на  треть.
Сокращение продолжается...
     Работа  по  передаче  книг  из  "спецхранов"  в  общие  фонды библиотек
закончена. Рассмотрены все книги, изданные за годы Советской власти. В общие
фондов возвращено  более семи  с половиной тысяч названий  книг. В спецхране
осталось около четырехсот.
     Вскоре появятся  в  свободной  продаже  ведущие  периодические  издания
капиталистических стран.


     4 декабря 1988 г.

     Выборы первых Народных депутатов назначены на 26 марта 1989 года. Между
тем, опубликован Закон о выборах. По  сравнению  с ранее упомянутым проектом
этого Закона внесено  одно,  на  первый  взгляд  рациональное,  но "опасное"
положение об Окружном предвыборном собрании. Оно может проводиться, если  на
одно место выдвинуто слишком  много кандидатов в целях  сокращения их списка
(то есть исключения из него части выдвинутым народом кандидатов).  Участники
окружных   собраний  делегируются   трудовыми   коллективами,  общественными
организациями,  собраниями избирателей,  но  так,  чтобы  не  менее половины
участников  окружного  собрания  были избирателями данного округа.  (Кто это
будет обеспечивать и корректировать? Райкомы партии? Райисполкомы?)
     Окружное предвыборное  собрание не обязано сокращать  список кандидатов
-- никакой  нормы на  этот счет не вводится. Но ловкое  местное  начальство,
контролируя состав собрания, может добиться исключения  из списка  неугодных
кандидатов! Выбор всего народа подменяется  выбором собрания неких не вполне
определенных   его   представителей.  Явная   лазейка   для   властей,  ныне
предержащих!


     12 декабря 1988 г.

     Оставаясь в  рамках основной  темы, выбранной для  этих записок,  я  не
воспроизвожу мои записи об ужасном землетрясении, случившемся в Армении 7-го
числа утром. Но  один  эпизод , относящийся  к  нашему первому  реформатору,
считаю  нужным  отметить.  В этот  злополучный  день  Горбачев  находился  в
Нью-Йорке, на сессии  ООН. Он  отменил всю свою  программу, кроме  встречи с
новоизбранным президентом  Рейганом, и  9-го числа возвратился  в Москву. На
следующее утро вылетел в Ереван.
     Осмотрев руины  начисто разрушенного города Спитак, Горби в Ереване дал
обширное  интервью московским и армянским журналистам.  Затратив необходимое
количество  слов  на  описание   впечатления,  которое   произвели  на  него
разрушения  города и  страдания  его жителей,  он счел  уместным  перейти  к
выражению своего возмущения по поводу того, что кто-то накануне спросил его,
как будут налаживаться отношения Москвы с комитетом "Карабах". Согласен, что
вопрос неуместен (фанатизм искони бывает слеп),  но вряд ли  стоило  об этом
распространяться на  полторы газетные  колонки.  Ведь получать  политические
дивиденды   в   этой   ситуации   тоже   не   уместно.   Миша   пустился   в
разглагольствования  о  том,  что  борьбу  за  Нагорный  Карабах  используют
политические демагоги, авантюристы и коррупционеры:
     "Им  Карабах  давно  не нужен,  --  вещал  он, -- и  никогда  он  их не
тревожил.  Они  ведут борьбу  за власть,  им  нужно  сохранить власть.  Всех
цеховиков, всех  ворюг, которые на шее  у рабочего класса, у крестьянства, у
интеллигенции сидят". Зря он так!


     Известия 16--18 января 1989 г.

     Большая, на  3 номера статья  Бориса  Васильева (автор повести  "А зори
здесь тихие") "Люби Россию в непогоду"

     "Единственный способ  развития личной нравственности есть  впитывание в
себя, в  подсознание  основополагающих  ее  ценностей...  Нравственность  не
охраняется государством, и  тем не менее, государство без нравственности  --
нонсенс.  Нравственность  защищает нас  сегодня  уже не от внешних сил, а от
самих себя.  Однако слой ее  столь тонок, столь  уязвим, столь подвержен как
внутренней  коррозии,  так  и  внешнему окислению, что она сама нуждается  в
каждодневном наращивании, укреплении,  очищении...  Нам надо  осознать каким
золотым запасом нравственности мы  обладаем.  Я просто напомню читателю, что
честь и благородство не являлись прерогативой дворянства, а были  достоянием
всенародной нравственности".
     Далее  автор   совершает  довольно   подробный   экскурс  в  российскую
нравственную  историю  от  Веры  Засулич  до  событий в  Нагорном  Карабахе.
Заключает свою статью так:
     "Да,  главари взорвали  цитадель  нашей нравственности, но  ведь  камни
разбрасывали мы, всем миром, с энтузиазмом и песнями.  Пришло время собирать
эти  камни, и пусть  у  кого-то хватит  сил хотя бы  на  одно доброе дело --
скажем ему спасибо.
     Пора научиться  жить по принципу:  стократно воздается каждому за добро
его".





     30 января 1989 г.

     Выдвижение В. А. Коротича кандидатом в Народные депутаты

     Кандидатуру  главного  редактора  самого радикального  демократического
журнала "Огонек" сначала провалили в Союзе журналистов. Тогда  его выдвинула
некая инициативная группа от населения двух центральных районов Москвы.
     Собрание избирателей было назначение на 9 января. Для его правомочности
должно   было  явиться  не  менее  500   человек.  Подступы   к  отведенному
райисполкомом залу клуба газеты "Правда" пикетировали  молодчики из общества
"Память". Они  угрожали идущим на собрание.  Многие вернулись.  В результате
кворум не собрался и собрание было распущено. Об этом стало  широко известно
из соответствующей публикации в "Огоньке".
     Тогда другая инициативная группа решила повторить попытку. В  райсовете
им отказали,  но  после  жалобы в  Моссовет  выделили зал  в Центре обучения
профдвижения, неподалеку от станции метро  "Щербаковская". Назначили день 24
января  --  последний, разрешенный для  выдвижения  кандидатов.  Кроме  того
предложили на  том же  собрании в качестве  конкурентов рассмотреть еще две,
уже  выдвинутых  от  своих  учреждений  кандидатуры:  директора  крупнейшего
предприятия  "Квант",  Скокова,  и директора  больницы имени Склифосовского.
Информацию об этих двух кандидатах распространяли их организации, оснащенные
множительной  техникой.  О   выдвижении  Коротича  его  активисты  оповещали
объявлениями,  напечатанными  на  пишущей машинке,  которые  "прикнопили"  в
подъездах близлежащих домов.  А также по телефону всем знакомым, проживающим
в  тех  же  двух  районах.   23-го  вечером  о   собрании  сообщали   людям,
возвращавшимся с работы, на выходе  станции метро "Щербаковская".  Туда же с
агрессивными намерениями заявились и молодцы из "Памяти". Пришлось вмешаться
милиции.
     Еще  13-го  января  мне  позвонил  Лев  Осипович  Животовский, один  из
организаторов предстоящего собрания. В этот день, в годовщину нашего первого
урока, ко  мне  по традиции приходят бывшие  ученики из 179 школы. Сейчас им
уже  по  25 лет, они окончили ВУЗ'ы и работают. Мы решили образовать "боевой
отряд"  для  подавления  активистов  "Памяти"  в  случае  повторения попытки
сорвать собрание. Вообще-то говоря, никто из нас не  живет в тех районах, но
-- дело  общее! Собрание 24-го числа  было назначено  на 6 часов вечера.  Мы
договорились встретиться  у  выхода из метро в  пять. Не все смогли удрать с
работы так рано, тем не менее съехалось 15 человек ребят.
     О  степени нашего незнания  истинного  состояния общества говорит такой
курьезный  факт. Мы были готовы не только к кулачному  бою, но и к тому, что
"противник"   может  использовать  ножи.   Сами   мы  от   этого  отказались
принципиально.  Поэтому договорились,  что все (и я в  том числе) закрепят с
опорой  на внутренний карман  пиджака металлическую  пластинку, прикрывающую
левую сторону груди.
     В четверть шестого мы выступили "на  поле боя". Однако на всем  пути до
места  собрания  нам не встретился  ни  один пикетчик (наверное, милиция  им
пригрозила), а народ в том же направлении, что и мы, шел довольно густо.
     Прибыв на  место, обнаружили, что ворота  ограды заперты,  и перед ними
быстро   нарастает  толпа,  состоящая,  судя  по  репликам,  из  сторонников
Коротича. Подъехала машина, в которой находился  знаменитый окулист  Федоров
--  он  был  одним  из  тех,  кто должен был представлять  Коротича.  Ворота
открыли, и  вслед  за Федоровым  толпа  прорвалась  во  двор. Там находилось
человек  пять милиционеров  и  милицейская машина с громкоговорителем. Двери
здания  были заперты. По своему "матюгальнику" милиционеры объявили, что зал
заполнен до  отказа.  Просили  не  высаживать  мощные  стеклянные  двери,  а
выделить  уполномоченного,  которого проведут  внутрь  и  покажут,  что  зал
действительно полон. Еще через десять минут объявили, что выделен второй зал
на  850 мест в научном институте, расположенном неподалеку. (Не  знаешь чему
удивляться:  могуществу  народного   движения   или  оперативности  районных
властей).
     Я  повел  свой  "отряд"  в этот второй  зал.  Потом  Лев  Осипович  мне
рассказал, что  в  основном здании  толпа все же ухитрилась  снять  с петель
дверь "черного хода" и проникнуть в здание. Зал был  действительно  забит до
отказа и народ все собрание толпился в фойе, благо оно было радиофицировано.
Собрание проходило организованно.  Самого  Коротича не  было -- он в  США на
инаугурации  президента  Буша.  Кроме  Федорова  его представляли  Адамович,
Карякин и Евтушенко. Выступление Скокова вызвало всеобщее одобрение, но было
известно, что он уже  выдвинут.  Началось  голосование.  Жителям районов  по
предъявлению  паспорта  выдавали зеленые  кусочки  картона  (собралось около
тысячи  человек). Потом  по  залу  и  фойе  носили  три  коробки  (по  числу
кандидатов), куда  голосующие бросали  эти кусочки картона. В президиуме  их
прилюдно считали. За  Коротича было подано примерно 750 голосов,  за Скокова
--  около 150, а за  директора больницы -- совсем мало.  С полсотни кусочков
недосчитались: то ли потеряли, то ли унесли как сувениры.
     Некая команда из  "Памяти" (человек 20--30) в  зале все-таки оказалась.
Они было подняли  два плаката против Коротича. Зал затопал, засвистел,  стал
сканировать "Долой!"  Таким  образом  реванш  у  "Памяти"  был  взят  весьма
убедительный.
     Второй зал к четверти седьмого был  тоже  заполнен.  Здесь собрание вел
председатель  окружной  избирательной  комиссии  --  он  все  беспокоился  о
неукоснительном  соблюдении демократической процедуры.  Поэтому  кроме  трех
первоначальных здесь  было предложено еще три кандидатуры. В  их числе Борис
Ельцин, которого, как мученика и жертву партийной бюрократии, выдвинули чуть
ли не  во  всех избирательных округах  Москвы. Некая  дама  из  инициативной
группы  Коротича  потребовала, чтобы  наше собрание подождало,  пока  она из
первого  зала  приведет  авторитетных  его сторонников для  представления, в
котором, разумеется, не было никакой нужды. Ожидание  длилось  часа полтора.
Все это время в зале царила  сплошная сумятица. Поначалу вели регистрацию по
паспортам  и выдавали  зеленые  карточки. Потом запас их истощился. Какие-то
энергичные люди добыли пачки белых листков  и стали их  раздавать, предлагая
каждому написать фамилию, инициалы  и номер паспорта. Нашелся юрист, который
объяснил, что все это  будет  недействительно, так как нет времени проверить
записи по адресам -- срок сдачи протокола истекает в полночь (Что происходит
в основном собрании никто еще не знал).
     Толпа набилась в зал,  стояли в проходах. Все  в пальто -- зима! Шум --
невообразимый. К  стоящему у  сцены зала микрофону рвались  ошалелые  люди и
либо спорили о процедуре голосования,  либо говорили о сущих  пустяках. Одна
дама настоятельно требовала, чтобы заменили тополя  на проспекте Мира  -- от
них в комнаты летит пух!! (Это -- наследие прошлой системы. Во время выборов
многие старались добиться для себя чего-нибудь конкретного).
     Другая  дама  попыталась  сказать   что-то  против  Коротича   (отказал
напечатать в журнале). Ее прогнали  всеобщим  криком. По настроению зала все
было  ясно, а представители  Коротича  все  не появлялись.  Наконец  пришли:
журналист  Карякин  и  поэт  Евтушенко.  Они  говорили  о Коротиче  сбивчиво
(устали!), но горячо. Им дружно аплодировали. Евтушенко  передал собравшимся
привет от первого зала и сообщил, что там все идет как надо, чем вызвал бурю
восторга.
     Однако процедура голосования в нашем зале была довольно сомнительной. В
протоколе  должно  быть  точно  указано  число  присутствующих на  собрании.
Председательствующий  предложил:  "Будем  считать,  что нас тысяча человек".
Слава богу, что сам он -- глава окружной комиссии.  Иначе все собрание могло
быть опротестовано. Голосование было открытым.  Оказалось, что за  Скокова в
этом  зале поднялось только  17  рук, за "Склифосовского" --  4, еще за двух
кандидатов  --  по  2.  Остались  Коротич   и  Ельцин.  Могли  бы  случиться
осложнения, но  молодой человек, предложивший Ельцина, взял свое предложение
обратно. С полным единодушием и восторгом зал проголосовал за Коротича!
     Важно то, что он выдвинут народом (две тысячи голосов в масштабе района
-- не пустяк) вопреки Союзу журналистов, сопротивлению райисполкома и  угроз
"памятьников".
     Люди впервые начинают ощущать  силу и сладость демократии! А ведь  если
бы не  крошечная  вторая инициативная  группа,  то Коротич  был бы провален,
либералы  бы  приуныли, а  власти и черносотенцы --  торжествовали. Неплохой
урок  для  демократов: не следует  ожидать стихийного волеизъявления народа,
следует организовывать  (а  если  надо,  то и  защищать) возможность  такого
волеизъявления. Кстати  о "народе". Здесь 99% это  была интеллигенция. Много
пожилых людей. Не  только  потому, что время  начала собрания неудобное -- 6
часов в рабочий  день.  Но и потому, что эти люди пережили  сталинщину и все
последующее -- поэтому так горячо поддерживают "Огонек". Подписка на него за
один год удвоилась и перевалила за 3 миллиона.
     Расходились  в  приподнятом  настроении, хотя  было  уже около 10 часов
вечера. Мои "мальчики"  пробыли до  конца.  Хотя  наша решимость и кулаки не
понадобились, для них, только еще вступающих в жизнь, случившееся -- хороший
пример могущества общественного мнения.


     31 января 1989 г.

     На семинаре секретарей первичных парторганизаций Гагаринского района

     На оный семинар от нашей "территориальной" парторганизации микрорайона,
то  бишь  от пенсионеров, я отправился  вместо секретаря  партбюро,  пожилой
дамы,  по  ее  просьбе.  Мне  было  интересно  разглядеть  вблизи  партийных
аппаратчиков  среднего,  районного   звена  времен   "перестройки".  Семинар
представлял  собой, в  основном, серию лекций, которые в  течение  трех дней
читались  на высшем уровне -- профессорами Академии Общественных наук при ЦК
КПСС.  Она  располагается на  территории  нашего  района.  Кроме  того  были
намечены  встречи: с сотрудниками  аппарата идеологического отдела МК КПСС и
со вторым секретарем МК Андрияновой. Вот наиболее интересные из впечатлений.
     Сначала об аудитории. Человек  двести. Среди них немало "освобожденных"
секретарей  парткомов крупных предприятий, закрытый НИИ и ВУЗ'ов.  Остальные
-- не освобожденные от основной работы секретари малых парторганизаций. Судя
по  последующим  вопросам  докладчикам, репликам  и разговорам  в  кулуарах,
примерно половина  --  консерваторы. Можно было  услышать: "Огонек -- гнездо
антисоветчиков", "Защитите нас от  нападок прессы"  или даже: "Дело дошло до
открытых  разговоров на улице --  расстрелять всех коммунистов" (я такого ни
разу не слышал) и тому подобное...  Другая половина  --  нормально мыслящие.
Кое-кто перед началом лекции, не таясь, читает тот же "Огонек".
     В одной  из кулуарных  дискуссий, возникшей  после бездарной  лекции  о
межнациональных отношениях,  мужчина средних лет,  явно  рабочей внешности и
русский (он это сам сказал) говорит примерно так: "Евреи  живут и работают с
нами, разговаривают только по-русски,  русскую литературу знают лучше нас, а
им  все пишут  в  паспорте  "еврей" и  не  принимают  на работу  в  закрытые
предприятия. Зачем это надо? Каждый пусть выбирает свою национальность". Его
собеседник,  молодой парень с комсомольским значком,  наверное освобожденный
секретарь комсомольской организации ВУЗ'а:  "Вообще надо убрать из паспортов
национальность. Писать  просто гражданин  СССР,  как в США.  Желающие  могут
создавать   национальные   товарищества.   Для   ребят-евреев   ограничивают
возможность поступления в некоторые ВУЗ'ы".
     Раз уж я коснулся  этой темы, отвлекусь на минуту для одного  забавного
эпизода  из  личной практики.  Я  вступал в партию в 1943 году  и, поскольку
выйти  из  нее без  очень существенного ущерба  для основной полезной работы
нельзя,  пребываю  в ее  рядах до сих  пор.  А следовательно,  должен  нести
"партийную  нагрузку".  В  качестве таковой  я  выбрал поручение  руководить
политкружком  рабочих из  мастерской нашего научного Института. Занимаюсь  с
ними еженедельно уже много лет. Относятся ко мне превосходно, и обсуждаем мы
с ними порой довольно щекотливые вопросы,  причем я стараюсь, чтобы побольше
говорили  они сами.  Когда  недавно  началась  массовая эмиграция евреев, мы
обсудили  и эту проблему. После полуторачасовой дискуссии мои "работяги" без
всякой моей подсказки приняли такое постановление:  "В течение полугода всем
евреям разрешить  выехать  без  всяких  проволочек.  После  этого  срока  --
запретить  -- как всем  остальным  гражданам. Но зато под страхом уголовного
наказания запретить и все  ограничения при приеме на любую секретную работу,
в руководящие органы, в ВУЗ'ы и так далее"... Но вернусь к нашему семинару.
     Сначала  о  лекциях.   Бoльшую  их  часть  читали  пожилые   краснобаи,
надергавшие цитат из Маркса  и  Ленина,  соответствующих духу "перестройки".
Ясно было,  что точно так  же  они манипулировали  цитатами противоположного
смысла  в  еще  недавние  времена.  Вместе  Татьяны  Заславской,  которая  с
сердечным  приступом  слегла в больницу (после  того, как  ее  "прокатили" в
ВЦСПС при  выдвижении кандидатов в Народные  депутаты), лекцию о результатах
социологических  исследований читал профессор Грушин. Тоже болтун.  Впрочем,
сказал  любопытную  фразу:  "Основным  тормозом   перестройки  является   не
бюрократия и управленцы, а активное нежелание масс народа идти на перемены".
Правда,  о  степени осведомленности  и ответственности  лектора  говорит  то
обстоятельство, что  в  качестве  примера  острых столкновений в обществе он
сообщил,  что 24-го января "Памяти" удалось провалить  выдвижение в депутаты
Коротича (лекцию он  читал 26-го). Пришлось мне ему, а заодно  и  слушателям
лекции,  сообщить,  что дело  обстоит как  раз наоборот. Он, не  смутившись,
сказал: "Я там не был, мне так сообщили" (!)
     Интересной  и дельной  была  лекция  профессора  АОН Шверкова  на  тему
"Перестройка  методов хозяйственной деятельности".  Он настроен радикально и
весьма критически  к  нынешней практике  перестройки. Вот несколько наиболее
интересных высказываний и цифр (я записывал -- тезисы).
     "...Социалистическая    собственность    --    достояние    трудящихся.
Собственность -- это владение, пользование и распоряжение. Последнюю функцию
узурпировало государство,  то есть аппарат управления.  Вернуть ее обществу!
Но  как?  Отдать  целиком  рабочим коллективам? Групповой эгоизм, монополия,
повышение  цен,  социальные проблемы...  Быть может следует  законодательным
путем закрепить распоряжение частью продукта (~20%) за Госпланом -- на нужды
общества в целом,  другой частью -- за ведомствами и регионами, а наибольшей
частью за самими  производителями  для  реализации  на свободном  рынке.  На
соотношение производительности труда и заработной  платы центральный аппарат
государства  может   влиять  через   управление  условиями  функционирования
самостоятельных предприятий: налоги, кредиты, долгосрочные  госзаказы. Нужны
новые  люди  и  новые  методы  работы.  Менеджеры... Декларации  о  доходах.
Всеобъемлющая налоговая инспекция западного типа и т. д.
     Любопытные   цифры.  В  первые  пятилетки  производилось  примерно  0,5
миллиона наименований продукции. 80% квалифицированных специалистов работала
в аппарате Госплана. С издержками  и потерями, но система  централизованного
управления  работала.  Сейчас  это  невозможно.  27  миллионов  наименований
продукции.  Лишь 20%  квалифицированных  специалистов работает в центральном
аппарате,  80% --  непосредственно  в  народном  хозяйстве.  Решения  должны
приниматься не в центре, а в самой производительной сфере..."
     Вопрос  из зала:  "Не  ошибка ли  уходить от колхозной собственности  к
фермерской?"  Ответ: "Хорошим  колхозам это и  не нужно делать.  Но их мало.
Там,  где  дело  развалено,  следует   вернуться   к  исходному  пункту   --
рентабельному  индивидуальному   хозяйству.   Потом   эти   хозяйства  могут
добровольно  объединяться  в  разного рода  кооперативы:  производственные и
сбытовые. Государство и местные Советы должны решать проблемы дорог, складов
и рыночных помещений. Надо отказаться от распределения  сельскохозяйственной
продукции  из центра. Прямая связь производителей с госторговлей наряду с их
правом самим выходить на рынок..."
     ...Спрашиваю себя:  а  где же  роль партии, где сельские  райкомы? Ведь
лектор из Академии общественных наук при ЦК КПСС! Чудеса твои, Господи!..
     Еще интереснее была лекция некоего молодого лектора из той  же Академии
о международном положении Советского  Союза.  Начало не слушал, полагая, что
речь  пойдет  о  "мирных  инициативах  СССР" и  разоружении.  Пока  вдруг не
"просек", что лектор говорит  нечто невообразимое. А именно о том, что имеет
(пишу  по  памяти)  наш  социализм  по  сравнению  с капитализмом.  Попробую
восстановить по пунктам сравнения.
     1.  Производительность  труда  --  в  2--3  раза ниже, чем  в передовых
капиталистических странах.
     2. Уровень жизни -- СССР на 32-м месте в мире.
     3. Низкая квартплата? Но у нас в среднем  7 квадратных метров на одного
жителя, а в США -- 40 метров.
     4. Бесплатное образование?  На Западе в средней (государственной) школе
тоже бесплатное. В  высшей -- хотя и платное, но система  стипендий, льгот и
фондов   помощи   такова,   что   любой   способный   молодой   человек   из
малообеспеченной семьи может учиться бесплатно.
     5.  Бесплатное здравоохранение?  Но  система  медицинского  страхования
обеспечивает  фактически  бесплатное  лечение  и  лекарства, а взносы на это
страхование (половину  их вносит  работодатель) не снижают высоту жизненного
уровня.
     6. Безработица? На  Западе не работают главным образом те, кто не может
в силу низкого общего (школьного)  образования или не  хочет (старше 40 лет)
пройти  оплачиваемую  государством  переквалификацию  после  сокращения  или
реорганизации данной  отрасли производства. Эти люди  предпочитают  жить  на
пособие  по   безработице  или   случайными   заработками.  В  то  же  время
развивающиеся  новые  отрасли  нуждаются  в  рабочей  силе,  но, разумеется,
соответственно квалифицированной.
     Итог:  социализм  проигрывает  капитализму  по  всем  статьям,  включая
социальное обеспечение  трудящихся. И это говорится на  совещании секретарей
партийных организаций в райкоме партии!! Не кошмарный ли это сон?..
     Вопрос  из зала:  "Зачем же было делать  революцию?" Неожиданный ответ:
"Заслуга  нашей революции в том, что она дала  толчок социальному развитию в
капиталистических странах.  После революции и победы над фашизмом капитализм
всерьез  принял  вызов  социализма.  На  Западе  началось  быстрое  развитие
социальной сферы в то время, как мы топтались на месте. Теперь  наш  импульс
должен  вернуться  к  нам.  Следует  позаимствовать  у капитализма его  опыт
организации  экономики и  социальной сферы.  А также воспользоваться  прямой
экономической  помощью   на  базе  отказа  от  конфронтации,  прогрессивного
разоружения  и  международного  сотрудничества.  Эпоха  революций кончилась.
Революция  --   средство  преобразования  экономически  отсталых  стран.  Не
исключено,   что   переход   к   коммунистической   формации   (каждому   по
потребностям!)  возможен  прямо  от  капитализма,  минуя стадию  социализма,
характерную для слаборазвитых стран".
     (Кошмар!! Все сидим обалдевшие.)
     А  молодой лектор продолжает: "Наше отношение к социал-демократии  было
ошибочным. Страны, развивавшиеся не революционным,  а социал-демократическим
путем  (Швеция,  Финляндия, Дания и другие)  далеко  обогнали нас  в степени
развития социализма. Сейчас налаживаются контакты с социнтернационалом..."
     И так далее, в том же духе. Полное ниспровержение всех канонов, которые
нам  вдалбливали  в  течение 70  лет.  И все это в стенах районного комитета
партии!
     Но,  пожалуй, самое  сильное впечатление оставила встреча с работниками
аппарата идеологического отдела МК. Поясню структуру руководства идеологией.
2-й  секретарь  горкома  партии и  его заместитель формируют "идеологическую
комиссию" из числа членов МК. Большинство этих последних работает в народном
хозяйстве или  учебных заведениях города и  потому комиссия собирается  лишь
периодически,  обсуждая  текущие задачи идеологической  работы.  Решением же
этих задач в горкоме  и  "на местах"  под наблюдением  2-го секретаря  занят
наемный штат профессиональных партаппаратчиков ("инструкторы" и  проч.). Это
и есть идеологический отдел. Его  сотрудники не избираются и членами горкома
не являются,  но  все  руководство идеологией в городе  лежит  на их плечах.
После только  что прошедшей городской  партконференции,  как  нам  сообщили,
отдел сократили на 100 человек (~ 30%) и на три четверти сменили (!)...
     И вот перед нами  6 человек из этого отдела -- молодых, по виду и языку
интеллигентных людей, в течение двух часов отвечающих на любые наши вопросы.
Не стесняются говорить,  что в некоторых случаях  не  знают, как  поступить,
ищут.  Не боятся. Пример:  За  несколько  дней  до  нашего семинара "Правда"
опубликовала письмо  за  подписью Белова,  Распутина, Проскурина и других  с
анафемой  в  адрес "Огонька".  Терминология -- в духе  37-го года.  Всех оно
очень  встревожило.  Раньше такое письмо восприняли бы как  сигнал к  началу
соответствующей  кампании с  повсеместными  "оргвыводами".  И вот заведующий
подотделом  литературы  и  искусства  нам  говорит,  что,   по  его  мнению,
публикация  такого письма  -- ошибка!  Помимо  того, что  оно  составлено  в
недопустимых выражениях, ему  не место  в  "Правде",  а  в крайнем случае  в
"Литгазете". "Правда" ошиблась! Слыхано ли такое?..
     Или вот еще. По словам другого партработника отдела был "шквал" писем в
МК с  протестами  по  поводу  кампании в  печати  за  отмену  имени Жданова,
присвоенного ленинградскому университету и множеству предприятий.  А  мы, --
говорит  этот молодой человек, -- при обсуждении в ЦК поддержали  требование
средств массовой информации -- и оно было удовлетворено.
     О  контактах   с  неформальными  организациями  (клубы  по   интересам,
самодеятельности, "авторской песни" и  проч.). В Москве их порядка  полутора
тысяч. Около 20% из них -- "явно антисоциалистические", примерно половина --
"неустойчивые", остальные  -- "ближе к задачам перестройки". (характеристика
-- сотрудника отдела). Мы, -- говорит он, -- приходим на их митинги, спорим,
приглашаем  для  дискуссий к  себе  в  МК,  налаживаем контакты. Большинство
политических  объединений четкой программы  не имеют и  не растут  численно.
Некоторые  образовали  свои  комитеты  по  выборам  Народных  депутатов.  МК
относится к этому спокойно. Раньше недооценивали (так он  выражается) прямую
народную демократию. Обстановка не  "накалена" (термин  записки  из зала), а
раскачана. Она  найдет свое равновесие.  Будет  сочетание  представительской
(Советы)    и    прямой    демократии.    Появятся    формы    общественного
представительства.  Приводит  пример  микрорайона  Раменки. Там  "неформалы"
провели  кандидатом  в  депутаты Ельцина.  (Пример положительный...  а  ведь
Ельцин снят с поста 1-го секретаря МК и давно ли его топтали ногами?)
     По поводу борьбы на  страницах печати:  "Огонек", "Московские новости",
"Литературка" против  "Нашего  современника",  "Москвы",  "Молодой гвардии".
Отдел в эту борьбу вмешиваться не  будет  --  пусть  литераторы  разбираются
сами...
     О  белых  пятнах  в  нашей  истории:  (возмущенная записка  из зала  --
"очернительство!").  Если  эти  пятна  заполняют  документально обоснованно,
будем поддерживать, какие  бы горькие факты при  этом не  вскрывались. Народ
должен знать правду...
     И так в течение 2-х часов. Если эти ребята искренни (а у меня сложилось
именно  такое впечатление), то значит Горбачеву  удалось  сменить аппарат МК
партии  на  своих  сторонников,  то есть  взять  один  из главных  бастионов
консерватизма.
     Кстати,  из  зала  вопрос:  "Почему  на  пленуме ЦК  на  100  мандатов,
полагающихся  партии  на  Съезде Народных  депутатов,  выдвинуто  ровно  100
кандидатов?" Кудрявцев (директор  Института  Государства и права)  сообщает,
что на пленуме фигурировало три списка. Первый --  из 312 человек, прошедших
через все промежуточные отборы в республиках и областях (в низовых партийных
организациях было в общей сложности предложено 35 тысяч  кандидатов). Второй
список  -- из  165 человек, предложенный Политбюро.  И наконец 100  человек,
отобранных  на  самом  пленуме (из  этих 165?) для того, чтобы кто-нибудь из
"необходимых" людей не  оказался  случайно  за  бортом.  Кто?  Горбачев  или
Лигачев? Лично я доволен, что  100 из 100. Фиг с ней, с  демократией на этом
чересчур  ответственном этапе. Важно,  чтобы  Горбачев был избран на Съезд и
мог впоследствии занять пост Президент страны -- стать независим от ЦК своей
партии. Я отнюдь не вполне уверен, что это ему гарантировано даже при выборе
100  из  100.  Список этот предварительный.  26  марта его  будет утверждать
"расширенный пленум"  ЦК  с участием всей верхушки партаппарата,  министров,
командующих  военными  округами и т. д. При тайном  голосовании соберет ли у
них Горбачев более  50%  голосов? Не  факт!  Его умеренная  позиция в  самое
последнее  время  (ограничение кооперативов, заявление об  отказе от закупок
потребительских товаров  на валюту, воздержание от осуждения антисемитизма и
проч.) быть может объясняется именно стремлением уменьшить число недовольных
среди   будущих  участников  расширенного  пленума.  Мы  переживаем  сейчас,
пожалуй, самый  острый  момент  новой  революции.  Если Мишу  "прокатят"  на
выборах  Народных  депутатов,  то либо  рухнет  вся  перестройка,  либо  ему
придется брать власть силой, а это чревато  последствиями... Будем надеяться
на лучшее. Но тревожно!

     Уважаемый читатель, я долго сомневался включать ли в  этот очерк только
что   законченную  запись  из  дневника.  В  ней  нет  почти  ничего   прямо
относящегося  к теме "интеллигенция и власть".  Зато  в следующей записи  мы
познакомимся   с   настроениями   именно  интеллигенции,   притом   наиболее
просвещенной ее части.


     3 февраля 1989 г.

     Выдвижение кандидатов в Народные депутаты от Академии Наук

     Квота  для  Академии  была  определена  в  23 человека.  Полный  список
кандидатов, выдвинутый  в ее научных Институтах  насчитывал 120  фамилий. На
"расширенном заседании" Президиума  Академии при тайном голосовании из этого
списка вычеркнули всех достойных людей и крупных  ученых,  включая Сахарова.
Оставили  одних  администраторов.   Вчера  по  этому  поводу  перед  зданием
Президиума  состоялся  митинг протеста  сотрудников  Академии  Наук. Он  был
разрешен в рабочий день при условии, что будет продолжаться только один  час
-- за счет обеденного перерыва. (Вот когда вспомнили о трудовой дисциплине!)
Естественно,  что  в митинге смогли принять  участие  сотрудники  только тех
Институтов,  что  расположены  неподалеку  от  здания  Президиума  АН  --  в
окрестностях Ленинского проспекта.
     Моя   бывшая  ученица  Нана  Горбань,  которая  работает   в  Институте
Химической Физики, позвонили и  сообщила, что их секретаря партбюро вызывали
в  райком  партии.  Предупредили,  что во  время митинга ожидают  провокаций
боевиков из "Памяти", что  вызваны  специальные отряды милиции и  могут быть
человеческие жертвы (!) Разумеется, ни боевиков, ни нарядов милиции не было.
Слухи распускала сама районная власть...
     На  митинг  в  парке перед  особняком  Президиума АН  собралось человек
триста -- четыреста.  Поднято  несколько  десятков  самодельных плакатов. На
ступенях особняка  -- организаторы митинга.  Микрофоны.  Минут за  десять до
начала  кто-то  из  организаторов  читает в  микрофон  надписи на  плакатах.
Никакой общей политики  -- только протесты в связи  с  "выбором". Но резкие!
Например:   "Требуем  отмены   результатов   антидемократических   выборов",
"Президиум --  в отставку!", "Марчук  -- в  отставку!"  (Марчук -- президент
Академии).  Толпа  каждый  раз  отвечает  эхом:  "Требуем!",  "В  отставку!"
Посторонних не видно. Только  ученые -- молодые и пожилые интеллигенты.  Нет
даже зевак  -- парк  достаточно удален от проспекта.  Милиционеров (в форме)
тоже   нет.  Зато  порядочно  иностранных   ученых,  гостящих  или  временно
работающих в наших Институтах и  добрая дюжина профессиональных телекамер --
наших и иностранных телеагентств. Никто им не мешал. После митинга они брали
короткие телеинтервью.
     Начали ровно в час дня. Выступило человек 8--10 из Институтов. Говорили
по  3--5 минут, экономили время. Но говорили хорошо -- умно и резко.  Митинг
интеллектуалов!
     Говорили о  позорной  процедуре выборов. В ответ скандировали:  "Позор,
позор!". О  том, что  Академия  была  создана  Петром  как  императорская --
таковой и  осталась. Академики  получают порядочные деньги  только  за  свое
звание и потому сознают себя служащими Государства.
     -- Нам не  нужна такая  Академия!  Нужна  всесоюзная ассоциация ученых.
Негосударственная!  Объединяющая  научных  работников  всех рангов и из всех
ведомств. Начинайте у  себя  в Институтах создавать ячейки  такой ассоциации
для последующего их объединения...
     Кто-то  указал,  что ни  один  из  Институтов  не выдвигал  кандидатуру
президента  ("Марчук -- в  отставку!").  А  за  высокими  окнами  старинного
особняка  --  какие-то фигуры  взирающих на  происходящее. Кто-то  предложил
вызвать  президента  на  митинг.  (Скандируют:  "Пре-зи-ден-та!").  Один  из
организаторов  сообщает: Марчук  предупредил,  что  выступать  не  будет, но
передал длинное послание в адрес митинга. Читать? Дружный крик: "Не надо!"
     Выступает  вице-президент  Курдявцев   (именно  он  проводил  выборы  в
Президиуме).  Поначалу  читает вслух надписи  на некоторых  плакатах,  --  о
демократии вообще, --  заявляя свое согласие. Когда стало ясно, что "острых"
плакатов  он читать не будет,  толпа зашумела, и  он чтение прекратил.  Стал
объяснять, что процедура выборов была демократична и  законна.  (Скандируют:
"В отставку!") "Ну что  ж! -- говорит  Кудрявцев, -- если вы меня слушать не
хотите, я пойду подавать в отставку... Уходит, улыбаясь.
     Один  из ораторов говорит об  истории  Академии в  советский период.  О
гонениях на кибернетику,  генетику, физиологию, о лысенковщине  и прочем  --
все по указке властей. Для сравнения напоминает о том, как Чехов и Короленко
вышли из Академии, когда в нее не приняли  Горького... Другой напоминает как
в Академию  принимали Молотова, Куусинена и других  политических деятелей из
сталинского  окружения.  Их родственников, даже  их  личных врачей  ("Позор,
позор!")...
     Кто-то предлагает  обратиться к избранным кандидатам,  просить их снять
свои кандидатуры  и тем  спасти  собственную  честь.  (Он забыл, что выбрали
чиновников от науки  --  причем  здесь  честь?).  Другой  призывает  будущих
выборщиков  из   Академии   (сейчас  отобраны  только  кандидаты)   в  марте
бойкотировать сами  выборы депутатов и  тем  добиться выдвижения  кандидатов
заново...
     Все эти предложения, включая требование отставки нынешнего  президиума,
внесены в принятые  митингом резолюции. Конечно, никто из власть предержащих
эти резолюции читать не будет. Но в прессу и телерепортажи они попадут.
     Ровно  в  два   часа  митинг  закончился.  Всех  попросили,  не  спеша,
разойтись, плакаты воткнуть в снег, обратив их к окнам Президиума.

     По поводу  включения в хронологию нижеследующей записи в дневнике  меня
опять обуревали сомнения: слово интеллигенция в ней не встречается ни  разу.
Но в  этой  записи  рассказано о важном общественном  мероприятии  районного
масштаба. А район  наш преимущественно  интеллигентский:  в нем нет  крупных
промышленных объектов, зато много ВУЗ'ов, научных институтов, Мосфильм и уже
упоминавшаяся Академия общественных наук. Да  и застройка юго-запада  Москвы
шла,  в  основном,  кооперативными   домами.  Кроме   того,  описание  этого
мероприятия,   как   мне  кажется,  позволит   читателю  получить  некоторое
представление о  степени сумбурного возбуждения, я  бы даже сказал опьянения
-- опьянения свободой! -- которое было характерно для этого момента времени,
особенно в интеллигентской среде.


     18 февраля 1989 г.

     Окружное  предвыборное   собрание  (территориальный   округ  No  7   --
Гагаринский район)

     О предназначении такого собрания -- сокращении списка кандидатов  --  я
уже упоминал. От учреждений, расположенных в  нашем районе, и от его жителей
кандидатами  в  Народные  депутаты  было  выдвинуто  14   человек.  Собрание
состоялось  вчера.  Перед зданием Института,  где происходило собрание, было
установлено  временное  ограждение,  охраняемое  милицией.   Пригласительные
билеты  сверяли с  паспортами там  и еще  раз у входа  в само здание. Я  был
делегирован как представитель  от  жителей одного  из микрорайонов  (это  --
десятка полтора больших домов).
     Перед  ограждением,  на  тротуаре  стояла небольшая  толпа  молодежи  с
какими-то плакатами (не  разглядел). В холле  -- стенды с  фотографиями всех
кандидатов и  их предвыборными  платформами.  Зал  уже  полон.  Мне  удалось
отыскать свободное место в  третьем ряду,  перед самой  трибуной, которая со
сцены была спущена в зал. На сцене, за длинным столом сидят все четырнадцать
кандидатов. Перед каждым -- табличка с фамилией, именем и отчеством. Сидят в
алфавитном порядке. Первым -- ректор Историко-Архивного Института Афанасьев,
четвертым  -- начальник  Института Военной Истории генерал Волкогонов, пятым
-- Борис Ельцин, последним -- журналист Черниченко. Все -- члены КПСС, кроме
одного (режиссера Эльдара Рязанова).
     Открыв собрание и сообщив о его правомочности,  -- зарегистрировано 605
участников  из  639  по  списку,  --  представитель  Окружной  избирательной
комиссии предложил для ведения собрания в  качестве рабочей группы утвердить
названные   им  пять   "нейтральных"  его  участников  (из  организаций,  не
выдвигавших кандидатов). Возражений не  было.  Пятеро заняли место на  сцене
справа -- за отдельным столиком.
     Начал вести собрание человек небольшого роста и сангвинического типа --
решительный,  но  с  малокультурной  речью  и  замедленными  реакциями.  Как
оказалось,  директор  местного кирпичного  завода. По-видимому,  назначенный
избиркомом  (мы его не  выбирали). Амфитеатр зала был разбит на 12 секторов.
Счетчиками для открытых голосований назначили людей случайно оказавшихся  на
определенных местах в каждом из секторов.
     Председатель   занялся    выяснением   процедурных   вопросов.   Быстро
согласились  предоставить кандидатам по 10 минут на изложение своих программ
и  без  ограничения  --  время  для ответов  на  вопросы.  Но регламент  для
выступлений в прениях утвердить уже не удалось. В ходе первых голосований по
процедуре в  зале постепенно установился полный кавардак. Кроме микрофонов у
председателя и на  трибуне, пара микрофонов стояла перед сценой, по обоим ее
краям. С самого начала у левого из них занял  позицию некий довольно молодой
человек  и,  потрясая  пачкой  каких-то  бумаг,  пытался  вклиниться  в  ход
собрания. Председатель этому категорически сопротивлялся. Но все же молодому
человеку удалось воспользоваться минутной паузой и прокричать, что несколько
тысяч  студентов,  живущих в районе,  лишены были возможности послать  своих
представителей на  это собрание. Они толпятся на улице и передали  ему  свой
протест за многими  подписями. Видимо,  в  райкоме о  студентах,  живущих  в
общежитиях,  просто забыли. Последствий этот  гневный протест,  естественно,
иметь  не мог, но тронувшаяся было  по намеченным рельсам  махина собрания с
них сошла.
     К  тому же  микрофону из  зала спустился  другой решительный человек и,
несмотря на попытки  председателя  его прервать, произнес пылкую речь о том,
что  собрание вообще не вправе  за избирателей  решать, кого вычеркивать  из
списка, что  это -- издевательство над демократией и,  поскольку закон этого
не запрещает, он от имени делегации МГИМО (институт международных отношений)
предлагает  немедленно   проголосовать   за  представление   к   регистрации
избиркомом  всех  четырнадцати  кандидатов.   Раздались  крики  одобрения  и
протеста.  Не  обращая   внимания  на  председателя,   к   обоим  микрофонам
прорывались разгоряченные  люди  и, повторяя  одни  и те же аргументы, пылко
ратовали "за" и "против" этого предложения.  Первых было явно больше, но при
этом наметилось любопытное социальное расслоение. Выступавшие называли  свои
учреждения, и вскоре стало ясно, что "за" выступают интеллигенты, а "против"
-- административные  работники,  рабочие  и летчики аэропорта "Внуково". Эта
кутерьма  длилась  часа  полтора.  Председателя  заменили кем-то  из рабочей
группы.
     Потом, все-таки, начали заслушивать программы кандидатов.  Последний из
них, Черниченко,  заявил, что все кандидаты уполномочили его сообщить о том,
что они  поддерживают предложение представить к  регистрации всех.  Кавардак
возобновился.  Напрасно   представитель  окружной   избирательной   комиссии
призывал   к  соблюдению  принятого  порядка  ведения  собрания:  обсуждение
кандидатур, ответы от вопросы, потом выборы. Напрасно он убеждал, что вопрос
о регистрации всех можно будет решить в конце, в пункте "выборы". Сторонники
немедленного  голосования обвиняли комиссию в том, что она пытается обмануть
собравшихся, не считается  с их волей, "выкручивает им руки"  и прочее в том
же духе. Это длилось  еще  более часа. В конце концов предложение  "включить
всех"  все  же   было  поставлено  на  голосование  и  принято   подавляющим
большинством голосов. Интеллигенты  торжествовали.  Разошлись  не  перерыв с
тем, чтобы  после него только послушать ответы кандидатов  на многочисленные
записки.
     Однако  после  перерыва  баталия возобновилась.  Окружная избирательная
комиссия объявила,  что все произошедшее противоречит  закону  о выборах. (Я
полагаю, что  в перерыве они получили "втык" от райкома партии. Наше решение
создавало  опасный  прецедент). Оппоненты комиссии, тоже  с Законом в руках,
доказывали обратное. Спор продолжался еще два часа  и кончился ничем. Начали
обсуждение  кандидатур. Это тоже было ни к  чему, поскольку  уже решили, что
все остаются в  списке. Впрочем  одна вещь,  и довольно  неприятная, в  этом
обсуждении  прозвучала.  В  числе  кандидатов  был  рабочий-строитель. В его
поддержку выступило двое рабочих,  но оба говорили не о своем товарище,  а о
том,  что  вот здесь  все ученые,  профессора, а  рабочих  в  Совет народных
депутатов (так  они выражались) выбирают  мало.  И с обидой:  "Какая же  это
будет Советская власть, если рабочих оттесняют?.."
     Хотелось  сказать  с  трибуны,  напрямую,  что  управление государством
требует   специальных   знаний,  что  интересы  рабочих   должны  отстаивать
интеллигенты,  которым они  доверяют  --  из  числа  инженеров или  даже  из
профсоюзных  лидеров,  коих   следует   сперва  послать  немного  подучиться
премудростям государственной деятельности. Но время было уже очень позднее и
я удержался.
     Наконец обсуждение закончено.  По регламенту собрание должно переходить
к  голосованию.  Комиссия  вновь предлагает  голосовать  по  отдельности  за
каждого  кандидата. Казалось  бы, что стоит четырнадцать раз  подряд поднять
руку. Но  будет нарушен принцип -- получится, что собрание все-таки отбирало
кандидатов  для  регистрации,  но  не  отдало предпочтения  никому.  То есть
фактически  согласилось с двухступенчатыми выборами вместо  прямых. Если  же
голосуют  списком, то это  означает,  что  собрание  отбирать  не  хочет,  а
передает   эту  функцию  целиком  самим  избирателям.  Проголосовали  способ
голосования: 497 -- "за" то, чтобы голосовать списком, 40 -- "против", 12 --
"воздержалось".  Сумма  меньше,  чем  605.  Очевидно,  что  около  полусотни
делегатов ушло  -- время уже к полуночи. А тут предстоит самое интересное --
ответы кандидатов на записки.
     Отвечали  по  алфавиту.  Каждый --  довольно  подробно. Я  записывал на
магнитофон. Ельцин  закончил отвечать в  два  часа  ночи. Оставшиеся  девять
кандидатов,  посовещавшись,  предложили  ответить  на  полученные записки во
время предстоящих встреч с избирателями. На том и порешили.
     На стану  переписывать все, но ограничусь впечатлением,  которое вблизи
(я сидел  в  трех шагах от трибуны) произвел на  меня  Ельцин и, сокращенно,
некоторыми  из  его ответов.  Впечатление:  высокий,  крупный, пышные  седые
волосы. Лицо мешковатое, выражение его упрямое  и, я бы сказал, мрачноватое,
но  улыбается  -- хорошо.  Несколько косноязычен,  медлителен,  но  не глуп.
Ощущение большой силы воли.  Из рабочих.  На левой руке нет двух пальцев. Из
ответов (тезисно): Волеизъявление народа, а не диктат аппарата!
     -- Поднять статус  Верховного Совета. Все государственное, политическое
и хозяйственное руководство должно быть ему подотчетно.
     -- Возмущен системой выборов кандидатов от КПСС (100 из 100).
     -- Необходим закон о референдуме по всем важным вопросам.
     --  Не выставляет себя альтернативой Горбачеву.  Это неправда. Горбачев
сейчас --  единственный  приемлемый  лидер.  Поддерживает  его:  во  внешней
политике --  целиком,  во внутренней -- стратегию  одобряет,  но в отношении
тактики имеет свое мнение.
     -- Перестройка  буксует. Нужны решительные меры:  сократить  расходы на
космос, оборону и промышленное строительство. Поднять уровень потребления.
     Когда начали расходиться, я подошел к Ельцину и спросил:
     -- Борис Николаевич, Вы не думаете, что если бы выбирали 100 из хотя бы
101 кандидата, но при тайном голосовании мог бы не пройти Горбачев?
     -- Ни в коем случае!
     -- Но вот  против  Вас  в  октябре  голосовало большинство  ЦК. Разве у
Горбачева мало врагов? Ему  накинули бы голосов  50 "против" и он остался бы
за бортом.
     -- Нет, это не может быть...
     Я не был убежден его ответом...
     Возвращаясь домой,  я,  наверное, всю  дорогу  глупо  улыбался. С одной
стороны,  вспоминая  хаос и кучу  нелепостей, которыми  было  отмечено  наше
собрание,  а с  другой --  ощущая  необыкновенную  радость оттого,  что  мы,
рядовые граждане, могли говорить  так  свободно  и  решить  дело  по-своему,
вопреки явному нажиму районного начальства.


     17 марта 1989 г.

     Вчера закончился расширенный пленум ЦК.  Все 100 кандидатов в  Народные
депутаты от КПСС были избраны,  т. е. Получили более 50% голосов. Но сколько
каждый из них, не сообщили.
     Вне  повестки  дня пленум  по предложению группы  статистов из рабочего
класса  решил  создать  комиссию  для  того,  чтобы  "дать  оценку некоторым
выступлениям члена  ЦК КПСС Б. Н. Ельцина, которые противоречат политическим
установкам  ЦК, партийной этике и уставным  нормам КПСС". Очевидно имеются в
виду выступления Ельцина в ходе предвыборной кампании. Его выдвинули чуть ли
не во всех избирательных  округах Москвы (всюду, как и у нас, он  выступал).
Согласие баллотироваться Ельцин дал  по национально-территориальному  округу
-- от всего города в целом.
     Предпринимаются  попытки  провалить его  на  выборах.  В райкомы партии
направлены соответствующие  директивы.  Эти идиоты во главе с  Лигачевым  не
понимают, что народ свою "родную партию" терпеть не может, и чем  больше она
будет стараться топить Ельцина, тем с бoльшим успехом он пройдет на выборах.
У него и так популярность "мученика", -- теперь ее еще подновляют.


     30 марта 1989 г.

     25-го числа, накануне выборов состоялись разрешенные Моссоветом митинги
в  поддержку Ельцина. Я поехал на один из них -- около  стадиона в Лужниках.
Никакого  оповещения,  кроме телефонных звонков от знакомых к  знакомым,  об
этом  митинге не было.  Тем не  менее у Лужников собралось  порядка 40 тысяч
человек. Говорят, что такого же масштаба митинги были у Парка  Культуры и  в
Тушино.
     На   выходе  из  станции  метро   "Спортивная"  увидел  большой  щит  с
объявлением о  том, что  состоится митинг в поддержку  кандидатов в Народные
депутаты,  но...  без указания кого именно. Однако там  же находился молодой
человек с мегафоном, который непрерывно  повторял: "Митинг в поддержку Б. Н.
Ельцина и  других прогрессивных кандидатов в депутаты  начнется в 12 часов".
Переносные  ограждения  и цепочка милиционеров обозначали  путь следования к
площади, предназначенной для митинга  -- вне стадиона, примерно в 15 минутах
ходьбы  от  метро.  По  пути следования на  ограде  лужниковского парка было
расклеено множество плакатиков. Как типографских с фотографией Ельцина и его
программой,  так и  самодельных -- какие-то тексты, отпечатанные на машинке.
Народ вокруг них кучковался и читал. (Я не мог -- забыл очки).
     Большая площадь автостоянки  была окружена кольцом таких же ограждений,
охраняемых  милиционерами. Позже, когда стало ясно, что эксцессов  можно  не
опасаться, ограждения унесли. Вообще милиции  на виду  было  мало  (200--250
человек) и она не была вооружена  дубинками. Однако неподалеку были спрятаны
основательные  резервы.  С митинга  (до его  окончания) я возвращался другим
путем --  мимо Новодевичьего монастыря. Вдоль вала окружной  железной дороги
стояла колонна -- не менее сотни милицейских (или войсковых?) фургонов...
     Когда  я пришел на площадь, митинг уже начался. Трибуны не было -- лишь
небольшое  возвышение.  Чтобы  увидеть  говорящих,  надо  было  тянуться  на
цыпочках.  Зато  слышно  хорошо.  --  По  всей площади  на фонарных  столбах
установлены  мощные динамики.  В  какие-то моменты  толпа,  как  это  всегда
бывает, напирала на стоящих впереди. Ведущий митинг просил сделать несколько
шагов  назад, и  все  послушно исполняли его просьбу --  митинг  был  вполне
управляем. Так,  что из дежурившего  поначалу невдалеке десятка машин скорой
помощи к концу митинга оставалось только две.
     Было, разумеется, много самодельных плакатов: за Ельцина, за гласность,
за  демократию  и  перестройку. Против КПСС,  Горбачева  или  вообще властей
плакатов не  было, кроме  одного,  где  бранили  (не  помню  уж  как)  лично
Лигачева. Самого Ельцина на митинге в Лужниках  не было, но выступали другие
радикально настроенные кандидаты (Емельянов, Черниченко,  Заславский и др.),
а  также  представители  заводов,  учреждений  и  обществ  --  организаторов
митинга. Таковыми были: "Мемориал", "Народный фронт в поддержку перестройки"
и  "Российский  народный  фронт".  "Фронты"  оказались  разными,  с  разными
флагами.  У Народного фронта --  красный, а у  Российского "Андреевский" (на
белом поле голубого цвета косой крест с угла на угол. Как объяснил с трибуны
представитель  этого  фронта, они  за  сотрудничество  всех национальностей,
проживающих в России, за то, чтобы народ владел "землей и фабриками", против
уравниловки и "социальной справедливости нищих". Ну что ж! Пусть так. Никого
из "Памяти"  или других экстремистских течений видно не было.  Вообще, толпа
была  настроена  миролюбиво. Хотя ораторам  хлопали  дружно  и скандировали:
"Ельцин,  Ельцин!" или "Позор, позор!"  (В соответствующие моменты), но  без
ажитации.
     Впрочем,  выступления ораторов были достаточно  резкие: против  диктата
партаппарата, засилья бюрократов,  несовершенства избирательной  системы. Но
на  крайности   не  переходили.  Не  требовали   роспуска   КПСС,   хотя  за
многопартийность  ратовали  многие.  О  Горбачеве лично  не  говорил  никто.
Лигачева пару раз  руганули. Решение пленума по Ельцину поносили все. Многие
рассказывали,  как партаппарат пытался оказывать давление, чтобы  голосовали
против Ельцина.  Как газете  МК  партии  "Московская  правда" антиельцинский
материал присылали с фельдъегерем, в  пакете с надписью "в печать",  с каким
трудом   редакция  этой  газеты  единогласным   решением,  вопреки  главному
редактору  (недавно назначенному) добивалась  публикации  ответа Ельцина  на
письмо "рабочего"  Тихомирова --  одного  из  авторов резолюции  пленума  ЦК
против Ельцина...
     Но,  в общем,  все было  в  рамках демократии и корректно  -- ну как  в
Париже!  Так, что милиция под  конец расслабилась и чины ее даже вступали  в
обсуждение (в целом -- сочувственное) с митингующими.
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     Результаты   выборов   в   Москве   уже  опубликованы.   Они  оказались
неожиданными  даже  для  меня:  Ельцин получил более  90% голосов!!  Хорошая
пощечина ЦК -- ведь у нас повсюду висит лозунг: "Партия и народ едины!".
     Пожалуй стоит записать характерный эпизод, связанный с моим  участием в
работе  участковой  избирательной  комиссии.  Сами  выборы  проходили  очень
хорошо. Каждый избиратель, по предъявлению паспорта, получал два  бюллетеня.
Один для голосования  по территориальному округу  7 с тринадцатью фамилиями
(без    Ельцина),   второй    --   для   голосования   по    общемосковскому
национально-территориальному округу с  фамилиями  Ельцина  и  Бракова. Члены
комиссии  каждый  раз объясняли,  что в бюллетенях  надо  оставить по  одной
фамилии и вычеркнуть остальные. За избирателями не  гонялись, на дом за ними
(как  практиковалось в прежние годы)  не  посылали.  Проголосовало около 85%
списочного  состава  избирателей. Ельцин у  нас получил  91,4%  голосов.  По
территориальному округу далеко впереди всех оказались Черниченко и Ашин (оба
радикалы), но ни один  из них не набрал 50% и поэтому 9 апреля пойдут на 2-й
тур. Космонавт Леонов получил всего  63 голоса (из  2300). А ведь именно его
продвигал райком  партии.  Вплоть  до  того,  что  типографски  отпечатанная
листовка в его пользу была опущена в каждый почтовый ящик. Других листовок в
почтовых ящиках не было -- только на фонарных столбах и стенах домов.
     В  8  часов вечера начали считать голоса. Так как кандидатов у нас было
много,  закончили  только  к  полуночи.  Пересчитывали  и   перепроверяли  с
величайшей  тщательностью   под  терпеливым   и   прилежным  надзором  шести
представителей  общественности,  присланных  предприятиями  района,  и  двух
представителей  прессы.  Когда  окончательные   результаты  были  объявлены,
наблюдатели выразили свое удовлетворение и удалились.
     Предстояло еще впечатать эти результаты в четыре экземпляра протоколов.
Члены комиссии  торопились на  метро, и председатель  предложил им подписать
незаполненные  бланки  протоколов,  что  они  охотно  и  сделали.  Только  я
отказался,  сказав,   что  держу  за  правило  незаполненные  документы   не
подписывать. Пришлось часок подождать (благо  я живу рядом). И не зря! Когда
мне на  подпись  дали  готовые протоколы, я в двух из  них обнаружил  ошибки
усталой  машинистки  (не  сходились  суммы  цифр). Эти  ошибки  заставили бы
Центральную комиссию района  признать  наши протоколы недействительными. Вот
вам  ответственность  и общественный контроль  процедуры выборов. В  заранее
подписанные  бланки  протоколов  (при  наличии  злой  воли)  председатель  и
секретарь комиссии могли бы впечатать все, что угодно!


     8 апреля 1989 г.

     Опубликованы имена  уже избранных Народных депутатов по  стране,  кроме
тех  округов,  где  будет  2-й  тур. Около двух  тысяч  фамилий с  указанием
должностей. Я решил посчитать распределение по социальному составу. Терпения
хватило  лишь  на  880  человек,  но  это  --  статистика  достаточная.  Вот
результаты подсчета:
     Администрация (директора заводов и агрообъединений) -- 11,3%
     Номенклатура власти (партаппарат, правительственные чиновники) -- 17%
     Функционеры (профсоюзные деятели, мелкие чиновники) -- 9%
     Рабочие (включая мастеров) -- 16%
     Крестьяне (включая председателей и директоров совхозов) -- 17,5%
     Интеллигенция (инженеры, учителя, врачи, работники искусств) -- 29%

     Вчера -- бурное собрание в Университете. Встреча с двумя кандидатами по
нашему округу (Черниченко  и Ашин), идущими завтра на  второй  тур  выборов.
Большая аудитория Химфака заполнена до отказа -- не менее 1000  человек. Три
четверти -- студенты. Между тем, МГУ и его общежития  не в нашем округе так,
что эти ребята в завтрашних выборах участвовать не будут. Интерес вообще! Да
и какой горячий -- на столе  перед обоими кандидатами гора записок. Отвечают
поочередно.  Аудитория  экзальтирована:  то  шум,  то  бурные  аплодисменты,
вопросы  и   реплики  с  места.  Анархия,  но...  остро  заинтересованная  в
происходящем. Начали в шесть, я ушел  в  половине  десятого, а гора  записок
уменьшилась разве, что вдвое, и аудитория была все еще полна.
     Не буду  записывать здесь  вопросы и  ответы, достаточно острые, но уже
привычные. Например,  о необходимости многопартийной  системы,  гарантий  от
диктатуры  лидера и  проч. (это-то  привычно!)  Запишу  то, что  было  более
оригинальным:
     Например,  Ашин в  ответ  на  вопрос,  что  он  будет делать на  первом
собрании Народных  депутатов:  "В  порядке ведения,  предложу объявить  себя
верховной властью, подобно Национальному собрании Франции в 1789 году.  И не
расходиться до тех пор, пока  не выберем  в индивидуальном порядке, а  не по
предложенному кем-то списку, Верховный Совет".
     Попов  (в дискуссии):  15  апреля  в  Институте  микрохирургии  глаза у
Федорова  соберутся радикально  настроенные депутаты, чтобы выработать  план
борьбы  с  неизбежной попыткой навязать  сверху  состав  Верховного  Совета.
Потребуем  выбора  на съезде главного редактора "Известий", чтобы эта газета
стала органом собрания Народных депутатов, никому кроме него неподотчетным".
     Емельянов    (в   дискуссии):   "Акциями   против   Ельцина   ЦК   КПСС
продемонстрировал  свой отрыв  от  народа.  Потребовать созыва чрезвычайного
съезда партии и переизбрания ЦК. Партия -- одна из организаций  Государства,
где суверен  -- народ. Поэтому  все органы партии, включая Политбюро, должны
отчитываться  за  свою  деятельность перед  Верховным  Советом.  6-ю  статью
Конституции  ("КПСС   --  правящая  партия")  отменить  немедленно,  а   всю
Конституцию  разработать заново. Депутаты съезда от общественных организаций
народом не избирались и потому их права должны быть ограничены совещательным
голосом и т. д.
     Каждое такое  предложение встречалось овацией. Кстати, последнее из них
касается всех ста депутатов от КПСС, включая Горбачева. И, следовательно, он
не сможет  быть  избранным Председателем Верховного Совета. Надеюсь,  что на
Съезде Народных депутатов большинство не будет настроено столь радикально...
Иначе --  остановка  всего  процесса  перестройки, которая пока опирается на
волю и власть Горбачева, да и немедленный слом всей административной системы
управления Государством (если и партию вовсе лишить власти). Что при наличии
оппозиции  новому курсу  и  саботаже аппарата Министерств означало бы полную
анархию,  прекращение координации  хозяйственной жизни, а за  ними -- голод,
грабежи и междоусобицы.
     И  это  предлагают  не горячие  головы,  а профессора, люди,  вроде  бы
умудренные жизненным опытом. Неужели не  понимают,  что  скачок  из рабского
сегодня в полностью демократическое завтра сулит катастрофу. Мы уже движемся
таким темпом, что  российская наша государственная телега  и сшитая на живую
нитку империя вот-вот развалятся на ходу.
     По существу,  настроение  аудитории было не  только антипартийным, но и
антигорбачевским, хотя сейчас кроме него никто не может хоть как-то  владеть
ситуацией.  Между  прочим, клянясь  перестройкой, имени ее  автора никто  не
упомянул.


     Известия 10 апреля 1989 г.

     Опубликовано сообщение ЦК, Президиума ВС  и  Совмина: "В ночь с  8 на 9
апреля  в  г.  Тбилиси  на  площади  у Дома правительства  в ходе пресечения
беспорядков, спровоцированных экстремистскими, антиобщественными элементами,
пострадала группа  людей  из  числа  гражданских  лиц  и  военнослужащих.  В
результате  возникшей давки  погибло 16  человек"... Далее -- соболезнования
семьям погибших.
     Явное  вранье!  Как   это  представить,  что  военнослужащие  оказались
жертвами  давки?  А  сама она как вдруг возникла,  да еще ночью?  Ясно,  что
военные силой разогнали толпу, а в ней кто-то оказывал сопротивление...


     28 апреля 1989 г.

     Два   дня  назад   состоялся   внеочередной  пленум   ЦК  с   повесткой
"Политическое  положение" в стране. Он длился всего один день  и  на  нем 75
членов ЦК (среди них Громыко, Алиев, Демичев, Долгих, Соломенцев, Зимянин) и
35 кандидатов  в члены подали коллективную (!!) просьбу об исключении их  из
состава ЦК, что и было сделано открытым (!) и единогласным голосованием. Как
сказано  в просьбе исключенных: "Ввиду ухода на пенсию и невозможности вести
активную работу". Сказочка для маленьких детей! Во-первых, не все они уходят
на   пенсию.   К   примеру,   остракизму  из   ЦК   подвергнут  председатель
Мосгорисполкома  Сайкин,  сохраняющий свой пост. Во-вторых, кто это из наших
функционеров добровольно покидал самую высокую позицию в Государстве?
     Как  стало  известно,  операция  была  проведены  молниеносно  и,  надо
признать, гениально. Членов ЦК неожиданно вызвали  в Москву. В  тот же вечер
каждому из намеченных к увольнению был предъявлен ультиматум: либо подписать
тут  же  коллективное прошение об  отставке,  либо  рискнуть  принудительным
исключением.  И   в  этом   случае  лишиться  персональной  пенсии,   прочих
пожизненных  благ, а кое-кому предстать перед судом за взяточничество и иные
прегрешения. Ситуация на  пленуме  никому из "кроликов" ясна не  была -- все
подписали...
     Таким образом Горбачев обеспечил себе надежное большинство среди членов
ЦК. Одновременно было уволено около четверти сотрудников аппарата ЦК.
     В тот  же день пленум обсуждал итоги выборов и политическую обстановку.
Выступления участников  прений  напечатаны в "Правде". Я  их  еще не  читал.
Говорят,  что все  они  звучат  как  вопль:  "Наших бьют!". Это заметно и по
заключительному  слову  Горбачева,  напечатанному в  "Известиях".  Из  этого
"слова",   впрочем,   видно,   что  сам  Горбачев  начинает   отставать   от
демократической   волны   им   же   порожденной.   Нет  даже  упоминания   о
фантастическом успехе Ельцина в Москве  и о том, что  40  секретарей обкомов
партии на выборах провалились. О трагедии  в Тбилиси  -- лишь мельком: "надо
расследовать (прошло больше двух недель!), не допускать повторения".
     Короче, вместо гласности и правды --  полугласность и полуправда. И это
в ситуации, когда большинство  в ЦК уже обеспечено! Может оказаться так, что
через  год-два  Горбачев сам окажется противником  спонтанно  развернувшейся
перестройки.


     Известия 13 мая 1989 г.


     Статья Ю. Савенкова на 4 колонки. Фотография
     Из вступления к статье:
     "Дэн  Сяопин как-то  сказал: "Меня некоторые воспринимают реформатором,
иных товарищей считают консерваторами. Да, я реформатор, это правда. Но если
тот,  кто  привержен  четырем  основным  принципам  (социалистический  путь,
руководство компартии, демократическая диктатура народа, марксизм-ленинизм и
идеи Мао Цзедуна) -- консерватор,  то считайте меня консерватором. А, вообще
говоря, я  не реформатор и не консерватор. Если  быть  точным, я -- реалист.
Следую формуле: "Практика -- критерий истины".
     "Дэн Сяопин был остроумен, неоднозначен и приглашал к размышлению".


     24 мая 1989 г.

     В воскресенье 21-го в Лужниках состоялся  еще один  митинг -- в связи с
предстоящим завтра открытием Съезда Народных депутатов.  Дня  за три до того
по  городу были  расклеены  напечатанные  на ротаторе  извещения  следующего
содержания:
     "21 мая в 17-00 состоится всесоюзный митинг в Лужниках под лозунгами:
     Вся власть Съезду Народных депутатов!
     За радикальную перестройку!
     За союз действительно свободных и суверенных народов!
     Надвигающуюся экологическую катастрофу -- в повестку дня!
     Мы больше не потерпим нищеты и унижений!
     Демократия и гласность против дубинок и газов!
     Карателей под суд!
     Научитесь работать с собственным народом!
     Позор выступавшим на последнем пленуме ЦК реакционерам!
     Обанкротившихся политиков в отставку!
     Реакция не пройдет!
     Извещение подписано: обществом "Мемориал", Московским Народным фронтом,
клубом  "Демократическая  перестройка"  и  еще  несколькими, мне  неведомыми
клубами,   комитетом   писателей   в   защиту   перестройки,   общественными
избирательными комиссиями и другими общественными организациями.
     Лозунги,  что  и  говорить,  революционные,  но,  как всегда  во  время
революции, куда более ясные  в плане осуждения настоящего, чем  в  том,  что
касается  будущего,  даже  ближайшего.  Что понимают  авторы под радикальной
перестройкой?  Как  будет осуществлять всю свою власть Съезд,  насчитывающий
более 2-х тысяч депутатов?
     В  день митинга  утром  я не  поленился  съездить на улицу  Горького  и
посмотреть --  целы ли эти извещения. Вдоль улицы от  Пушкинской  площади до
центра насчитал 9 мест, где, судя по остатками, извещения были сорваны...
     ...На той же площади около Лужников собралось на этот раз  не менее 100
тысяч человек. Опять был полный порядок и милиции совсем мало. Митинг (как и
предыдущий) в основном  интеллигентский и милиция уже  поняла,  что  в таком
случае эксцессов можно не опасаться.
     Вел  митинг  Гавриил  Попов.  Выступали   Ельцин,  Сахаров,  Емельянов,
Заславский,   Гдлян  и  другие  депутаты.   Представители  от   неформальных
общественных организаций и  от нескольких  союзных  республик. Мы  с  Лидией
Григорьевной --  нашей пожилой  гостьей из  Парижа  (так  --  "пустячок": из
Парижа, живет у нас, пришли вместе на митинг...) пробыли на митинге часа два
и ушли, опасаясь попасть в давку после  его  окончания. А митинг,  как потом
сообщили, длился несколько часов...
     Первым  выступил  Ельцин. Он  излагал программу,  выработанную  группой
прогрессивных  депутатов  от  Москвы.  По  его  словам,  эту  программу  уже
поддержали ряд  депутатов из  Ленинграда  и из  провинции -- всего около 200
человек.  (Потом, на самом  съезде,  эти  депутаты  образуют  так  названную
"межрегиональную  депутатскую  группу").  Программа,  надо  сказать,  весьма
радикальная.  Вот ее  основные положения, насколько мне  удалось  запомнить:
Потребовать  отчета Горбачева о ходе перестройки.  Открыть  по этому  отчеты
дебаты без  ограничения числа участников  и времени выступления. Так,  чтобы
выступило  человек  150--200  (которым  есть, что сказать).  Из их числа  на
конкурентной основе  избрать членов и Председателя малочисленного Верховного
Совета. Съезду не  расходиться до тех  пор, пока не будут приняты неотложные
законы.   В   других   выступлениях   предлагалось   Съезду  объявить   себя
Учредительным собранием  и выработать  заново всю политическую систему  (Вот
так,  без  всякой подготовки, за пару недель). Интеллигентское нетерпение! И
наивность прямо-таки детская.
     Далее в программе, оглашенной Ельциным: Законодательную власть оставить
за  Съездом  Народных  депутатов,  для  чего  все  законодательные  комиссии
сформировать из делегатов Съезда. Верховному Совету поручить лишь наблюдение
за проведением  новых  законов в жизнь. Конституционно  закрепить подчинение
КПСС Съезду и Верховному Совету. "Выборы  показали, -- сказал Ельцин, -- что
партия  и  ее  ЦК  политически  отстали  (!)  от народа. Потребовать  созыва
чрезвычайного съезда партии и  переизбрании ЦК". И многое другое в таком  же
бескомпромиссном духе. Говорит он  медленно, речь  простонародная.  Но за  3
минуты (регламент выступления) успел сказать много. И без бумажки.
     В других выступлениях звучали тоже весьма резкие призывы: независимость
республик, многопартийная система, признание неформальных организаций, новая
Конституция и так далее...
     Сахарова было слушать больно. Говорил с трудом, с остановками (возможно
-- нездоров).  Существенного  ничего не  сказал. Два-три раза в выступлениях
прозвучало  разумное (на мой взгляд)  предложение поддержать Горбачева: "Без
него мы  ничего конкретного  не сможем сделать, так  же, как  и он без нас".
Этот  призыв был встречен умеренными аплодисментами, в то время, как Ельцина
одобряли с воодушевлением, всем митингом.
     Упоминание Лигачева  вызвало свист и улюлюканье. Но  в целом толпа была
настроена  мирно.  Было  много   плакатов  --   такого  же  содержания,  как
выступления.  Красные флаги,  Андреевские  и еще  другие  --  мне неведомые.
Например,  из   трех   продольных  полос:  белой,  синей  и  красной.  Лидия
Григорьевна сказала,  что это -- дореволюционный флаг Российской империи. Но
я в этом не уверен.
     Кто-то сообщил, что правительственный аппарат уже подготовил и разослал
в  провинции регламент Съезда,  рассчитанный  на  3  дня  и  расписанный  по
минутам. Толпа ответила  на это дружным кликом: "Позор,  позор!"  Рассказано
было также, как шла борьба за полный показ  Съезда по  телевидению.  Сначала
обещали,  потом заменили на выборочный  показ в  записи,  потом  под угрозой
немедленного  отзыва  из   числа  депутатов  начальника  Гостелерадио  снова
согласились (кто:  ЦК,  власти, Горбачев?)  на полную трансляцию. Так, что с
завтрашнего дня садимся смотреть и слушать с утра до вечера.
     Карты на стол!! Или  Горбачев поддержит радикалов  против аппаратчиков,
-- тогда "болото"  качнется в  ту же сторону, и съезд, действительно, станет
поворотным пунктом новой (слава Богу, бескровной) революции. Или же Горбачев
уступит  давлению  консервативного  аппарата  (а  может  быть  откроет  свою
истинную сущность -- просвещенного аппаратчика, но  не революционера). Тогда
провинциальное   болото   поддержит  это  отступничество   своим  численными
большинством -- перестройка и гласность, наверное, забуксуют, а может быть и
покатятся назад. Возникающее было доверие Запада будет утрачено и... помогай
нам тогда Бог!





     26 мая 1989 г.

     Второй  день,  почти  безотрывно  следим  за  телетрансляцией   Съезда.
Неожиданное  и  тяжкое  впечатление от  панорамы  зала,  которую  показывают
телекамеры.  Бог  мой,  какие  рожи! Оплывшие,  тупые  --  безразличные  или
обозленные. И в  явном большинстве!  Провинциальная  партийная элита! А кого
еще  мог выбрать  народ, не имеющий демократического опыта,  на своих первых
свободных  выборах? Конечно же  тех,  кто  на виду  -- местных  начальников,
обещавших  отстаивать  в парламенте интересы  своей  вотчины. Интеллигентные
лица попадаются редко, затерянные среди этой серой массы.
     По характеру голосования первых же процедурных вопросов стало ясно, что
три четверти депутатов  настроены против москвичей  и прочих радикалов.  Все
рабочие документы Съезда, включая список кандидатов для избрания в Верховный
Совет  были   приняты  до  открытия  Съезда  некими  "представителями  групп
делегатов" числом 446 человек, которые  в течение 9 часов заседали накануне.
Что это за группы? Кто  и  как на  них разбивал 2250 человек депутатов?  Как
группы выбирали своих представителей? Этого никто телезрителям объяснить  не
потрудился. Ясно,  что в  числе  446-ти  радикалы  были  в  меньшинстве. Как
упомянул Попов, все  предложения москвичей поддерживало  лишь около 15% этих
"уполномоченных".
     В президиуме Съезда Горбачев и по одному человеку от каждой республики.
Зачитали  порядок  работы,  принятый  446-ю:  сначала   выборы  Председателя
Верховного Совета, потом самого Верховного Совета,  потом высших чиновников,
лишь  затем  доклад  новоизбранного  Председателя  об  итогах и перспективах
перестройки. И, наконец,  прения по докладу. Москвичи вновь стали добиваться
обратного  (демократического)  порядка:  сначала отчет Горбачева  и  прения.
Ясно, что  они  уже выдвигали это требование на заседании 446-ти. Зачем было
тратить время и подогревать неприязнь к себе остальных депутатов? Ведь ясно,
что  Председателем  ВС  все равно выберут Горбачев.  Не все ли равно с  чего
начинать? Ох уж эта "большевистская принципиальность"! Никаких компромиссов!
Пусть   народ  смотрит   и  обучается   демократии.  А   народу  эти   споры
представляются пустой тратой времени. И он, пожалуй, прав.
     Сахаров  по поводу  этой очередности выступал трижды. В третий раз  его
стали  "захлопывать"  --  аплодисментами  прогонять  с  трибуны.  Московские
интеллигенты кипели от возмущения -- "захлопывают Сахарова!" И зря. Нельзя с
одним и тем же подниматься на трибуну в зале, где сидит две тысячи таких же,
как  он депутатов.  (Провинциалы не обязаны знать,  кто  такой  Сахаров, тем
более  чтить его  разные заслуги).  Впрочем,  Горбачев  относился к Сахарову
подчеркнуто  уважительно:  предоставляя слово, называл  по имени-отчеству  и
защищал  от  возмущения  зала. Вообще,  Горби  держится  отлично.  Дает всем
выступить, не перебивает, не вмешивается. К тому же доступен:  даже во время
заседания  к столу президиума  подходят  депутаты,  о чем-то его спрашивают.
Горбачев отвечает. Шутка ли -- трансляция на весь мир!
     На   пост   Председателя   Верховного   Совета   кандидатуру  Горбачева
предлагает, в  качестве  общественной организации, ЦК КПСС и... "партгруппа"
делегатов съезда  (то есть  85%  его состава). Была предложена и кандидатура
Ельцина. Кто-то из радикалов-москвичей выступил с похвальным словом Ельцину,
сказав,  что его надо вернуть  на руководящую политическую работу, но просил
Бориса заявить самоотвод  в интересах  консолидации страны вокруг Горбачева.
Ельцин самоотвод попросил,  но не в виду согласия  с аргументом товарища,  а
сказав,  что сделать это ему предписал ЦК. Там самым он дал  понять, что  не
считает себя менее достойным высшего  поста в государстве, чем Горбачев. Мне
это не  понравилось!  То  ли  ему эти тысячеголосые клики "Ельцин,  Ельцин!"
вскружили голову, то ли он  настолько самолюбив, что готов немедленно начать
соперничество и борьбу с Горбачевым? В первом случае -- он неумен, не понял,
что и эти клики и  90%-ное голосование носят "протестный" характер -- против
диктатуры КПСС (чьей жертвой  он оказался.)  Во втором  случае --  это очень
опасно для дела перестройки, ибо ослабляет  Горбачева, а выступавший москвич
прав:  сейчас самое важное -- сплотиться вокруг "горбатого", поддержать его,
не  позволить  запугать или перетянуть  на  свою  сторону  силам реакции. Ну
посмотрим, как оно пойдем дальше...
     Перед голосованием  Горбачеву  задали несколько вопросов: знал ли он об
использовании войск в  Тбилиси,  как  относится  к совмещению постов генсека
партии и Председателя ВС, верно ли, что ему построили роскошную дачу в Крыму
и даже что-то насчет супруги.
     Горбачев ответил, что о напряженной обстановке  в  Тбилиси ему доложили
еще на аэродроме, сразу  после возвращения  из  Англии. Было  тут же  решено
отправить  на место Шеварнадзе и Лукьянова, но потом грузинское  руководство
сообщило, что все успокоилось. О кровавых событиях той ночи он узнал наутро.
По  поводу  совмещения сказал,  что  это необходимо, так как  надо  провести
серьезные изменения в партии. Личной дачи у него нет. Дача в Крыму строилась
с  расчетом  возможности продолжать  руководство  страной  во  время  отдыха
(оборудована специальной радио--  и телетайпной связью).  О супруге говорить
не  пришлось. За нее вступилась академик  Бехтерева, объяснив депутатам, что
"Раечка"  (как  народ, не без ехидства,  прозвал жену генсека)  поддерживает
престиж нашей страны в загранпоездках мужа. Это -- международная норма.
     Затем состоялось тайное голосование. Горбачев получил 95% голосов.


     29 мая 1989 г.

     Выборы членов ВС, одинаково для обеих его палат, Совета Союза  и Совета
Национальностей производились следующим  образом.  Все  республики и  Москва
отдельно   получили  некие  квоты  представительства  в  обеих  палатах.  На
собраниях  своих делегаций они составляли списки кандидатов -- таким образом
получалось два раза по 16 списков, которые вручались каждому депутату Съезда
для  тайного голосования. Все,  кроме  Москвы, включили в свои  списки ровно
столько фамилий,  сколько им было разрешено квотой. Это означало, что выборы
производились  фактически  на   уровне  республиканских  делегаций.   (Чтобы
кто-нибудь из этих списков остался за бортом надо было, чтобы его вычеркнуло
более половины делегатов Съезда.)
     Московская делегация опять сочла  такой подход  недемократическим.  Для
избрания в Совет Союза она, при квоте в 29 мест, предложила 55 кандидатур --
так, что отбор в этом списке шел по большинству голосов. Естественно, что не
избранными  оказались  наиболее активные  из  московских  радикалов, которых
настроенное против Москвы большинство депутатов  Съезда успело заприметить в
ходе дискуссий по процедурным вопросам.
     Для  выбора  в  Совет  национальностей  москвичи  при   квоте  11  мест
предложили  12  кандидатов.  Тупое  следование  "демократическому  принципу"
хорошо наказало  московских  либералов  --  не избранным  оказался...  Борис
Ельцин. К счастью,  на следующий день некто Казанник --  один  из депутатов,
избранных в Совет  национальностей  от Сибири,  уступил  свое место Ельцину.
Благодаря чему разрешилось нараставшее было в Москве возмущение...
     ...Резкими,   я   бы  сказал,  неблагоразумно   резкими   выступлениями
Афанасьева  и Попова началась двухчасовая дискуссия  по процедуре дальнейшей
работы  Съезда.  Опять   радикальная  Москва   и   консервативная  провинция
столкнулись  лбами.  Результатов  эта  дискуссия, разумеется, не дала -- все
было оставлено так, как определено заранее, но... в запальчивости говорились
такие  слова в адрес  организаторов Съезда  и  самого Горбачева,  какие  для
освобождения от  былого  раболепства  имели немалое  значение, поскольку  их
слышала вся страна. Но вместе с тем, наверное, не меньшее значение они имели
для подрыва авторитета государственной власти и уважения к  ней.  Хорошо  ли
это в виду предстоящих серьезных преобразований, а может быть и испытаний?


     8 июня 1989 г.

     30-го мая слушали доклад Горбачева об основных направлениях  внутренней
и внешнего  политики (ничего  нового). Потом 3-дневные  прения  по  докладу.
Параллельно провели заседания только  что  избранных палат ВС. Председателем
Совета  Союза  избрали  Примакова,  председателем Совета Национальностей  --
Нишанова. На совместном заседании обеих палат председателем Совета Министров
был  избран (и тут же утверждение Съездом) Николай  Рыжков,  бывший директор
"Уралмаша".


     10 июня 1989 г.

     Съезд  наконец  закончился.  Спектакль  захватывающий, но затянувшийся.
Когда  на 6-й  день работы  Съезда выяснилось, что в  прения  записалось 400
человек и этот  список растет,  Горбачев,  умело опираясь на  консервативное
большинство депутатов, повел линию на  свертывание дискуссий. Меньшинство --
во  главе  с  группой  московских  радикалов  --  хотело  бы передать Съезду
верховную законодательную власть и не расходиться до тех пор, пока не примут
все  неотложные  и  радикальные  законы,  включая изменение Конституции. Они
готовы  были заседать 2--3 месяца. После  70  лет бесправия и  для свершения
демократической  революции  --  не  так уж много!  Однако  люди  есть  люди.
Большинство депутатов стремилось  домой  и вообще не сочувствовало всей этой
"демагогии".
     Ну  а  раз  мы  за  демократию,  давайте   мужественно  принимать  свое
поражение:  страна не  дозрела  до  столь  радикальных  преобразований  и ее
депутаты вполне представительны...
     Ультрарадикальное   выступление   Сахарова  под   занавес   с  призывом
денонсировать все, что было сделано  за 12  дней  и начать сызнова  --  меня
огорчило. Это -- неуважение к двум тысячам депутатов, которые что-то делали:
выбирали, выступали, решали. Если все шло не туда,  так надо было сказать об
этом раньше, а  Сахаров уже 6 раз поднимался на трибуну по пустякам.  Теперь
он  потребовал слова в седьмой раз, заявив, что он -- фигура особая,  на нем
особая ответственность, он обращается ко всему миру...
     Все  это  так, и  я  очень уважаю  Андрея Дмитриевича,  но на его месте
помнил  бы  (как  помнил Жолио Кюри), что всей своей известностью он  обязан
только одному факту  -- созданию  водородной бомбы.  Следует  ли этим фактом
гордиться или его  стыдиться остается  неясным до сих  пор. Будь он  простым
научным сотрудником,  его диссидентство спокойно кончилось бы в лагере и мир
знал бы о нем не больше, чем о покойном Марченко...
     Попробую подвести некоторые итоги Съезда:
     1.  Горбачев  оформил  свою  почти неограниченную  власть  (в  партии и
государстве).
     2.  Образован  Верховный Совет и его  комиссии -- под  покровительством
Горбачева уже не декоративные, а, быть может, работоспособные.
     3.  Много сделано  для расширения гласности  и демонстрации  терпимости
власти:  радикалы  получали  слово для своих крайних требований,  а  все это
транслировалось на весь мир, публиковалось дословно.
     4. Командные позиции партаппарата понесли тяжелый урон. Даже Горбачев в
заключительном слове,  говоря об  авангардной  роли,  которую должна  играть
партия,  не  оспаривал тезиса о ее подчиненном положении в отношении  высших
органов управления государством.
     5. Личное обаяние Горбачева в глазах советских граждан (за исключением,
быть может, радикальной интеллигенции) возросло.
     В целом, возможно, что у нас  установится своего рода  "демократическая
диктатура"  -- власть одного человека, опирающаяся не на принуждение,  а  на
добровольную  поддержку  демократических  институтов. Можно  надеяться,  что
коммунистическая партия будет постепенно оттесняться от руководства. Молодые
и  лучшие  кадры ее  аппарата  легко перейдут в систему обеспеченных реально
властными полномочиями Советов  (Вспомни  описанный 31-го января этого  года
семинар секретарей первичных парторганизаций в нашем райкоме).  Консерваторы
останутся в  безвластной и потому не очень опасной сфере  пропаганды. Подбор
руководящих кадров для народного хозяйства из ведения партии будет изъят.
     Получается некое приближение к системе "направляемой демократии" (Афины
при  Перикле) --  единственно возможной, на  мой взгляд, форме демократии  в
обществе,   нравственно   не  подготовленном   своей  историей   к   полному
народовластию.
     Неуправляемая  демократия в  политически  малоразвитой  стране  -- вещь
очень  опасная!  Она  легко  превращается  в  охлократию  --  бессмысленную,
направляемую одними эмоциями  власть толпы.  (Те  же Афины  при демагогах!).
Слово "толпа" хотя и подразумевает некоторую количественную  характеристику,
но  это  не обязательно население всей страны или даже многотысячный митинг.
Пара тысяч депутатов, собравшиеся в одном зале, вполне могут вести себя  как
толпа.
     А  наши  прекраснодушные интеллигенты  ратуют за  демократию  полную. И
немедленно! Помилуйте, для кого? Для в общем-то полудикого народа, который в
корыстном  буйстве вас  же растопчет?  Нет  уж! Сначала научите его  уважать
своих сограждан и законы.
     На  только что закончившемся Съезде мы все прошли самый первый, даже не
первый,  а  подготовительный класс  школы  демократии. И  надо  отдать  дань
уважения Горбачеву, который имел смелость допустить в этот класс всю страну,
санкционировав прямую трансляцию Съезда.


     27 июня 1989 г.

     Перечитал  записанное  во  время  Съезда.  Все  правильно.  Переход  от
тирании,   сначала   личной,    потом   партийно-бюрократического   аппарата
(безответственного,  некомпетентного и  алчного),  от  рабства  и  духовного
вырождения  в  течение трех  поколений  к демократии  возможен только  через
демократическую диктатуру. Если, конечно,  диктатор понимает, что свободу  и
демократию надо постепенно вводить во все сферы общественной жизни. Иначе --
анархия,  коллапс  экономики,  голод  и  в  результате --  стихийные  взрывы
насилия, кровь.
     Демократическая   диктатура  --   это   гласность,   но  с   некоторыми
ограничениями   (призывы  к  насилию,  пропаганда   фашизма,  преднамеренная
дискредитация системы),  хозяйственная самостоятельность  предприятий,  но в
рамках   их   компетентности,   рыночные   отношения,   но    с   элементами
государственного контроля цен (в  условиях неизбежной поначалу монополии). И
не  надо этим возмущаться. До демократии западного образца надо еще дорасти!
Создать необходимые  структуры:  многопартийные политические, хозяйственные,
рыночные, финансовые и т. д. А  главное: научиться честно работать,  уважать
свой  труд, уважать друг друга, уважать законы, кроме собственных признавать
и общественные интересы,  не красть,  не  лгать, не  ловчить,  уметь держать
слово, ценить свое личное достоинство...
     Это  -- долгий и трудный процесс. Наша нетерпеливая интеллигенция после
долгих  лет ожидания свободы  и  демократии,  наблюдая все происходившее  на
Съезде,  испытала,  как  мне  кажется,  первое  чувство  разочарования  и  в
демократии (на ее  сегодняшнем уровне), и в Горбачеве. За нетерпением всегда
следует  разочарование. А за ним  -- либо  бунт, либо апатия. То и другое --
скверно!


     Известия 5 июля 1989 г.

     Фрагменты из статьи  Марка  Захарова "Вопросы, которые пока без ответа"
(размышления после Съезда Народных депутатов)

     "...Не  скрою  я, как  и некоторые московские депутаты, мечтал о строго
профессиональном  парламенте.  О  том,  чтобы  собрать   общегосударственную
коллекцию разнородных индивидуальностей,  не привязанных в Совете Союза ни к
каким  региональным  квотам. Отбор  долгий, единый, строгий по неповторимому
строению ума, таланту, возрастной  перспективности и лидерским качествам. На
последнем настаиваю.  Рабочий лидер,  такой как Лех Валенса или наш  Николай
Травкин,  могут  намного превосходить  по  целому ряду определяющих  качеств
ученого и даже академика".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     О Горбачеве:
     "М.  С.   Горбачев  начинал  перестройку   в  теоретически  безнадежной
ситуации. Рассуждаю об  этом,  естественно, не  как политик, а как режиссер,
занимающийся проблемами драматургии, то есть конфликтной расстановки сил.
     Несмотря на гигантскую жажду перемен, огромную потенциальную  поддержку
со стороны почти всех слоев общества -- все равно, начинать весной 1985 года
революционные        демократические        преобразования,         демонтаж
командно-административной  системы,  когда рядом с тобой  за  рабочим столом
сомкнутым кольцом сидят  Громыко, Романов,  Кунаев, Соломенцев,  Алиев... --
дело непомерной сложности  и редкого личного мужества. Конечно, рядом были и
другие  люди,  но одновременно и  тот состав ЦК  КПСС,  ряды которого только
сейчас начали слегка видоизменяться".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


     "Диалог,  по-моему,   необходим  и  возможен   с  любыми  общественными
группами, но при одном условии:  если они  за структурные преобразования без
применения насилия и расовой дискриминации. Нам нельзя уходить от обсуждения
любых  проблем,  хотя  бы  потому,  что  если  мы не  будем  обсуждать, буду
обсуждать  без  нас.   Важно  только  продумать   четкий  правовой  механизм
образования  и ликвидации общественной организации в том случае,  когда  она
начинает  противоречить   основам   будущей   новой  Конституции   и   нашей
социалистической ориентации".


     Известия 26 июля 1989 г.

     За подписью Верховного Совета СССР опубликовано Обращение к  советскому
народу,
     где, в частности говорится:
     "...События  последнего  времени,  забастовки  и  стачки,  национальные
конфликты, которые вспыхивают то  в  одном, то в другом регионе,  показывают
что перестройка в нашей стране переживает острый и трудный период...
     ВС  СССР гарантирует, что  в  течение нынешней и осенней  сессии  будут
приняты   законы,   которые   обеспечат   подлинную    самостоятельность   и
самоуправление  трудовых коллективов,  право  распоряжаться предприятиями  и
результатами   собственного  труда,   передачу  на  деле  земли  крестьянам,
обеспечат суверенитет и хозяйственный расчет республик, создадут условия для
избрания представителей народа в  местные  и  республиканские органы власти,
защиту прав и свобод каждого гражданина..."
     Все  слова да посулы.  Если вдуматься  -- ложные и безответственные. За
крестьян   и   республики   не  скажу.  Но  как  трудовые  коллективы  будут
самоуправляться и  распоряжаться  результатами своего труда? Чего  ради, без
подстегивания  конкуренцией  на   свободном  рынке  они  станут  по  совести
"вкалывать"? А без  этого их самостоятельность  кончится крахом. Маниловщина
какая-то!.. Или просто словоблудие...



     6 сентября 1989 г.

     В политике --  невесело!  Тлеющий  конфликт и забастовки в Прибалтике и
бестактное письмо ЦК по  этому поводу. Еще более острая ситуация в Молдавии.
Совсем скверно в Азербайджане: из Баку выселяют всех армян...
     Горбачев  затаился. В  отпуске? Что-то  долгонько.  На телеэкране часто
мелькает физиономия  Лигачева. Ходят слухи,  что секретари обкомов бунтуют и
возможна отставка  "самого". По мне так бы оно и лучше. Председателем ВС  он
бы  остался, а из партии начался бы  массовый  выход.  (Я и сам  вышел  бы).
Глядишь  --  она, родная, тихонько и скончалась  бы. С  Законом о выборах  в
местные Советы никакого движения вообще:

     "Словно замерло все до рассвета,
     Дверь не скрипнет, не вспыхнет огонь..."


     31 сентября 1989 г.

     События, связанные с борьбой за Нагорный Карабах вышли из-под контроля.
С начала сентября  Азербайджан установил блокаду Армении. Прекратила  работу
железная  дорога,   по  которой  шло  85%  необходимых   республике  грузов.
Блокированы  шоссе.   Армяне  остались   без  горючего,  поступавшего  извне
продовольствия,  медикаментов, стройматериалов,  сырья  для  промышленности.
Прекратились  восстановительные  работы в зоне землетрясения.  Самолеты едва
долетают  от  Еревана  до  Минеральных  вод  для   заправки.  То  же  самое,
разумеется, и в самом Нагорном Карабахе. Уговоры бесполезны -- азербайджанцы
осатанели.  Все  --  от рабочих  до  интеллектуалов.  А  центральная  власть
молчит...

     Недавний пленум ЦК  решил ускорить  созыв 28-го партсъезда (на  октябрь
1990  г.)  и  вывел  из  Политбюро   Щербицкого   и  Чебрикова.  Из   прямых
консерваторов там остался только Лигачев, на  которого  пытаются наскакивать
(в связи с темными делами в Узбекистане) ретивые следователи Гдлян и Иванов.
Но Горбачев его, по-видимому, прикрывает. Мне кажется, что я понимаю почему.
Лигачев  --  символ  прежнего  режима,  последняя  надежда и защита  старого
партаппарата. Его отставку аппарат воспримет как трубный глас своей погибели
и  станет саботировать перестройку в полную  силу  (многие,  я полагаю,  еще
выжидают).
     Конечно,  партаппарат  надо  обновить.  Это можно  сделать  повсеместно
именно  сейчас  --  в  ходе отчетно-выборной кампании к  предстоящему Съезду
КПСС...
     А  Лигачев  пусть  пока сидит  в  Политбюро --  символ  преемственности
партийной линии. На съезде его можно просто не избрать в новый состав ЦК или
в Политбюро.


     7 октября 1989 г.

     В  Литгазете -- умная статья С. Алексеева "Сила демократии и демократия
силы".  Основная   мысль:  выходящий  за  разумные  рамки  разгул  "народной
демократии",  в  нынешних  тяжелых  экономических  условиях  жизни,  которые
порождают озлобление,  при  нашем бескультурье и отсутствии  демократических
традиций, грозит  смести все,  еще  слабые  и  нестойкие  ростки  обновления
экономики.  Он предлагает ввести  "Президентское правление", опирающееся  на
демократические  институты,  но наделенное реальной  и неоспоримой  властью,
реализуемой,   --   в   частности,   --   и   через   систему    эффективных
правоохранительных  органов...  Я  совершенно  согласен.  Пора,  пора власть
употребить. Иначе -- утонем.
     Алексеев  сейчас   фигура  первого   плана   --  председатель  Комиссии
законодательных предложений Верховного Совета...

     Углубление  экономического  кризиса,  инфляция  и  озлобление   граждан
породили панические  настроения у  части интеллигенции,  особенно еврейской.
Даже мой школьный друг Сашура заговорил о неизбежности погромов и о том, что
надо бы (да  ему поздно) из этой страны  уматывать. Эмигрантские настроения,
благодаря открывшейся  возможности выезда в любую  страну,  приняли массовый
характер. В очереди для получения визы  в  американском консульстве записано
несколько тысяч  человек.  Среди них, увы,  и  мой сын  Андрюша. На  днях он
собирается со  мной  обсудить этот вопрос. При  том, что я смотрю на будущее
отнюдь не так мрачно, отговаривать его не буду. Но постараюсь убедить ничего
не  менять в  своей жизни и работе, а главное -- в настроении, пока согласие
на выезд в США не будет ему дано. Говорят, что американцы рассматривают лишь
по нескольку заявлений в день. Так, что ожидание может длиться целый  год, а
за это время ситуация должна стабилизироваться.
     Тем  более,  что  ему  самому уезжать не хочется, но он, как и  многие,
считает необходимым  эмигрировать ради детей (2  и 8  лет). И не столько  из
опасения  насилий,   сколько  ввиду  обнаружившихся  недавно  (как  говорят)
кошмарных фактов отравления наших продуктов нитратами, пестицидами  и прочей
химией.


     15 октября 1989 г.

     Новая  атака  на  торгово-закупочные  кооперативы.  3-го   числа  ВЦСПС
организовал  по  этому  поводу  митинг  в  Лужниках.  Работяг  привозили  на
автобусах, за  участие в митинге предоставляли "отгул" -- добавление  дня  к
отпуску. Текст плакатов был разослан  предприятиям: "Наживаются,  ничего  не
создавая",  "Скупают дефицитные товары", "Отмывают ворованные деньги" и  так
далее, в том же духе.
     В Верховном Совете  по этому поводу снова обсуждается предложение ВЦСПС
запретить кооперативы. Один за другим  выступают  монстры  от имени рабочих,
народа,  пенсионеров  и  требуют  задушить  гидру  кооперативной спекуляции,
спасти  социализм. Радикалы  отбивались из последних  сил,  защищая зародыши
будущего   свободного   рынка.   В   конце   концов  согласились   запретить
торгово-закупочную деятельность  любых  кооперативов, если  объектом закупки
служат товары  из государственных  магазинов и  складов. Поскольку  частного
сектора в производстве (кроме кустарных промыслов) у нас пока еще нет, такое
запрещение означает,  что мы  будем  создавать рынок... без профессиональных
торговцев -- посредников между производителями  и покупателями.  Рынок, а не
базар! Оригинально.


     16 ноября 1989 г.

     В  прошлый  понедельник  ВС  обсуждал  повестку  дня  предстоящего  (12
декабря) Съезда Народных депутатов. На  вечернем заседании,  которое  вместо
двух  длилось   пять  часов,  радикальные  борцы  за  демократию  отстаивали
предложение о включении в эту повестку обсуждение необходимости отменить 6-ю
статью  Конституции  СССР. В этой статье  записано, что  КПСС руководит всей
хозяйственной  и общественной жизнью  страны в качестве "правящей партии". Я
всей  душой за такую отмену,  но  не сейчас, не сейчас!  В стране нет другой
организованной  силы,  которая  могла  бы  на  местах  быстро  и  оперативно
реализовать  намеченные  центром  экономические   преобразования  и  создать
необходимую для перехода к рыночной экономике инфраструктуру.
     Многомиллионная,  спаянная  уже не столько  своей  идеологией,  сколько
железной  дисциплиной,  партия  была  создана  Сталиным  как  всепроникающий
инструмент  принуждения  и   управления  всей   хозяйственной  деятельностью
огромной  страны.  Четкая   иерархия  партийного   руководства  обеспечивала
немедленное  и безоговорочное  исполнение любого распоряжения, исходящего из
Москвы,  --  в  любом  удаленном  уголке, в любой  малой  ячейке  советского
общества.  Первоначально  эта  дисциплина   держалась  на  животном  страхе:
ослушников   или  инакомыслящих  ожидала  немедленная   жестокая  кара.  Так
продолжалось долгие годы и  командная функция партии стала  привычной нормой
жизни.  Через  много лет после смерти  Сталина, когда  ослушание  партийного
приказа  или  открыто  высказанное  несогласие  уже  не   влекли   за  собой
смертельной опасности,  а лишь  определенные жизненные неудобства  (в случае
исключения  из  партии  или  вынесения  партийного  "взыскания"),  привычная
дисциплина, в основном, сохранялась. Ее поддерживала (и так с самого начала)
кроме страха еще  и  система  некоторых  привилегий, главным образом в плане
возможности  занимать ответственный пост, повышения по  службе, позже  --  в
поездках за границу и т. д.
     Эту всепроникающую  командную систему можно было бы использовать сейчас
для быстрой реализации любых преобразований экономики. Идейная основа партии
у  ее членов (за исключением малой  кучки  "идеологов") давно испарилась. Ее
заменили   "шаманские",   набившие   оскомину   заклинания  и  заверения   в
преданности. Поэтому любой  поворот  политики, хоть на 1800, если
бы  он был привычно оформлен и  "обоснован" решением  ЦК или  Политбюро,  не
вызвал  бы  никаких  возражений   во  всем  огромном  партийном  аппарате  и
реализовался бы им с  тем же усердием. Что же касается самых высших  органов
партии,  то  Горбачев уже доказал  свою способность к их  обновлению  и  при
достаточной осторожности мог бы довести этот процесс до конца.
     Отмена 6-й статьи и  публичное  (через  ТВ) лишение партии ее командных
прав  были  бы восприняты  массой народа  как наступление эпохи  безвластия,
когда все инстинкты  и предрассудки темного сознания этой массы  получили бы
санкцию на бесконтрольное анархическое воплощение. Первыми жертвами стали бы
госпоставки (в первую  очередь продовольствия) и  кооперация.  А  дальше  --
одному Богу ведомо...
     В   политике  такой  авантюризм   недопустим.  Развитие   и  так   идет
умопомрачительно  быстро.  Дайте народу  приспособиться, освоить  новые  уже
открывающиеся возможности существования, помогите ему в этом...
     Собственность  на  землю; частный  сектор в сельском хозяйстве,  мелкой
промышленности,  торговле  и  сфере   услуг;  кооперация,  свободный  рынок;
товарные    и   финансовые   биржи;   конверсия    военной   промышленности;
конвертируемость рубля;  установление экономического партнерства с Западом и
прочее... Для всего этого уже открываются возможности,  но необходимо время.
Дайте стране проглотить всю эту лавину новаций, не захлебнувшись. Потом  уже
пойдем  дальше: к  приватизации  заметной  части  крупной  промышленности, к
расширению и укреплению демократии -- в частности, откажемся  от узаконенной
руководящей  роли  одной  партии, заменив ее многопартийной,  эффективной  и
квалифицированной парламентской системой.
     Нынешний  максимализм  чреват крахом  всех благих начинаний.  Тогда  --
анархия,  разрушение  всех  связей,  голод,  затем   военный  или  дворцовый
переворот.  И все  к  чертям! Радикальная интеллигенция  твердит:  "Горбачев
правеет!"  Нет, милые,  это вы левеете -- без удержу и  без  рассудка,  а он
стремится удержаться на грани возможного...
     Сессия  ВС  едва-едва,  преимуществом  в  несколько  голосов  отклонила
предложение  об отмене 6-й  статьи  в  качестве  пункта  повестки дня работы
Съезда.


     6 декабря 1989 г.

     ВС принял в  первом  чтении и опубликовал  для всенародного  обсуждения
вполне сносный "Закон о печати". Предполагается, что обсуждение будет идти в
самой  печати, но результаты его  будут  трактоваться  не  подборкой  "писем
трудящихся", а научно  -- путем опроса общественного мнения социологами. Для
наблюдения за этим избрана специальная комиссия.

     Тем   временем  Восточная   Европа   буквально  взорвалась.   Началось,
естественно,  с Польши.  Правительство вынуждено  было  не  только  признать
"Солидарность", но и пойти на почти свободные выборы в сейм и сенат. "Почти"
в том смысле, что по  соглашению с "Солидарностью" часть  мест  в Сейме было
предоставлено коммунистам. Зато  результаты  полностью свободных  выборов  в
сенат оказались "оглушительными". 99 мест  из 100 получила  "Солидарность" и
другие, оппозиционные  ПОРП  партии. Сформировано правительство  во главе  с
одним из  лидеров  "Солидарности"  Мазовецким.  Генерал Ярузельский  остался
президентом, а ПОРП перешла в оппозицию к правительству. СССР не вмешался, а
признал свершившееся.
     За этим последовали мирные антикоммунистические  революции  в  Венгрии,
ГДР  и  Чехословакии.  Мирные  в  том  смысле,  что  бескровные  (власти  не
сопротивлялись),  но  по  размаху -- ураганные.  Демонстрации и  митинги  по
нескольку   сотен   тысяч   человек,   отставки   правительств,  выборы   на
многопартийной основе и всюду сокрушительное поражение компартий.
     Рухнула  берлинская  стена.  Миллионы  ошалевших  от радости  восточных
немцев ринулись в ФРГ, где их встречали, кормили и раздавали по 100 марок на
душу  для  мелких  покупок.   Хоннекера,   Штофа   и   других  "несменяемых"
руководителей ГДР сняли со всех постов, исключили из  компартии и собираются
отдать  под  суд.  До  основания  разорили  "Штази"  --   восточногерманское
отделение КГБ.
     Изумленный  Запад  взирал  на  все   это   буйство   на  экранах  своих
телевизоров, да и нам кое-что показали. Наша пресса и сам Горби отнеслись ко
всему  этому  со  сдержанным   одобрением.   Мы  уже  осудили   вторжение  в
Чехословакию в 68-м году и намерены вывести оттуда свои войска.
     Только Румыния под властью Чаушеску сохраняет верность коммунистическим
традициям. По  телевизору  показывали съезд румынской  компартии.  Делегаты,
стоя,  долго  аплодировали  и  скандировали  "Чаушеску,  Чаушеску!".  Жуткая
картина из наших сталинских  времен. Если волна переворотов захлестнет и их,
то прольется много крови.
     Но  главное  для нас  и  всего  мира  -- терпимость СССР. Для  мира  --
радостное подтверждение серьезности курса Горбачева на демократию и свободу,
у нас  для  партаппарата  -- предвестие  конца его владычества. Естественная
реакция -- отчаянные попытки сопротивления.
     Возникла   новая,   "ленинградская   оппозиция".    Первым   секретарем
ленинградского  горкома  и обкома  партии вместо провалившегося  на  выборах
Народных    депутатов    Соколова,    избран    некто    Гидаспов,    химик,
член-корреспондент Академии  Наук, глава крупного промышленного  объединения
и, как было известно  еще в  академических  кругах,  редкостная  сволочь. Он
организовал общегородской партийный митинг с  лозунгами и речами, требующими
созыва чрезвычайного  съезда  партии  и отчета  Политбюро  в попустительстве
антикоммунистическим деяниям  в мире и  в нашей стране  (ТВ все показывало).
Одновременно с этим регулярная передача  ленинградского телевидения, которую
смотрит  вся  Москва  (руководитель  Бэлла Куркова)  оказывается  еще  более
радикальной,  чем самые дерзкие московские  передачи. То, что  ленинградский
горком партии не может ее обуздать, свидетельствует о расколе в городе.
     Впрочем,  раскол  идет  по всей стране.  Ленинградских  коммунистов под
лозунгами защиты завоеваний революции поддержали партийные власти Волгограда
и ряда крупных индустриальных центров.
     В  Москве  на   сдержанно  антиперестроечных  позициях  прошла   сессия
Верховного  Совета РСФСР  старого состава (в марте  -- перевыборы).  Поднято
знамя спасения России,  русской культуры. От кого? Это объяснил пленум Союза
писателей  РСФСР  (я  уже  писал об их  союзе).  Пленум  прошел  под  флагом
откровенного антисемитизма. В качестве "действия" он снял главного редактора
журнала  "Октябрь",  который  считается  органом  российского Союза.  Журнал
опубликовал  Гроссмана   ("Жизнь  и  судьба",  "Все   течет")  и  Синявского
("Прогулки с Пушкиным"). Союз писателей СССР по этому поводу  отмалчивается,
но  образованная  в  его  составе   радикальная  группа  писателей  "Апрель"
опубликовала решительный протест.
     Была еще знаменательная по  своему результату попытка снять с должности
главного редактора  еженедельника "Аргументы и факты" Старкова. Эта  газета,
пожалуй,   самая   радикальная  из  всех,  потрясающе  популярна.  Число  ее
подписчиков достигло 31 миллиона человек! Еще  13-го октября, на совещании с
творческой  интеллигенцией,  где  Горбачев  в  присутствии  полного  состава
Политбюро  (успокоительный  демарш?)  ругал  печать  за  крайности,   он,  в
частности, спросил Старкова, не намерен ли тот подать  в отставку?  Такой же
вопрос повторил  вызвавший его позднее  секретарь ЦК по пропаганде Медведев.
Старков желательного намерения не выразил, а редакция "АиФ" в полном состава
заявила о своем уходе,  если  главный редактор будет  снят. Все это  открыто
публиковалось. В поддержку редакции поднялась буря протестов и писем во  все
инстанции. Старков до сих пор остается на своем посту.
     Пресловутая "Память" провела  на днях разрешенный митинг  на... Красной
площади,  у  памятника Минину и Пожарскому.  "Огонек" опубликовал  несколько
фотографий  с этого  митинга, что привело  в полное  отчаяние некоторых моих
друзей (не публикация, а  сам  митинг).  Мне вспомнилась недавно прочитанная
фраза  у римского  историка Саллюстия по поводу  заговора  Катилины: "Каждый
измерял  опасность степенью своей боязни". Между тем  на фотографиях  видно,
что митинг  собрал от  силы сотню человек,  часть  из которых, без сомнения,
иногородние зеваки, всегда слоняющиеся по Красной площади...
     Будет ли московский вариант "бунта" партаппарата? Почва  для него есть:
народ недоволен все растущим дефицитом товаров широкого потребления. Главная
его причина  -- колоссальный рост  количества  денег  на руках  у населения.
Неосмотрительно  введенная  система  "самофинансирования  и  хозрасчета"  на
предприятиях  привела  (в  отсутствии  свободного  рынка  и  конкуренции)  к
переходу  массы денег  из сферы безналичного оборота в наличность, например,
через  премиальную систему. Я знаю случаи, когда премии, выплачиваемые всему
трудовому коллективу, составляли десять и более месячных окладов в год.


     20 декабря 1989 г.

     15-го числа умер  Андрей Дмитриевич Сахаров. 17-го и 18-го Москва с ним
прощалась. Об  этих днях будут написаны сотни воспоминаний. Запишу  и я свои
свежие впечатления и чувства. Сначала о чувствах. Вся либерально настроенная
интеллигенция  молилась  на  Сахарова.  Я  тоже относился к А. Д. с глубоким
уважением,  но...  Было  (и  остается) это некое "но", удерживающее меня  от
поклонения и восторга. Сахаров, и верно, был святой человек, но была в нем и
"святая простота", не соответствующая столь великому уму. Я  уже упоминал об
этом  -- речь  идет о  работе  над водородной бомбой.  Как мощно успех  этой
работы поддержал сначала Хрущева, потом Брежнева!
     Наши   физики-атомщики  во   главе  с  Курчатовым  верили,  что  только
равновесие оснащенностью  атомным  оружием  может сохранить  мир  на  острие
ядерного  противостояния.  Что без  него  "западный  империализм" нападет на
СССР. Наверное  верили! Но зачем нападать? Почему не напали, когда у них уже
были атомные бомбы,  а у нас  еще нет? Что было бы если еще 40 лет назад  мы
признались, что слабее и отказались от всех посягательств на распространение
коммунизма в мире? Кто бы этим воспользовался (после разгрома  фашизма)? Как
бы отреагировало  мировое общественное  мнение, если бы какой-нибудь генерал
или глава государства все-таки предложил этим воспользоваться? Неужели  наши
великие ученые не понимали, что  мир вооружается  только  потому, что боится
именно нашей (идеологически обоснованной!) агрессии? Первыми на нас никто бы
не напал, будь у них уже сотни атомных бомб, а у нас -- ни одной! Бог с ними
-- воистину  "святая простота".  Мир  сейчас мог быть  совсем иным, откажись
наши  атомщики  от  этой работы.  Как  от  нее фактически  отказался  Вернер
Гейзенберг  в гитлеровской Германии... Это о чувствах. Теперь впечатление от
похорон.
     В воскресенье, 17-го, гроб для прощания был установлен в огромном холле
Дворца Молодежи, что на Комсомольском проспекте. Доступ к  нему был объявлен
с  часу до пяти часов дня. Было холодно --  с утра около 20 градусов мороза.
Мы с  Андрюшей и Ирой  решили пойти к трем, в  надежде,  что к этому времени
поток  москвичей  схлынет.  Они у  нас обедали.  Выпили "за упокой  души"  и
поехали.  Станция  метро  "Фрунзенская"  (она  --  в  здании  Дворца)  была,
естественно,  закрыта. От станции "Парк  Культуры"  пошли по Большой и Малой
Пироговским  в  хвост  очереди,  который  оказался аж за  Усачевским рынком.
Встали мы в нее уже в начале пятого, и было ясно, что до пяти не пройдем. Но
проезжавшая   вдоль   очереди  милицейская   машина  через  громкоговоритель
объявила,  что  доступ  будет продлен до  тех пор,  пока  все  пройдут.  "Не
волнуйтесь, не давите друг друга!" -- увещевал рупор. И совершенно напрасно.
Никто  не  давил. Все  были сосредоточены и грустны.  Народ (с  виду) сплошь
интеллигентный.  Когда повернули на  улицу Льва  Толстого,  очередь  заметно
расширилась и стала продвигаться медленно, с остановками. Время шло и шло. К
Дворцу Молодежи подошли  в 11-м  часу вечера,  отстояв на морозе более шести
часов.  (Иру, слава  Богу, уговорили уйти).  Вот что характерно. Очередь  не
была огорожена вплоть до последней сотни метров. Можно было бы пройти вперед
и  пристроиться  в любом  месте  --  люди  грудились из-за остановок, соседи
менялись и никто  за  этим не следил.  Но  думаю,  что такой уловкой если  и
воспользовались, то  очень  немногие.  Легко  было  заметить,  что  те,  кто
проходил вперед (чтобы  погреться  на ходу)  непременно возвращались  назад.
Было настроение какого-то искупления, "несения креста" что ли. Словчить было
бы  кощунством, и  люди  терпеливо стояли на морозе. Говорят,  что  прощание
длилось  до  полуночи, и  прошло около  семисот тысяч человек. Почти  все  с
цветами. Мы с Андрюшей положили  свои гвоздички в большую гору на полу перед
высоким  постаментом, на  котором покоился гроб.  Молодые ребята со значками
разных неформальных союзов в холле направляли поток людей по обе стороны  от
гроба. Около изголовья стояла одна  только Люся Боннер с распущенными седыми
волосами -- неподвижно, положив  руку  на лоб  Андрея  Дмитриевича.  Не буду
кривить душой. Мною владели  не боль личной  утраты и горе (как на похоронах
Натана  Эйдельмана), а глубокое огорчение и сильное  чувство солидарности  с
идущими  рядом и отстоявшими, как и  мы, шесть часов, чтобы эту грусть и эту
солидарность вместе ощутить.
     Назавтра была гражданская  панихида, сначала  в ФИАНе, потом на площади
около  стадиона  в  Лужниках,  где обычно собирались  митинги  "неформалов".
Сотрудники академических институтов  ждали окончания панихиды  в  колонне на
Ленинском проспекте. За ночь резко потеплело. На улицах -- месиво из снега и
воды.  Должны  были  двинуться  от ФИАНа  в  11 часов, но  пришлось ждать до
половины первого. Оказывается с утра тело А. Д. возили в Президиум Академии,
куда прибыло для прощания все правительство во главе с Горбачевым. (Давно ли
мы  на  площади  перед   зданием  этого  Президиума  митинговали  по  поводу
неизбрания Сахарова кандидатов в депутаты?)...
     Наконец движение  по проспекту перекрыли. Из  ворот  ФИАНа со скоростью
пешехода   выехал  автобус-катафалк,  за  ним  кортеж   автомашин.  Накануне
говорили, что гроб понесут до стадиона на руках, но слава Богу, от этой идеи
отказались -- было очень  скользко. Колонна вслед  за кортежем  двинулась по
Ленинскому,  потом  по  Университетскому  проспектам  и далее  по  проспекту
Вернадского   через   метромост  к   стадиону.   На  площади  было  много  и
неакадемического  народа.  (Например,  рядом с  нами стояла  группа  молодых
людей, судя по их речи, -- крымских татар). Всего 60--70 тысяч человек.
     На  проходящем  сейчас  2-м  Съезде  Народных  депутатов  был  объявлен
специальный перерыв, и желающие депутаты приехали  на автобусах.  Поневоле с
горечью вспоминалось, как на  1-м Съезде какой-то  комсомольский  деятель из
"афганцев" и  какая-то баба от "народа" обливали  грязью и  проклинали А. Д.
(за осуждение Афганской войны) под аплодисменты  консервативного большинства
съезда.
     Панихида началась в 3  часа. Вел ее  Гаврила Попов. Никого  из казенных
лиц на невысокой трибуне не  было -- только единомышленники. О  выступлениях
записывать  не  буду.  Первое  и   единственное  по-настоящему  горестное  и
проникновенное слово сказал академик Лихачев. С  неподдельной болью прочитал
прощальное  стихотворение Женя Евтушенко. Многие из  последующих выступлений
были  скорее  политическими,  чем  прощальными.  Сказывался  накал  страстей
съезда.  Часа  через  полтора  катафалк  с  родственниками  А.  Д.  отбыл на
Востряковского кладбище. Народ просили  туда не ходить. Митинг  продолжался,
но мы ушли. Москва проводила Сахарова.


     1 января 1990 г.

     Собрание жителей нашего микрорайона для выдвижения кандидата в Народные
депутаты РСФСР

     Это  -- вероятно довольно типичный пример  новой  чисто демократической
самодеятельности на самом низшем уровне. Наш микрорайон вблизи станции метро
"Юго-Западная"  образует десятка  два  окрестных  домов.  Дома  эти  блочной
застройки конца  50-х годов  -- кооперативные. Живет в  них  главным образом
научная  интеллигенция.  Так,   что  нижеследующее  описание  имеет   прямое
отношение к нашей теме.
     Незадолго до  Нового  Года  во  всех  подъездах  этих  домов  появились
напечатанные  на  машинке   (заглавными   буквами)   объявления   следующего
содержания:
     "Идет выдвижение в  Народные  депутаты РСФСР.  Не отдадим решение этого
вопроса на  откуп аппарату,  выдвинем своего альтернативного  кандидата!  Не
будьте пассивными!  Пожалуйста,  отложите  на  час-другой свои  дела  и всей
семьей  (для  кворума  нужно не  менее 300  присутствующих с правом  голоса)
приходите  на собрание избирателей 28  декабря  в  20.30 в дом пионеров (для
регистрации нужны паспорта). Спасибо! С Новым Годом!"
     Дом  пионеров  --  стандартное  школьное  здание постройки  тех же 50-х
годов.  К половине  девятого  его  маленький зал  набит  битком. Гардероб не
работает  --  сидят  и стоят в пальто. Мест не хватает -- откуда-то  таскают
скамейки и стулья. Собрание организовал некий "инициативный комитет" жителей
нашей группы домов,  воевавший  ранее  с  каким-то  ведомством, собиравшимся
строить в глубине микрорайона 22-х этажное административное здание на месте,
отведенном по плану для культурно-спортивного комплекса. Отвоевали! И вот --
взялись за избирательную кампанию...
     В  нескольких  местах зала  идет  регистрация.  Представители  Окружной
избирательной  комиссии бдят: будет  ли кворум? Известно,  что  накануне они
оспорили правомочность другого такого же собрания по соседству. Там к началу
собрания набралось  300 человек,  а к моменту голосования осталось лишь 280.
Сборы и регистрация длятся почти час.
     Но  вот  собрание  началось. Выдвинули  кандидатов.  Я  не  понял,  кто
выдвинул, заранее ли  или здесь экспромтом.  Да ладно.  Поначалу их четверо:
председатель  одноного из  наших  жилищных кооперативов  -- доктор  наук  по
педагогике,  женщина  (физик) --  научный сотрудник Академии наук, отставной
военный  -- майор  и молодой человек -- заместитель председателя московского
объединения сатириков (оказывается, есть и такое). Пятый выдвигал  себя сам.
Он  --  юрист  по  образованию,  работает  в Историко-архивном Институте  по
какой-то  хозяйственной  части.  Все пятеро,  как  выясняется  из дальнейших
расспросов, к районным  властям отношения не  имеют, в  партии  не  состоят.
Представители народа! На  программу  каждому дают  по  5  минут.  Ответы  на
вопросы  --   по  минуте.  Но  зато  число  вопросов  не  ограничено.  Потом
планируется обсуждение кандидатур, но ясно, что на него времени не останется
(как  и  оказалось).  Кандидаты  усаживаются  в  ряд  на  сцене.   Из  числа
добровольцев назначают  счетчиков -- голосование будет  открытым. Начинается
поочередное изложение программ кандидатов.
     Педагог  --  рохля.  Мямлит  общие места,  хотя  и  радикального толка.
Главный  его  тезис   --  профессионализм.   Он  готов  заниматься  реформой
образования. Какой --  непонятно, если не считать требования в несколько раз
увеличить отпускаемые на него  средства.  Женщина-физик симпатичная. Средних
лет, держится застенчиво, но,  как  оказалось,  был  в числе доверенных  лиц
Сахарова на его выборах. Я лично голосовал за нее. Отставному военному всего
45  лет. Выясняется, что он  уволен  из  армии в связи с сокращением личного
состава  и одновременно... исключен из  партии. За  то,  что будучи выдвинут
кандидатом  в  Народные  депутаты  СССР  от своей воинской  части, отказался
подчиниться  указанию  военного  начальства  -- снять свою  кандидатуру.  (У
военных,  естественное, свое представление  о демократии). Выбран не был, но
за  свой  отказ  поплатился.  Между   прочим  --  политработник.  Решителен,
категоричен,  громогласен и радикал! Один  из организаторов  уже получившего
известность  сообщества  офицеров  "Щит".   В   его   программе:  ликвидация
политорганов  и  парторганизаций  в  армии,  обновление  высшего  командного
состава и подготовка перехода к профессиональной армии.
     "Сатирик" оказался по основной  профессии экономистом.  Что-то пишет  и
публикует по экономике,  но на хлеб  зарабатывает  сатирическим  пером.  Его
программа -- экономического толка, но обща и легковесна.
     "Самовыдвиженец"  явно   "с  приветом".  Внешность  демоническая,  речь
скачущая  --  от  полушепота  до  крика.  Программа  крайне  радикальная   и
сумбурная. Главное слово в ней -- "долой"!
     После представлений начинаются вопросы. Их много, адресованы то каждому
депутату  (отвечают  поочередно),  то  кому-то  одному  из них.  Вопросы,  в
большинстве своем, категорические и резкие. Вроде такого: "Может ли нынешнее
правительство вывести страну из тупика? Да или нет? Отвечайте одним словом!"
Главное  впечатление от вопросов -- крайний радикализм.  Неверие не только в
дееспособность, но даже в искренность намерений руководства страной, включая
и самого  Горбачева, острая враждебность по отношению к КПСС. Эта последняя,
может быть и  неосознанно, подразумевает  партаппарат, партийное начальство.
Не  сомневаюсь, что  треть присутствующих, как и я,  члены партии. В научных
институтах от этого  трудно уклониться.  Всем кажется,  что надо действовать
столь же решительно, как сейчас действуют немцы и чехи.
     Голосование состоится уже около  полуночи. При этом оказывается, что из
собравшихся первоначально  360 человек почти все пропотели  в душном зале до
конца.  Окружная  комиссия  все  бдит  и  собрание  не  торопит.  Результаты
голосования: отставной майор получил 223 голоса, то есть избран уже в первом
туре. Женщина-физик  собрала  178  голосов.  За педагога  подано  -- 50,  за
сатирика  -- еще  меньше. "Самовыдвиженец" на последнем  месте.  Разрешалось
голосовать за  двух и  более  кандидатов  --  поэтому  сумма  голосов больше
360-ти.
     Уходим с собрания оживленные и довольные. Шутка ли? Избрали  кандидатом
исключенного из партии, открытого оппозиционера властям!


     2 февраля 1990 г.

     Пару  недель  назад  состоялось  "вторжение" молодчиков  из "Памяти" на
собрание  прогрессивной  писательской организации  "Апрель",  проходившее  в
Центральном доме литераторов (ЦДЛ). Это  --  несложно:  вход в него охраняет
одна пожилая дама. Проникнув в зал  заседаний, агрессоры через мегафон стали
выкрикивать:  "Жиды,  убирайтесь в Израиль" и грозили следующий раз придти с
автоматами. (Репортаж в последнем номере "Огонька").
     Вообще-то  говоря,  это  --  жалкая  кучка  шпаны:  несколько  десятков
человек,  но  настораживает  явное  попустительство  милиции.  Из  ЦДЛ  этим
молодчиков в конце концов вывели, но тут же отпустили. В ответ на требование
литераторов "Апреля" возбудить уголовное дело  районный прокурор заявил, что
у него нет данных о  вторжении  какой-либо организации в  ЦДЛ. Наверное надо
представить официальную бумагу за подписью директора дома и с печатью...
     Говорят, будто  в Ленинграде, на колоннаде Казанского собора вывешивали
адреса евреев. (Сколько? Для такого огромного  города? Наверное -- "утка") и
по  всей стране  пущен слух, что  5-го  мая (в день печати)  будут еврейские
погромы.  Лично я  убежден,  что  это  блеф.  В  России  реальной почвы  для
антисемитизма нет. Евреи, благодаря заботе нашей партии, не занимают никаких
командных позиций в  Государстве. Однако если в политической  борьбе возьмут
верх  консерваторы  и  власти  будут  попустительствовать,   то  озлобленную
текущими экономическими трудностями толпу можно натравить  на  кого  угодно,
лишь бы дать выход ее агрессивности.
     Впрочем, левые силы начали консолидироваться. В радикальной печати и на
состоявшихся последние  два дня  во дворце спорта  "Измайлово" многотысячных
собраниях-встречах  с лидерами радикалов  происходящее  справедливо  названо
появлением   фашизма   в  СССР.  На  4-е   февраля  назначен  общемосковский
антифашистский митинг.


     8 февраля 1990 г.

     4-го числа, в ответ на провокацию  "Памяти" в ЦДЛ, в Москве  состоялась
гражданская  манифестация. По официальным данным  милиции  в ней участвовало
около   200  тысяч  человек.  Манифестация  была  направлена   также  против
консерваторов, стоящих,  -- как  это  всем ясно, --  за спиной  "Памяти",  и
адресована открывавшемуся 5-го числа пленуму ЦК.
     Меня  в Москве не было. Ходили Лина и  Инна.  Собирались к 12-ти против
входа  в  Парк  Культуры  и  шли во  всю  ширь  Садового  кольца до  площади
Маяковского (движение транспорта было перекрыто). Потом по улице Горького на
Манежную площадь.  Шествие заняло 2,5 часа.  Народ на  тротуарах и  в  окнах
домов приветствовал манифестантов.
     Митинг проходил буквально  на глазах участников пленума, разместившихся
в  гостинице "Москва". Выступали: Ельцин,  Попов,  Афанасьев и другие лидеры
радикалов.  Евтушенко  читал  стихотворение,  клеймящее  "Память".  Судя  по
рассказу Лины,  милиции  было  мало и вела она себя  корректно. И площадь, и
улица  Горького  ниже Моссовета были отлично  радиофицированы -- слышно было
каждое слово. По всему  видно, что была дана команда  не  препятствовать,  а
даже содействовать манифестации. Интересно, кем она была дана?

     Теперь  о  пленуме  ЦК,  весьма  расширенному  по  составу.   Принимали
"платформу" к 28-му  съезду партии.  По  телевизору  не  показывали,  но все
выступления  (похоже, что без  купюр)  печатали в "Правде". Проект платформы
был роздан  делегатам.  Горбачев сделал краткий вступительный  комментарий к
ней.  Судя по  нему,  платформа  достаточно  радикальная.  Было  заявлено  о
необходимости отмены 6-й статьи Конституции ("Партия  будет бороться  за то,
чтобы быть  правящей, но  путем завоевания доверия масс")  и  о  возможности
многопартийной системы. Горбачев предложил провести  прямые тайные выборы на
съезд  партии,  сократить  вдвое  численность  ЦК  и  не   избирать  в  него
функционеров Государства высокого ранга.
     Одновременно вполне  недвусмысленно  было  сказано  о  целесообразности
введения в стране президентского правления.
     Прения начались резкими протестами консервативно настроенных делегатов,
но после выступления секретаря парткома Ижорского завода круто изменили свой
характер. "Голос масс"  прозвучал угрожающе: уже несколько  месяцев никто на
заводе в партию не вступает, а более 100 человек из нее вышли. 6-ю статью --
отменить!  За  многопартийность  и  радикальную  реформу в КПСС!  Предлагает
нынешний ЦК от проведения выборов на Съезд отстранить, а избрать здесь же, в
основном  из  приглашенных,  специальную  комиссию  для  организации  прямых
выборов  делегатов съезда. Статистика  30-ти  первых выступлений, которые  я
терпеливо вычитал  в "Правде"  явно в пользу  Горбачева (23 против 7). Резко
выступал Ельцин, а бедняга Лигачев вертелся ужом: поминал деструктивные силы
в  партии  (очевидно,  Ельцин)  и  вступался  защищать от  них  Горбачева...
Заключительные  слова  его  выступления  о  том,  как   он  хочет  работать,
заставляют его даже немного пожалеть. Они  означают: "Сдаюсь, сдаюсь, только
не гоните!"...
     Обсуждение проблемы с  отделение  литовской  компартии  происходило  за
закрытыми дверями. Опубликовано  лишь  весьма  умеренное  и краткое решение.
Намерение  литовцев  осуждается  (не одобрять же  его!),  но  их  приглашают
повременить с реализацией этого  намерения  до съезда,  на который  прислать
своих делегатов. Очевидно имея в виду, что на съезде может быть принят новая
структура КПСС -- такая, что литовским коммунистам можно будет  оставаться в
ее рядах, не рискуя потерять поддержку своих граждан.
     В  целом,  Миша  очень  успешно  провел  этот  раунд борьбы  со  своими
противниками. Заняв президентскую должность, он возьмет на себя всю власть и
всю ответственность  за  экономику, межнациональные отношения и  все прочее.
Достанет ли у него решимости и ума, чтобы справиться со всеми проблемами? Не
уверен. Однако посмотрим...


     Известия 21 февраля 1990 г.

     Несомненно, в  связи  с участившимися  манифестациями напечатана статья
Владимира  Лакшина "Крик над  площадью". Как всегда -- умная и гуманная. Вот
некоторые отрывки из нее:
     "У  журналистов  вошло  в  моду  говорить, что среди  других  дефицитов
опаснейшим является  дефицит власти.  Но, по-моему, есть еще  более  грозный
дефицит  в  обществе,  наблюдаемый на каждом  шагу  сегодня: дефицит  добра.
Именно  так  можно  попросту  определить  то, что округляют  в  расплывчатом
словосочетании: рост социальной напряженности. Социальная  напряженность  --
это и есть не что иное, как энергия зла: недовольства, раздражения, наконец,
взаимной  ненависти  разных социальных  и  национальных слоев и  групп, да и
просто людей друг к другу...
     ...Власть не должна быть  бессильной перед злом, но  людям прежде всего
надо натренировать себя на терпимость, взаимоуважение, на добро. И не так уж
важно,  кто  принесет  более  заметную  лепту добра  в наш недобрый  мир, --
церковь ли, чтение  ли  книг, театр и кино,  семейное воспитание  или школа.
Знаю  только, что  без быстрого  прогресса  культуры  с одними политическими
требованиями  все   большей   свободы,  смахивающей  на  анархию,  и  одними
экономическими  требованиями одежды и колбасы,  без  культуры духовной -- мы
пропали... не  затем ли  дан был нам опыт трех русских  революций, не считая
восстаний и  бунтов  прошлых столетий, чтобы мы больше  ценили  идею Великой
Эволюции,  как  определил  в  письме  Сталину  1930 года свой  идеал  Михаил
Булгаков.
     Всегда  находятся  горячие  головы, люди нетерпеливые, жадные на скорые
перемены.  Но  беда  та,  что истинно глубокие  изменения в народной  жизни,
сопровождаемые изменениями  в  психике  и  нравах,  происходят  медленно.  К
"рыцарям нетерпения", психологически точно охарактеризованным Ю.  Трофимовым
в  его  романе  о народовольцах,  примыкают честолюбцы, готовые  всякий  раз
начать историю с нуля, лишь бы покрасоваться во главе бунтующих масс...
     ...Хочется  воскликнуть:  остановитесь! Все  это  опьянение  романтикой
митингов с экстремистскими речами,  шествий, способных  сорваться в насилие,
воздетых кулаков, слома, взрыва уже было не однажды  и вело только к одному:
смуте, крови, диктатуре и колючей проволоке. Лучше попробуем -- история дала
нам шанс -- пожить по-человечески, цивилизованно: обсуждая, а  не выкрикивая
зажигательные   призывы,   чтя  едва   пробившиеся,   нежно-зеленые   ростки
демократии,  уважая только  еще складывающиеся справедливые законы и  мирную
жизнь, радея  о  созидании, а не об  одном  азартном перераспределении ранее
созданного..."

     Я очень уважаю Владимира Яковлевича, знаком с ним, даже решаюсь считать
себя его  другом. Но, видимо, он ни разу не был на манифестациях демократов,
собирающих  главным образом либеральную  интеллигенцию.  Там  нет  "воздетых
кулаков",  слома и угрозы  "сорваться  в  насилие"  (что  может  подтвердить
московская милиция). Эти манифестации и  есть  цивилизованное волеизъявление
народа,  точнее --  его  лучшей, просвещенной  части,  способной  (благодаря
телевидению) цивилизованно увлечь за собой и большинство сограждан.




     23 февраля 1990 г.

     Идет сессия  Верховного Совета СССР. По  вечерам, в  записи  показывают
репортажи  из зала заседаний. Но интерес к ним  явно упал. (Хотя обсуждаются
важнейшие законы: о  собственности, о земле,  о  Федерации).  Народ окрестил
дебаты на  сессии "говорильней". И справедливо.  Ввиду отсутствия фракций  в
нашем  "парламенте",  каждый  выступающий  снова  повторяет уже  высказанные
аргументы "за"  или "против" -- то ли  стараясь  уговорить  аудиторию, то ли
себя показать на телеэкранах. Законы о  собственности и земле  не приняты, а
отправлены в комиссии "для доработки". Холостой ход!

     4 марта -- выборы на Съезд Народных депутатов РСФСР и в местные Советы.
В отличие  от  прошлых выборов,  даже сейчас,  за 10 дней до  выборов  царит
полная  тишина  и  апатия.  Никто  не знает  имен  кандидатов, коих  великое
множество. По Москве  в каждом  избирательном  участке (а это всего-то около
3-х  тысяч  избирателей)  будет  баллотироваться 6--7  кандидатов  на  Съезд
Народных депутатов, 5--6 человек -- в Моссовет и 2--3 человека -- в райсовет
(при  том, что выбрать  в каждом случае нужно лишь одного депутата). Никаких
избирательных  плакатов,  ни  агитации за  кандидатов на этот  раз  нет.  Их
слишком много! (Голосование списками кандидатов  от общественных организаций
на этом  уровне  не  производится  --  только  индивидуально).  В  интересах
равенства условий предвыборной  кампании,  запрещено использование для целей
агитации средств предприятий (как  денежных, так  и  технических), равно как
средств общественных организаций и частных граждан. Каждый кандидат получает
от избирательной комиссии 50 рублей и...  делай с ними что хочешь.  А что на
эти деньги сделаешь? Встречи с кандидатами в  школах и клубах объявляются на
канцелярских бланках.  Хотя их  и расклеивают  по микрорайону, но замотанные
жизненными  трудностями граждане пробегают мимо, не читая.  В результате  на
такие встречи приходит по нескольку десятков человек. Телевидение в  стороне
(оно  общесоюзное).  Говорили,  что  будут расклеены  официальные плакаты  с
фотографиями, краткими биографиями и программами кандидатов, но пока  что их
нет.  Находящиеся  еще  у   власти  партийные   органы  от  проведения  этой
избирательной кампании явно устранились.
     ...Народ разуверился во всем. Настроение гнусное. Магазины  по-прежнему
пустуют, особенно промтоварные. Все скупают ("бегство от денег!"). Доверие к
возможности  оздоровления  экономики --  на  нуле. Цены растут.  Предприятия
всеми  правдами  и неправдами  стараются урвать побольше  и дать поменьше --
работать никто не хочет.
     Народ озлоблен на экономистов, которые в  печати  все обсуждают  разные
модели   и   пути   преодоления  кризиса.  А   тем   временем   элементарная
бездеятельность  (в связи  с ожиданием своей ликвидации) или прямой  саботаж
аппарата распределения  наращивают  экономические  трудности.  Говорят,  что
повсеместно  обнаруживаются  переполненные  склады  с  дефицитными товарами,
которые не  поступают в продажу.  Тысячи товарных составов (по слухам) стоят
неразгруженными,   и  железные   дороги  бедствуют  от  нехватки  порожняка.
Закупленное по импорту не на чем доставить в Союз и развезти по его огромной
территории. Надо бы передать это дело в руки торговых кооперативов -- они бы
справились. Но, опираясь  на  дремучую неприязнь народа, местные  власти изо
всех сил стараются ликвидировать кооперативы.
     Худые  времена!  Естественно,  что  на  этом   фоне  лавиной  нарастает
эмиграция,  в   первую  очередь   дельной  молодежи,  утратившей  надежды  и
опасающейся воцарения хаоса. Настроение портится даже у меня.
     В возможности,  способности и намерения Горбачева я верю все меньше. Он
--  хитер,  но  мелковат  для  стоящих  перед ним  проблем.  И  недостаточно
решителен. Надо бы  его менять, но не на кого. В Верховном Совете появился и
проявился целый "букет" блестящих  умов. Это -- потенциальные  новые  лидеры
страны, но на сегодняшний  день  им  не хватает  авторитета  --  по  инерции
связанного   у   нас  (в   массах)  с  возглавлением  партии.   Единственная
конкурентоспособная фигура --  Ельцин.  Но он, на  мой взгляд, как серьезный
политический деятель стоит  не многого.  Обличитель, смутьян, вожак толпы --
это да. Руководитель огромной страны, особенно в тяжелейший момент  коллапса
ее экономики -- вряд ли!  Между тем он рвется (и имеет неплохие шансы) стать
президентом России. Если на  этом посту, вместо помощи и  сотрудничества, он
начнет борьбу с Горбачевым за влияние, ничего хорошего ожидать не следует...
Боюсь, что Борис переоценивает значение своего успеха на мартовских выборах.
Эти 90% -- результат "протестного голосования" -- против КПСС.
     (В недалеком будущем  единодушные клики многотысячных толп на митингах:
"Ельцин,   Ельцин!"  смогут   усилить  его  самомнение   и,  как  следствие,
конфронтацию с  Горбачевым. Хотя и  они, эти  клики, будут носить протестный
характер -- антипартийный, потом антигорбачевский).





     26 февраля 1990 г.

     Манифестация на Садовом кольце

     Вчера  одержана  немалая, на мой  взгляд,  виктория демократических сил
Москвы. Еще 4-го числа во  время  митинга  на Манеже было объявлено, что  на
25-е назначены аналогичные митинги  демократических организаций и фронтов по
всей стране  в поддержку радикальных сил на республиканских и  муниципальных
выборах (25-е -- последнее воскресенье перед ними).
     Дня  за три до этого Верховный Совет Союза принял обращение к гражданам
с  призывом на этих  митингах не допускать эксцессов  и  провокаций, а также
проводить их только там,  где будет разрешено местными властями. Специальное
постановление   Совмина   СССР  возложило  особую  ответственность  за   эти
мероприятия  на правоохранительные органы и войска МВД. По  городу, -- а как
потом выяснилось  и  по всей стране,  --  стали распространяться  панические
слухи.
     Говорили, что в Москву отовсюду  съезжаются  "боевики", что стягиваются
войска,  что  больницы и  даже  морги очищены  для  приема  жертв  ожидаемых
беспорядков.  В  школах  и  детских  садах детей и родителей предупреждали о
нежелательном пребывании  в  этот день на улице --  возможны  перестрелки! В
учреждениях и на  предприятиях парткомы  убеждали  сотрудников не  принимать
участия в митингах.  По радио  и телевидению  было  зачитано  обращение всех
творческих  союзов  с  призывом  не  участвовать, --  не  давать  повода для
провокаций. Явно давили на интеллигенцию, запугивали ее.  Накануне вечером в
программе  "Время"  на  телевидении выступил  наш  новый  министр  культуры,
Николай  Губенко, и говорил  о  том,  что мы  еще не научились  пользоваться
свободой и это, порой, может приводить к очень прискорбным последствиям. Мне
было жаль его. Призывать прямо к неучастию в митинге он не мог, но смысл его
выступления сводился именно к этому. В той  же программе показали  обращение
по ленинградскому  телевидению  руководителя их народного фронта опять же  с
призывом  не  участвовать.  На  целый  день 25-го по  центральному  ТВ  была
объявлена программа завлекательных западных  кинофильмов. Таким образом были
приняты все доступные властям меры, чтобы запугать (или отвлечь) народ...
     И, надо  признать, кампания  имела  некоторый успех. Оно  и понятно  --
после Тбилиси, Баку и  Душанбе! Московские  телефоны  в  субботу вечером "не
остывали". Шел обмен мнениями, сведениями,  слухами. Родители умоляли  своих
взрослых детей не ходить на митинг. Дети --  тревожились за  родителей, если
среди  них находились "отчаянные головы". Но, в основном,  пожилая  публика,
особенно евреи, была  напугана. К  примеру, наша одинокая  соседка не только
уговаривала нас  с Линой не  ходить, сообщая "точные сведения" о  том, что в
больницах  расконсервированы запасы донорской крови, но и сама на целый день
25-го ушла в своей приятельнице-русской (в нашем же доме) опасаясь погромов,
обещанных на этот день.
     Впрочем, кампания запугивания имела и обратный эффект.  Она раззадорила
молодежь. Один из приятелей моего сына сказал ему:  "Я идти не собирался, но
раз так стращают  -- пойду". Вообще, в отличие от прежних митингов, молодежь
в  возрасте до 30-ти лет составляла  на этот раз большинство  манифестантов.
Очаровательна, к  примеру, была группа  анархистов, человек в сто. С черными
знаменами, с транспарантами:  красными буквами  на черном фоне, с  какими-то
значками и повязками на обнаженных головах. И все юные-юные, моложе 20-ти. И
очень решительные!
     Но начну по  порядку. К  11.30 мы с  Линой и Инной Черновой приехали на
Октябрьскую  площадь,   где  у  входа  в  гостиницу  "Варшава"   встречались
сотрудники  ИНЭОС'а.  Их  собралось  человек  30--40.  Среди   них  один  из
заместителей директора Института и Ученый Секретарь. Были еще  двое  коллег,
приехавших из  Казани и  один --  из  Киева. У соседнего дома другая группа,
судя по виду, тоже ученых, ратовала в защиту следователя  Гдляна, воевавшего
с  Лигачевым.  На  их плакатах,  исполненных  на  обратной  стороне каких-то
графиков и таблиц, красовались  немудрящие призывы,  обыгрывавшие фамилию их
подопечного, вроде такого: "ВзГДЛЯНем правде в глаза!"
     По другой стороне улицы, из другого выхода метро тоже тек поток людей в
сторону  Парка.  Чуть  дальше  оба  потока  сливались,  заполняя всю  ширину
магистрали перед мостом  через  Москву-реку. Вскоре после  12-ти, дождавшись
запоздавших, подошли ко входу в  Парк  Культуры  и мы.  Здесь уже  собралось
100--150 тысяч человек. Аналогичный предварительный  митинг (в  месте сбора)
шел в это время на  Смоленской площади. Говорят, что  там  было втрое больше
народу, а общее число манифестантов милиция оценивает в полмиллиона человек.
В  соответствие  с намеченным  планом,  после накопления  на  своих  сборных
пунктах обе колонны должны были двинуться навстречу друг другу и сойтись для
основного митинга на Зубовской площади.
     В  конце предварительного  митинга  у  Парка  стали  зачитывать  список
кандидатов  на  Съезд  Народных  депутатов  РСФСР,  за  которых  рекомендует
голосовать  объединение  всех  демократических движений  -- "Демократическая
Россия".  Список  длинный: по 33  районам  Москвы,  а  в  каждом  районе  --
несколько избирательных  округов. Примечательно, что когда стали читать этот
список (предупредив, чтобы приготовили  чем  записать) над громадной  толпой
воцарилась  совершенная тишина.  Здесь были  только  заинтересованные  люди!
Потом постепенно, без давки они стали втягиваться в колонну,  направлявшуюся
к Зубовской площади. И там во время главного митинга стояли спокойно. Но  не
безразлично! Тем ораторам, кто понравился, аплодировали горячо. Потом так же
спокойно  расходились. Милиции  было не много  -- только  по тротуарам очень
широкого в  этом  месте Садового кольца. Впрочем,  неподалеку  от  кольца, в
переулках стояли автобусы, полные милиционеров и грузовики с солдатами. (Это
мы  видели  уже  когда  шли  с  митинга).  Военной  техники  не  было.  Зато
великолепной оказалась  техника  "громкоговорения". На стреле очень большого
подъемного крана, на высоту 6-го этажа был поднят мощнейший  рупор диаметром
метра полтора -- два.  Он  так чисто и мощно усиливал речь, что каждое слово
ораторов  было  прекрасно  слышно  всем  манифестантам, заполнившим  Садовое
кольцо  от  Крымского  моста  до  Смоленской  площади.  Дисциплинированность
собравшихся и поддержка ими организаторов митинга ярко проявились, например,
в том, что в ответ на просьбу не курить  полумиллионная толпа  два  часа  не
курила! И не сорила! Когда расходились, мостовая была практически чистой.
     Вел митинг опять Попов, главная тема  выступлений  -- выборы. Почти все
говорившие  высказывали  поддержку  Горбачеву  при  условии,  что  он  будет
решительно  двигаться дальше, "несли" КПСС, поддерживали идею президентского
правления  при  условии  прямых  выборов Президента народом.  О  6-й  статье
Конституции уже не говорили -- вчерашний день! Речь шла о многопартийности и
о праве КПСС на существование, об ее вине и ответственности...
     Но я не буду вдаваться в подробности выступлений -- они более или менее
очевидны, а вместо это запишу  здесь тексты нескольких десятков  (из  многих
сотен) плакатов, находившихся в нашем  ближайшем окружении. Пожалуй, они  --
лучшие  документальные  свидетельства  переживаемого нами  момента  истории,
поскольку это -- чистая самодеятельность. Вот они:
     Монополия КПСС -- причина напряженности! Доколе?
     За Советы без реакционеров и шовинистов!
     Опять доброго царя? Конституцию Сахарова!
     КПСС -- хребет административно-командной системы.
     Референдум -- нужна ли КПСС?!
     Вся  история коммунизма --  это  обман,  грабеж, насилие,  кровь  и пот
рабов,  нищета,  бедствие,  обожествление  негодяев   и  невежд.   КПСС   --
политические наркоманы! К ответу!
     Верхушка КПСС пойдет на новые преступления, чтобы удержать власть. СССР
--  тюрьма народов! Свободу  всем народам СССР. Только сами народы свободным
волеизъявлением должны решать как им жить. Коммунизм -- на свалку истории!
     ПодТАССовки -- вне закона!
     У нашего Егорки всегда отговорки! (Это об Егоре Лигачеве)
     КГБ = Гестапо
     Речи как снег, а дела как сажа!
     Михаил Сергеевич, травля Гдляна и Иванова приближает Вас к краху.
     Ленинская утопия  стоила 50 миллионов человеческих жизней.  Может  быть
хватит экспериментов?
     Чтоб из перестройки вышел прок, давай рынок и левый блок!
     6-ю в музей; Егора -- за ней!
     КПСС -- это хомут на шее народа!
     Свободной хочу жить в свободной стране.
     КПСС -- не для честных людей!
     Коммунисты, не учите нас жить!
     Михаил Сергеевич, остановитесь -- вы нарушаете правила движения!
     Советы без коммунистов!
     "Верх позора и безобразия -- партия у власти защищает своих  мерзавцев"
(Ленин)
     Гдляну и Иванову -- 3 часа свободного эфира!
     Партия обещает -- народ нищает.
     Аппарат, мы задыхаемся от твоих автомашин.
     Нам выбирать президента, а не съезду!
     КПСС, верни народу, что украла -- власть, землю, свободу!
     Люди, где правда? Мы похожи на экстремистов?!
     Ельцина -- в президенты РСФСР!
     Два плаката по соседству оказались четверостишьями:

     Если прошлым застоем доволен и рад,
     Наших трудностей бремя
     Не вали на евреев.
     Ты сам виноват, господин бюрократ!

     Прощай, печатью заклейменный
     Мир бюрократов и рабов.
     Кипит наш разум возмущенный
     Фальшивым раем партбогов.

     Митинг  получился, я бы сказал, какой-то величественный. Народ сознавал
свою  силу.  Его не сумели  запугать! Пожалуй, главным  в этом  митинге было
именно это радостное чувство достоинства и сопричастности к чему-то большому
и важному!


     27 февраля 1990 г.

     Перечитал  записанное вчера на митинге на  Садовом кольце,  в том числе
надписи на плакатах и задумался.
     "КПСС -- это хомут на шее народа!", "КПСС -- не для честных людей!", "К
ответу!"  И  так  далее. Большинство надписей клянет КПСС.  А между  тем,  я
уверен,  что  по крайней  мере треть митингующих --  члены партии. Зачем они
здесь  и  почему не протестуют,  когда  ораторы всячески  честят их (и  мою)
партию?  Оглядываюсь -- не  вижу ни одного обиженного или искаженного злобой
лица. Напротив, -- все веселы и довольны.  Не нахожу среди собравшихся и тех
въедливых старух, которые  в судилище так  называемого "актива"  при райкоме
партии  с нескрываемой враждебностью допрашивали  меня зачем  ехать в Париж,
когда  я было собрался  туда по приглашению  Лидии  Григорьевны.  Толпа явно
солидарна с ораторами. И явное большинство в ней составляют интеллигенты.
     Я  вступал  в  партию  в 43-м году, 20-летним, искренне верующим юнцом,
рвался  на  передовую.  Но  почти все  вокруг  -- заметно  моложе.  Как  они
оказались  в партии?  Очень  многие  вступили,  когда  поверили  в  очищение
хрущевской  оттепели, захотели стать ее активными  участниками.  Многих, уже
спустя годы искусно  ставили  в безвыходное  положение, заставляли вступать.
Вспоминаю,  как  я был поражен, увидев однажды  (лет 6 назад) в объявлении о
ближайшем  партсобрании нашего Института,  что  мы будем принимать в  партию
Андрюшу М. Ему было тогда едва за  40.  Талантливый ученый,  очень достойный
человек, альпинист, конечно же все  понимающий. Я  знал  его еще аспирантом,
знал, что  он относится ко  мне с уважением и  потому спросил  -- зачем?  Он
смущенно  ответил: "Коготок  увяз  --  всей  птичке  пропасть". Я --  понял:
Директору и создателю нашего Института В. А. Энгельгардту было уже за 80. Он
выбрал Андрюшу своим преемником. С общего одобрения назначил заместителем по
научной  работе и... конечно же получил от  горкома  партии (наверное, через
Президиум АН) разъяснение, что его, ученого с мировой славой, еще можно было
терпеть  беспартийным во  главе  большого академического  Института, но  это
вовсе не означает...
     Такие же  условия,  но  уже на  уровне секретаря  райкома ставились при
утверждении   заведующих   лабораториями...  Стажировки  молодых  ученых   в
зарубежных научных  центрах были необходимы для ликвидации  отставания нашей
науки, порожденного еще гонениями на генетику. Здесь уже  рядовой инструктор
райкома объяснял, что стажировка  вряд  ли будет успешной  (а следовательно,
характеристика  из райкома -- положительной) , если  стажер не будет защищен
от чуждого влияния партбилетом...
     Так  расставлялись ловушки,  из  которых не было другого выхода,  кроме
согласия на полное научное и жизненное крушение. Но кому бы от этого была бы
польза?
     Впрочем, бывало и другое (на менее просвещенном уровне). Вспоминаю Мишу
Толстых  -- молодого человека,  превосходного механика, которого я сам нашел
для  Института,  познакомил  с  конструкциями  импортных  ультрацентрифуг  и
передал в его руки наблюдение за использованием и текущий ремонт всего парка
этих весьма сложных  и дорогих машин. Отношения у нас были дружеские. В один
прекрасный день он попросил у меня рекомендацию в партию. Я очень удивился и
опять  спросил -- зачем? (Выгоды  от этого у него  не могло  быть никакой --
платили ему  по максимуму).  Он вполне искренне  ответил,  что  хочет быть в
курсе и активно участвовать в общественной жизни Института. И действительно,
через  год  его выбрали  в  партбюро, где он осуществлял своеобразную миссию
рабочей  совести даже при обсуждении  вопросов, -- особенно  организационных
или конфликтных, -- научная сторона которых для него была недоступна.
     Наверное так было  всюду.  Последние десятилетия КПСС  принимала в свои
ряды   не   единомышленников   и  добровольцев  (если  не  считать  активных
карьеристов).  Она  вела свое  плановое пополнение строго  соблюдая заданные
пропорции: ученых  и  рабочих, мужчин и  женщин,  молодежи и  людей среднего
возраста.  Райком  спускал  разнарядку  в  первичные  организации.  Партбюро
намечало очередную "жертву". Секретарь бюро приглашал  ее  для доверительной
беседы и сообщал,  что "есть  мнение" о  том, что приглашенному пора  подать
заявление  о вступлении.  Отказаться  из принципиальных  соображений даже  в
последние  годы означало  поставить крест  на  всех планах своего "роста"  и
наверняка  попасть  под  очередное сокращение  штатов.  Разыгрывать  из себя
простачка  --  еще  не готового  или  не  достойного  было бесполезно  ("нам
виднее").  Уклониться удавалось лишь придумав себе какие-нибудь тайные грехи
или пороки.
     Так,  что   подавляющее  большинство   людей,   состоящих   сегодня   в
20-миллионной  партии -- скорее жертвы, чем злодеи.  Даже карьеристов из  их
числа  я  бы  лично не стал относить к  последней категории, хотя, наверное,
уклонился  бы от  того,  чтобы  подавать  им руку  при  встрече.  Думаю, что
основная масса  членов  партии,  особенно  на  производстве,  понимают  свою
принадлежность к ней  как  некое дополнительное  обязательство  в  отношении
количества и  качества  своей  работы. И  совершенно равнодушны к  партийной
идеологии.
     На  сегодняшний день только  очень  тонкий слой партийных  функционеров
высшего ранга, стариков был замешан непосредственно в кровавых преступлениях
сталинской эпохи. Бoльшая часть нынешней верхушки партийной иерархии повинна
лишь  в приверженности партийным нормам и  традициям, в прилежном следовании
воле и примеру своего  начальства. Думаю даже,  что  многие из них стараются
сделать  лучше для народа (как  они это понимают), не забывая,  конечно, и о
своих "законных" привилегиях и вознаграждениях за эти старания.
     Если же вспомнить  о тех  молодых ребятах из  идеологического отдела МК
партии, которые проводили  описанный  мной  в  конце  прошлого года районный
семинар секретарей первичных организаций, то  оказывается, что и  в довольно
высоких сферах  партаппарата  уже есть люди  совсем  иных,  не  традиционных
взглядов на современность.
     Таким  образом анафема, искренне  провозглашавшаяся  на нашем митинге в
адрес  КПСС,  имела  на  самом  деле в виду  преступления ее  главарей,  уже
сошедших или сходящих с политической сцены. А также закрепленное многолетней
традицией право партийного аппарата командовать  всей трудовой деятельностью
и  даже  личной  жизнью  граждан   огромного  государства   (записанное  для
надежности еще и в 6-й статье Конституции).
     Но  включение в такое недифференцированное понятие КПСС миллионов ее ни
в чем не повинных членов крайне несправедливо, а главное  лишает страну и ее
руководство  перспективы использования  организационной структуры партии, ее
всеохватность,  централизацию и  дисциплину  для  эффективного проведения  в
жизнь нового курса на местах, о чем я писал ранее.
     Надо    бы    провести   справедливое    и   персональное    разделение
ответственности.  Может  быть  сначала  устроить  некий  публичный  суд  над
недавней  преступной  практикой  главарей  партии.  (Я  бы не  уподоблял его
Нюрнбергскому, поскольку идеология коммунизма при  всей своей утопичности, в
отличие от фашизма, вполне человечна). Затем провести еще одну,  -- но уже с
совсем   иных  чем  некогда  нравственных  позиций,  --  чистку  партии,  ее
коллективное  покаяние (вспомнился фильм Абуладзе) за  грехи наших  вождей и
наш грех послушания и поклонения им.
     Вернуть партии  право снова стать авангардом  --  на этот  раз коренной
перестройки жизни  страны,  предоставить  ей  возможность  заново  завоевать
доверие  и уважение  сограждан!  Кстати  это вернуло  бы и самоуважение  еще
многочисленным рядовым партийцам старшего поколения,  для  которых обличение
прошлых преступлений партии (как единого целого)  сделало  бессмысленной всю
честно прожитую трудовую жизнь.
     Такое  очищенное  самоуважение  позволило  бы  этим   людям  принять  и
поддержать перестройку  как  продолжение  их  прошлого труда  и  преданности
Советскому государству.


     2 марта 1990 г.

     Наметилась явная конфронтация  радикальных демократов с  Горбачевым. На
недавнем  обсуждении  в  Верховом  Совете  проекта  Закона  о  президентском
правлении некоторые из заведомо прогрессивных депутатов решительно выступили
против  скоропалительного  установления такого правления. Они настаивали  на
том,  что  сначала  следует  разрешить  все  спорные  вопросы  федеративного
устройства  Союза  и  лишь  потом решать  вопрос  о президентском правлении,
причем  не   на  Съезде  или  в  Верховном  Совете,   а  путем  всенародного
референдума.  С нескрываемым  раздражением  наш  лидер  в  своей речи  перед
телекамерами  высказывался  в  адрес  "Межрегиональной  депутатской группы",
которая  инициировала этот спор. Создавалось впечатление,  что он  ненавидит
эту непокорную группу депутатов.  Между тем, она могла бы стать его опорой в
перестройке,  пожелай  он с нею  сотрудничать (что  вовсе  не значит во всем
соглашаться). Все  более ясно  вырисовывается, что  наш Мишутка стремится  к
абсолютной  личной  власти  и   понимает  под  демократией  только  то,  что
поддерживает его планы. На чрезвычайном Съезде  Народных  депутатов, который
уже назначен на 12 марта он, вероятно, будет избран Президентом СССР.




     9 апреля 1990 г.

     Давно  не  записывал  впечатлений о политической  жизни. И  -- неохота.
Как-то неясно, куда все идет.  Ограничусь перечнем важнейших событий за этот
месяц.
     1. Горбачев в Президенты избран, но не очень убедительно -- набрав лишь
около 60%  голосов  от списочного состава Съезда. При  том,  что выборы были
практически безальтернативными.
     2. Он назначил Президентский совет из  15-ти человек.  Около  трети  --
люди,  на  мой  взгляд, достойные (Яковлев, Шаталин, Шеварнадзе...) Примерно
столько же -- из "правого" лагеря. Остальные  -- середина. Армия, КГБ, МВД и
иностранные  дела  представлены  своими   министрами.   Некое   внепартийное
"Политбюро".
     3.  КПСС явно  идет  к  расколу  или  самороспуску.  28-й съезд  партии
перенесен  на   июль.   До  этого  будет   созвана  всероссийская  партийная
конференция. Ее делегаты будут и делегатами съезда от России. В областях, --
одна  за  другой,  --  проходят  массовые  митинги  населения,  добивающиеся
смещения  местного партийного руководства -- секретарей  обкомов  или  целых
бюро.
     4. На выборах Народных  депутатов РСФСР в Москве, Ленинграде и, видимо,
еще  в  нескольких  крупных  городах  демократические  объединения  одержали
внушительную победу. Зато партаппарат,  на этот раз  организовавшись,  добыл
себе  мандаты на безальтернативных выборах в  провинции.  Там основная масса
избирателей, особенно по  деревням, еще не восприняла возможности выбора, и,
в силу многолетней традиции, послушно  голосует  за единственную кандидатуру
партийного  секретаря  или  местного  начальника.  Состав  Верховного Совета
РСФСР, вероятно, будет  лучше, чем Совета Союза, но не вполне радикальным. В
столичных Советах к власти пришли демократы.
     5.  Верховный Совет СССР принял основные законы: о земле, собственности
и аренде. На  подходе -- закон  о  социалистическом предприятии, о налогах и
новый закон о кооперации. Закон о печати  задерживается где-то  в кабинетах.
Уж больно пресса и телевидение "достают" аппаратчиков.
     6.  В  Закавказье и  Средней Азии волнения  притушены,  но  обострилась
ситуация с  Литвой. На республиканских выборах  убедительную победу  одержал
народный фронт  "Саюдис". 11 марта  Верховный Совет  Литвы принял решение  о
выходе из состава СССР.  После  чего все  повисло  в воздухе. Съезд Народных
депутатов, естественно,  объявил это решение незаконным. Его отмену Горбачев
поставил условием начала переговоров об отделении Литвы.
     Тем  временем  Верховный Совет спешно  принял  Закон о  порядке  выхода
республик из Союза. Что само  по  себе есть великое достижение! Закон вполне
демократический, предусматривающий переходный  период длительностью  в 5 лет
после принятия  соответствующего решения на референдуме  в республике --  не
менее, чем двумя третями  голосов ее избирателей. В переходный период должно
быть    спокойно   осуществлено   разделение   государственного   имущества,
предприятий, миграция и обустройство населения.
     Литовцы надеялись  на немедленное признание Западом их независимости  и
ошиблись -- их  признала  только Австралия.  Ситуация  в  Центральной Европе
после  падения  коммунистических  режимов  настолько осложнилась,  что  миру
сейчас важнее всего сохранение стабильности -- в том числе и внутри СССР.


     Известия 17 мая 1990 г.

     Статья  всемирно-известного  физика-теоретика,  друга  А.  Д.  Сахарова
Виталия Гинзбурга "С кем вы, демократы?"
     Статья большая, на 4,5  колонки,  очень интересная и потому заслуживает
несколько более подробного, чем обычно цитирования. Она начинается так:
     "Тревожно... Тревожно на душе. Тревога --  лейтмотив в разговорах между
знакомыми и незнакомыми. Год назад, в мае 1989 года, настроение было другое.
Только что закончились  выборы Народных депутатов  СССР, шла подготовка к их
1-му съезду, было ощущение начала новой эпохи, новой жизни. Прошедший год --
год редкий по насыщенности событиями: три Съезда Народных депутатов и сессии
ВС  СССР,   исторические  события  в   Восточной  Европе,  забастовки,  рост
преступности, межнациональные  конфликты в стране,  кризис в КПСС,  рождение
новых  партий и организаций, переход к президентской форме правления, Литва.
И, быть может, главное -- нет перелома в  экономике, и  видны черные тучи на
горизонте.
     Отсюда беспокойство и даже страх, ведь ломать -- не строить. В условиях
явного  ослабления Центральной власти и лишь становления местных Советов, на
фоне пустых  прилавков  и полной  безнаказанности хулиганствующих  элементов
страна легко может быть ввергнута в бездну..."
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "...Хочу  коснуться  двух  исходных  вопросов:  во-первых, какова  цель
перестройки,  к чему хотим прийти? И, во-вторых.  По какому пути двигаться к
намеченной цели?..
     Цель, к  которой привержены очень многие (и  я в том числе), назовем их
демократами,    такова:    создание    современного,    цивилизованного    и
демократического  общества.  Речь  идет об  обществе, в  котором соблюдаются
положения  Всеобщей  декларации  прав  человека,  материальный уровень жизни
достаточно   высок,  а   социальная  справедливость  в   максимальной   мере
обеспечена.   Можно  назвать   такую   систему   гуманным,   демократическим
социализмом...  по сути же имеется  в виду, по крайней мере на первом  этапе
нечто довольно близкое к обществу, существующему, скажем, в Швеции...
     А  средства, пути  достижения  цели? Не будем даже обсуждать гнуснейший
тезис: "Цель оправдывает средства". Хочу защитить лишь скромное  утверждение
о том, что  верность демократическим целям  в принципе  вполне совместима  с
компромиссами и даже временными отступлениями при учете реальной обстановки,
от демократических идеалов.
     Поясню это на  примере введения у  нас президентского правления. Еще за
несколько  месяцев  до 3-го съезда  М.  С. Горбачев  не  считал  такой  путь
целесообразным, но бурное развитие событий  сделало  введение президентского
правления  делом  срочным  и  необходимым.  Мне это кажется  очевидным,  но,
главное, так  считали  Горбачев и  его  "команда".  А  значит все,  кто  "за
Горбачева", за его политику  перестройки, должны были бы его поддержать,  но
не   тут-то  было.  Для  введения   поста  Президента  далеко  не  все  было
подготовлено,  нужно   было  бы  раньше  принять  ряд  законов  и  положений
регламентационного  характера.  А  выбирать Президента  необходимо  было бы,
скорее не  на  Съезде, а  всенародным  голосованием.  Правильные  аргументы,
взятые  сами  по  себе  и рассматриваемые  абстрактно,  в  рамках формальной
логики. Но абсолютно неверные в обстановке цейтнота, перед лицом опасности с
разных сторон.
     Думаю, что уже сейчас, всего через два месяца после выборов Президента,
достаточно ясна правильность принятых решений. А  ведь они буквально  висели
на волоске,  и в  значительной  мере за счет оппозиции демократов Решение об
избрании  Президента  путем голосования на Съезде прошло большинством  всего
лишь  в  45  голосов. И, думаю, решающую  роль  при  принятии этого  решения
сыграли  выступления Д. С. Лихачева, С. П. Залыгина, В. И. Гольданского и А.
Н.  Яковлева. Будь кто-либо такого же  ранга в рядах оппозиции,  часа  весов
вполне  могла бы  склониться  в другую сторону.  И что  тогда? Съезд  был бы
проведен, по сути дела, впустую, у  М.  С. Горбачева не было бы  мандата  на
продолжение  перестройки,  развал  страны ускорился бы, боюсь  наступило  бы
смутное время..."
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     ..."Мне  понятно  поведение  людей   озлобленных  на  все  и  вся   или
исповедующих  принцип "чем  хуже,  тем лучше", или  желающих ловить рыбку  в
мутной  воде...  но непонятно,  почему  честные депутаты  вставляют  палки в
колеса с таким трудом движущейся колесницы перестройки".
     Далее  с тех же позиций В. Л.  Гинзбург рассматривает пример с призывом
Межрегиональной депутатской группы перед  2-м Съездом Народных  депутатов  к
всеобщей политической забастовке. Зачем??


     Из письма к Л. Г. в Париж от 28 мая 199 г.

     "...Избран и заседает Съезд Народных депутатов РСФСР -- 1060 депутатов.
Как уже показали первые голосования  по процедурным вопросам, силы  примерно
равные. Половина депутатов -- радикалы, избранные в крупных  городах, вторая
половина -- аппаратчики, прошедшие  на выборах  в  "глубинке". В  одном  они
оказались  почти единодушны -- в  требовании  суверенитета  России.  Мне это
требование  кажется  странным. Суверенитет прибалтийских  или  других  малых
республик Союза  --  это, очевидно,  в первую очередь  независимость  их  от
России,  от Москвы. независимости от  кого собирается  добиваться Россия? От
Украины,  Белоруссии  и  малых  республик  Союза  (которых  она  же  некогда
колонизировала)? Смешно! Или независимости от Президента Горбачева? Глупо!
     Различие представлений  о  суверенитете  России  между радикалами  и их
противниками  прояснилось,  когда  съезд приступил  к  выборам  Председателя
Верховного  Совета  РСФСР.  Радикалы  выдвинули Ельцина.  Вот, вкратце,  его
программа,  изложенная  на  съезде:  Вся  земля,  недра,  все  заводы  и  их
продукция,  все  плоды  сельскохозяйственного  труда  на  территории  России
принадлежат  только России. Она будет торговать ими с другими республиками и
иностранными  государствами сама, без посредничества союзного правительства.
Своя  денежная  система,  свои  банки,   независимая  внутренняя  и  внешняя
политика, свое законодательство, следующее собственной Конституции, членство
в ООН и т.  д. Центру, то  есть центральному правительству и Президенту СССР
передаются по усмотрению России только  некоторые функции (оборона, не ясно,
что еще).
     Программа  главного  оппонента,  некоего  Полозкова -- секретаря обкома
Краснодарского  края,  лишь   декларирует   суверенитет,   но   предполагает
подчинение Центру на всех главных  направлениях государственной деятельности
с  глухими намеками на необходимость отказа от чересчур радикальных  реформ.
Полозков   уже  успел   зарекомендовать  себя  непримиримым   консерватором,
ненавистником и гонителем кооперации и рынка на территории своего края.
     Было выдвинуто еще несколько кандидатов, но они сняли свои кандидатуры,
кроме одного -- умеренного, но малоизвестного депутата. Горбачев, который не
является Народным депутатом России, "уступив  просьбе делегатов Съезда"  (не
ясно каких) выступил перед голосованием с резкой критикой программы Ельцина.
Полстраны,  затаив  дыхание,  ждало результатов тайного  голосования. Победа
Ельцина могла бы означать начало его борьбы с Горбачевым за  реальную власть
в стране, победа Полозкова -- укрепление  позиции Горбачева, но на  условиях
уступки партаппарату.
     В первом туре не победил ни один. Ельцин получил на несколько  десятков
голосов  больше,  чем   Полозков,  но  оба  --  менее  пятисот.  Второй  тур
голосования происходил  в ту же ночь (позавчера). Ельцин набрал 503  голоса,
его противник что-то около 470. Для избрания необходимо получить как минимум
531  голос   (более  половины  списочного  состава  Съезда).  Сегодня  новое
выдвижение кандидатов (можно выдвигать и прежних),  обсуждение их программ и
голосование. Не знаю, успею ли приписать в конце письма его результаты..."


     31 мая 1990 г.

     В третьем туре голосования  на Съезде  Народных депутатов России Ельцин
одержал победу  над  своим новым соперником, Власовым,  набрав  при этом 535
голосов. Таким образом, Председатель ВС РСФСР избран.
     Хорошо это или плохо, покажет время. Если Горбачев и Ельцин найдут пути
сотрудничества и  компромисса,  то --  хорошо. Горбачеву  при  этом придется
несколько  радикализоваться.  Если   между  ними  начнется  борьба,  которая
закончится падением Горбачева, то  может быть и  "хорошо", но страшновато --
неведомо что и как из  этого  проистечет в нашей  дикой стране. А может быть
эта борьба кончится "плохо" или даже совсем плохо, если  Горбачев  в поисках
поддержки качнется  вправо -- к партии, генералитету  и КГБ. Логика борьбы в
этом случае  неизбежно приведет  к насилию,  скорее всего  к победе  реакции
(силовые  структуры  пока  находятся в союзном  подчинении)  и возобновлению
конфронтации с Западом. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.
     Так,  что радоваться  сей  победе демократии или нет -- не  знаю. Народ
пока радуется. Я водил моего французского гостя и  коллегу Жан-Пьера Манже в
русскую баню (экзотика!) -- в 1-й разряд "Сандунов", куда ходит рабочий люд.
Там в  раздевался только и слышалось:  Ельцин  да  Ельцин!  --  он Горбачеву
покажет, нас в обиду не даст!


     Известия 15 июня 1990 г.

     В трех номерах газеты напечатана большая статья  превосходного писателя
и очень достойного человека  Бориса  Васильева, озаглавленная: "И  все же  я
уверен, что Россия привержена Добру".
     После очень хорошего анализа истории  СССР и отношений власти с народом
и интеллигенцией автор так заключает первую часть статьи:
     "Разрыв между технической цивилизацией и духовной культурой должен быть
ликвидирован,  если  мы  ответственно  помышляем  о  возможности возрождения
России,  но сложность  этого процесса  заключается  о  том,  что цивилизация
способна двигаться  только  вперед да  еще со все возрастающим ускорением, а
культурное   наше  наследие  осталось  невостребованным  на  станции  нашего
отправления в  "светлое царство социализма". Парадокс, который существовал в
истории почти две тысячи лет назад, когда христианизированная Европа  забыла
собственные достижения  на  античных развалинах. Эпоха, сумевшая  возвратить
утерянное народом, как известно, гордо  именуется Возрождением, и я полагаю,
что нам следует очень  ответственно  думать  о пути  и программе собственной
эпохи Возрождения".
     Вторая часть статьи, в следующем номере газете начинается так:
     "Всего на семь лет я моложе нашего государства, я застал агонию русской
интеллигенции и осмелюсь  утверждать, что ее как общественной силы больше не
существует. Чудом уцелевшие представители ее подобные недостижимым секвойям,
мы смотрим на них снизу вверх, надеясь разглядеть вершины, но развитая в нас
духовная близорукость мешает этому".
     Заканчивается вторая часть так:
     "Мы  существуем  в  мире  бездуховности,  уже  освоившись  с  ним,  уже
выработав требуемые стереотипы  поведения.  Приходится  с  глубокой  горечью
признать, что духовная мощь России погибла. Гражданская война убила ее цвет,
коллективизация -- ее корни, великий террор  -- ее  завязи. Голый остров уже
не принесет плодов, а новый подрост -- уже иная Россия".
     Наконец, в конце третьей части статьи:
     "Культура  каждого  народа  стоит  на  пьедестале,  и  пьедесталом этим
является отнюдь не всеобщая грамотность, не  некая усредненность этического,
эстетического и научного  багажа, не количество библиотек  и  театров, и  уж
совсем не фольклор, всегда более подлежащий истории, нежели современности, а
высота, покоренная великими творцами этого народ. Представляете  Эверест, на
который нам предстоит подняться, чтобы  хотя бы выровнять культурный  баланс
России вчерашней и России сегодняшней?"


     16 июня 1990 г.

     Будет  ли ВС  РСФСР работоспособен  зависит от степени  согласия  между
Ельциным  и  Горбачевым.  Если,   несмотря   на   свое  соперничество,   они
объединятся,  то  рядовые  партийные и  советские  функционеры, составляющие
добрую половину  депутатов ВС будут следовать за ними. Названное объединение
имеет  шанс  осуществиться  ввиду   того,   что  страну  захлестнула   волна
суверенитетов   союзных  республик.   Кроме   прибалтов   и  России  полного
государственного суверенитета уже потребовали для себя Украина и Белоруссия.
     Горбачеву  пришлось  заявить,  что  он  видит будущее  страны  как Союз
суверенных государств.  Это  уже  не  федерация,  а  кое  для кого  даже  не
конфедерация -- предполагается,  что отношения суверенных республик с Союзом
будут устанавливаться для каждой путем  особого договора. В  такой  ситуации
для  Горбачева очень  важна поддержка  этой идеи Россией, то  есть Ельциным.
Слава Богу, оба, встретившись  на Совете  Федерации  (ВС РСФСР), куда Ельцин
теперь  входит по должности,  пожали друг другу руки и  заявили о  намерении
сотрудничать.

     Одновременно  с  этим  оппозиция   в  партии  объявила  открытую  войну
Горбачеву.  На днях состоялся съезд "Крестьянского союза". Туда были вызваны
по  выбору  Лигачева,  как  куратора   ЦК  по  сельскому  хозяйству,  только
председатели колхозов и директора совхозов.  Сам он выступал несколько  раз.
Съезд  заявил  в  своем манифесте о приоритете коллективной  собственности в
деревне и избрал знаменитого председателя колхоза Стародубцева руководителем
Союза. Это -- прямой  вызов  Горбачеву,  который недели  три  назад  собирал
всесоюзное совещание сельских арендаторов и фермеров.
     Мало того. В связи с выдвижением его на пост председателя Крестьянского
союза,  Лигачев,  беря   самоотвод  заявил,  что  намерен  отдаться  целиком
политической борьбе против  неправильной линии руководства страны, ведущей к
распаду федерации и отказу от социализма.
     Тем временем по инициативе консервативной ленинградской парторганизации
(опирающейся  на  недовольство  рабочих  военных  заводов  Ленинграда)  была
создана   "Марксистская  платформа"  в  КПСС,  созвал  Учредительный   съезд
"Российской  компартии"  на этой  платформе  и учрежден "Объединенный  фронт
трудящихся" -- также  антиперестроечной ориентации. Ясно, что на 28-м съезде
КПСС произойдет решительное  сражение Горбачева с противниками  перестройки,
вероятно  раскол  партии  и  попытка  вернуть  власть  КПСС,   реставрировав
командную  систему  управления  всем  хозяйством  страны и  ее  общественной
жизнью.
     Генеральным  секретарем  Российской компартии (РКП) избран уже знакомый
нам противник Ельцина Иван Полозков.


     14 июля 1990 г.

     2-го числа открылся, а вчера  закончился 28-й съезд  КПСС. Политический
отчет ЦК, естественно,  делал Горбачев. Несмотря на весьма  жестокие нападки
на него  в  прениях,  нашему  Мишутке удалось овладеть  ситуацией --  он был
переизбран  в  генсеки  с  весьма  ощутимым  перевесом: 3411  голосов против
1116-ти.  (Канули  в  лету единодушные избрания  под бурные аплодисменты.  А
давно ли  это  было?) Лигачев  не прошел даже на новообразованную  должность
заместительного генерального секретаря партии (776 голосов -- "за" и 3642 --
"против").  Сие  весьма приятно!  В  Политбюро  избрано  23  человека  --  в
большинстве своем -- первые секретари национальных компартий.  Лигачев -- не
избран...
     Ход съезда ежедневно и довольно подробно освещался  в корреспондентских
отчетах. Процитирую из них только два, на мой взгляд, наиболее важных:
     Из отчета от 7 июля (Выжутович). Изложение выступления Бориса Ельцина в
прениях по отчету ЦК:
     "Способна  ли КПСС  сыграть  консолидирующую  роль?  Нет,  партии в  ее
нынешнем аппаратном варианте это не по  силам,  --  считает Председатель  ВС
РСФСР Б. Ельцин.  Смысл его выступления сводится к следующему: Партия пришла
к съезду с  грузом тяжелых  проблем, причем  в пору, когда ее консервативные
силы перешли в  наступление. Нейтрализовать действие  этих сил  не  удалось.
Долгие разговоры о том, что все мы, мол, в одной лодке,  все мы в главном --
единомышленники,  ни  к   чему  хорошему  не  привели.   Консерваторы   лишь
утвердились в мысли: пора брать реванш. Зависит ли судьба страны от грядущих
решений съезда?  Нет!  Вопрос  стоит только о судьбе  КПСС. Судьба  страны и
народа решается уже  за стенами Дворца Съездов. Партия обязана передать свое
имущество народу. Это следует  сделать  без промедления, ибо не сегодня, так
завтра начнется  борьба  за его национализацию.  Необходимо открыть  простор
платформам   и   фракциям   в    КПСС,   деполитизировать   армию   и   КГБ,
правоохранительные  органы.  Если партия и впредь  будет  оставаться партией
аппарата  -- раскол неминуем.  Если  же выступит в союзе  с демократическими
силами, -- тогда не все потеряно..."

     "Во время выдвижения кандидатов в члены  ЦК  партии Б.  Ельцин попросил
слова и  объявил о  выходе из КПСС. Объяснил он  свое  решение  тем,  что  в
условиях  многопартийности вряд ли сможет выполнять  волю одной партии,  что
считает  своим  долгом службу  всему народу,  но готов сотрудничать со всеми
партиями и организациями.
     Сказал  и вышел из  зала. Были отдельные хлопки, были отдельные свистки
и,  как мне показалось,  общая подавленность. А может я переношу на зал свои
ощущения.  У  меня действительно  было  чувство,  которое  обычно определяют
словами "не по себе". Как-то сразу усилились смущение и тревога. И ведь надо
признать, что поступок не только решительный  до отчаянности, но  и логичный
для Б. Н., а по  нынешним временам  вполне возможный. Однако об этом думаешь
потом,  а  сначала  чувствуешь  одно  --  несвоевременно  как-то   все  это.
Только-только переломился ход съезда, только отбили атаки справа -- да еще с
какими потерями у противника, только перевели дух..."

     Вполне  согласен  с автором отчета  и  тоже испытываю  тяжелое  чувство
разочарования. Действительно, момент  сейчас уникальный.  Верхушка  КПСС уже
начала  дробиться на фракции.  Горбачев  убедительно  победил  на  съезде  с
позиций перестройки. Ельцина предлагали избрать в ЦК.
     Если  бы он четко заявил о поддержке Горбачева, то наверняка вошел бы и
в состав нового  Политбюро.  Вместе  они  смогли бы  отделить  и  поддержать
реформаторов  и в  ЦК, и  в  средних звеньях  партийного  аппарата. Затем  в
масштабе  страны  осуществить  публичное  осуждение преступной  деятельности
прежнего   руководства  КПСС,  очищение  (и  покаяние)  всей  массы  рядовых
коммунистов, ее  активное включение в осуществление реформ  на местах отнюдь
не  в  качестве партии аппарата,  а как народной  партии -- в союзе со всеми
демократическими силами, как об этом говорил здесь же на съезде сам Ельцин.
     Тогда   всю  отлаженную  структуру   партийных  организаций,   миллионы
сочувствующих  перестройке  рядовых  коммунистов  можно было  бы  эффективно
подвигать  на  ускоренное осуществление  необходимых реформ  в  экономике  и
общественной  жизни.  Нужно  было  только  одно:  Борису  Ельцину  поставить
интересы народа выше  собственного честолюбия, выше памяти о прошлых обидах.
Согласиться на  вторую роль  в  партии, состязаться,  если  на то  пошло,  с
Горбачевым значимостью  своего вклада в  общее дело. Может быть  со временем
(как  некогда Киров) заслужить в глазах обновленной партии и  народа  первое
место и  даже  (если  это  ему  так  уж  важно)  занять  его --  но на  фоне
совместного  успеха  общего  дела,  а  не разрушительного  противостояния...
Вместо  этого Ельцин демонстративно ушел со съезда. На  мой взгляд,  это  --
хуже, чем ошибка!
     ...Выше  я уже высказывал идею о возможности  использования обновленной
КПСС для дела  перестройки. Поэтому мне лестно узнать, что  так  же думает и
столь уважаемый мною человек, как Александр Яковлев. Вот короткий отрывок из
его выступления на этом же съезде (из отчета от 10 июля):
     "Человек, заинтересованный в судьбе партии, по-моему, не  должен сейчас
уходить.  В  борьбе  преобразовать,  обновить нашу  партию, чтобы  она  была
совершенно другой и психологически и нравственно -- разумнее и благороднее".
     Эти слова,  сказанные  с  трибуны  съезда на  3 дня раньше,  как  будто
специально адресованы Ельцину. Он их услышать не захотел!

     Уважаемый  читатель,  я  сейчас  (в порядке  исключения)  позволю  себе
нарушить хронологию и перенести сюда, в эту запись  1990  года,  фрагмент из
интервью  того же Александра Яковлева,  которое  он  дал в  1999 году.  Это,
конечно, непорядок, но очень уж к месту.


     Известия 16 января 1999 г.


(фрагмент из интервью)
     "Вопрос: -- Многие считают, что КПСС могла бы выжить,  если  бы вовремя
реформировалась. У вас был собственный план ее перестройки?
     Ответ:  -- В  декабре  1985  года  я  направил  письмо  Горбачеву,  где
предлагал перейти к  двухпартийной системе.  Моя схема была приспособлена  к
тогдашним условиям. Я  полагал, что партия должна разделиться на  две части,
на   которые   она   фактически   была   расколота:    коммунистическую    и
социал-демократическую, которые бы конкурировали друг  с другом  на выборах.
Избираемый    всенародно   президент   становился    председателем   некоего
согласительного комитета, а правительство формирует  победившая  на  выборах
партия. Горбачев  ответил, что для  таких действий  еще не  пришло время: он
очень не хотел рисковать на выборах...
     К  своей  идее  я  вернулся в  1991  году,  но  ситуацию  резко изменил
августовский путч".

     В заключение краткой  информации о  съезде  КПСС мне  кажется  уместным
процитировать   небольшой   фрагмент   выступления   Горбачева,  посвященный
идеологии  социализма.  С  моей,  интеллигентской точки зрения он  показался
вполне приемлемым:
     "Идеология социализма, --  сказал Горбачев, -- это не  учебник, где все
расписано по главам, пунктам, правилам и  принципам. Она будет формироваться
вместе с самим  социализмом, по  мере того, как мы будем содействовать тому,
чтобы  страна  была   накормленной,  обустроенной,  цивилизованной,  духовно
богатой,   свободной,   счастливой.   По  мере   того,  как   заново  освоим
общечеловеческие ценности -- не как  нечто классово чуждое, а как нормальное
для нормального человека.  Эти ценности ведь вырабатывались тысячелетиями  и
тысячелетиями. Пренебрежение к ним известно чем для нас обернулось.
     Идеология  социализма будет формироваться в процессе включения страны в
общий  прогресс цивилизации.  Именно  поэтому  самые  широким  рамки  для ее
формирования определяются новым мышлением, которое уже воспринимается в мире
как  новый наш  интернационализм,  сплачивающий, а не  раскалывающий  мир на
противоборствующие лагери".


     Известия 2 августа 1990 г.

     Из передовицы, озаглавленной "Союз лидеров -- надежда на согласие"
     "Как  сообщило агентство "Интерфакс", президент Горбачев и Председатель
ВС  РСФСР Б.  Ельцин  договорились  о  создании  экспертной группы ученых  и
специалистов  с широким  участием  представителей союзных республик, которые
будут разрабатывать  программу перехода к  рыночной  экономике  в  масштабах
Союза...
     Пока  названы   12  человек:  Шаталин,  Петраков,  Абалкин,  Явлинский,
Вавилов, Григорьев, Задорнов, Мартынов, Машиц, Б. Федоров, Шмелев и Ясин.


     25 августа 1990 г.

     Положение с продовольствием все ухудшается. Полки продуктовых магазинов
в течение  дня  пустуют. Время  от  времени  что-то  где-то  (закономерности
установить  не удается)  "выбрасывают".  Тут  же  выстраивается  очередь,  к
примеру, за сахаром  --  по талонам, и не более  2 кг в "одни руки". Великая
удача, если ты оказался поблизости и талоны при тебе. Сахара хватает на пару
часов... В  очередь за мясом записываемся с вечера.  Драгоценный список, как
эстафету,  передают  друг  другу  дежурящие   всю  ночь  очередники   (чтобы
кто-нибудь не "умыкнул" список и не составил другой). Это при том, что никто
не гарантирует, что утром мясо действительно будет в продаже...
     Где-то  там  обсуждает  наши жизненные перспективы  экспертная  группа,
назначенная Горбачевым и  Ельциным. Одновременно  с этим  начинается  борьба
между ними.  И первым  ее  материальным  объектом  становится,  естественно,
твердая валюта и золото! Об этом мы узнали из вчерашнего номера газеты:


     Известия 24 августа 1990 г.

     Указ Президента СССР "О  постановлении Президиума ВС РСФСР от 9 августа
1990 г."

     "Постановление  ("О защите  экономической основы  суверенитета  РСФСР")
объявляет  недействительными  внешнеэкономические  и  союзно-республиканские
соглашения  по  продаже  ряда  товаров.  В  нем делается попытка  взять  под
контроль Совмина РСФСР золотовалютные резервы страны и другие стратегические
ресурсы. Президент постановил:
     1. Указанное постановление ВС РСФСР  -- объявить не имеющим юридической
силы.
     2. Совмину СССР разобрать предложения о  распределении валютной выручки
между Республикой и Центром.



     Известия 29 августа 1990 г. (1-я страница)



     "Как отмечает агентство "ИФ" утром 29 августа в Кремле началась встреча
Президента СССР  Михаила Горбачева  и Председателя Верховного  Совета  РСФСР
Бориса Ельцина".


     5 сентября 1990 г.

     Прошла неделя после объявленной  встречи лидеров-соперников,  но  о  ее
результатах -- ни слова. Зато сообщается о пресс-конференции Ельцина, где он
после поездки по  стране утверждает, что  "из-за нищеты и ухудшения  условий
жизни  доверие  к  союзному правительству  падает вплоть  до требования  его
отставки, а к Парламенту и Правительству России доверие есть"...
     На второй сессии  ВС РСФСР  Ельцин намерен  предложить  ряд  российских
законов  (о  предприятиях,  о  собственности,  о  земельной реформе и  др.),
фиксирующих  независимое  от  Центра  положение  России.  Начинается  "война
законов"...
     Между тем  в  Москве  появились длинные очереди  за  хлебом.  Некоторые
булочные уже украшаются объявлениями на дверях: "Хлеба нет".


     12 сентября 1990 г.

     Как  утверждают  знающие  люди,  Экспертная  комиссия, созданная  двумя
лидерами еще  в начале  августа, распалась. Ее "молодежная" часть во главе с
Григорием  Явлинским  (но  вроде  бы  и  при  поддержке академика  Шаталина)
выработала план перехода к рынку, который не слишком скромно  был ими назван
"Программа  500 дней".  Между  тем  академики Абалкин и Петраков разработали
свою,  как  утверждают  демократы,  "консервативную"  программу,  одобренную
правительством Рыжкова.  Какова позиция  Горбачева  по отношению к этим двум
программам -- неизвестно.


     Известия 17 сентября 1990 г.

     На 1-й странице  фотография: толпа людей на подходе к  Крымскому мосту.
Подпись под  фотографией: "16  сентября  в  Москве  состоялся  многотысячный
санкционированный  митинг,  главным  требованием   которого   была  отставка
союзного правительства и поддержка программы перехода к рынку, известной под
названием "500 дней".


     18 сентября 1990 г.

     Я  в  манифестации  не участвовал, поскольку оной программы не читал. В
широкой печати она  опубликована  не была, так, что, я полагаю,  большинство
манифестантов ее не читала тоже. Несколько дней назад я видел по телевидению
сюжет о  том,  как работает  "мозговой трест" под  руководством  Явлинского.
Съемки  производились на  какой-то подмосковной даче,  возможно, что скрытой
камерой. Сидевшие  вокруг  большого  стола молодые  люди  живо  обменивались
репликами,  которые произвели  на меня  впечатление  обычного академического
"трепа" на  не слишком серьезном  семинаре, а  не  упорной работы над планом
государственного масштаба...
     Как  следует из комментариев печати и ТВ программа Абалкина и программа
"500 дней" несовместимы.  Горбачев  поручил академику  Аганбегяну предложить
компромиссный  вариант.  Однако оказалось,  что этот вариант на 95% совпал с
планом Явлинского -- Шаталина.
     В конце прошлой недели Верховный Совет Союза начал обсуждение всех трех
вариантов.  Положение скверное. Приняв программу Явлинского  или Аганбегяна,
надо  отправлять  в  отставку  правительство  Рыжкова --  и  не  для  замены
министров,  а  ввиду  ликвидации самих  министерств,  как  то,  оказывается,
предусматривают обе  эти  программы  и горячо  поддерживает  межрегиональная
группа.
     Но решение о ликвидации министерств приведет к немедленному прекращению
их работы, какие бы просьбы о временном ее продолжении к ним не адресовались
(каждый думает  о  cвоем  завтрашнем  дне).  То же  относится  к  Госплану и
Госснабу,  ко  всей  пирамиде управления  и обеспечения  производства. А это
означает  остановку всей  промышленности  максимум через месяц,  когда будут
исчерпаны оперативные запасы сырья, горючего и комплектующих изделий. За это
время никакой  замены административному управлению рынок  не создаст --  нет
горизонтальных  связей  и  рыночной инфраструктуры:  посреднических  контор,
оптовой торговли,  складов, биржи, коммерческих банков и  прочего (речь идет
не о продуктовом базаре). Начнется полный хаос!
     С другой стороны, принять программу союзного Правительства и отвергнуть
программу "500 дней" тоже нельзя, так как ВС РСФСР эту последнюю  уже принял
и намерен с 1 октября сего года приступить к ее осуществлению.  Что означает
выход России  из  Союза, а следовательно полный его развал  и... тоже хаос в
экономике. В том числе  российской: что она будет делать со своей программой
"500  дней"  без денег,  которые  пока  что  хранит  и  печатает  всесоюзный
Центральный банк? Тупик!
     От  Горбачева  требуют  энергичных  мер  по укреплению  государственной
дисциплины -- обязательства по  поставкам никто не выполняет. Требуют защиты
от  быстро растущей  преступности.  Значит чрезвычайное положение? Но  армия
ненадежна.  Кстати,  программа  "500  дней",  как  говорят,  предусматривает
сильное  ее сокращение, что никак не может нравиться  ее высшему  командному
составу... Хаос и разруха надвигаются со всех сторон.
     Рядовому интеллигенту (не экономисту) все эти планы не известны, а если
бы были предложены для ознакомления, вряд ли были бы поняты. Остается верить
на слово. Кому? Ельцину? Горбачеву? Но они ведь тоже не экономисты и вряд ли
имеют о  рыночной экономике более  полное представление,  чем  мы,  грешные.
Академики  и  прочие  маститые  экономисты  нещадно опровергают друг  друга.
Явлинский -- дерзко самоуверен, но это, в  связи с его молодостью, как раз и
порождает недоверие -- так вот за 500 дней решить все проблемы? Почему не за
450 дней?
     Подобная  ситуация  у  многих порождает разочарование, растерянность  и
страх. Ко мне лично, к  счастью, это последнее не относится. Я готов жить на
хлебе и воде хоть  три  года.  Начавшийся процесс  освобождения  того стоит.
Может  быть даже больше,  чем  победа в войне с Германией. Но народ в  массе
своей  к такому долготерпению вряд ли  склонен --  все  же  не война!  Можно
ожидать волны  насилий и преступности.  Горбачев, которому с таким умилением
рукоплещет Запад, со своими маневрами вокруг КПСС  потерял  время. Переход к
рынку три года назад, вероятно, прошел бы намного легче.


     23 сентября 1990 г.

     Ситуация   все  обостряется.   ВС  РСФСР   единодушно  проголосовал  за
требование отставки правительства  Рыжкова. А  Горбачев  поменяет  фронт. На
заседании ВС  СССР  в своем  почти  истерическом  выступлении он заявил, что
категорически против "перетряхивания исполнительной власти" и отрекся от  им
же  представленной  "компромиссной"  программы  Аганбегяна.  Верховный Совет
Союза  своим   решением  предложил  самому  Горбачеву  выработать  программу
перехода  к рынку, предоставив для этого отсрочку до середины октября. Кроме
того, по требованию Президента "в целях стабилизации положения в стране" ему
были   предоставлены   чрезвычайные   полномочия   (право   издавать   указы
нормативного характера и  создавать  новые государственные структуры) сроком
до 31 марта 1992 года.
     Депутаты Верховного Совета РСФСР  поняли это  как угрозу их роспуска  и
приняли решение о наделении чрезвычайными полномочиями и своего председателя
-- Ельцина.
     Его самого при этом  не было -- он попал в легкую автомобильную аварию.
Народ  уверен, что покушение, но я так не думаю. Ельцинскую "Волгу" на улице
Горького  стукнул  "жигуленок",  в котором  ехал какой-то работяга с дочкой.
Убивают грузовики на шоссе. Воинственное выступление ВС России показало, что
она покоряться не намерена. Но благодаря неучастию в этом выступлении самого
Ельцина возможность его диалога с Горбачевым не утрачена...
     Парадокс в том, что сильная президентская власть на общесоюзном  уровне
необходима  для  того,  чтобы  проводить  в  жизнь  программу   Шаталина  --
Явлинского. Она ведь создавалась по совместному заказу Горбачева и Ельцина и
содержит,  в  частности,   программу   сотрудничества  республик  Союза.  Но
Горбачев, по-видимому, не хочет  ее проводить. Иначе, зачем он с таким жаром
отстаивает правительство Рыжкова, которое, конечно же, будет всячески мешать
ее реализации?
     Как  это   делается  мы  хорошо  видим  по  Москве.   Город  подвергнут
экономической блокаде.  Исчезли из  продажи все крупы  и яйца. Мяса и сахара
категорически не  хватает. Таких пустых продовольственных магазинов не  было
еще две недели тому  назад. Овощи  поступают с перебоями. Моссовет доблестно
сражается, организуя  добровольные (оплачиваемые натурой) рейды  горожан  на
уборочную кампанию,  выбивая  где-то  застрявший  сахар,  устраивая  меновую
торговлю   (автомобили,   телевизоры,   бытовая   техника)    с   областями,
саботирующими поставки в  столицу мяса и молочных продуктов. На беду вот уже
полтора месяца идут дожди -- картофельные поля потонули в жидкой грязи. 3--4
дня почти вовсе не  продавали  хлеба.  Явно организовано  было  и  временное
исчезновение   из  продажи  сигарет.   Каждый  раз  --   сражения,  всеобщая
мобилизация.  Интеллигенция  города  поддерживает  усилия  Моссовета. Но как
обстоят дела, каково настроение у  рабочих  -- не ясно. В городе около  двух
миллионов  пенсионеров.  Они  страшатся  рынка.  Все устали от очередей,  от
неразберихи с властью, он неясности жизненной перспективы.


     18 октября 1990 г.

     Политические  кризис  близится к  апогею.  Одно  за  другим принимаются
решения союзного Совмина (например, повышение государственных закупочных цен
не  зерно  и  мясо)  и  указы Президента, идущие  в русле  правительственной
программы. Горбачев  явно  обманывает  Ельцина, а тот  отсутствует, так  как
полученная при аварии травма головы оказалась более серьезной, чем полагали.
Вчера,   наконец,  в   печати  появилась  новая   "горбачевская"  программа.
Собственно  говоря,  это  уже и  не  программа  (та,  говорят,  была на  600
страниц),   а  некая  туманная  декларация,  которая   называется  "Основные
направления  по  стабилизации  народного  хозяйства  и  переходу к  рыночной
экономике". Занимает менее  одного  газетного листа.  Конкретные программы в
этой  декларации  предписывается  принимать  самим  республиками  (значит  и
России),  но  союзное   правительство   остается  неизменным  и  вся  власть
сохраняется за Центром. Сопоставить "Основные направления" с программой "500
дней" я  не  могу, поскольку последнюю не  читал, но специалисты утверждают,
что от нее  не осталось  и  следа...  Явлинский  подал  в отставку  с  поста
заместителя председателя правительства РСФСР. Шаталина Горбачев услал в США.
"Основные   направления"  переданы  для  изучения  и  доработки  в  комиссии
Верховного Совета СССР.
     Затем Ельцин сделал ответный ход.  16-го числа, вопреки запрету врачей,
он явился на заседание ВС России и выступил с резкой речью. Он обозначил три
варианта  политики России  в  том  случае,  если союзный  парламент  одобрит
"Основные направления".
     Вариант 1-й. Россия  заявляет о непризнании и неподчинении центральному
правительству, Верховному Совету Союза и его Президенту. Вводит свою валюту,
создает свою  армию,  таможни  на  своих  границах и  требует  раздела всего
имущества: предприятий,  золотого запаса, твердой валюты и всего прочего. То
есть разрывает с Союзом и  самостоятельно осуществляет программу "500 дней".
Это  возможно если...  есть  уверенность,  что  заведомо бoльшая часть армии
перейдет на  сторону  России  (иначе -- гражданская война). А  есть ли такая
уверенность -- ведь программа предусматривает значительное сокращение армии?
И как осуществлять сотрудничество с другими республиками?
     Вариант 2-й. Создание коалиционного правительства  народного  доверия и
согласия.  Поделить  министерские портфели  между  креатурами  Президента  и
представителями радикалов.  Но кто будет  назначать этих последних?  Россия?
Украина?  Другие республики?  При национальной разобщенности демократов  это
вариант  не реальный.  (Кстати, на  Украине разворачивается  мощное движение
сепаратизма. Голодовка студентов уже привела к отставке премьера и решению о
неподписании Союзного договора).
     Вариант  3-й.  Уйти  "в глухую  защиту".  В ожидании,  что  за  полгода
политика союзного правительства полностью обанкротится, после  чего настоять
на  возвращении к программе  Шаталина  -- Явлинского. За  это  время следует
ожидать  гиперинфляции,  многократного роста цен  и  полного развала союзной
экономики. Постараться защитить  от  всего  этого Россию введением карточной
системы  и   натурального  товарообмена   между   областями  и   автономными
республиками России. Не знаю, какой из трех вариантов хуже! Все -- плохи!
     Речь Ельцина (в записи)  передавали по телевидению и она была полностью
опубликована в  "Известиях".  Сам Ельцин  по  настоянию  врачей  (сотрясение
мозга)  будет  отсутствовать  недели две.  Очевидно,  что  решающую  роль  в
определении будущего всей  страны сыграет предстоящее столкновение Ельцина с
Горбачевым,  если только они  не сумеют пойти на мировую. Сам Ельцин в  этой
своей речи об отношениях с  Горбачевым сказал следующее: "...Заявляю, что по
принципиальным  вопросам  мы  с Президентом  идем  в  одном  направлении, но
привержены  разным  темпам  движения  вперед,   разным  методам.  Расходимся
преимущественно по тактическим вопросам. Поэтому мы  оба -- и я, и  Горбачев
--  открыты  к диалогу... Но, очевидно, это не  всем по вкусу. Наш диалог не
стабилен".  Кто  же эти "все" и почему они так влиятельны, что вмешиваются в
диалог двух первых персон в государстве?


     10 ноября 1990 г.

     Праздник 7  ноября вопреки всеобщих опасений  прошел  спокойно.  Ельцин
стоял на трибуне Мавзолея вместе с Поповым, Горбачевым и Рыжковым.  При этом
он держал кулак на уровне головы -- жест республиканцев во время гражданской
войны в  Испании, означавший "Не  сдадимся"! Начало  демонстрации на Красной
площади было отмечено неким  новым,  очевидно  согласованным ритуалом. После
окончания парада войск Горбачев, Ельцин, Рыжков и остальные сошли с трибуны,
прошли  к голове колонны демонстрантов, ожидавших у  Исторического музея, во
главе ее дошли  до середины  площади и вновь поднялись на  трибуну Мавзолея.
Эта  демонстрация  отсутствия  раскола во власти  (на  трибунах зрителей  --
иностранные гости  и журналисты)  подкреплялась  еще  и тем, что  Горбачев и
Ельцин шли рядом, беседуя между собой.





     16 ноября 1990 г.

     11-го  числа  Горбачев  встретился  с  Ельциным  и,  судя   по  докладу
последнего  Верховному Совету России, они, в основном, договорились.  Ельцин
определенно заявил,  что  Россия останется в составе Союза, но он настаивает
на "коалиционном" правительстве,  в котором  ей  будут  предоставлены  посты
премьера, министра обороны и министра финансов.
     Вчера  открылась  сессия Верховного  Совета Союза. Возмущенные сговором
двух лидеров  депутаты отвергли  предложенную им повестку дня  и потребовали
постановки в чрезвычайном порядке доклада Горбачева "О положении в  стране",
который и состоится сегодня.


     19 ноября 1990 г.

     Доклад  состоялся.  Зал был переполнен. Журналисты  слушали трансляцию,
толпясь в фойе. Доклад оказался довольно кратким и на  редкость беспомощным:
"Надо работать... Давайте жить дружно...  Нам подбрасывают" и так далее -- в
обычном демагогически-призывном плане. Ничего нового (в эдакой-то ситуации!)
Слегка лягнул Ельцина и  ВС  России, обижался, что не  слушаются,  призывал,
призывал...
     Начались  прения. В первый день  выступали главы  республик. Украинцы и
белорусы вполне резонно заявили протест  по поводу сговора  за их  спиной  и
дележе  министерских портфелей.  Горбачев  сидел  мрачнее  тучи.  Записалось
выступать  более двухсот человек. Между  тем, через  день,  18-го,  Горбачев
должен  был отбыть в Париж на "совещание  в  верхах". (Разоружение, кредиты,
помощь Запада). Какую власть он будет там представлять? Кому давать кредиты,
если Союз вот-вот развалится? О Союзном  договоре на сессии  говорилось, что
для его подготовки понадобится не менее года.
     И вот день второй. Записавшиеся в прения ждут очереди излить свою желчь
и  возмущение.  И вдруг  слово  берет  Горбачев.  В  кратком выступлении  он
предлагает   довольно  туманную,   но  решительную   программу  установления
полновластия Президента СССР.
     Создать  при нем  Совет  Федерации  и  Совет безопасности  (с  неясными
функциями), Контрольную палату,  Комитет по координации деятельности органов
правопорядка, Специальную службу по  борьбе с организованной преступностью и
теневой   экономикой.  При  этом  провести  коренную  реорганизацию  союзной
исполнительной власти (?), смену руководства силовых ведомств... и т. д.
     Союзный  договор должен быть подписать в ближайшее время! Фиксированное
в нем государственное устройство будет Союзом Суверенных Советских Республик
(СССР). Республики,  образующие  Союз,  передадут союзному  правительству  и
Президенту   полномочия   по  обеспечению  их  общих   интересов.   Пока  же
предлагается  всем  республикам  впредь  до  заключения  Союзного   договора
объявить  мораторий на  решения,  порождающие споры относительно компетенции
Союза и республик.
     Но  какова  скорость  кардинальной  смены  позиции!  Вчера   --   общие
декларации при упорном  нежелании  отказаться  от прежней системы управления
через  Совмин  и   многочисленные  министерства.  Сегодня  --  президентская
диктатура! Что это? Озарение за одну  ночь или заранее  обдуманный маневр --
преподнести новый режим, как вынужденный, под давлением парламента. Я --  за
диктатуру (с демократической ориентацией). Но есть  ли в стране то доверие к
Президенту,  которое  одно только может  обеспечить  такое  полновластие без
использования  силы? Компетентен ли он сам для его осуществления? Или,  хотя
бы, способен привлечь  умных  советников и следовать их советам? Сомневаюсь!
Мне он уже  давно кажется  сидящем "не  в своих санях". Но... массы людей на
Западе  верят только  в "Горби",  освободившего  их  от повседневного страха
атомной  войны.  А  без   серьезной   помощи  Запада  нам  не  выбраться  из
экономической трясины...
     Пока же ВС Союза свернул прения. К вечеру  17-го  одобрили  в  принципе
предложения Президента, с чем он и отбыл за рубеж.


     28 декабря 1990 г.

     Съезд  Народных депутатов  СССР  на  прошлой неделе принял  ряд  важных
законов:
     1.  О   проведении   референдума   по   вопросу   о   Союзе   Советских
Социалистических  Республик. Это решение  записано так: "Провести референдум
СССР  для  решения вопроса  о  сохранении  обновленного Союза  как Федерации
Равноправных Суверенных Советских Социалистических Республик".
     2.  О  проведении референдума по вопросу  о  частной  собственности  на
Землю.
     Одновременно  одобрен и Закон о самом референдуме, согласно которому  в
нем  могут  участвовать  граждане,  начиная  с  18  лет.  Решение  считается
принятым, если проголосовало более  половины списочного состава  граждан,  и
одобрение выразило более половины голосовавших.
     Согласно  отдельному  постановлению подготовить  новый  Союзный договор
должен   Комитет,  состоящий  из  всех  высших  должностных  лиц   субъектов
Федерации,  Президента и  председателей Верховного Совета  СССР и  обеих его
палат.
     Кроме того, съезд учредил пост вице-президента СССР, и по настоятельной
рекомендации Горбачев избрал на него Г. Янаева.

     В конце Съезда  разразился  скандал.  Союзный  министр финансов  Павлов
сообщил, что бюджет на 1991 год не может быть составлен, так как 90% доходов
в союзную  казну поступает  от России, Украины  и Белоруссии, а ВС России на
своей сессии  только что решил в 5 раз уменьшить отчисления России в союзный
бюджет!
     Итак, война амбиций возобновляется: Горбачев объявляет себя диктатором,
а  Ельцин отвечает,  что  не даст  ему  денег.  Прискорбно! Похоже,  что  он
начинает  осуществлять  свой Вариант    1 политики  России  по  отношению к
Центру.






     2 января 1991 г.

     Опубликовано  сообщение,  что  министерство юстиции  СССР  приступает к
регистрации политических партий  и общественных  объединений.  Сообщение это
идет под заголовком: "Возвращение к многопартийности".
     ...Еще сообщается,  что в  Москве  открылась  валютная  биржа. Торговлю
твердой валютой будут вести: Государственный банк СССР и учреждения, имеющие
на  то  государственную  лицензию: коммерческие банки и  брокерские  конторы
(по-видимому, через них в торгах будут участвовать и предприятия, получающие
право непосредственного участия во внешней торговле).


     16 января 1991 г.

     Трагедия в Вильнюсе

     В  ночь с  12-го на  13-е января  в Вильнюсе  войска МВД  и  десантники
захватили здание  телецентра. В операции  участвовали  десять  танков -- для
устрашения и преодоления  баррикад  (огонь они не  вели). 14 человек  убито,
около  200  --  ранено. Не  записывал  сразу -- не было понятно что к  чему.
Сейчас последовательность  событий вроде проясняется. Затеял бучу  "Конгресс
демократических  сил  Литвы",  в  котором   главную  роль  играет  та  часть
расколовшейся   компартии  Литвы,  которая  осталась  "на  платформе  КПСС".
Конгресс базируется на заводе радиоизмерительной аппаратуры, где работают, в
основном,  выходцы  из  России. Он  направил новому председателю  Верховного
Совета  Литвы  Ландсбергису  и  премьеру  Шименесу  требование  восстановить
действие на территории Литвы Конституции СССР и  Литовской ССР (Литва, как я
уже писал, в одностороннем порядке заявила  о выходе  из СССР). Одновременно
войска МВД взяли  без  каких-либо  инцидентов под свою охрану Дом  печати  в
Вильнюсе и здание ЦК компартии Литвы в Каунасе.
     Не   получив   ответа  на  свое  требование,   просоветские  коммунисты
образовали  "Комитет  национального  спасения Литвы"  и  заявили,  что  этот
комитет  берет на себя заботу о будущем Литовской ССР. До сих  пор я не вижу
ничего  предосудительного  -- при демократии  имеют  право  на существование
самые  разные партии и комитеты и они могут  требовать что угодно (но  не  с
оружием в руках!)
     Однако   дальнейшее  мне  придется   излагать  следуя  версии,  которую
представил 14-го числа на заседании ВС СССР министр внутренних дел Пуго, и я
отнюдь  не уверен,  что  эта  версия  точна. Итак,  согласно  Пуго,  события
развивались следующим  образом: 12-го числа радио и телевидение Литвы своими
передачами  нагнетало  антисоветские   настроения.   "Комитет  национального
спасения"  направил  в Верховный Совет республики делегацию  в сто человек с
требованием  прекратить  эти  передачи. 76 человек  из этой делегации  (если
верить  министру)  были жестоко избиты  толпой (и это,  конечно,  нехорошо).
Комитет  обратился  за  защитой  и   поддержкой  к  командующему  гарнизоном
Советской армии в Вильнюсе (независимость Литвы признана не была, вопрос был
отложен,  и гарнизон оставался на своем обычном месте). Командующий направил
солдат с танками  к телецентру. Открыли стрельбу первыми (опять же по версии
Пуго) боевики "Саюдиса". Один из военных был убил, другому гранатой оторвало
ногу.  Солдаты открыли ответный огонь -- сначала вверх, потом,  скорее всего
по собственной инициативе, в порядке самообороны, -- на поражение и овладели
телецентром. Пуго и министр  обороны Язов  считают, что  начальник гарнизона
действовал в соответствии с уставом гарнизонной службы...
     Затем  (это  уже  по  корреспонденциям  журналистов) был момент,  когда
войска  готовились  атаковать  здание  Верховного Совета  Литвы.  Защитникам
здания и многотысячной толпе на площади был предъявлен ультиматум... Неясно,
когда  это  могло  быть,  так  как,  согласно  тем же  источникам,  ситуацию
разрядило прибытие делегации  Верховного Совета Союза в составе председателя
ВС Белоруссии Дементея, председателя ВС Армении Тер-Петросяна и депутатов Б.
Олейника и В. Фотиевой. Очевидно,  что  делегация могла прибыть в Вильнюс не
ранее, чем 13-го числа днем.
     Так  или  иначе,  войска  вернулись   в  свои  казармы  без  каких-либо
дополнительных инцидентов.

      "наш пострел везде поспел". В ночь  с 13-го на 14-е, то есть
через сутки  после  событий, когда серьезное их расследование  вряд ли могло
быть  проведено,   Ельцин   оказался   в   Таллинне.   Оттуда  он  вместе  с
председателями Верховных Советов Латвии, Эстонии и постоянным представителем
Литвы в Таллинне обратились  с письмом  к Генеральному Секретарю ООН.  В нем
предлагалось созвать немедленно международную конференцию по  урегулированию
проблемы прибалтийских государств.  Очевидно, что в пику  Горбачеву, который
сам обещал решить эту проблему.


     Известия 15 января 1991 г.

     Из статьи Отто Лациса "Я боюсь политического Чернобыля"
     "...Курс  на   отделение  Литвы  от  СССР  считаю  курсом  национальной
катастрофы:  экономические и политические потери республики в случае разрыва
многолетних  связей  наступят  немедленно,  приобретения  же  от  полученной
свободы  --  в неопределенном будущем.  Неизбежные  потери будут больше, чем
ожидаемые приобретения...
     Более  того: политику Ландсбергиса  трудно было  бы одобрить, даже если
считать сепаратизм  оправданным:  это  дилетантская  политика,  служащая  не
интересам   дела,   а  удовлетворению  амбиций.  Она  больше  всего  помогла
противникам реального суверенитета  Литвы.  Наконец,  если  бы  она  была  и
справедливой,  и рациональной,  нельзя  пройти  мимо  недопустимых  методов:
литовские  власти  приняли немало  беззаконных актов, грубо нарушающих права
человека" (в отношении русскоязычного населения -- Л. О.).
     Все так. Но одна истина непреложна во все времена: на беззаконие нельзя
отвечать беззаконием. Если бы  ответом на  незаконные акты Верховного Совета
Литвы  было  отстранение  его   от  власти   путем  введения  президентского
правления,  никто не мог бы  отрицать,  что  тут уполномоченное законом лицо
предпринимает   предусмотренный   законом   шаг.   Конечно,   шаг   крайний,
нежелательный,  можно было бы спорить о его  политической целесообразности в
конкретных условиях, о его своевременности, но  не о его  законности. А  вот
"Комитет   спасения"  закону  неведом.  Даже  на  убийство  нельзя  отвечать
самосудом -- только судом. Как же должен был ВС СССР оценить события, в ходе
которых как раз самосуд Комитета спасения повлек за собой убийства?


     20 января 1991 г.

     14-го числа на сессии ВС Пуго и Язов утверждали,  что акция в  Вильнюсе
совершалась без  ведома  Горбачева.  Последний  это  подтвердил,  но  против
литовского руководства  и  всех, кто  его поддерживает (значит  и  Ельцина),
разразился гневной  и нечленораздельной филиппикой. Если об общем  ее смысле
догадаться было еще можно,  то  цивилизованной речью эти  заклинания назвать
никак нельзя.  "Смысл" же сводился к  тому, что во  всем виновато  литовское
руководство.   Демократическое   движение   и   интеллигенция   были   очень
встревожены. Ожидали дальнейшего развития военного путча...

     Сегодня   по   призыву  движения  "Демократическая  Россия"  состоялась
разрешенная  манифестация и  митинг  на Манежной  площади в поддержку Литвы,
против использования  войск в гражданских конфликтах,  и  вообще  --  против
реакции  и  диктатуры.  Собралось  300--400  тысяч   человек.  При  нынешнем
разочаровании  в  демократии --  немало. Больше,  чем обычно, было молодежи.
Плакаты --  почти  сплошь  очень  резкие: против Горбачева, правительства  и
КПСС.   Все  выступавшие  выражали  уверенность,  что  "литовская  операция"
готовилась  в  Кремле,  что это наступление  на свободу и демократию. Дружно
скандировали:  "Реакция не  пройдет!", "Горбачев -- в отставку!" и  конечно:
"Ельцин, Ельцин!" Митинг  прошел организованно и  дружно.  Чертовски приятно
находиться   среди   единомышленников   и   видеть  вокруг   интеллигентные,
одухотворенные лица... Впрочем "Ельцин, Ельцин!" я  не кричал. Его  активную
конфронтацию Горбачеву я не одобряю, в  чистоте намерений и  компетенции как
лидера государства -- сомневаюсь. Что, собственно  говоря, мы знаем о бывшем
секретаре  Свердловского   обкома?  Что  он   оказался  неугоден  московской
партийной  верхушке и стал ее  жертвой. Это достаточно для сочувствия,  даже
для того, чтобы поднять  его имя как  символ противостояния диктату КПСС. Но
этого  мало  для того, чтобы  предпочесть его  Горбачеву  в качестве  лидера
перестройки.
     А что касается трактовки демократами событий  в Вильнюсе и связанных  с
ними  опасений, то я  их  не  разделяю.  К  примеру,  убежден,  что  приказа
открывать  огонь  по толпе войска  не  получали.  Ленинградское  телевидение
показало хронику событий той  ночи, заснятую  литовцами. Видно,  как солдаты
довольно жестко,  прикладами по головам пробивают себе дорогу через толпу ко
входу  в  телецентр. Если бы был приказ,  хватило бы  нескольких  автоматных
очередей, чтобы  невооруженная толпа рассеялась, оставив  на мостовой  сотни
раненых  и убитых. Одиночные выстрелы,  действительно, были слышны. Вероятно
-- поверх голов. На уровне 2-го и 3-го этажей здания видно множество пулевых
следов. Кто же убил 14 человек и многих ранил? Либо обозленные солдаты после
смерти их товарища, либо провокаторы  --  в интересах обострения ситуации  в
республике.
     Что Горбачев сейчас стремится  к "установлению порядка" путем диктатуры
--  вполне возможно.  Что он для этого  благословил кровопролитие в Литве --
маловероятно. Слишком велик проигрыш в мировом общественном мнении.
     Я даже считаю, что итог литовского несчастья скорее успокоительный, чем
тревожный. Если бы  у военных  (или у Горбачева) было бы намерение совершить
переворот,  то  дело не  ограничилось  событиями одной ночи. Наутро  был  бы
арестован  Верховный Совет  Литвы.  То  же  самое  свершилось  бы  в Латвии,
Эстонии, Грузии,  да чего там говорить -- в Москве. Повод бы нашелся... Так,
что военный путч нам сегодня, по-видимому,  еще  не грозит. Но надо помешать
ему  созреть,   а   для  этого...  Ельцину  договориться  с   Горбачевым   о
сотрудничестве.
     Между тем похоже,  что  все здесь  обстоит как раз  наоборот. В связи с
событиями в  Вильнюсе  Ельцину  был задан вопрос:  готовится  ли  российское
правительство к защите  суверенитета своей республики, если это понадобится.
Ответ прозвучал так (цитирую по газетному отчету): "Борис Ельцин сказал, что
для   этого   необходимо   принимать   меры  по   выполнению   постановления
внеочередного  Съезда  Народных  депутатов  РСФСР о  переподчинении  органов
госбезопасности на территории республики российскому парламенту. Кроме того,
заявил  он, мы все приходим к мысли, что защитить суверенитет без российской
армии нам, видимо, не удастся".
     Ну что за бред?  Против  какой же армии будет воевать российская армия,
защищая свой суверенитет? Против украинской или казахской? Или против личной
гвардии Горбачева  (но у  него вроде нет таковой). Нет, если такое несчастье
случится,  то  русская  армия  будет воевать  против  другой  русской армии!
Гражданская война!  На современном уровне  вооружений! Об этом и подумать-то
страшно.
     Естественно,  что  и   Горбачев   отреагировал   на  заявление  Ельцина
достаточно   резко.  На  сессии   ВС  СССР  15-го  января  он   в  ответ  на
соответствующий запрос большой группы депутатов ВС сказал так:
     "Я такого же  мнения,  как и  подписавшиеся депутаты, -- это  грубейшее
нарушение Конституции СССР. Заявление [] является  не только  вызовом
верховным органам  власти  в  СССР, но добавляет  в напряженную обстановку в
стране конфронтационный материал. Я это  осуждаю как политически продуманный
провокационный акт, не  способствующий консолидации общества,  а,  наоборот,
подстрекающий к противоборству".
     К  сожалению,  он  прав. Самолюбие  Ельцина  может  завести  нас  очень
далеко...  Ну  добивался  бы своего избрания Президентом  СССР  на ближайших
перевыборах.  Или  даже  на  досрочных,  если  в  Конституции  будет внесена
демократическая  норма  о  всенародных  выборах  Президента. А  то  придумал
какой-то идиотский  суверенитет  России. По отношении к кому? К  Союзу  ССР,
который на 80% и есть Россия!


     Сознательно ограничив себя аспектами взаимоотношений двух президентов и
интеллигенции,  я почти не касаюсь вопросов экономики  (и  множества  других
проблем  сегодняшней  деятельности), но одну,  не  лишенную  горького  юмора
короткую заметку, в качестве фона, мне хочется процитировать, тем более, что
дело  происходит   в  самом   центре   Москвы,   населенном  преимущественно
интеллигенцией.


     Известия 12 февраля 1991 г.



     "Утром в воскресенье семейный совет поручил мне купить два литра молока
и литр  кефира. Ближайшим  "дежурным" гастрономом оказался знаменитый  --  в
высотном здании на площади Восстания. Уже насколько, кажется,  привык глаз к
зияющей пустоте прилавков, но облик Дефицита в этом именно магазине, картина
эдакой варфоломеевой ночи  торговли, сражает наповал. Виной  тому, наверное,
слишком  шокирующее несоответствие  формы  и содержания.  С  одной  стороны,
внушительная архитектура особого магазина в духе сталинского неоклассицизма,
призванного демонстрировать изобилие (дворец, залы, мрамор, колонны, люстры,
как  в метро,  и прилавки  в сотни,  если не тысячи квадратным метров), а  с
другой -- полное  отсутствие  содержимого  в гигантском  торговом дворце, за
исключением длинного ручейка смиренной очереди к единственному прилавку, где
таки торговали (мне повезло!) молоком, кефиром и яйцами.
     Очередь  молча  подвигалась  вперед,  лишь  изредка слышались  короткие
комментарии, принадлежавшие людям пожилым. В основном, они вспоминали о том,
какими были здешние  прилавки  вскоре после открытия  магазина,  примерно  в
первой половине пятидесятых годов.  Молодежная часть очереди слушала про все
это -- про семгу и колбасы, филе  и шоколадные наборы -- спокойно  и  где-то
даже отрешенно, и  только одна подробность  --  насчет  восьми сортов  пива,
любой  из которых можно было  запросто выбрать, а  потом и  задешево купить,
только услышав про это, молодежь заиграла желваками".


     20 марта 1991 г.

     Обстановка  в  стране все накаляется.  Горбачев  откровенно  перешел  в
лагерь "правых". Добившись  от ВС Союза  неограниченных полномочий, он начал
"ковать  за указом указ",  не  считаясь с конституционными нормами. Здесь  и
патрулирование военных  в  городах  (совместно  с  милицией) и  чрезвычайные
полномочия  КГБ  по  борьбе  с коррупцией и  теневой  экономикой.  Разрешено
вторжение без санкции Прокуратуры в любые помещения  -- служебные  и частные
--  с  захватом  любой документации. (За  борьбу с  коррупцией я всей душой,
только  начинать   надо  с  верхушки   самих  правоохранительных   органов!)
Руководство телевидения заменено на ультрареакционное (Кравченко) с запретом
ряда острых и популярных передач, например, передачи "Взгляд".
     Одновременно  началось  беззастенчивое   наступление  на   материальное
положение граждан. Сначала "молниеносный"  обмен купюр в 50  и 100 рублей, о
котором жулики, конечно, знали заранее, а честные люди из-за разных неувязок
с обменом много потеряли. Со 2-го апреля объявлено повышение государственных
розничных цен на продукты и промтовары в 2 -- 2,5 раза (опубликован список).
В порядке "социальной защиты"  к зарплатам и пенсиям обещано прибавить по 60
рублей, а  вклады в Сбербанке  увеличить на 40%,  при том,  что эту прибавку
можно будет получить лишь через  три года.  И у  правительства  Павлова  (он
сменил  Рыжкова)  хватает  наглости  утверждать,  что  ущерб населению из-за
повышения цен будет таким образом компенсирована на 85% (!!)
     Между тем  снабжение продовольствием  за  последний  месяц  еще заметно
ухудшилось. Масло (любое), сыр,  яйца  и  колбаса из  продажи исчезли вовсе.
Мясо  --  только  на рынке по  коммерческой  цене.  О  промтоварах нечего  и
говорить -- магазины пусты, цены на черном рынке -- головокружительны.
     Тем  временем  Горбачев  "коленом нажимает"  на  подготовку  подписания
Союзного договора, хотя бы между 9-ю республиками (Прибалты, Молдова, Грузия
и Армения -- отказались  наотрез). Дошло до того, что Президент слукавил  на
сессии ВС Союза, заявив, что проект договора завизировали все 9 республик, в
то  время, как  за Россию  его завизировал  не Ельцин, а только председатели
палат ВС Исаков и Абдулатипов.
     Ельцин  заявил  категорически,  что  порывает  с  Центром.  После  чего
началась кампания по дискредитации его самого.  6 членов Президиума ВС РСФСР
заявили о  недоверии своему Председателю. Группа "Коммунисты России" провела
решение о созыве чрезвычайного Съезда Народных депутатов с отчетом Ельцина о
политическом положении.
     В  ответ на это 10 марта на  Манежной площади в Москве был проведен еще
один митинг в поддержку Б.  Н., собравший более  полумиллиона человек. Толпа
была  крайне  враждебно  настроена  против  правительства  Павлова  и  лично
Горбачева.

     17   марта  проходил   Всесоюзный  референдум  о  Союзе.   Вопрос   был
сформулирован так:  "Считаете ли Вы необходимым  сохранения  Союза Советских
Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных
республик, в  которой  будут  в полной мере  гарантированы  права  и свободы
человека любой национальности?" Ответы: "Да" или "Нет".
     В Москве и Ленинграде за Союз проголосовало около 50% принявших участие
в  референдуме.  В  Киеве  --  меньше  50%,  в  Свердловске  --  менее  40%.
Первоначально названная цифра по всей стране была 60% (сам слышал по радио).
В ходе "уточнения" она выросла до 70, потом до 76%. Среднеазиаты, живущие за
счет более развитых республик, проголосовали на уровне 90--95%.
     Одновременно в России проводился референдум о введении поста Президента
России и о его прямых выборах. Ясно, что на сегодня это -- пост для Ельцина.
В Москве за выборы Президента проголосовало 80%, в других крупных городах --
примерно столько же, а суммарно по России в ходе "уточнения" цифра снижалась
с  70 до 60  %  (как "уточняются" цифры в провинции, где  все  еще  всесилен
партаппарат, мы можем себе  представить). Москва, кроме  того, проголосовала
за введение  поста  мэра  города.  Здесь были  те же  80%  --  "за", которые
"уточнить" не удалось.
     Все решит чрезвычайный Съезд Народных депутатов РСФСР, который назначен
на 28 марта.  Если Ельцин выиграет,  то  Съезд примет  решение о всенародных
выборах  Президента. (Референдум имел  целью только  выявление общественного
мнения).  Если  он  проиграет, то,  вероятно,  его  переизберут  и  с  поста
Председателя  Верховного  Совета  России  и  тогда  угодные  Горбачеву  люди
подпишут Союзный договор.
     Все  это происходит на фоне  охватывающей  почти все угольные  бассейны
забастовки  шахтеров  с  политическими  требованиями:  отставки Горбачева  и
Союзного Совмина, роспуска  Съезда  Народных депутатов СССР, передачи власти
временно  Совету  Федерации (главы  всех  республик) для  проведения  прямых
выборов нового Президента и нового парламента.


     27 марта 1991 г.

     Решительный бой

     Завтра утром  в Кремле откроется  чрезвычайный Съезд Народных депутатов
РСФСР.  "ДемРоссия" подала за  10 дней (как положено) заявку  на  проведение
митинга  в поддержку Ельцина. Первоначально он намечался на утро, к открытию
Съезда, потом его перенесли на нерабочие часы, вечером.
     Исполком   Моссовета,  в  соответствии  с  Конституцией  и  Законом   о
манифестациях,  митинг  разрешил.  И  тут  произошло  для  нас,  так  быстро
"выросших над собой", неслыханное  дело. Ссылаясь на просьбу 29-ти депутатов
обеспечить  их безопасности,  союзный кабинет министров 25-го  числа  принял
постановление  "О  временном  приостановлении  в Москве проведения митингов,
уличных шествий и демонстраций".  В первом  его пункте сказано, что все  эти
массовые деяния  запрещаются на срок с 26  марта по 15  апреля,  а во втором
пункте  предписывается  МВД и КГБ "принять необходимые  меры  к  неуклонному
исполнению пункта 1 настоящего постановления". Никаких ограничений по поводу
характера этих  мер  в постановлении нет. Оно напечатано во  всех газетах  и
многократно  передавалось  по  радио  и ТВ.  Вот  вам и демократия и свобода
собраний!
     Моссовет   ответил...   подтверждением   своего   разрешения,   объявив
постановление Совмина СССР  антиконституционным!! Тогда  Горбачев Указом  от
вчерашнего числа вывел московскую милицию из подчинения Исполкому Моссовета,
создав  специальное  Управление  милиции  по  Москве,  подчиненное  напрямую
Министерству  внутренних  дел.  Таким  образом,   московская  милиция  может
расправляться  с   манифестантами,   не  нарушая  субординации.  Найти   или
спровоцировать для  этого  предлог будет нетрудно. Разумеется,  мы с Линой и
Инной Черновой идем на митинг...
     Ну  почему  нами правят такие  идиоты? Ведь уже есть  достаточный  опыт
того,  что  эти  гигантские  интеллигентские  митинги  демонстрируют  чудеса
организованности  и  кроме  сотрясения  воздуха не  производят ровным счетом
ничего.  Зачем  загонять  самих  себя  в  тупик?  Если  завтра на  глазах  у
корреспондентов  со всего  света прольется кровь  москвичей,  с перестройкой
будет покончено  и начнется стремительный откат назад --  к коммунистической
диктатуре   и   новому   военному   противостоянию   сверхдержав.   (Кстати,
американский  президент  Буш  отложил  на  неопределенное  время  свой   уже
объявленный визит в  СССР).  Если  Горби  отступит и  митинг состоится,  его
песенка спета -- Ельцин и демократы одержат бесспорную моральную победу. Что
последует за этим? Наверное,  очень тяжелые  времена.  Сейчас  уже  дороги к
примирению не  видно  -- "горбатому" надо  уходить! А каково будет Ельцину и
демократам,  когда  они останутся одни против  партии,  военно-промышленного
комплекса и, весьма вероятно, против  генералитета?  Отдадут  ли им власть в
стране без кровавой борьбы? Сомневаюсь!..


     28 марта 1991 г. утром

     Вчера  вечером  в телевизионной программе  "Время"  сообщили, что члены
оргкомитета  митинга Афанасьев  и  Мурашов были  вызваны  к  вице-президенту
Янаеву,  где   их  в  присутствии  шефов  МВД  и   КГБ  предупредили  об  их
ответственности  в случае "инцидентов". Мурашову, очевидно по договоренности
на  этой  встрече,  предоставили  возможность  выступить  по  ТВ  в  той  же
программе. Он  просил участников шествия  проявить выдержку и не поддаваться
на провокации. В  том случае, если  они встретят заслоны  на своем  пути, не
пытаться прорвать их силой, а следовать за руководителями колонн...


     Известия 28 марта 1991 г. Утренний выпуск

     На  1-й  странице  слева вверху  корреспонденция под заголовком  "Съезд
Народных депутатов РСФСР прервал работу".
     28 марта к 10  часам утра в оцепленном милицией  Кремле  открылся Съезд
Народных депутатов  РСФСР. Зарегистрировалось 947 депутатов из 1003-х.  Было
зачитано заявление 220-ти  депутатов, представляющих различные парламентские
группы, в котором говорится, что  постановлением союзного Кабинета министров
от 25  марта  Москва фактически переведена в режим  чрезвычайного положения.
Суверенитет  РСФСР нарушается. В обстановке  блокады  центра города  военной
техникой  и  войсками  невозможно  начинать  работу  Съезда...  Большинством
голосов принято решение:
     "1. Приостановить действие  постановления Кабинета министров СССР от 25
марта 1991 года.
     2. Приостановить действие Указа Президента СССР от 26 марта 1991 года.
     3. Поручить Совету Министров РСФСР обеспечение общественного порядка  в
городе Москве и Московской области".
     Заместителю председателя ВС РСФСР Хасбулатову было поручено довести это
решение до сведения руководства  страны и до 14-ти часов сообщить результаты
переговоров. В 13 часов Хасбулатов доложил Съезду, что...
     "В отношении того, чтобы  убрать  с улиц  и площадей Москвы вооруженные
силы сегодня, Президент показал свою  непреклонность. М. Горбачев, -- сказал
далее Хасбулатов,  --  пообещал  убрать  войска завтра.  Президент  попросил
передать, что он  с уважением  относится к Съезду российских депутатов, но и
над  Съездом  есть органы (?!),  и своего решения на сегодняшний день  он не
изменит".
     ...При  дальнейшем  обсуждении  группа  "Коммунисты  России" предлагала
продолжить Съезд,  но большинством голосов было постановлено  работу  Съезда
прервать до утра 29 марта.

     ...В том же  номере газеты на 1-й странице вверху в центре  фотография:
Пушкинская площадь. Куда-то бежит команда  солдат. Милиционер пытается рукой
прикрыть объектив фотоаппарата...

     ...Под   фотографией  статья  И.  Овчинниковой  "Остановить  безумие!".
Осуждая  действия   союзных  властей,  журналистка  призывает  не  проводить
митинга.  Она  пишет:  "Опыт Тбилиси и Баку,  Вильнюса и Риги...  Неужели он
ничему  не  учит ни тех, кто  ведет  за  собой  людей,  ни  тех,  кто  готов
воспрепятствовать этому движению любыми средствами".

     На той же 1-й странице от редакции газеты:
     ОМОН, войска и другие подготовились к запрещенной кабинетом министров и
дважды разрешенной Моссоветом демонстрации и митингу на Манежной площади:
     "Да, вокруг "Известий" во всей красе можно наблюдать  с утра водометные
машины. Такие, как  по вечерам мы видим в программе "Время" --  в репортажах
"оттуда". По  улице  Горького в боковых дворах --  масса милиции и солдат. К
полудню появились экипированные "по-боевому" внутренние войска..."

     Наконец, еще  ниже,  но все еще  на  1-й  странице  корреспонденция  из
Вашингтона под заголовком: "Американское правительство обеспокоено ситуацией
в Москве"...

     Таким   образом,   ко  второй  половине  дня,   когда  должна  начаться
демонстрация, атмосфера в  городе насыщена электричеством, как перед хорошей
грозой. Телефоны -- уже раскалились!


     28 марта 1991 г. вечером

     Заслоны  были на ближних подступах к центру города  --  у Пушкинской  и
Арбатской площадей,  но их никто  форсировать не собирался. Сначала было два
митинга  на местах  сбора: площади Маяковского  и Новом Арбате. Мы  пошли на
второй  из них.  Начался он  в  5.30  вечера,  а  в начале седьмого  колонна
двинулась по Новому Арбату до Садового кольца, затем по нему до Маяковки для
слияния  в  общий  митинг,  который  собрал  порядка семисот тысяч  человек.
Отличие  от прошлых митингов -- много молодежи, тоже  вполне интеллигентного
облика.
     Речи ораторов -- решительные,  но не  агрессивные.  Впрочем, на площади
Маяковского  было  очень  плохо  слышно.  В  отличие  от  Манежа,   она   не
радиофицирована  соответствующим образом. Использовали динамик,  стоящий  на
автомобиле.  Но дело не  в  речах.  Главное -- народ  запугать  не  удалось!
Настроение у всех по этому  поводу  было приподнятое.  Милиции и  солдат  на
площади не  видно. Новый штрих:  когда наша  колонна  шла по правой  стороне
широченного   Садового   кольца,   где  движение  автотранспорта   было  уже
остановлено, по левой его стороне, навстречу нам еще медленно двигался поток
машин.  Почти  все они: и городские автобусы,  и грузовики, и легковушки  --
наши и  иностранные --  приветствовали манифестацию частыми  гудками. Многие
водители и пассажиры показывали двумя раздвинутыми пальцами знак победы "V".
Толпа им отвечала приветственными кликами и такими же знаками. Это  было тем
более  здорово,  что в отличие  от  манифестантов,  отобранных самим  фактом
своего участия в митинге, встречные  водители и пассажиры представляли собой
случайную популяцию жителей города.


     8 апреля 1991 г.

     Закончился  столь  драматически  начавшийся  Съезд  Народных  депутатов
РСФСР.  Ничего особенно умного, на мой взгляд, для  выхода из  кризиса он не
предложил. Свой доклад Ельцин начал с весьма серьезной сентенции:
     "Съезд начинает свою работу в критический период.  Российская Федерация
переживает один из  сложнейших и драматических моментов своей истории. И все
же  потенциал обновления  России далеко не  исчерпан. Крах  наступит  только
тогда, когда  господствующим  настроением в обществе станет всеобщая апатия,
равнодушие или слепая агрессивность".
     Согласен! Но как избежать этого? Читая материалы Съезда, ответа на этот
вопрос  я  не нашел. По существу говоря, депутаты переложили ответственность
за  разрешение  кризиса  целиком  на  самого  Ельцина   и  Верховный   Совет
республики,  наделив их  чрезвычайными полномочиями, хотя  никому не понятно
для чего...
     Всеобщие  выборы  Президента  России  назначены  на  12 июня сего года.
Впрочем, одно приятное событие на Съезде все-таки случилось. Член Президиума
ВС полковник Руцкой (участник Афганской войны) неожиданно объявил о создании
новой фракции "Коммунисты за демократию", насчитывающую 170 человек, и от ее
имени заявил  о полной поддержке Ельцина  и курса  реформ. У  коммунистов --
раскол! В новую фракцию перешли и 20 человек, покинувших фракцию "Коммунисты
России".


     28 апреля 1991 г.

     Завершился очередной пленум ЦК КПСС, посвященный, разумеется, положению
в стране и путям выхода из кризиса (основной докладчик -- премьер Павлов).
     Свое  вступительное  слово  Горбачев  начал  с  анафемы  "экстремистски
настроенным  левым" руководителям  движения  "Демократическая  Россия".  Они
требуют  роспуска   Съезда   Народных   депутатов,  отставки   Президента  и
Правительства   СССР.   Если   они   добьются   этого,   то   столкнутся   с
коммунистическими "правыми" экстремистами.
     "Неизбежно, -- сказал Горбачев,  --  произойдет жестокая, скорее  всего
массовая схватка. И  кто  бы ни  взял в ней  верх, на смену  демократическим
институтам  придет  очередной  произвол.  Если  говорить   проще,  то  самая
настоящая  диктатура,  а  не  та  мнимая,  которую  усматривают  в  нынешнем
конституционном  режиме.  Исторический  шанс  модернизировать  страну  путем
реформ,  то  есть мирными средствами  будет упущен... И должен  сказать, что
понимание   этого  проявилось  на  состоявшейся   вчера   моей   встрече   с
руководителями   девяти   союзных  республик...   Дискуссия   была   острой,
продолжалась  много часов, но согласованные меры  показывают, что обстановка
позволяет действовать в общих интересах, в интересах народа..."
     На  самом же пленуме ЦК  дискуссия, видимо,  была  еще  более  острой и
нападки  на Горбачева столь яростными, что ему  пришлось поставить  вопрос о
своей  отставке  с  поста  генерального  секретаря.  Был  объявлен  перерыв,
состоялось    заседание    Политбюро,   которое   единогласно    постановило
рекомендовать  пленуму  ЦК вопрос об отставке генсека снять  с рассмотрения.
(Очевидно  сообразили,  что в  качестве независимого от ЦК Президента страны
Горбачев  будет  еще  менее  управляем).   Пленум  322  голосами  из  349-ти
согласился с этой рекомендацией.


     Известия 30 апреля 1991 г.

     Канун 1-го мая. На  1-й  странице  газеты фотография  московской улицы.
Улыбающиеся   девушки.  Ниже  после  краткого   редакционного   комментария,
озаглавленного   "Согласие   --   хорошая  примета"   в   двух   параллельно
расположенных колонках напечатан трогательный обмен поздравлениями:


     Уважаемый Михаил Сергеевич!
     Примите  поздравления по случаю  праздника  Международной  солидарности
трудящихся  1 мая.  Пользуясь  случаем, хочу выразить уверенность в том, что
значительный  шаг,  сделанный  на  пути  сближения  Центра и России,  других
республик  будет  иметь  достойное  развитие,   воплотится  в  согласованные
действия по выводу страны из кризиса и осуществлению коренных преобразований
во имя процветания народов России, Союза суверенных государств.
     Б. Ельцин".


     Уважаемый Борис Николаевич!
     Искренне  признателен  Вам  за поздравление с  первомайским праздником.
Разделяю оценку важного значения неотложных мер по стабилизации обстановки и
преодолению кризиса, которые определены в совместном заявлении руководителей
Союза и девяти союзных республик.
     Убежден, что  конструктивное сотрудничество  союзных  и республиканских
органов власти, которому теперь  положено новое начало, будет способствовать
введению жизни страны в  нормальное русло. Это отвечает чаяниям всех народов
нашей многонациональной Родины.
     Примите мои поздравления с Первомаем.
     М. Горбачев".


     Известия 23 мая 1991 г.



     "...частичные реформы, постепенность в их проведении погубит нас. Народ
этого не выдержит. Когда говорят,  что  реформы  логично,  мол, растянуть на
годы -- это не для нас. Это для общества, где уже достигнут  сносный уровень
жизни и где  народ  может и подождать. У нас  же такая кризисная ситуация  и
плюс  такая мощная  бюрократическая  система,  что с  ними  надо  кончать не
постепенно,  а  радикально.  Другое  дело, что  с точки  зрения  организации
демократического движения, привлечения  людей  на свою сторону демократам  и
впрямь  надо было быть  поумереннее, не  отпугивать людей  (а многие  боятся
разрушить то, что есть)  ультралевыми речами, сдвинуться к центру,  я бы так
сказал. Это помогло бы больше консолидировать демократическое движение".


     Известия 1 июня 1991 г.

     Из статьи "В свободной продаже только хлеб"
     "...из-за резкого сокращения в  мае завоза в столицу  вареных колбас из
некоторых областей Белоруссии эта продукция ежедневно отсутствует в 200--300
магазинах -- примерно 20 процентах всех торговых точек. Продажа колбас вновь
собирает большие очереди и вновь устанавливаются нормы отпуска в одни руки".


     Известия 6 июня 1991 г.

     Опубликован  Закон СССР  "О порядке выезда  из  СССР и  въезда  в  СССР
граждан СССР".
     В  нем сказано,  что  в соответствии с  международными договорами  СССР
гарантирует гражданам СССР право выезда из СССР и въезда в СССР".

     Это -- очень важное событие не только для граждан Союза (и особенно для
интеллигенции  --   открывается  возможность  прямого   контакта  с  мировой
культурой),  но  и для  всего западного мира:  отпадают  опасения,  что СССР
втайне, "за железным занавесом" готовит какую-нибудь агрессию против него.


     8 июня 1991 г.

     Вчера в газетах было опубликовано  сообщение, что 3 июня в Ново-Огарево
(резиденция Президента  СССР) достигнуто  полное  согласие  между Центром  и
руководителями  девяти  республик.  Вскоре проект  Союзного  договора  будет
направлен  Верховным Советам  этих  республик.  На обсуждение их замечаний и
выработку  окончательного  текста уйдет несколько месяцев. Можно  надеяться,
что договор  будет подписан к концу года.  По-видимому, Горбачеву и  Ельцину
удалось достигнуть какого-то соглашения, и это -- очень хорошо!


     13 июня 1991 г.

     Виктория!   По  предварительным,  но  достаточно  убедительным  данным,
вчерашним всенародным голосованием Ельцин избран Президентом  России,  Попов
--  мэром Москвы, а Собчак -- мэром Ленинграда -- в первом же туре  выборов.
Преимущество  всех  трех  настолько существенно (порядка  60%  голосов), что
окончательные данные  не изменят результата.  Соперники  Ельцина:  Рыжков  и
Жириновский  получили,  соответственно, около  17  и  8%. В выборах  приняло
участие приблизительно две трети избирателей России.


     21 июня 1991 г.

     По приглашению лидеров конгресса Ельцин второй день находится в  США. У
него была неофициальная  встреча и с президентом Бушем, во время которой тот
заявил:  "Я  хочу  честно  пояснить, что  США  будут продолжать поддерживать
возможно  самые   тесные  официальные   связи  с   Советским  правительством
президента Горбачева"..  и  далее: "Давайте  не будем  забывать,  что именно
мужественная   политика  гласности  и  перестройки,  проводимая  президентом
Горбачевым,  стала  ключевым фактором,  обеспечившим  прекращение  "холодной
войны", единство и свободу Европы".
     Я рад, что эти весьма  своевременные и справедливые замечания наш Борис
услышал из уст американского президента. Это его должно немного отрезвить.


     Известия 2 июля 1991 г.

     Из статьи А. Яковлева "Нужен новый шаг".
     "Время крутое и  пора кончать ходить вокруг до  около... Я всегда стоял
на  позиции  многопартийности,  а   еще   точнее  здравой,   демократической
двухпартийности.  Иного  просто не дано, если  не лицемерить, не  обманывать
людей, что общество идет к демократии..."
     Далее автор разбирает  невозможность демократического возрождения КПСС,
неизбежность ее упорного сопротивления смене курса и продолжает:
     "Постоянно произносятся жалобы: старые структуры рухнули, новых нет. Да
полноте! Старые  структуры как  стояли, так  и  стоят. Просто нет  над  ними
прежнего кулака, встроенного в  сталинско-брежневскую  систему. И вот они --
кто просто распустился  и бездельничает, кто работает исключительно на себя,
а кто с азартом сует палки в  колеса преобразований... Вот почему я разделяю
и поддерживаю идею создания движения  или партии демократической организации
на  основе  закона, здравого смысла, возрождения  человека,  неукоснительной
верности идеалу свободы".


     Известия 9 июля 1991 г.

     "Шапка": Ново-Огарево -- Лондон. Президент берет с собой наше согласие.
     Описывается,  как  накануне,  перед  поездкой  в  Лондон  на  совещание
"большой семерки", Горбачев встречался с главами девяти государств (впрочем,
от Украины был не президент Кравчук, а премьер Фокин). Официальное сообщение
утверждает, что совещание прошло "в конструктивно-товарищеском духе, принята
согласованная позиция по данному вопросу"...
     Потом   все   вышли   на   ступени   белокаменного   особняка   и  дали
импровизированную пресс-конференцию. Обозреватель ТАСС пишет с умилением:
     "Никогда прежде  в Ново-Огареве  не ощущалось такого единства взглядов,
чувства команды, нацеленной на общие результаты во имя будущего обновленного
Союза, каждой республики. На ступени особняка вышли люди, сделавшие большое,
очень нелегкое, но жизненно необходимое дело и сознающие это".
     В  частности,  Борис  Ельцин заявил  журналистам:  "Хотел  бы  особенно
отметить роль Ново-Огарева  как колыбели политического  процесса,  в котором
доминируют  уважение  к   республикам,   друг  к   другу,  принципиальность,
стремление к разумному компромиссу во имя  нашего обновленного государства".
Дай Бог, чтобы за этими хорошими словами не пряталось никакое лукавство!


     20 июля 1991 г.

     Фон текущей жизни --  резкое ее подорожание.  Государственные  цены  на
продукты  питания  выросли  не  вдвое, как обещало правительство Москвы, а в
3--4 раза.  Но жить  еще можно -- надо  хотя бы вдвое уменьшить  потребление
пищи (в  России всегда  ели  с избытком) и  на время  отказаться от  покупок
промтоваров, кроме самых необходимых... Совет вряд ли приемлемый для молодых
семей с растущими детьми. Но у них зато есть и силы для "приработка"...
     ...Депутаты ВС СССР очень встревожены в  связи с  решением  Горбачева и
руководителей  республик (в Ново-Огарево) в  ближайшие  месяцы принять новую
Конституцию  СССР.  Им грозит  переизбрание уже  в  следующем  году, а  они,
сердешные, рассчитывали  еще  три года сидеть в Москве на казенных харчах  и
благах. Парадокс в том, что Конституцию должны принимать они же. Постараются
саботировать!
     Придется  переизбираться  и  Горбачеву.  Восстановление  утраченной  им
популярности зависит от улучшения  экономического положения в стране, а этим
пока "не пахнет". В Лондоне денег не дали (слава Богу поняли, что  давать не
надо),  но  предложили  активно   сотрудничать  в  осуществлении  конкретных
экономических  программ. В переговорах  фигурировала  программа  Явлинского,
согласованная с экономистами  из Гарварда под названием "Согласие на  шанс".
Ее смысл, как говорят, именно в сотрудничестве с Западом.


     7 августа 1991 г.

     В политической  жизни  относительное затишье.  Ожидавшаяся на очередном
пленуме  ЦК  атака  на Горбачева не  состоялась. Ее отвел от него... Ельцин.
Накануне пленума  (22 июля) он, в качестве президента  России издал  указ "О
департизации"  --  предписание  всем  партийным  комитетам   (всех   партий)
прекратить свое существование на предприятиях и в  учреждениях. Естественно,
что  делегаты  пленума  бросились  за защитой к  Горбачеву,  как  генсеку  и
Президенту Союза.  Он им туманно пообещал вступиться  и... уехал  отдыхать в
Крым.
     Указ Ельцина  будет  рассматривать  союзная  Комиссия  конституционного
надзора  на  предмет  выяснения  возможности  "нарушения  прав  человека"  и
нарушения Конституции.  Первое слушанье по  этому вопросу Комиссия назначила
на середину сентября.

     Между тем  уровень жизни продолжает падать, дороговизна растет, товаров
не прибавляется.  Частный  и кооперативный секторы занимаются,  в  основном,
перепродажей  товаров, "утекающих"  с  госпредприятий  или привозимых  из-за
рубежа.  Отечественное  производство  продолжает падать.  Одновременно,  как
грибы, растут и  множатся биржи, лихорадочно торгующие нефтью, лесом, прочим
сырьем  и  металлами.  Молодые,  энергичные  деловые  люди  (новая  порода!)
"зарабатывают" миллионы на посреднических операциях...
     Все  это похоже на радужный мыльный пузырь. Возрождения цивилизованного
производства пока не видно. Я, по-прежнему, возлагаю все надежды на западных
инвесторов.  Но  для  их  появления  необходима  политическая  стабилизация,
устойчивые финансы и  благоприятная налоговая и таможенная  политика. Ничего
этого у нас пока нет... Похоже, что и не скоро будет. Отсутствие необходимых
экономических законов на  руку новым биржевикам. Возможно,  что  они делятся
своим "наваром" и с депутатами.





     Известия 7 августа 1991 г.

     "Шапка": Первая церемония  подписания Союзного договора назначена на 20
августа.
     (Поскольку Украина еще не дала согласия подписать договор,  и в Армении
по этому  поводу намечено провести референдум, решено, что  республики будут
подписывать договор поочередно и вся процедура может занять 1--2 месяца).
     В основном тексте передовой статьи сообщается, что: "Президент СССР  М.
Горбачев, находящийся сейчас  на  отдыхе в  Крыму, вернется в Москву, скорее
всего, к 20 августа. Как сообщил руководитель пресс-службы главы государства
Виталий Игнатенко, на этот день назначена первая церемония подписания нового
Союзного договора. Первыми скрепят своей  подписью этот документ полномочные
делегации  России  и  входящих  в  нее  республик,   а  также  Казахстана  и
Узбекистана".


     Известия 15 августа 1991 г.

     Сообщение  о  встрече  Ельцина  с  первым  секретарем  компартии  РСФСР
Купцовым по его просьбе. Ельцин говорит, что руководство компартии находится
в  оппозиции  к  государственной   власти.  Купцов  обещает  исправить   это
положение:
     "Ельцин:   Блок  "Коммунисты  России"   в   парламенте   уклоняется  от
конструктивного сотрудничества с правительством, саботирует.
     Купцов:   Повлияем!  Но  просим  не  форсировать  исполнение  Указа   о
департизации,   не  устанавливать   жестких   сроков   ликвидации  первичных
организаций партии.
     Ельцин: В Указе  конкретные сроки не названы, но до конца текущего года
все помещения должны быть освобождены".


     Известия 20 августа 1991 г. (Утренний выпуск)

     Указ Вице-президента СССР

     "В связи  с невозможностью по состоянию здоровья  исполнения Горбачевым
Михаилом Сергеевичем своих обязанностей Президента СССР, на основании статьи
127 (7) Конституции СССР вступил в исполнение обязанностей Президента СССР с
19 августа 1991 года.
     Вице-президент СССР Г. И. Янаев
     18 августа 1991 г. (воскресенье)"
     Там же (утро 20-го)
     Заявление Советского руководства (сокращенно)
     "В  связи  с   болезнью  Президента  и  перехода  его   обязанностей  к
Вице-президенту  в  целях  преодоления  глубокого  кризиса... идя  навстречу
требованиям  широких   слоев   населения  и  необходимости   принятия  самых
решительных  мер  по предотвращению сползания  общества  к  общенациональной
катастрофе, обеспечения законности и порядка постановляем:
     1. Ввести чрезвычайное положение в отдельных местностях СССР на  срок 6
месяцев с 4 часов по московскому времени 19 августа 1991 года.
     2.  Установить,  что на всей территории СССР  безусловное  верховенство
имеют Конституция и Законы СССР.
     3.   Для  управления  страной   и  эффективного   осуществления  режима
чрезвычайного положения  образовать Государственный Комитет по Чрезвычайному
Положению в СССР  (ГКЧП СССР)  в  составе  по  алфавиту: Бакланов (1-ый зам.
председателя   Совета  обороны),   Крючков   (КГБ),   Павлов   (председатель
правительства),  Пуго  (МВД),  Стародубцев (председатель Крестьянского союза
СССР), Тизяков (председатель ассоциации  государственных предприятий  СССР),
Язов (министр обороны), Янаев (Вице-президент СССР).
     4.  Установить,  что  решения  ГКЧП  обязательны  для  неукоснительного
исполнения  всеми  органами  власти  и  управления,  должностными  лицами  и
гражданами на всей территории СССР.
     Янаев, Павлов, Бакланов".
     Там же (утро 20-го)
     "Обращение к советскому народу" (конспективное изложение)
     Политические  реформы  Горбачева  зашли в  тупик. На  смену  энтузиазму
пришли безверие, апатия  и отчаяние. Власть на всех уровнях потеряла доверие
населения. Страна стала  неуправляемой.  Экстремистские  силы  взяли курс на
ликвидацию  Советского Союза  и захват власти.  Межнациональные конфликты. У
власть держащих --  потоки  слов  и  убогость  дел. Катастрофа в  экономике.
Хаотичное    стремление   к   рынку.   Взрыв   эгоизма   --   регионального,
ведомственного, группового и личного. Центробежные  тенденции --  разрушение
единого  народнохозяйственного  механизма.  Война  законов.  Падение условий
жизни, расцвет спекуляции и теневой экономики. Преступность быстро растет  и
политизируется...
     ...Быть может краски и сгущены, но в основном, все верно. А дальше что?
ГКЧП берет на себя всю полноту ответственности за выход из кризиса,  обещает
все исправить. Но как? (далее текстуально):
     "Мы  выступаем за истинно демократические процессы, за последовательную
политику  реформ, ведущую  к  обновлению нашей Родины. К ее экономическому и
социальному  процветанию,  которое  позволит ей  занять  достойное  место  в
мировом сообществе наций.
     Развитие  страны  не  должно  строиться на  падении  жизненного  уровня
населения.   В   здоровом  обществе  станет  нормой   постоянное   повышение
благосостояния всех граждан...
     Развивая  многоукладный   характер   народного   хозяйства,   мы  будем
поддерживать  и  частное  предпринимательство,  предоставляя ему необходимые
возможности для развития  производства и  сферы  услуг. Нашей первоочередной
заботой станет решение продовольственной  и жилищной проблем.  Все имеющиеся
силы будут мобилизованы  на удовлетворение этих самых насущных  потребностей
народа".
     В конце  обращения  --  призыв поддержать ГКЧП  и присылать в его адрес
конструктивные предложения общественных организаций,  трудовых коллективов и
граждан.
     Подписано: Государственный Комитет  по чрезвычайному положению  в СССР.
18 августа 1991 г.
     Там же (утро 20-го)
     Заявление председателя Верховного  Совета  СССР Лукьянова  о  множестве
недостатков Союзного  Договора,  необходимости его доработки и обсуждения на
ВС и Съезде Народных депутатов СССР, а потому невозможности его подписания в
настоящее время.

     Указ Янаева  о  введении чрезвычайного  положения в Москве. Комендантом
Москвы   назначен   командующий   войсками   Московского   военного   округа
генерал-полковник Калинин "с соответствующими полномочиями"

     Опубликовано "Заявление ГКЧП", где  утверждается, что  люди вздохнули с
некоторым облегчением, что  поступают  многочисленные  обращения  граждан  в
поддержку принимаемых мер по выводу страны из тяжелого кризиса. Однако...
     "Диссонансом    в    этот    критический   момент,   когда    требуется
общенациональное   согласие,  прозвучало  обращение,  подписанное  утром  19
августа с.  г. руководителями РСФСР  Б.  Ельциным, И. Силаевым (председатель
правительства -- Л. О.) и Р. Хасбулатовым (и. о. председателя ВС РСФСР -- Л.
О.). Оно выдержано в  конфронтационном духе. Есть в  этом обращении и прямое
подстрекательство к противоправным действиям, несовместимое  с установленным
режимом чрезвычайного положения.
     ГКЧП, проявляя терпение и  стремление к конструктивному сотрудничеству,
считает   возможным  ограничиться   на  этот   раз  предупреждением   против
безответственных неразумных шагов".

     20-го августа  меня  не было в  Москве.  Поэтому  я  продолжу  перечень
событий трех  последующих  драматических дней, вошедших в нашу  историю  под
названием "августовского путча" по газетным публикациям.
     После  чего  опишу  и то, что  видел сам, возвратившись  в Москву 21-го
числа,  а  также мои размышления о случившемся, зафиксированные в  дневнике.
Итак, продолжаю выписки из тех же "Известий":


     Известия 20 августа 1991 г. (все еще утренний выпуск)

     Опубликован отчет о пресс-конференции в МИД  СССР (19-го числа) Янаева,
Бакланова, Пуго, Стародубцева и Тизякова (с фото).
     Заявление Янаева почти дословно повторяет приведенное выше "Обращение к
советскому народу".  На вопрос, где сейчас Горбачев, Янаев отвечает: "Михаил
Сергеевич Горбачев находится  на отдыхе и лечении в  Крыму.  За эти годы  он
очень  устал и требуется какое-то  время, чтобы он поправил здоровье". Потом
Янаев выразил  надежду, что,  поправившись,  Горбачев вернется  к исполнению
своих обязанностей.
     "Мы будем  следовать курсу, --  сказал  Янаев, -- который  он начинал в
1985  году. Что касается  чрезвычайного положения,  то оно вводится в  очень
трудный для страны период для того, чтобы избежать каких-либо эксцессов".
     (Те, кто видел эту пресс-конференцию по ТВ в  прямом эфире, утверждают,
что у Янаева тряслись руки).
     Далее Янаев сообщил, что медицинское  заключение  о состоянии  здоровья
президента будет в свое время опубликовано.  В  финале  этого выступления он
сделал  реверанс  в сторону Горбачева: "Этот человек заслуживает  всяческого
уважения, он сделал все для того, чтобы мы встали на демократический путь".



     Известия 20 августа 1991 г. (Вечерний выпуск)

     1-я страница. Репортаж "В условиях чрезвычайного положения".
     Две  фотографии  без  подписей:  на  первой  люди, неведомо где,  несут
горизонтально распластанное,  длиннющее  трехцветное полотнище; на второй --
стоящий на улице БТР в окружении москвичей. Водитель  и механик поднялись из
люка. Вид у них довольно мрачный...
     Сообщение о том, что  19-го  вечером у Белого дома началось  сооружение
баррикад. Добровольно  работают  водители  передвижных  подъемных  кранов  и
бульдозеристы. Громоздят бетонные  плиты и  арматуру,  ставят  в ряд  с ними
автобусы и троллейбусы...
     Тем  же  вечером  поступило  сообщение, что несколько танков  Таманской
дивизии под  трехцветными  флагами  идут на защиту Белого дома. Среди солдат
введенных   в  город  воинских  частей  активисты-демократы   распространяют
листовки с Указом Ельцина о правовой защите и поддержке всех  военнослужащих
и   работников   правоохранительных  органов,   "не   желающих   наступления
диктатуры"...
     В  полдень  20-го на Советской  площади  состоялся многотысячный митинг
противников ГКЧП. Выступали Яковлев, Попов, Станкевич...
     Там же 2-я страница (вечер 20-го).
     Заседание  правительства Москвы утром  20-го  (репортаж).  Сообщение  о
положении  в  городе делает  глава  правительства (исполкома  Моссовета)  Ю.
Лужков. Рассказывает о мерах по нормализации  положения в  городе в условиях
чрезвычайного  положения:  устранение  перебоев   в   снабжении  предприятий
общественного  питания, нарушений  электроснабжения,  ход  работ по вводу  в
эксплуатацию школ-новостроек к началу учебного года и  т. п. Никакой позиции
в  отношении к  ГКЧП и  Президенту  России не высказывает (!). В  заключении
информации сказано:  "Премьер городского  правительства и  выступавший затем
мэр  Москвы Г.  Попов  подчеркнули,  что, несмотря на  имевшиеся между  ними
отдельные  расхождения,  Моссовет и столичная мэрия  сохраняют  единство  по
принципиальным  вопросам  административного  и  хозяйственного   руководства
жизнью столицы.
     3-я   страница.   Зарубежные   отклики:  беспокойство,   выжидание.  На
Нью-йоркской фондовой бирже индекс Доу-Джонса упал на 75 пунктов.


     Известия 21 августа 1991 г. (Вечерний выпуск)

     1-я стр. Фотографии:
     ...На сессии ВС РСФСР -- Ельцин и Хасбулатов что-то обсуждают.
     ...Толпа сплошных зонтиков перед Белым домом -- дождь.
     ...Ночью  (20-го). Искореженный троллейбус  и БТР.  Кто-то на  коленях,
целует образа, горят свечи -- прямо на мостовой.
     Подписей под фотографиями нет.
     Репортаж о чрезвычайной сессии Верховного Совета РСФСР.
     На сессию  явилось... всего 90 депутатов.  О  положении дел докладывает
Хасбулатов. Ельцин  сообщает, что  все члены  ГКЧП  выехали  во Внуково,  их
намерения неизвестны. Позже Примаков сообщает, что "ГКЧП-исты", по-видимому,
вылетели в Крым.
     Там же на 1-й странице (жирным шрифтом) (вечер 21-го)

     Оправдания редакции: "До сих пор "Известия", не попавшие, как известно,
в   "черный   список"   запрещенных   изданий,   ограничивались  публикацией
официальных   сообщений  о  происходящих  событиях.  Мы   полагали,  что   в
сложившейся  обстановке  важно  доносить  до  людей  хотя  бы  малую  толику
неискаженных  сведений"... Но сегодня  они считают своим долгом "высказать и
свое, известинцев, отношение к происходящему"... (ясно -- какое).
     Это -- рядом с напечатанным еще более жирным шрифтом сообщением:

     "Организаторы    военного    переворота,    члены    так    называемого
Государственного Комитета  по чрезвычайному  положению арестованы  по пути в
аэропорт Внуково. Об этом только что сообщили агентства Рейтер и Франс-Пресс
со ссылкой на не названного  депутата Верховного Совета РСФСР". Ходят слухи,
что министр внутренних дел Пуго -- застрелился.


     Известия 22 августа 1991 г.

     1-я  стр.  Фото: Горбачев в дачном  облачении у трапа  самолета рядом с
Силаевым (премьер-министром РСФСР) -- сразу после прилета в Москву.

     Около 2-х часов дня (21-го) в Крым вылетели:  Лукьянов, Язов, Крючков и
Ивашко  (заместитель генсека). Пытались на что-то склонить Горбачева,  но не
смогли. В 4 часа дня в Крым полетели:  Силаев,  Руцкой, Бакатин,  Примаков и
большой  отряд  московского  ОМОН'а.  А  также  журналисты  --  советские  и
Франс-Пресс.  Сели  на военном аэродроме  в  Севастополе.  Никто  не  мешал.
Поехали в  Форос.  Охрана  на дачу впустила,  но  держала  под  наблюдением.
Встретились с Горбачевым и без промедления увезли его в Севастополь. Улетели
в Москву не на президентском, а на своем российском самолете (ОМОН!). в него
пригласили и Крючкова, а по прибытии во Внуково -- арестовали.


     Известия 23 августа 1991 г.

     Фото:  Ночью, с  помощью передвижного  подъемного крана  снимают статую
Дзержинского. Подпись  под фотографией:  "Ф.  Э. Дзержинский уходит. Лубянка
остается".
     Действительно,  зловещее  здание  КГБ  на  Лубянской  площади  осталось
нетронутым. Так же, как  здания  ЦК КПСС.  Активисты "живого кольца"  охраны
Белого дома опечатали  эти здания и удержали толпу от их разгрома,  ссылаясь
на необходимость сохранения и изъятия архивов  и прочих документов. Впрочем,
вероятно, бoльшая  часть бумаг  была  вынесена сотрудниками ЦК либо открыто,
либо  через подземный  ход, который, как  утверждают, ведет  из  здания ЦК в
тоннель метро.

     В  этом же  номере фотографии  и краткие сведения  о  трех погибших  (в
общем-то зазря) ребятах. На завтра назначены их торжественные похороны...
     Все руководители путча арестованы и посажены в Лефортово...

     Теперь  -- обещанная  запись  из  дневника  (какое-никакое, но  все  же
свидетельство очевидца):


     23 августа 1991 г.

     Бескровная революция августа 91-го года

     Описывать  революционные события не  имеет смысла. Сохранятся  газеты и
репортажи этих дней, чересчур плотно для дневника заполненных драматическими
эпизодами. Мне довольно будет записать свое "участие", а также впечатления и
мысли по поводу происшедшего.
     Я  был на турбазе Дома Ученых в Михалево  под Москвой,  где предполагал
остаться до 25-го числа. У меня был с собой портативный радиоприемник. 19-го
утром  я услышал от кого-то из  отдыхающих:  "В  Москве переворот!"  и  стал
ловить  "Свободу", "Би-би-си"  и прочие западные "голоса".  Время от времени
прорывалась  в  эфир  и станция  "Эхо Москвы".  Как  только картина  событий
чуть-чуть  прояснилась,  --   Ельцин  и  лидеры  демократов  не  арестованы,
заговорщики   пытаются   убедить   народ   в   законности   своих   действий
бездоказательной ссылкой  на болезнь  Горбачева, -- мне стало ясно, что путч
обречен на провал.
     Отдыхавшие  на  базе  (публика  интеллигентная,  в основном,  пожилая с
малыми детьми) были очень встревожены, никто не разделял моей уверенности. Я
и "не выступал".  Только когда соседка по столу за  завтраком  спросила  мое
мнение, я сказал: "Идиоты. Надо  же так  подставиться! Все это продлится  не
более  десяти  дней,  после  чего  можно будет  расчистить  все  эти Авгиевы
конюшни".
     У нас  с  сыном  Андрюшей  была договоренность, что  он ко мне приедет.
Развитие событий  19-го и  20-го числа только  подкрепили мою уверенность  в
провале путча. Но  когда к обеду 20-го Андрюша не приехал, я  решил все-таки
ехать в Москву. Второго приемника у нас в  доме нет, значит Лина отрезана от
информации (телевидение, быть может, захвачено путчистами), и она, наверное,
очень волнуется. Выехал "ракетой" в 7 часов вечера и в 9 был  уже дома. Лина
сказала,  что  Андрюша  вот уже  вторую ночь  дежурит  возле  "Белого дома".
Наскоро поужинав,  мы  отправились туда же. У  Лины было опасение по  поводу
объявленного  по  телевидению  комендантского  часа, но  я ее  заверил,  что
патрулей для его реализации на улицах не будет, так как на огромный город их
надо иметь очень много. Раз эти засранцы не ввели комендантский час в первую
же ночь, значит это у них не подготовлено.
     Приехали  около 11  часов вечера (20-го).  Я  увидел,  что перед  домом
собралась толпа в несколько десятков тысяч человек. Следовательно, штурма не
будет. Если  не Лина,  я, наверное,  остался бы на  ночь  и  попытался найти
Андрюшу, но подвергать ее  опасности не хотелось (ручаться, все-таки,  ни за
что  было нельзя). И в половине первого ночи мы отправились на метро  домой.
До этого где-то  рядом  случилась парочка автоматных очередей, но серьезного
впечатления они на  меня не  произвели.  Когда  так много  людей  и  кое-кто
вооружен  (были  омоновцы, возможно и  солдаты, хотя их  я  не видел),  то у
кого-то наверняка сдадут нервы.
     Утром 21-го, мобилизовав  все домашние  резервы, наварили 3-х  литровый
бидон  крепкого бульона с мясом. Лина поехала в свой академический  Институт
(ИНЭОС),  где  была организована массовая заготовка  консервов, бутербродов,
термосов с горячим чаем и прочего. Немного позже подъехал к  ним и я. Вместе
с  парой  десятков  сотрудников   на  двух  институтских  микроавтобусах  (с
благословения директора  Института!), где-то около 2-х часов дня повезли это
подкрепление защитникам Белого  дома.  Тут  я  хорошо разглядел баррикады --
внушительные по  масштабах революции 1905 года, но  смехотворные для тяжелых
танков.
     Питание защитников дома  было столь хорошо  организовано, что бульон  у
нас  не  взяли, и  я  решил его сохранить для собственного ночного дежурства
здесь же у дома -- в Институте у Лины (где  меня многие знают) я записался в
число добровольцев. Консервы, бутерброды, чай и сигареты -- приняли. Судя по
всему, таких провиантмейстеров, как мы, было много.
     Ночное  дежурство  имело  смысл.  Было  ясно,  что мятеж проваливается.
Введенные в город регулярные войска активно действовать, тем более стрелять,
отказываются. В такой ситуации заговорщики могли пойти на  какой-нибудь  акт
отчаяния.  Например,  атаковать  защитников  дома  силами  некой  особенной,
"отпетой"  части войск КГБ. (Тут понял,  почему у  русских царей для  такого
рода дел  были казачьи части  --  другая этническая  группа, нет контакта  с
населением).
     Сбор  на  дежурство  был  назначен  в  23.30  в   условленном  месте  в
непосредственной близости от Белого  дома. Когда я приехал (горячий  бульон,
укутанный  войлоком,  в рюкзаке,  на  боку --  противогаз),  оказалось,  что
условленное место находится внутри трехрядного оцепления ("живого кольца") и
пробраться туда трудно. Удалось  уговорить  меня  пропустить,  но никого  из
команды  Института я  не нашел. К  счастью, мы с Андрюшей днем  по  телефону
назначили  место  встречи  более  удаленное  от  Белого  дома.  Удалось  его
разыскать. С Андрюшей был Толя  Голубовский и несколько человек из числа его
молодых сотрудников (среди  них  --  и  Оля). Они  тоже  не  попали в  число
организованных защитников дома.  Таким образом мы  вошли  в  состав  резерва
волонтеров,  то есть пребывали в  толпе таких же  как мы  "дикарей", слушали
выступления  ораторов с  балкона дома, теснясь  вокруг транзисторов  слушали
радио.  Как всегда в таких случаях (судя по литературе) была масса слухов, в
том  числе  и по радио. Например,  был слух, что шеф КГБ  Крючков  исчез  из
Кремля и неизвестно,  где он.  Понимай так,  что отправился  к верным частям
КГБ, чтобы привести  их на  штурм Белого дома. Я в это не верил и без особой
тревоги, с большим удовольствием наблюдал все происходящее вокруг.
     Главным, чрезвычайно приятным и, признаюсь, вовсе неожиданным сюрпризом
для меня было то, что защитники дома на 99% были  молодыми людьми в возрасте
от 18 до 30 лет. Я-то думал, что большинство составят люди среднего возраста
-- те, кто обычно ходил на митинги (там бывало  много и пожилых, но здесь  и
ночью  я не предполагал  их увидеть). Активизация  молодежи --  фактор очень
важный!  Конечно, свою роль сыграла  романтичность  ситуации, перспектива не
разговоров,  а  героического  действия.  И  все  же,  все  же...  Российская
интеллигенция была представлена здесь своей молодой порослью. Меня это очень
обнадежило.
     Эту  ночь  опишут  литераторы.  Было  весело,  слитно,  отчаянно,  всем
хотелось  сражения, хотя вряд ли кто-либо представлял себе,  как  оно  будет
происходить.  На то  и  молодежь --  счастливая пора! Я немного досадовал на
свою зрелость и  умудренность,  диктовавшие  отстранение  и  полное симпатии
сочувствие, но не волнение и азарт.
     Часов около пяти утра с балкона сообщили, что Крючков арестован, и мы с
Андрюшей  решили,  что  можно "покинуть  баррикады".  Светало. Мы  дошли  до
Киевского вокзала,  и я вернулся домой  первым троллейбусом.  Вот и  все мое
"участие" в  героической "обороне Белого  дома", как об этом теперь пишут  и
говорят. Упомяну лишь  еще  одну  смешную  и трогательную  сценку. Когда  мы
сходили с моста через реку, перегороженную у въезда баррикадой "первой линии
обороны",  какие-то  любопытные  входили на  мост  через  оставленный  узкий
проход. Дежурившие там ребята из "живого кольца" заставляли их  поднять руки
и ощупывали на предмет обнаружения оружия. Думаю, что им ужасно хотелось его
обнаружить... А бульон все-таки пригодился. В третьем  часу ночи  он был еще
горячий.

     Бесславный   финал  путча:  арест  заговорщиков  и  доставка  в  Москву
пришибленного Горбачева (чуть ли не в пижаме) хорошо  описан в периодической
печати... Я хочу записать свое мнение о причинах  неудачи путча или, точнее,
об  основаниях для моей изначальной уверенности в его провале.  Эти причины,
как мне представляется,  в  самом существе психологии  правившей столь долго
партийной верхушки, к которой принадлежали путчисты. А именно:
     1. Будучи совершенно изолированы  от народа, они не успели  понять, что
за годы гласности, а особенно за последние пару  лет "митинговой демократии"
достаточно большое число  людей (в  Москве) перестало бояться. Они полагали,
что совместное выступление  КГБ, МВД и армии повергнет всех в трепет, и если
не сам Ельцин и  горстка его ближайших приверженцев, то все население города
оцепенеет от страха. После  чего они легко овладеют положением и без  труда,
без большого кровопролития  смогут арестовать российское правительство.  Для
этого и ввели танки. Танк -- очень мало эффективное оружие для боя на улицах
большого города. От  него легко скрыться за углом дома, а сам он  уязвим для
гранаты  или  даже  бутылки  с  бензином.  Зато  своей  массой,  грохотом  и
здоровенной  пушкой  он  производит  на  мирного жителя  весьма  устрашающее
впечатление.   Успешно   воевать   в   городе  могут  лишь  надежные   части
пехотинцев-десантников, вооруженных автоматами и гранатами. Пара сотен таких
головорезов,  легко  преодолев безоружные баррикады  (а  с  помощью  парочки
танков -- тем более) могли  расстрелять  и рассеять всю многотысячную  толпу
перед  Белым домом  за  десять минут.  А  потом захватить  и сам дом.  Но...
пришлось бы пролить  море крови,  а это -- не просто!  Теперь  известно, что
пресловутая  "Альфа" (специально  подготовленная  группа  захвата  --  около
двухсот  офицеров  КГБ)  отказалась  выполнить  приказ о  штурме Белого дома
именно по этой  причине. (Я  знаю  об  этом "из первых рук" -- от одного  из
членов Альфы). Так  что  защитники Белого  дома действительно спасли молодую
российскую  демократию  массовостью  готовности  рисковать  ради  нее  своей
жизнью. Впрочем, они, насколько я мог  судить, ожидали танков. Из уст в уста
передавалась  инструкция  для   цепей  обороны:   "Под  танки  не  ложиться!
Расступаться,  но  медленно, ведя  при  этом  разъяснительную  работу  среди
танкистов".
     Милые  мои мальчики,  вас  могли  всех перестрелять с расстояния в  сто
шагов, и за  оглушительным треском автоматов ваших  разъяснений никто бы  не
услышал. Но  убить множество  безоружных людей не  легко. И вы молодцы,  что
стояли там, даже если не понимали того,  как рискуете. А если понимали, то и
вправду герои!
     Итак,  первая  причина  провала путчистов  --  их ложная уверенность  в
неизменности  столько лет  внушавшегося страха перед государственной машиной
подавления.
     2.  Коммунистическая   пропаганда  столько   лет  (лукаво)  твердила  о
верховенстве  народа и его неизменной правоте, так на каждом шагу  клялась в
своей преданности ему, что выполнить приказ стрелять в этот народ солдатам и
офицерам  среднего  звена  было  невозможно.  Кое-как, быть  может,  удалось
убедить  солдат  в  Прибалтике,  что перед  ними  фашисты,  труднее, но тоже
возможно, на Кавказе -- что их бросили против бандитов.  Но здесь, в Москве,
где явно  мирные жители  на  улицах  с тревогой спрашивали: "Неужели  будете
стрелять в  своих?"  Здесь это  было  невозможно! Недаром Сталин и Гитлер во
главу  своей  пропаганды  ставили  преданность  вождю,  а уже  потом, вообще
говоря, народу. Ослепленные  поклонением люди могли  выполнить  любой приказ
вождя,  не   размышляя   и  не   сомневаясь.   А  здесь   кому  поклоняться?
Правительству? ЦК? Нет, -- они на  бездумную покорность военных рассчитывать
не имели основания!
     3. Система так долго отбирала на свои высшие руководящие посты людей по
признакам глупости и некомпетентности (дабы не создавать опасной конкуренции
для тех,  кто  отбирал),  что  весьма  в  этом  преуспела.  Люди,  затеявшие
переворот, не сделали того,  что,  казалось  бы,  на их  месте сделал каждый
мальчишка. Ну  что стоило вечером  накануне  переворота  арестовать Ельцина,
Попова, Собчака и  еще  десятка два  дееспособных  и всем известных  лидеров
демократов?  Ну,  личная охрана этих  людей (у кого она есть) попыталась  бы
оказать сопротивление. Это же  от  силы пара десятков человек. Нетрудно было
бы, если потребуется, заставить арестующих стрелять в них. Это их легко было
представить заговорщиками и защитниками  заговорщиков  (выправить ордера  на
арест лидеров можно было без труда). Вместо этого  объявление об отстранении
Президента по внезапной болезни -- вранье, очевидное для дошкольников! И вот
так, начав  с явного обмана, рассчитывать  на то,  что армия будет выполнять
приказы  о  силовом вмешательстве?  Боже,  какие  нами  правили  идиоты!  Ну
объявите,  -- если приспичило,  --  Горбачева  предателем  интересов народа,
соврите,   что  он  продался  американцам   за   мильон  долларов.  ("Раиска
подбила!"). Народ озлоблен, жить с каждым днем труднее, какие-то кооператоры
и биржевики-предприниматели (буржуи!) гребут  миллионы. Если  и  не поверили
бы, то усомнились -- Горбачев весьма непопулярен. А то, нате вам, дуракам --
болен неизвестно чем!
     Или, по-простому: захватите  дачу  в Форосе, перестреляйте  охрану (там
всего  30 человек), убейте Горбачева, взорвите дачу  и найдите какого-нибудь
погибшего  террориста,  на которого можно все свалить. Вы же  историю партии
учили.  Вспомнили бы, как усатый такие дела  обделывал  -- хотя бы  убийство
Кирова.   А  эти...  полшага   сделали,  связь   у  Президента  обрезали   и
замандражили. Ну и заговорщики!
     Кстати, глупость  и некомпетентность проявились и у самого  Горбачева (
он  --  тоже продукт системы).  Таким  монстрам  доверить  ключевые посты  в
государстве! И не  установить  за  ними наблюдения!  Проморгать коллективный
сговор  не  где-нибудь  в  штабе отдаленного  военного округа, а у себя  под
боком, в Кремле. Уехать на отдаленную и практически не  защищенную дачу. Это
-- не глава государства, а, извините меня, г... юк.
     Вот  чудеса диалектики: именно эта всеобщая глупость, и  заговорщиков и
их  предполагаемой  жертвы, оказалась  спасительной для  России.  В  течение
нескольких дней после провала заговора  была ликвидировала власть партии. Не
случись  всего  это, номенклатура  КПСС тихой  сапою,  упорным  саботажем  в
течение еще  2--3  лет довела  бы страну  до  такого  краха,  что  Президент
свалился бы  сам,  как спелое яблочко.  А  с  ним  вместе,  в бездну анархии
рухнули бы  и все демократы  с  Ельциным  во главе. Тогда под дружный  вопль
всего нашего темного народа, возжаждавшего порядка и сильной руки, пришел бы
военный диктатор. Если, конечно, нашелся бы таковой, достаточно умный, чтобы
дождаться подходящего момента для выхода  на авансцену. Но в том-то и  дело,
что система наверх не пропускала. Вот и получилось -- не путч, а карикатура.
Ну и слава Богу! Теперь демократы могут этим воспользоваться... Если смогут!


     Известия 24 августа 1991 г. 2-я стр.

     Корреспонденция  Карпенко и Шипитько: "Как президент держал ответ перед
российскими депутатами"
     23-го числа  в Белом  доме  в  течение  полутора  часов  президент СССР
Горбачев  держал ответ  перед депутатами  Верховного Совета РСФСР. Заседание
транслировалось  по  телевидению. Президент  Союза признавал, что  ошибся  в
своих  соратниках.  Не  соглашался с обвинениями в  адрес КПСС, хотя ее ЦК и
большинство  региональных  комитетов  фактически  поддерживали  путчистов  и
отмежевались от них только тогда, когда стало ясно, что путч провалился.
     "Все  так, -- пишут  авторы корреспонденции, --  но  нас часто коробила
форма обращения депутатов, да  подчас  и самого  Ельцина с Президентом СССР.
Для чего надо  было  заставлять  Горбачева,  еще  не  оправившегося от шока,
читать,  как нашкодившего школьника, текст, обвиняющий  членов его команды в
предательстве?  Так  же  как  и  требовать   объявить   каждого   коммуниста
преступником?.. И дело не только в форме. Дело в сути. От президента тут же,
буквально в зале, требовали утверждения карательных мер и назначения главных
ключевых фигур в союзной структуре государственной власти. Мог  ли позволить
себе  Горбачев  принимать  эти  ультимативные требования,  подменяя  в одном
случае  суд  и прокуратуру,  а  в  другом действуя  без  согласия  остальных
республик,  --  как бы ни  были  велики заслуги  России  в  нынешней  победе
демократии?  Не  мог, просто  не  имел права, если  считал себя  президентом
демократического   правового   государства.   Такая  демократия  "навыворот"
немногим отличается от диктата путчистов".
     Здесь  же,  в присутствии  Горбачева, с издевательским "не возражаете?"
Ельциным  был  подписан  Указ  о   приостановлении  деятельности  Российской
компартии.


     Известия 16 августа 1991 г.



     "Секретариат, Политбюро ЦК КПСС  не  выступили  против государственного
переворота.   ЦК   не   сумел   занять  решительную  позицию   осуждения   и
противодействия,   не   поднял   коммунистов   на  борьбу   против  попрания
конституционной законности.  Среди заговорщиков оказались  члены  партийного
руководства,   ряд   партийных  комитетов   и  средств  массовой  информации
поддержали  действия  государственных  преступников. Это поставило  миллионы
коммунистов в ложное положение.
     Многие члены  партии отказались сотрудничать  с заговорщиками,  осудили
переворот и включились в борьбу против него. Никто не имеет морального права
огульно обвинять всех коммунистов, и я, как Президент, считаю себя обязанным
защитить их, как граждан, от необоснованных обвинений.
     В этой обстановке ЦК КПСС должен  принять трудное, но честное решение о
самороспуске.  Судьбу   республиканских   компартий   и  местных   партийных
организаций определять они сами.
     Не считаю для себя возможным дальнейшее выполнение функций Генерального
секретаря  ЦК  КПСС   и  слагаю  соответствующие   полномочия.   Верю,   что
демократически настроенные  коммунисты, сохранившие верность конституционной
законности,  курсу  на обновление общества,  выступят за  создание  на новой
основе  партии, способной вместе  со  всеми  прогрессивными  силами  активно
включиться в продолжение коренных демократических преобразований в интересах
людей труда.
     М. Горбачев".

     "Снимаю  шляпу" перед Горбачевым.  В минуту  тяжкого унижения, крушения
всей его блистательной карьеры он вспомнил о рядовых членах партии, встал на
их моральную защиту.


     Известия 28 августа 1991 г.

     Статья  О.  Лациса   "Крушение  авторитарной  модели.  Размышления  при
слушаньи парламентских речей об уроках путча".
     "...Противоречивы последствия  происшедшего  для  политической  системы
страны. Рухнул аппарат государственной партии --  слава Богу, наконец-то. Но
рухнула  и надежда демократически  преобразовать и саму партию,  организацию
миллионов  людей  левых  убеждений.  На  этом  фланге  политического спектра
образовался  зияющий  провал,  оборвано  представительство  обширной   части
социальных интересов. В стране с разрушенными механизмами тоталитаризма и не
выстроенными  еще механизмами  демократии  усилился вакуум  власти -- угроза
непредсказуемого неравновесия".
     ...Далее   автор   описывает,   как   буксовала   в   последнее   время
государственная машина при Горбачеве... и продолжает так:
     "Выходило,  что корректировать бесчисленные  сбои может только тот, кто
на вершине пирамиды власти. Но он не управлялся и с контролем за выполнением
уже принятых решений...
     Не  знаю, слышал ли он  о модной  теории,  согласно  которой невозможно
прямо перейти  от тоталитарного строя к демократии, -- в  промежутке, якобы,
должен быть еще  просвещенный  авторитарный режим. Ну вот мы и  прожили этот
промежуток.  То,  что  удивительное  шестилетие  завершилось   омерзительным
путчем,  стало  не  только  личной  неудачей Горбачева.  Это  стало и крахом
вымечтанной  нами уютной авторитарной модели власти, в которой  добрый  царь
позаботится обо всем  и обо  всех. Нет  пути к демократии через  автократию.
Путь к демократии лежит через демократию, -- сиречь власть народа.
     Нельзя, чтобы за  всеми делами присматривал  один,  --  одного  слишком
легко запереть в Форосе..."

     Я не согласен  с  Лацисом и, как оказалось, являюсь сторонником "модной
теории" (о которой,  честное слово, никогда не слышал). Сие меня не огорчает
-- наоборот:  значит есть  единомышленники и, наверное, более  искушенные  в
политике, чем я. Все-таки, нет другого пути от  тоталитаризма к  демократии,
кроме  "демократической  диктатуры" ("просвещенного авторитаризма")!  Только
диктатор  должен  быть посильнее  и  поумнее, чем Миша. Сейчас  в этой роли,
скорее всего, его сменит Ельцин. Он -- посильнее, а насчет ума -- не  скажу.
Время покажет...


     Глава  6-я. Гайдар --  вице-премьер. Создание  СНГ. VI  съезд  Народных
депутатов РФ


     28 августа 1991 г.

     Третий день заседает Верховный Совет СССР. Это --  тоже  карикатура. Но
уже  на  демократию. Вместо  обсуждения неотложных мер по  выводу страны  из
экономического кризиса депутаты наперебой произносят речи о том,  где были и
что делали в дни путча. Впрочем, вспомним  когда и как их выбирали. Тогда-то
казалось, что хорошо. Впервые демократично выбирали. Да ведь вслепую, да еще
под эгидой КПСС! На одного умного -- десять болванов, особенно из глубинки и
нацокраин.  Они,  наверное,  для проформы прозаседают  еще  дня  три-четыре.
Потом, со 2-го сентября (с таким  же успехом)  будет заседать Съезд Народных
депутатов Союза.
     Быть   может   тем   временем  Ельцин,  Силаев  и  Явлинский   составят
какое-нибудь   дельное   правительство  или   комитет  переходного  периода,
разработают  первоочередную  программу  реальных   мер,  реформ  и  законов,
приостановят деятельность ублюдочных  Советов  и  с  помощью  Запада  начнут
вылезать из дерьма. Горбачев  для этого еще  нужен  ввиду его популярности у
рядовых избирателей за рубежом. Для них он не слабак, а жертва. Но на прямых
выборах нового президента  он вряд  ли  пройдет,  если только Ельцин  с  его
нынешней популярностью  не станет его  поддерживать, хотя бы ради сохранения
какого-то  номинального союза  республик.  Здесь  -- проблема.  С  крушением
"Центра"  бегство республик из СССР ускорилось. О своей полной независимости
объявила Украина. К тому же идет Белоруссия.  Россия  пока  высказывается за
Союз,  но  тут  у  республик  возникают  опасения  относительно ее возможных
имперских  наклонностей.  Эти  опасения  усилились,  когда  Ельцин  заявил о
пересмотре границ России с  уходящими из Союза республиками.  Резон  в  этом
некий  есть. Почему  миллионы  русских,  живущих в  Северном Казахстане  или
Восточной Украине должны вдруг оказаться за границей? Неужели только оттого,
что  Сталин  когда-то  раскроил  карту  административного  деления  СССР  на
республики? Разумно путем плебисцита  предоставить  населению приграничных с
Россией  областей  право  самому  решить  вопрос   о  своей  государственной
принадлежности.  Но обострения  межреспубликанских  отношений  при  этом  не
избежать,  а экономика разделением сфер  деятельности так  всех связала, что
это приведет к весьма  тяжелым последствиям. Лучше  бы  добиться  сохранения
очень свободного союза -- какой-то конфедерации что ли,  вроде швейцарской с
номинальными  объединительными   правами  у   центрального  правительства  и
Президента, каковым мог  бы  остаться, естественно, Горбачев. Обо всем можно
договориться,   если   разговаривать  по-человечески.  Но   вот   хватит  ли
человечности,  терпимости  и  культуры  у  распорядителя  нынешней  ситуации
Ельцина?  Я бы  за  это не поручился! Главная надежда  в том, что он себе (в
отличие от Горбачева), вроде бы, подобрал  умных и интеллигентных советников
и, кажется,  умеет их слушать. Но  это  пока, -- на пути к полной  власти. А
дальше? Не зарвется ли? Ведь он -- продукт той же системы...



     5 сентября 1991 г.

     На  Съезде  Народных  депутатов СССР  Назарбаев  по поручению Горбачева
зачитал совместное заявление  Президента  и  руководителей  республик (всех,
кроме прибалтов, Молдовы и  Грузии) с  предложением  подписать соглашение  о
временном  союзе.  В  первую   очередь  экономическом  --  для   координации
управления  народным хозяйством и  согласования  экономических  реформ.  Эти
действия  должен  осуществлять   межреспубликанский  экономический  Комитет,
образованный на паритетных началах.
     Необходимую на  это время  законотворческую  деятельность  предлагается
поручить Съезду представителей Народных депутатов -- по 20 человек от каждой
республики.  Наконец, текущие вопросы  внутренней  и внешней политики мог бы
решать Государственный Совет в составе Президента Союза и высших должностных
лиц каждой из республик.
     Вооруженные силы  при этом должны оставаться общими и руководствоваться
межреспубликанским  соглашением  о  принципах  коллективной  безопасности  и
обороны. Все республики на равных основаниях должны быть признаны субъектами
международного права и стать членами ООН.
     Таким образом, действительно, предлагается нечто вроде  конфедерации...
(Съезд Народных депутатов  СССР и ВС СССР, разумеется, при этом должны  быть
распущены).
     Все это было  объявлено  в  печати  1-го  или 2-го  сентября.  А уже  5
сентября   появились   сообщения,   что   Украина,   участвовавшая  в   этих
предложениях,  полным  ходом  создает свою  армию. Верховный  Совет  Украины
назначил министра  обороны  и переподчинил  ему все  военные округа  бывшего
СССР,  находящиеся  на территории республики, а  также Черноморский  военный
флот.
     Похоже, что идея о временном Союзе умирает,  еще  не родившись. Кстати,
Съезд  Народных депутатов  и ВС  СССР  от  самороспуска  отказались, хотя  и
согласились на создание Государственного совета из глав республик.
     У меня впечатление, что все это --  мыльный пузырь. Центробежные  силы,
раздирающие  бывшую Советскую  империю,  слишком  велики. Никакого союза  не
получится. И как это  скажется на общей экономике большой страны трудно себе
даже вообразить.


     Известия 20 сентября 1991 г.

     На 6-ти колонках  опубликована стенограмма  под  заголовком "Разговор с
Президентом СССР за чашкой чая".
     (Где и когда  -- неизвестно. Участвуют: Егор  Яковлев, Лев  Карпинский,
гл. редактор "Известий" Голембиовский и другие.)
     Два любопытных высказывания президента из этой стенограммы:
     ..."Горбачев: Оказывается Запад настолько заинтересован в наших научных
разработках,  что  даже предлагает такой вариант:  мол  из каждого миллиарда
вашего долга вы полмиллиарда можете  вообще нам  не  платить, но с условием,
что направите эти  средства  на  науку,  чтобы  таким образом  подкармливать
фундаментальные исследования".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "Вопрос: Известно, что русские  цари, а потом и  первые секретари  жили
под страхом  возможного  переворота. А вы?  Думали,  что  когда-нибудь такое
может случиться и с вами?
     Горбачев: Конечно, я понимал. При  таком  положении  КГБ, такой  силище
военно-промышленного  комплекса и при взятом курсе  обязательно должны  были
формироваться реакционные  силы. Моей  задачей-то и было -- как можно дальше
провести  реформы,  довести  общество  до  такого  состояния,  чтобы  у  них
оставалось все меньше шансов на успех...
     Неужели нужен был  микроскоп или телескоп, чтобы увидеть, как, в  каком
направлении  шли  у  нас  процессы  с  начала  перестройки?  Это  же  наружу
прорывалось! Особенно  в  последнее  время.  Вспомните, во  что  пленумы  ЦК
превращались!  А  тот,  в  апреле, когда 32 секретаря обкома партии из  72-х
российских подписали письмо -- "долой генсека!"


     Известия 28 сентября 1991 г.

     Из редакционной почты: В. Маменко "Не хочу бросать КПСС"
     "В апреле этого года я вступал  не в партию Полозкова и Прокофьева (1-й
секретарь  МК). И даже не в  партию  Ленина; я вступал в партию приверженцев
перестройки  и  демократических преобразований, в партию, которая критически
оценила свою  политическую историю. И не вина многих миллионов  коммунистов,
что  руководство  КПСС,  испугавшись  дальнейшей   перспективы   продвижения
общества по пути демократических реформ, свернуло с этого пути. Вина рядовых
коммунистов  только  в том, что они не  смогли устранить эти  консервативные
силы из  своего руководства...  Но обвиняя в этом рядовых коммунистов,  надо
отдавать  себе отчет в том, что  партийная верхушка правила с помощью армии,
КГБ и МВД и жестоко подавляла всякое инакомыслие.
     По  сути  в  КПСС  было две партии. Одна -- это  многомиллионная партия
рядовых коммунистов. Вторая -- партийно-государственная элита. Я уверен, что
партия,  освободившись  от своего преступного руководства, сумеет подняться,
очиститься от  позора и,  войдя в  прочный союз с  демократическими  силами,
присоединит к ним свой голос.
     Да,  коммунизм --  сказка. Но  во все  времена  человечество тянулось к
лучшему, светлому.
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     В трагические дни августа был я у Белого дома. Партийный билет  лежал у
меня в  кармане. В гуще  народа, уверен, было много  коммунистов. И они тоже
стояли на защите свободы. Вот  так, плечом  к плечу,  коммунисты и демократы
должны идти вместе, быть по одну сторону баррикад".


     7 октября 1991 г.

     Прошло 40 дней  после "событий". Они  шли под флагом яростного разгрома
КПСС.  Повсюду,  кроме  среднеазиатских  республик,  деятельность  компартии
"приостановлена до выяснения причастности к путчу". Выяснять никто ничего не
собирается -- и  так,  вроде  бы,  все  ясно.  Но  пока конфискуются здания,
типографии,  арестовываются банковские счета, увольняют весь  управленческий
аппарат партии -- на всех уровнях, от  первых секретарей до уборщиц. Победой
демократии это можно назвать весьма условно. Скорее --  антикоммунистический
переворот...
     Почти все союзные  республики объявили себя независимыми государствами.
Экономические  связи рушатся.  Даже  на  конфедерацию не  согласны -- боятся
обмана.  Национализм  всюду расцветает.  Скоро 40 миллионов русских, живущих
вне России, хлынут сюда. Где для них жилье, работа?..


     Известия 10 октября 1991 г.

     Сообщение о событиях в Чечне:
     Верховный  совет  Чечено-Ингушской  республики, поддержавший  ГКЧП, был
распущен   и  вместо   него  образован   Временный  высший   совет  из  32-х
представителей разных тейпов (общин), образующих республику,  для  выработки
Закона о ее президенте и проведении выборов нового парламента.
     Одновременно  было созвано (не на выборной  основе  --  по приглашению)
некое многолюдное собрание, состоявшее главным образом из  живущих на севере
республики  горцев. Это  собрание объявило себя "Общенациональным  чеченским
конгрессом" и выбрало Исполком, во главе  которого стал бывший генерал-майор
Советской  авиации Джохар  Дудаев, тоже горец  по рождению.  Он  организовал
вооруженный отряд, захвативший здание  КГБ в Грузии, а в нем -- 12 автоматов
и два ящика патронов.
     С  этими силами  Дудаев вступил в борьбу с Временным высшим  советом  и
объявил призыв добровольцев в создаваемую им Национальную гвардию.
     По  поручению  ВС РСФСР  в  Чечню  ездил генерал Руцкой,  но  примирить
враждующих ему не удалось.


     18 октября 1991 г.

     За два месяца демократы успели показать себя полными ничтожествами. Они
грызутся  между собой, делят  портфели, воюют за владение  отнятыми у партии
зданиями, обрастают администрациями  и канцеляриями. Республики  под нажимом
охмелевших  от националистического угара масс рвут Союз в клочья. Как жить и
работать, разрушив сложившееся десятилетиями разделение  труда, никто думать
не  желает... Поставим  таможни,  заведем свою  валюту  и армию!  И... будем
куковать?  Чем  людей  кормить?  Чем тракторы  и  автомобили заправлять? Как
поставку  сырья  заводам  обеспечить?..  Там видно  будет!.. Еле-еле слепили
экономическое соглашение, которое должны бы подписать 12 республик (прибалты
-- давно и определенно отделились)... Так Украина уже отказалась подписывать
--  что-то  там ее "ущемляет". Российская Федерация вслед за Союзом ССР тоже
грозит развалиться. Татария, к примеру, желает быть независимым государством
в  границах... XVI века. На днях в Казани при большом  стечении народа муллы
служили панихиду по убиенным... при взятии Казани Иваном Грозным!..
     Ельцин  --  "надежда  народная", -- стал  вдруг сановит, ведет интригу,
оброс  несметным  штатом советников, лепит непродуманные  указы.  Он был  на
месте, как фокус сопротивления народа диктатуре партии. Рядился в демократа,
ходил в районную поликлинику. Сейчас, надо полагать, уже не ходит, выступает
важно, не  говорит, а изрекает. И костюм  на нем от  лучшего  портного  (при
общем-то  обнищании народа). Да это  ладно  --  Президент! Только  что-то  я
сомневаюсь,   что   у  него   для  этой   должности  хватает   мозгов.  Зато
самоуверенности -- не занимать! Поймал себя на  мысли, что повторись сегодня
августовский путч, не знаю, пошел ли бы я рисковать  животом своим за него и
за  засранцев,  гудящих  сейчас в Белом  доме.  Разочарование в  демократах,
оказавшихся у власти, ощущается явственно.
     А  жирный  Запад  все  прикидывает,  все  обещает  помочь.  Вот  только
обстановка немного успокоится, адресаты для  помощи определятся, перспективы
на   дивиденды  прояснятся...  Да  ни  черта  не  прояснится,  бардак  будет
нарастать!  Потому  что жрать  нечего,  купить ничего  нельзя -- деньги, как
бумажный   сор.   Дождутся,  грамотеи,  того,  что  какой-нибудь   полоумный
Жириновский  выскочит,  как  черт  из печной трубы, и швырнет  в них атомную
бомбу.  Зря, зря господа в Вашингтоне, Лондоне и  Париже жмотничают. Не та у
них  мерка!  Цивилизация!  А  мы еще  дикари.  Надо бы  им,  не  мешкая,  не
раздумывая грузить  корабли и  эшелоны  продовольствием,  как в  Эфиопию или
Бангладеш.  Накoрмите, оденете, глядишь  и  уляжется эта волна. А  там уж за
ручку  --   в  цивилизацию.  Не   просчитаться  бы  вам  со   всеми   вашими
суперкомпьютерами!  Или вам Саддам Хусейн не урок?  Так  ведь здесь не Ирак:
ядерные ракеты наготове и их тысячи!


     Известия 25 октября 1991 г.

     Сообщают, что в редакцию приезжал недавно назначенный Председатель  КГБ
Вадим Бакатин (он -- не из кадров, со стороны). Приехал без  охраны, хорошо,
по-человечески  беседовал.  Смотреть  досье на  известинцев  разрешил, но не
советовал -- встретятся многие знакомые фамилии.  Сообщил, что на 1 сентября
численность  КГБ  составляет 488  тысяч  человек,  годовые  затраты  на  его
содержание --  6,4  миллиарда  рублей. Больше  половины  личного  состава --
пограничные и иные войска. Около 90 тысяч человек работает в территориальных
органах.


     9 ноября 1991 г.

     На  днях Съезд Народных депутатов РСФСР предоставил президенту  Ельцину
право   самостоятельно   решать   вопросы   реорганизации   высших   органов
исполнительной власти. В соответствии с этим правом президент, возглавляющий
лично правительство  России, назначил  в него двух  вице-премьеров,  которые
будут отвечать за проведение реформ и экономическую политику в целом. Это --
тридцатипятилетний Егор  Гайдар, руководивший подготовкой концепции нынешней
экономической  реформы в  России,  и  сорокалетний  Александр  Шохин,  также
активно  участвовавший  в  этой  работе. По  сравнению  с привычными нормами
возраста для наших руководителей столь высокого  ранга  -- явная "молодежь".
Шохину  толстенные стекла  его  очков еще придают  кое-какую солидность.  Но
округлая  без  единой  морщинки  физиономия Гайдара  в  сочетании  с детской
манерой причмокивания создает впечатление интеллигентного "вундеркинда", что
вряд ли импонирует массе наших суровых граждан.


     Известия 9 ноября 1991 г.

     Из первого интервью Егора Гайдара

     -- Егор Тимурович, что вы собираетесь предпринять в первую очередь? Что
можно сказать о программе, когда и как она будет выполняться?
     -- Никакая характеристика  тяжести  нынешнего  состояния  экономики  не
будет   преувеличением.   И   если  выбирать  худший  момент  для   принятия
ответственности  за  происходящее,  то  вот  именно  сейчас  этот  момент  и
наступил. Ситуация хуже плохой.
     У нас есть практически ясность и относительно диагноза,  и относительно
того, что необходимо предпринимать. Прежде всего необходимо установить такие
правила в экономике,  правила игры, как говорят, которые  позволят подняться
на ноги. Что касается программы, то сейчас невозможно представить подробное,
по  дням  разложенное  расписание.  Есть общие  цели, к  которым  необходимо
двигаться: стабилизация, укрепление рубля, приватизация...
     -- И  либерализация цен, которую после выступления  Ельцина  у нас ждут
каждое утро. Когда, кстати, ее встречать?
     -- Не завтра и  не послезавтра. Даже если бы мы и захотели это  сделать
немедленно, технически  это неосуществимо. Дело это очень сложное, требующее
серьезных общеэкономических и социальных проработок, чем мы и заняты сейчас.
Точную  дату  освобождения  цен  называть не  буду... по  чисто  техническим
причинам счет идет не на дни или недели, а на месяцы.
     -- Будут ли у Кабинета советники, экономические эксперты?
     --  Безусловно.  Мы бы хотели, чтобы академик Шаталин согласился  стать
нашим консультантом, ну не он один, конечно.
     -- И последний вопрос: не страшно?
     -- Нет.


     Известия 11 ноября 1991 г.

     Сообщается, что Верховный Совет РСФСР отменил действие Указа президента
о введении чрезвычайного положения в Чечено-Ингушской республике. Предложено
продолжить урегулирование конфликта политическими средствами.


     Известия 15 ноября 1991 г.

     Государственный совет СССР  хотя и в  урезанном составе  (без Украины и
Закавказских  республик)  снова   собрался   под  руководством  Горбачева  в
Ново-Огарево. Решено, что Союз  Суверенных  Государств  будет конфедерацией.
Центр     ограничится     выполнением     функций,    делегированных     ему
государствами-участниками Союза.
     Высказывания для прессы двух наиболее авторитетных членов Совета:
     Ельцин:  "Трудно сказать,  какое число государств войдет  в Союз,  но у
меня твердое убеждение, что Союз будет".
     Шушкевич  (Белоруссия):  "По  моему  убеждению вероятность  образования
Нового Союза существенно возросла. Я думаю, Союз будет".


     27 ноября 1991 г.

     Хаос нарастет.  Объявлено о грядущем  1-го декабря  освобождении цен на
продукты питания  (кроме хлеба и  молока) с одновременным  повышением (почти
вдвое) зарплаты бюджетников и освобождением уровней заработков в небюджетной
сфере. Цены на  продовольствие вырастут не менее, чем  втрое. Зарплату будут
повышать за счет эмиссии денег. Хорошо, если при этом пустые полки магазинов
наполнятся. Но в условиях монополии производства  ожидать этого трудно. А  к
приватизации  и  серьезному  становлению  рынка  все еще  только  собираются
приступить -- спорят! Впрочем, поведение неорганизованного  ("дикого") рынка
мало   зависит  от   результатов   этих  споров.   Его  определит   реальная
покупательная способность рубля.
     Газеты и телевидение нагоняют тоску: наперебой талдычат,  что доверие и
терпение  народа иссякают. Первое -- верно, а до второго в России еще, слава
Богу,  далеко. Народ в очередях ворчит, но в массе своей еще  не злобствует.
Можно "занять" очередь и на два часа  уйти -- пустят обратно. В автобусе без
возражений и, чаще всего, с "пожалуйста" передадут деньги на билет. В метро,
-- пройдя пружинящую дверь, машинально ее придерживают, чтобы она не ударила
идущего вслед...  Все это мелочи, но они -- как ртутный  столбик термометра.
Пока что на отметке 37?.
     Другое   дело  на  Кавказе.  Там   вовсю   бушуют  национальные  войны:
Азербайджан  --  Армения (Карабах);  Грузия --  Осетия  (и внутри Грузии  --
президента с оппозицией); Ингуши  --  Северная Осетия,  Чечня... По-прежнему
мутит  воду  Украина. Перед президентскими  выборами, которые там  состоятся
через три  дня, все претенденты боятся  сказать ни да, ни нет предложениям о
союзе с  другими  республиками. Недавно  украинский  лидер  Кравчук заявил в
одном интервью:
     "...не надо  ни  удивляться, ни ужасаться,  когда народ той или  другой
республики говорит: все, хватит,  мы будем строить свое государство. Это его
выбор,  его  законное право.  И политик, если  он  хочет  отражать  интересы
народа, должен этому выбору подчиниться".


     Известия 29 ноября 1991 г.

     Из интервью Б. Ельцина (после возвращения из поездки в Германию)
     "На сегодняшнем  Госсовете  я буду  вынужден сказать:  пока  Украина не
подпишет  политический  договор,  свою  подпись  не  поставит  и Россия.  Мы
расценим отказ Украины как  желание выйти из Союза. В этом  случае она будет
свободна  делать  все,  что захочет.  Вводить  свою  валюту,  иметь армию...
Ситуация  для России резко поменяется. Нам,  в качестве ответной  меры, тоже
придется вводить валюту,  как-то быть с армией... Чтобы нас действительно не
застали  врасплох. При  этом я  постоянно повторяю --  надеюсь,  что Украина
подпишет договор, очень надеюсь".

     Аргументация для простачков!  Украина введет  свою  валюту? Ради  Бога!
Установим устраивающий нас  обменный  курс рубля. Заимеет свою армию? Неужто
России бояться нападения Украины? Нет -- это только  повод, чтобы отказаться
от заявленной  всего  две  недели  назад  поддержки Союза,  а следовательно,
Горбачева.


     4 декабря 1991 г.

     Кравчук  выиграл  президентские выборы на Украине. Накануне он  открыто
призвал  украинский  народ   сказать   "да"  полной   независимости.   После
обнародования результатов выборов Борис Ельцин поспешил заявить  о признании
Россией независимости  Украины. Таким образом  Союзный договор  умирает,  не
родившись.  А  Горбачев  еще  направляет свое обращение  к парламентам  всех
республик  с   призывом  обсудить  и  подписать  договор  в  его  последнем,
согласованном  в  Ново-Огареве  варианте.  Это  уже  выглядит  смешно,  хотя
парламент   РСФСР  (в   пику  своему  президенту)  обеими  палатами  одобрил
парафированный в Ново-Огарево проект договора.

     В Москве объявлено о полной и  бесплатной  приватизации жилья. Поначалу
это казалось диким: так вот задаром получить в собственность свою квартиру?!
Что  до  намерения  мэра  Попова  столь же  решительно провести приватизацию
городской  торговли,  то  шансы  на  это  весьма сомнительны.  В  отсутствие
оптового  рынка продовольствия  и товаров  широкого потребления,  коллективы
продавцов  не склонны  выкупать свои магазины.  Их  куда  больше  устраивает
хищение  продуктов,  поставляемых централизованно. Впрочем,  практически все
регионы  страны  прекратили  поставки в Москву. Кое-что удается получать  по
бартеру --  в обмен  на  дефицитную продукцию столичных предприятий. Тем  не
менее,  около  70% продуктов питания первой необходимости  Москва  вынуждена
покупать за границей, за счет дотаций из бюджета.


     Известия 7 декабря 1991 г.

     Сообщается, что утром в Минске ожидают прибытия Б. Ельцина для  встречи
с председателем ВС Белоруссии Шушкевичем. В 14.30 в Минск прилетит президент
Украины Кравчук.  "Вскоре после этого  три лидера трех славянских  республик
отправятся  в правительственную резиденцию,  которая находится в Беловежской
пуще. Там они будут вести переговоры с глазу на глаз".


     Известия 9 декабря 1991 г.

     Шапка: "Учредители старого Союза создают новое содружество".
     Сообщается, что 8 декабря в Беловежской пуще было  подписано Соглашение
трех  республик о сотрудничестве. В его  преамбуле сказано: "Мы,  Республика
Беларусь, Российская Федерация (РСФСР) и Украина, как государства-учредители
Союза ССР, подписавшие Союзный договор 1922  года, ...констатируем, что Союз
ССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает
свое существование"...
     Далее  сообщается  о  создании пока  в  составе  трех  его  учредителей
"Содружества Независимых Государств" (СНГ),  открытого  для присоединения  к
нему других независимых государств -- бывших членов Союза ССР.
     Цели  и принципы  "Содружества"  изложены  в опубликованных  тут  же...
Заявлении  Глав  государств,  его образовавших, и Заявлении  соответствующих
правительств. Первое  из  них  начинается с  констатации, что  "переговоры о
подготовке  нового Союзного  договора  зашли  в тупик,  объективный  процесс
выхода  республик из состава  Союза ССР и образования независимых государств
стал  реальным фактом". Далее  утверждается,  что  "недальновидная  политика
Центра привела к глубокому экономическому и политическому кризису, к развалу
производства, катастрофическому понижению жизненного уровня практически всех
слоев   общества"...   В  чем  недальновидность   не   поясняется.  Если   в
преждевременном отказе от  дисциплинирующей и понуждающей роли партии, то  в
этом виноват не Центр.
     Заявление  правительств  посвящено  координации  экономической политики
трех членов  Содружества... И,  наконец,  чтобы юридически фиксировать новое
положение дел, создатели СНГ записывают: "С момента заключения соглашения на
территориях  подписавших  его  государств  не  допускается  применение  норм
третьих  стан, в том числе бывшего СССР, деятельность органов прежнего Союза
прекращается".
     Столицей содружества объявлен Минск.

     Мне неясно, чем Содружество Независимых Государств отличается от  Союза
Суверенных   Государств,   кроме   исключения   из   игры  Горбачева.   Ведь
"содружеству"   для   обеспечения   будущей   безопасности   и   координации
межгосударственных   экономических  связей  потребуется  создание   каких-то
центральных  органов или  советов, которым  будут  делегированы определенные
полномочия. Если это  сделать не  удастся, то "Содружество" останется пустым
звуком, а экономика всех разбежавшихся из Союза стран тяжко пострадает.


     10 декабря 1991 г.

     Вчера  вечером  по  центральному  телевидению было  зачитано  заявление
Горбачева,  где  Беловежское   соглашение   объявлено   антиконституционным:
"Соглашение,  --  говорится в заявлении, -- прямо  объявляет  о  прекращении
существования  СССР.  Безусловно,  каждая республика имеет  право  выхода из
Союза, но  судьба  многонационального  государства не может  быть определена
волей  руководителей  трех  республик.  Вопрос этот  должен  решаться только
конституционным путем, с участием всех суверенных государств и с учетом воли
их народов..."

     Вместе  с тем  в  сегодняшнем номере  "Известий"  сообщается,  что 9-го
числа,   то   есть   вчера   же,  в   постпредстве   республики   состоялась
пресс-конференция  президента  Казахстана  Назарбаева,   на  которой  он,  в
частности, сказал:
     "Сегодня, когда я зашел к Горбачеву, а  через минуту пришел Ельцин,  мы
договорились:   соглашение,  которое  подписано  тремя  республиками,  будет
разослано  как  инициатива  парламентам  всех  республик и будет обсуждаться
наряду с проектом  договора о Союзе Суверенных государств. Это -- уже другой
подход,  это  --  правильно.  После  обсуждения  Верховными  Советами   этих
документов  и  принятия  решения в пользу одно или другого из них, наверное,
встанет вопрос о созыве Съезда Народных депутатов.
     В проекте договора о ССГ предусмотрено  место  и Президенту и  Союзному
правительству.  В  минском же  документе  ничего  такого нет. Вы  знаете,  я
по-разному отношусь к Горбачеву, не раз критиковал его за допущенные ошибки,
за  консервативные и  сдерживающие  моменты в  его политике,  отставание  от
событий.  Но  я считаю, что  в  сегодняшний трудный момент  Горбачев  еще не
исчерпал  всех своих возможностей.  Это  мое  личное мнение. В  это  трудное
переходное время, я думаю, он нужен".
     Теперь  ясно,  почему  Назарбаева  не  было в  Беловежской  пуще,  хотя
поначалу всем было известно, что он должен был участвовать в "деле".


     Известия 10 декабря 1991 г.

     Из комментария О Лациса "Шанс остается"
     ..."С подготовкой  договора ССГ  дела  не  шли -- верно.  Нашли  способ
взаимодействовать с Украиной  --  хорошо, но... остается несомненным: нельзя
одобрить принятый способ действий...
     Еще  несколько дней  назад участники  переговоров  о ССГ не согласились
даже  парафировать  далеко  не столь  радикальный  документ,  сославшись  на
необходимость посоветоваться  с  парламентами республик. Теперь за несколько
часов  не  только  парафировали,  но  и  подписали,  да  еще  с  немедленным
вступлением в  силу. Продемонстрировано пренебрежение к Верховным Советам, а
значит и к избирателям, тем более, что соглашение едва ли  вяжется с итогами
мартовского референдума о Союзе...
     ...Все шаткое социально-политическое равновесие страны,  подвергающееся
ежедневным угрозам, держится на доверии к всенародно избранным лидерам -- ни
на чем  более. Это страшно  мало,  и  доверие надо беречь как зеницу ока. Но
может  ли гражданин во  что-либо верить,  если ложась вечером  спать, он  не
знает в каком государстве проснется утром?"


     Известия 11 декабря 1991 г.

     Сообщается, что накануне  на совещании руководящего состава вооруженных
сил   выступил  Горбачев.  Он  разъяснил  всю   важность   сохранения  Союза
республик...
     Сегодня  рано  утром  в  той же аудитории  выступил  Борис  Ельцин.  Он
разъяснил необходимость тройственного  союза и... обещал с нового года в 1,9
раза   увеличить  денежное   содержание  офицеров,   рассказывал   о  планах
строительства жилья для офицеров. Откуда на все это возьмутся  средства, он,
видимо, не уточнял. Эдакая мелочь! Есть о чем говорить?


     Известия 12 декабря 1991 г.

     Сообщается,  что парламенты России, Белоруссии и Украины ратифицировали
Беловежское соглашение и отозвали  своих депутатов из Союзного парламента...
А  также,  что Казахстан и четыре  среднеазиатские республики  на  совещании
своих  руководителей в Ашхабаде приняли согласованное решение о вступлении в
СНГ, но на равных правах с его учредителями.


     13 декабря 1991 г.

     Итак, ситуация прояснилась и  можно записать мое  личное впечатление  о
случившемся.  Главное  событие -- ликвидирован СССР и  "турнули"  Горбачева.
Начну  со  второго.  Не  то,  чтобы  я  питал  большие  симпатии  к  Михаилу
Сергеевичу.  По  мне он уже  давно стал человеком вчерашнего дня, безнадежно
отставшим  от  развития  событий,  им  же  инициированных.  Но  турнули  его
по-азиатски,  по-варварски. Не  сказав даже спасибо  за  то,  что, все-таки,
именно он начал процесс освобождения Союза от коммунистической диктатуры,  а
всего  мира -- от "холодной  войны" и  угрозы ядерной катастрофы.  Собрались
втроем, втихаря и родили  "Содружество Независимых  государств"  без всякого
Центра. Хотя бы из приличия Мишке  бы письмо послали через газету: "Спасибо,
мол, надеемся, что Вы нас поймете и поддержите". Ни фига! Все они  из той же
хамской школы партократии.  Особенно Ельцин -- ведь, разумеется, все это его
затея.  Конечно, о  форме  существования в  виде  Союза  Независимых (вместо
Суверенных  --  велика  ли разница?)  Государств можно  было  договориться в
Ново-Огарево,  если  бы та же "тройка" выступила бы  там с совместным, пусть
даже ультимативным предложением. Как могли бы ей противостоять все остальные
малые республики во главе с Горбачевым, тем более, если бы хоть минимальные,
хоть представительские функции оставлены были Центру и Президенту  Союза? Но
в том-то и  дело, что  президентом остался бы  Горбачев, как  об этом сказал
Назарбаев, и это для  самолюбия Ельцина,  по-видимому, было непереносимо.  И
все  его согласие подписать Союзный  договор  было  чистой воды  лицемерием.
Оттяжкой   времени,  чтобы  Кравчук  успел  получить  полномочия  президента
Украины.
     И  почему это  Союз  не  мог  начинаться без Украины?  Да и  недолго бы
"бродила" Украина в гордом одиночестве. Без собственной нефти и газа,  леса,
алюминия  и  редких металлов,  без источников твердой валюты для  их покупки
националистический  угар прошел бы скоро, и Украина попросилась бы обратно в
Союз.  Нет,  --  все дело именно в  том, что  открывать объятия для "блудной
дочери" должен был бы Горбачев, а не Ельцин.
     Ну а в  том, что  в  СНГ из СССР перекочуют и  все остальные республики
(кроме прибалтов) можно было не сомневаться -- куда денешься без сырьевого и
технического потенциала "мятежной троицы"? Беловежское  соглашение не только
на  бумаге,  но и  де-факто  ликвидирует СССР, а  следовательно, и  уводит с
политической сцены его Президента.
     Еще   не  оценив  экономических   и  иных   реальных  последствий  этой
трансформации,  российская  интеллигенция  не могла  без недоумения  и  даже
некоторого  отвращения воспринимать всю эту интригу, и особенно  то, как (не
демократично и лицемерно!) она была осуществлена Ельциным. Наверное, с этого
момента  начал  проступать  холодок  в  отношениях  интеллигенции  к  своему
недавнему кумиру.
     Что же касается самого факта превращения СССР  в СНГ, то сейчас оценить
его  последствия  трудно.  "Независимость"  --  большой  соблазн!  Она может
открыть  дорогу  национализму в  его худшем  варианте  -- неприязни, а  то и
враждебности к другим нациям, особенно если в предыстории лежит их имперское
владычество.  Тогда  начнут  рваться  установившиеся  экономические   связи,
возникать многочисленные барьеры  и обиды,  от  которых  страдать  будут все
народы "содружества".


     Известия 16 декабря 1991 г.



     Из  репортажа  с  пресс-конференции  Анатолия Чубайса  --  председателя
Государственного комитета РСФСР по управлению государственным имуществом:
     "Что  касается  увязки  вопросов приватизации и либерализации  цен,  --
сказал Чубайс, --  то она невозможна. Ценовая неразбериха  сейчас  перекрыла
товаропроводящую цепь --  магазины  пусты... Если  же исходить из требования
сначала провести широкомасштабную приватизацию  и  демонополизацию народного
хозяйства, на что потребуется в  лучшем  случае около пяти лет, то экономика
просто разрушится".


     Известия 19 декабря 1991 г.

     Фрагменты из статьи  Даниила Гранина "Собраться с духом, чтобы выжить".
О месте интеллигенции в настоящем времени
     "...Мы  не выходим  из политического театра.  С  головой  погружаемся в
невнятицу  споров,  в которой услышишь и  бредовые, воспаляющие  воображение
версии. Какую  бы экономическую  программу  не  пытались начать, она  тут же
увязала в сомнениях со всех сторон. Между тем, когда обсуждали в  парламенте
программу  "500  дней",  по  моему  убеждению, три  четверти депутатов ее не
прочли, а девять десятых не смогли оценить.
     Мы всю дорогу  жили при некомпетентном руководстве, которое с легкостью
перекидывалось  с  идеологии  на сельское хозяйство,  с химии  на  культуру.
Попробуем же довериться, наконец, профессионализму тех, кто взялся за  новую
реформу.  Разумеется, у  других профессионалов могут быть другие мнения.  Но
надо в  конце  концов принять  какое-то  одно. Парламент  одобрил  программу
Ельцина, Гайдара  и  его  команды  -- они начали действовать. И хорошо бы не
хватать  их за руки, смирить страсти.  Лечится надо  у  одного врача. В этот
критический час пора  поддержать то  правительство, которое есть,  и  помочь
обществу сплотиться вокруг него".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "То, что с нами сегодня происходит, тягостно. Но в истории нашей уже не
впервые. Полвека назад было намного хуже.  Враг  был в трех шагах от Москвы.
Ленинград умирал от голода. Для меня война -- часть жизни. Я говорил с очень
многими  блокадниками, работая над "Блокадной  книгой". Мы победили  потому,
что в  самые  критически  дни  и месяцы  не  впали в  отчаяние, не  потеряли
надежду. Сегодня же с непонятной настойчивостью подавляем людей, нагнетаем у
них чувство страха, безнадежности, уныния. Такое впечатление, что у нас  нет
и не  было  ничего  славного  --  ни в  нашей  истории,  ни  в долгой жизни.
Вычерпали, кажется, все помойки прошлого. Идет какое-то самоистязание...
     Сахаров и Солженицын кому-то уже кажутся одиночками в духовной пустыне.
Но разве  произошел  бы  такой  бурный  и  скорый обвал  режима, если  б  не
многолетние,  самоотверженные  усилия,  которыми  подтачивались  его основы?
Интеллигенция наша совершила, быть может, самый большой подвиг, когда тысячи
людей,  рискуя  лишиться  работы, попасть в тюрьму, переписывали,  печатали,
передавали  из рук в руки сочинения самиздата и "тамиздата", стихи,  романы,
работы философов  и политологов, осмысливавших нашу трагедию. Правозащитники
Орлов,  Ковалев,  Плющ,  Марченко...  А  сколько  безвестных!  Оппозиционное
сознание  у  нас  пробуждали и  литература,  и театр,  и кино.  Твардовский,
Товстоногов,  Любимов.   А  такие  ученые  как   Вавилов,  Капица,  Лихачев,
Тимофеев-Ресовский...
     Те, кто думает, что,  круша направо и  налево все,  что вчера ценили  и
уважали, они  укрепляют  демократию  --  заблуждаются.  Своим  цинизмом  они
убивают  дух людей и вытаптывают  почву,  на которую в  конце концов  придут
"наши", жириновские, "Память" с их национал-патриотизмом. И нам нечего будет
им  противопоставить.  Все  окажется  погребено  и  завалено мусором.  Чтобы
выжить,  надо  сказать  самим себе: хватит. Хватит  вгонять  людей в панику.
Хватит  стращать  завтрашним  апокалипсисом,  гражданской  войной,  атомными
ударами, голодом".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     По поводу отъезда ученых и музыкантов за рубеж:
     "Я не вижу  права их удерживать. Хотя  в современных условиях интеллект
обеспечивает  прогресс,  наша  разрушенная  экономика  вряд  ли  сумеет  его
востребовать...  Найдем  ли  мы сейчас  пути сохранения  интеллекта?  Утраты
трудно  будет  восстановить. Мы это уже  проходили.  Я смотрю на судьбу  без
иллюзий. Приходит  другая,  коммерческая  жизнь,  в  которой прекраснодушию,
устремленности в свободное искусство не будет места.
     Запад имеет своих интеллектуалов,  с которыми считается. Но  у  него не
было такой  интеллигенции,  как  у нас,  -- с ее  идеализмом,  бескорыстием,
преданностью общественным идеалам,  обостренным  нравственным  чувством.  От
интеллектуалов  никто не ждет подвижничества. Они не берутся учить других, а
дают советы, когда их об этом спрашивают. У них нет особой духовной миссии в
обществе.  Боюсь,  что  интеллигенцию  в том  понимании, которое  дали  наша
история и литература, мы можем растерять".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "Наш  будущий  класс  предпринимателей  в  силу  обстоятельств  выходит
большей частью из теневой  экономики.  Из-за ошибок в экономической политике
мы сразу столкнулись с хищным, спекулятивным рынком и прониклись отвращением
к  нему. Но в цивилизованном мире действует цивилизованный  предприниматель.
Ему  предстоит наладить  обмен  веществ и в  нашем расстроенном организме. И
общество  своей  системой оценок и поощрений может повлиять  на то, каким он
станет".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "-- Во что теперь верить?
     -- Не знаю. Знаю только,  что есть простые ценности. Жизнь складывается
из  повседневности  и  требует  не  столько  романтиков  и  героев,  сколько
порядочных, дисциплинированных  и трудолюбивых  людей. И в  этой жизни  есть
достойные идеалы: честь, любовь, доброта, милосердие".


     25 декабря 1991 г.

     21-го  числа в  Алма-Ате  президентами  11-ти республик  была подписана
декларация о  вступлении  в  СНГ. Тем  самым  спор между горбачевским ССГ  и
ельцинским СНГ окончательно  решился  в пользу последнего. В соответствующей
совместной декларации, в частности, говорится:
     "Взаимодействие участников Содружества будет осуществляться на принципе
равноправия  через  координационные  институты,  формируемые  на  паритетной
основе и  действующие в порядке, определенном соглашениями между участниками
Содружества,  которое  не  является ни государством,  ни  надгосударственным
образованием".
     Я  лично, очень сомневаюсь,  что из такой "координации" хоть что-нибудь
получится, но... посмотрим...
     Далее говорится, что:
     "В   целях  обеспечения  международной  стратегической  стабильности  и
безопасности      будет       сохранено      объединенное       командование
военно-стратегическими силами и единый контроль над ядерным оружием..."
     И наконец:
     "С  образованием  Содружества  Независимых  Государств  Союз  Советских
Социалистических  Республик  прекращает  свое  существование".  (Итак,  день
смерти СССР -- 21.12.1991 г.)

      в 19.00 Горбачев выступит по телевидению с  обращением к народу
и  объявит о своей отставке.  Красный флаг над зданием Верховного  Совета  в
Кремле будем заменен на трехцветный.
     Несмотря на все  его  слабости  и  недостатки,  Мишу  мне  жаль! Он  не
заслужил такого бесславного конца своей политической  карьеры. Торжественных
проводов  явно  не будет (хотя в утешение  публики  и объявлено, что бывшему
президенту назначена  --  кем? -- пожизненная пенсия, дача, два автомобиля и
20 человек обслуживающего персонала и охраны).

     Вчера опубликовано постановление правительства  РСФСР о либерализации с
1  января 1992 года  цен на все  товары, кроме тех,  для которых установлены
предельные коэффициенты увеличения,  а именно: на хлеб,  молочные  продукты,
сахар, растительное  масло  и детское питание -- в 3,5  раза; на  лекарства,
бензин  и водку -- в 4  раз; на проезд  автобусным, железнодорожным и водным
транспортом -- в 2 раза; воздушным -- в 3 раза.


     Известия 31 декабря 1991 г.

     Из статьи О. Лациса "Что закончилось -- знаем. А что началось?
     ..."Подошло  к  концу  недолгое  существование  поста  Президента СССР.
Политическая жизнь Горбачева, видимо,  продолжится в  новом качестве, и я не
хочу спешить с подведением ее полных итогов. Только несколько слов по поводу
несомненно завершившегося этапа, когда именно он более, чем кто-либо другой,
определял  пути  нашей  политической жизни.  Мы помним Сталина, который  без
колебаний обрекал на  смерть миллионы людей.  Помним Хрущева  --  поднявшись
против культа  Сталина, освободив уцелевшие его жертвы,  Хрущев, однако,  не
упразднил  систему  ГУЛАГ'а  и не дрогнул перед  Новочеркасским  расстрелом.
Помним Брежнева, который сажал недовольных в тюрьмы и психушки, подверг свою
страну позору  вторжения в Чехословакию и, не  долго думая, направил корабль
своей политики на афганский утес.
     Горбачев  оказался  первым нашим руководителем,  который сам  не  делал
ничего  подобного  и устранял последствия преступлений  нашего  государства,
совершенных его предшественниками. Даже  во имя спасения  своей власти он не
пошел на чрезвычайщину, которой от него требовали, в которую его втягивали с
самого начала уходящего  года. Строго говоря, сегодня  у нас  есть основания
говорить не только о том, чем стал  этот год, но и о том, чем он не стал. Он
не стал  началом  всеохватывающей  гражданской  войны  на одной шестой части
света и наибольшая заслуга в этом принадлежит Горбачеву. Уже по этой причине
было бы несправедливо говорить,  что его политика потерпела неудачу. Под его
управлением наше общество одержало победу  над тоталитарной системой. Он сам
как политик, выросший  из прошлого и сформированный прошлым, одержал великую
победу над собой. В свете этого неудача его карьеры в этом году, связанная с
упразднением  его  должности,  не слишком  существенна  по  сравнению с  его
бесспорными и беспрецедентными достоинствами".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "...вглядимся  внимательнее в  фундамент  только  что  рухнувшего дома,
оценим его  пороки, чтобы  не  повторить  в  новом  здании просчеты  прежних
конструкторов. Ведь мы  уже знаем, что ни самые лучшие намерения строителей,
ни  самые славные их  победы в ходе стройки не спасут  сооружение от страха,
если трещинами разломаны краеугольные камни. Сегодня же трещины  видны ясно,
как никогда  ранее -- постараемся  же не забыть то, что нам открылось в этом
неповторимом году.
     Первая  и  самая  глубокая  трещина  в  фундаменте  рухнувшего  здания:
революционная   мораль,   положенная    в   его   основу    взамен    морали
общечеловеческой.   Утверждение,   что   все  нравственно,  что  хорошо  для
революции,  будто цель  оправдывает средства.  Исходная формула очень  скоро
приобрела  слегка  измененный вид: нравственно все, что  хорошо  для  вождя.
Результаты нам известны.
     Вторая  трещина:  монополия  власти  одной  партии.  Она  очень   скоро
превратилась в  монополию  аппарата, а затем -- лиц, которые уничтожили саму
партию.
     Третья  трещина:  презрение  к   общечеловеческой  демократии,  попытка
заменить  ее демократией для "своих", для избранного класса -- рабочих. Этот
самый  класс вместе с крестьянством  и  интеллигенцией очень скоро убедился,
что  такой особой демократии не  бывает, что попытка ее  придумать  означает
отказ от демократии вообще. Страшную цену пришлось заплатить рабочему классу
вместе со всем народом за этот опыт.
     Запомним же  судьбу  начинаний,  завершившихся  в том году,  который мы
теперь провожаем. Запомним ее от самых первых шагов".


     2 января 1992 г.

     Либерализация  цен   пока  проявилась   своеобразно.   В  "Елисеевском"
гастрономе   продается  окорок,  красная  икра,  швейцарский  сыр  и   водка
"Кубанская".  Интеллигентный покупатель  мог бы  порадоваться давно  забытым
деликатесам... но  цены  --  бешеные. В  "Новоарбатском" -- лосось, копченый
омуль, импортная ветчина в банках,  копченая  колбаса,  шампанское. А  хлеба
нет! "Булочная Филиппова" на Тверской -- закрыта. Хлеб привезли, но магазину
не  сообщили его цену.  От бухгалтера  конторы  "Хлеботорга"  известно,  что
начальство на совещании -- решают!

     Газеты сообщают о  слиянии КГБ и МВД. В связи  с этим уволен в отставку
Вадим Бакатин. Горбачев назначил его председателем КГБ сразу после Фороса --
по единогласной рекомендации Совета глав  республик,  поручив  реорганизацию
Комитета.  Бакатин  повел  линию на  ограничение  функций  КГБ  разведкой  и
контрразведкой  и  на отказ от  идеологии  "чекизма"  --  поиска  внутренних
врагов. В знак окончания  "холодной  войны",  как  акт доброй  воли  Бакатин
передал американцам  полную схему подслушивающих устройств,  установленных в
только  что построенном (российскими рабочими) новом здании  посольства США.
Некоторые из этих устройств американцы уже обнаружили сами.
     "КГБ  никто не перевернет, -- сказал  Бакатин по поводу своей отставки.
-- По крайней мере сейчас. Нужно терпение. Нужны законы и время, чтобы новые
люди создали новую концепцию спецслужб, свободную от любой идеологии".


     3 января 1992 г.

     Вчерашние  новости меня огорчили и не  дают покоя. Почему Ельцин  убрал
Бакатина?  Это  тот  самый, что  3  месяца  назад, вскоре  после  назначения
председателем  КГБ,  приезжал  в  редакцию "Известий" "без  охраны и хорошо,
по-человечески беседовал". Я видел и  слышал его в  каком-то телеинтервью --
он произвел очень  хорошее впечатление. Интеллигентный человек... и во главе
КГБ!  (Я упоминал уже, что он не из их кадров). Российском президенту это не
по  душе?  Или только  то, что Бакатина  назначил Горбачев? Также непонятно,
зачем сливать МВД и КГБ. Чтобы развернуть борьбу с коррупцией в милиции? Или
чтобы "приземлить", спустить на уровень нормальной общественной жизни КГБ? В
обоих случаях Бакатин был бы очень уместен  во главе такого  объединения. Но
ведь возможна и совсем иная версия:  "кадры"  КГБ не приемлют своего  нового
"шефа"  --  чужак, да  еще надумал сверхсекретные  сведения о  подслушивании
американцам передавать... Быть  может они Ельцину  "намекнули", что если  он
рассчитывает  на   их  поддержку,  то  пусть  уберет  Бакатина...  И  он  --
рассчитывает!.. Боюсь, что в  том самом "чекистском" качестве  -- "бдить" по
поводу внутренних врагов правителя.
     Да,  жаль,  что  той  августовской  ночью, когда  валили  с  пьедестала
"железного  Феликса", не  разгромили "Лубянку", как сделали  немцы  со своей
"Штази",  не разрушили само это проклятое  здание  -- как французы разрушили
Бастилию!


     10 января 1992 г.

     "Главный виновник" неудачи Горбачева по сколачиванию  хоть какой-нибудь
конфедерации, президент Кравчук, отнюдь  не собирается выполнять подписанные
при  образовании  СНГ  договоренности. Не начал никаких  обещанных  поставок
продовольствия с  Украины, но зато  потребовал,  чтобы  ему  присягнули  все
войска,  находящиеся на  ее  территории, включая Черноморский  военный флот.
Ельцин  уже  заявил,  что  флот  они  не  получат,  так  как   это  --  сила
стратегическая  и,  согласно  договоренности,  наряду с  ядерными  ракетами,
должна быть под объединенным командованием стратегических сил СНГ.  Так, что
дружба дружбой, а табачок уже врозь...

     А  мы  пока  переживаем  либерализацию  цен.  Вопреки  обещанного  2--3
кратного их повышения они поднялись раз  в десять, при сохранении дефицита и
очередей.  Сплошная кутерьма! К  примеру, масло  сливочное (когда оно  есть)
стоит 51 рубль за килограмм, а сметана -- 83  рубля. Но ведь масло делают из
сметаны,  или я ошибаюсь?  Судя по нашему магазину, почти прекратился подвоз
молока.  Говорят, что молокозаводы  требуют  за  него 12--15 рублей  за литр
(прежняя  госцена  -- 63  копейки). При такой  монополии  производства  дело
приватизации торговли и становления рынка вряд ли удастся стронуть с места.
     Ельцин  обещает через  полгода  начало  улучшения и просит  доверия, но
похоже, что  ему уже  на него рассчитывать  не  стоит. Молодое правительство
Егора  Гайдара  (вынырнувшее  неведомо   откуда)  полно   лучших  и  честных
намерений, но  с  ним никто считаться не намерен.  Запад со своей поддержкой
все выжидает, когда у  нас образуется что-то стабильное. Их можно понять, но
боюсь, что ждать им  придется долго.  Все пугают  друг друга, -- особенно  в
печати и по телевидению, -- социальным взрывом. Но по Москве его приближения
не заметно, хотя столица сейчас живет хуже, чем провинция.
     Народ ворчит, но бунтовать не  собирается.  И  чего  добьешься  бунтом?
Разобьем десятка два витрин -- продукты от этого не появятся. Будем терпеть.
До настоящего голода еще далеко. Прожить впроголодь можно даже на пенсию (ее
повысили  до  340 рублей).  А  там, глядишь,  рыночек  обычный, крестьянский
понемногу и образуется. Производитель вступит в прямой контакт с покупателем
(в достаточно широком масштабе). Цены, которые я, для примера, упомянул выше
--  магазинные,  "договорные".   Сколько  посредников  по  дороге   (в  ходе
договоренностей)  их   накручивает   не  поддается   учету.   И  на   каждой
промежуточной стадии оседает порядочный "навар".


     Известия 14 января 1992 г.

     На  1-й странице  вверху  --  фотография  и. о. председателя  ВС  РСФСР
Хасбулатова и Гайдара. Под ними подписи (соответственно):
     "Руслан Хасбулатов: Уже можно предложить президенту сменить практически
недееспособное правительство".
     "Егор Гайдар: Правительство в отставку подавать не собирается".
     Там же на 2-й стр.
     Е. Гайдар "Свобода цен необратима" (беседа с М. Бергером)
     Фрагменты из нее:
     "Проявление общественного  нетерпения в первые  же дни для  меня вполне
понятно,  --  говорит  Гайдар. --  Слишком  долго  люди ждали  хоть каких-то
изменений к лучшему. Не легко им объяснить,  что  в наших условиях дистанция
между решением  на макроуровне  и результатом на уровне  потребления велика,
как  само государство. Требуется хоть какое-то время, чтобы заработали новые
стимулы и  интересы, требуются  огромные  усилия, чтобы сломать традиционную
распределительную  систему, не знающую других условий  работы, кроме условий
дефицита".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "Несмотря  на  все  обвинения  и   ультиматумы,  Гайдар   убежден,  что
правительство на верном пути, что оно первое от слов о реформах приступило к
делу. И то, что сделано, имеет практически необратимый характер...
     Что касается до взлетевших до небес цен,  то они  отражают инфляционные
ожидания поставщиков  и по ряду товаров (сметана, рыба)  уже пошли вниз. Эти
случаи не должны порождать иллюзий, но в  то же  время они свидетельствуют о
возможности рыночного развития событий.
     Характеризуя ситуацию  в целом, Гайдар отозвался о ней, как о  тяжелой,
но складывающейся вполне в рамках предсказуемого..."
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "Непредсказуемая  область --  политический фон,  на  котором  действует
правительство.   И   здесь   многое,   если  не   все  будет   зависеть   от
последовательности  российского  Президента, от его желания  (или нежелания)
переубедить парламент, взявший на себя роль оппозиции. Гайдар и его товарищи
по команде верят, что Президент не намерен менять курс и правительство".


     15 января 1992 г.

     Только  что услышал  по радио,  что Конституционный  суд  отменил  Указ
Президента о слиянии КГБ и МВД в одно министерство. Бакатин при этом на свой
пост не возвращается. Подозреваю, что вся комедия была  согласована заранее,
чтобы избавиться от Бакатина.


     Известия 17 января 1992 г.

     Беседа в редакции "Известий" с Фазилем Искандером (фрагмент)

     Искандер: "Вопрос о лидерах вообще очень серьезный. Я абсолютно уверен,
что  культ личности  нужен, но  культ, идущий от души.  У народа должно быть
ясное представление, что этот человек действительно знает больше других, что
он не подведет, что он надежен. Нормальные буржуазные государства могут себе
позволить посредственного лидера. У них уже "здание" построено. А вспомните,
при создании Соединенных Штатов какие были личности!.. Изумительные. Поэтому
и у  нас  сегодня огромное  значение  приобретает человек, за  которым  идет
страна. Чтобы  тонущий корабль удерживать на плаву, нужен  сильный уверенный
голос капитана. Команда должна чувствовать, видеть: он знает, что делает".


     3 февраля 1992 г.

     Быт   наш   протекает   на  фоне  головокружительного   роста   цен  на
продовольствие (ценами  на  промтовары не  приходится даже  интересоваться).
Мясо -- 90 рублей за килограмм, скверная колбаса -- 100,  яйца  -- 19 рублей
за десяток и  т.  д. Государственные цены только на хлеб и молоко. Они  тоже
повышены: хлеб -- 3 рубля за батон, молоко --  2 рубля за литр. Но если хлеб
есть почти всегда, то за молоком -- очереди и не всем хватает.
     Однако не сбывается мрачный прогноз экономистов-пессимистов о том, что,
несмотря  на рост цен, продукты в магазинах не  появятся. Появились! В нашем
рядовом,  окраинном  магазине  имеются постоянно: мясо,  колбаса,  пельмени,
яйца,  сыр  (хотя  и  скверный), сметана и даже сардины  --  по  десятке  за
баночку... а ведь  всего  два месяца  назад в этом же магазине я выстаивал в
очереди всю ночь, с вечера (списки, переклички и проч.) в надежде что с утра
"выбросят" немного мяса... по 2 рубля за килограмм.
     В другом соседнем  магазине,  овощном, всегда  есть картофель, капуста,
свекла, морковь, лук,  но все дико  дорого:  4--7 рублей за килограмм, а год
назад было 20--60 копеек.
     Недавно  издан  Указ, разрешающий торговлю на улицах с  рук, с лотков и
автомашин. Это может сыграть важную роль, так как рынков в городе мало и они
контролируются криминальными элементами, которые  искусственно  поддерживают
высокие цены.
     Благодаря  запасенным  еще  по  относительно  низким  ценам   крупам  и
консервам (их хватит месяца на три) мы с Линой питаемся вполне сносно и даже
деньги  до получки  остаются  --  мало чего  покупаем, кроме  продуктов.  Ей
повысили  зарплату  до  1100  в месяц. Еще 800  рублей составляет  ее и  моя
пенсия.  И, хотя это  вдвое меньше официального  прожиточного  минимума,  на
питание, транспорт  и коммунальные услуги --  хватает.  Кстати,  мы  явно не
самые запасливые из  москвичей. Ходит  шутка,  что  главная тревога  жителей
города -- это какой груз могут выдержать балконы, где сейчас они хранят свои
запасы.
     Настроение в  очередях,  по-прежнему,  спокойное --  во всяком случае в
нашем,  преимущественно интеллигентском районе  (хотя  в  нем же,  в прошлом
декабре люди в очередях были озлоблены)...


     6 февраля 1992 г.

     Вопросы экономики выходят за рамки этой книги, но в качестве фона о ней
упоминать иногда приходится. Положение в целом, все-таки, довольно скверное.
Скачок  цен  в несколько раз превысил ожидания (и  обещания правительства!).
Это последнее, очевидно, не  имеет  сил, чтобы подавить сопротивление старой
административной системы (все  еще влиятельной на  местах) и быстро растущей
организованной  преступности.  Сказывается и  падение авторитета Ельцина (не
надо   было   обещать!).   Все  чаще  возникают  забастовки  с  требованиями
многократного повышения зарплаты.  Однако правительство,  видимо, держится и
печатный  станок  не  запускает.  Всеобщей  забастовкой  или  организованным
антиправительственным движением  пока  не  пахнет.  Нет  организации, нет  и
лидера.  Парламент  иногда  брыкается  и тон  ему  задает  его  председатель
("спикер", как у нас стали на западным манер говорить) Руслан Хасбулатов, но
у него авторитета в широких массах и вовсе нет...
     Симпатии народа, в  том  числе интеллигенции, к нашим  уже известным по
телепередачам "демократам"-парламентариям сильно поблекли. Показательно, что
в  нынешней-то тяжелой  ситуации парламент принял решение о резком повышении
своей собственной  зарплаты (и так  -- не  малой).  В  аппарате  Президент и
Правительства оказались  те же  люди,  что  служили  в аппарате ЦК, Совмина,
Госплана,   Госснаба   и   министерств  советского  периода.  Кому-то   ведь
канцелярскую   работу   делать   надо  при  любом  строе!  А   "благородные"
интеллигенты-демократы,  отстояв новый режим в августе прошлого года, отнюдь
не  поспешили сменить  свои лаборатории,  кафедры, редакции  и киностудии на
административные кабинеты.
     Необходимость  для  новой  власти использовать  уже  во  втором эшелоне
управления   старые   кадры   "профессионалов-администраторов"   привела   к
возможности организованного  ими  саботажа  и сопротивления политике реформ,
угрожавшей их будущему.  А неуверенность  в этом будущем  (при  исчезновении
ревнивого  контроля  со  стороны  партийных  органов!)  естественно  создала
благоприятную  почву  для   взяточничества   и  заинтересованной   связи   с
представителями  "теневой  экономики",  которые,  в  свою  очередь,  нередко
оказываются связанными с криминальными элементами. Стали возникать мафиозные
структуры организованной преступности. Они  еще в зародыше, но никто  на них
не обращает внимания...
     Фигура Ельцина кажется все менее  привлекательной. Все же он  "плоть от
плоти" старой системы. Достойный кандидатов ему на смену пока видно немного.
Наилучший из них, на мой взгляд, Анатолий Собчак. Если ему удастся поставить
на  ноги Ленинград,  у  него  может  появиться  шанс.  Пора  бы  уже  нашему
многострадальному  государству  иметь  в  качестве  лидера  образованного  и
культурного  человека.  Тогда   можно  будет  начать   борьбу  за  изживание
закоренелого советского хамства и пренебрежения достоинством  граждан.  Быть
может и я  доживу  до такого времени,  когда слово "порядочность"  в  России
обретен свой прежний смысл и значение.

     На  фоне  роста  цен  и  падения уровня жизни  вновь  поднимают  голову
коммунисты  -- из  тех, кто потерял свои посты и спецпайки, а также из числа
окостеневших  разумом  пенсионеров.  Естественно,  что  они  блокируются   с
национал-патриотами.   Те   --   клеймят   демократов,   "продающих   Россию
капиталистам". На  9-е они  назначили "поход  на  Белый  дом" и расклеили по
городу призывы  ко всем недовольным жизнью принять в  нем участие. Демократы
призывают  своих  сторонников  придти  на  митинг  туда  же.  Таким  образом
предполагается своеобразный смотр  соотношения активных  политических  сил в
Москве. Хотя мы с Линой от прямого участия в  политике, в силу нравственного
падения лидеров демократии,  и  отошли, но думаем принять участие в митинге.
Все-таки, этой красно-коричневой чуме нельзя давать окрепнуть.


     Известия 8 февраля 1992 г.

     Председатель Госкомимущества А. Чубайс заявил на пресс-конференции, что
правительство  считает  в  основном  законченной  подготовку  нормативной  и
юридической    базы    для    проведения    широкомасштабной    приватизации
государственного имущества.  В программе  предусмотрены льготы для  трудовых
коллективов  --  чтобы  помешать  скупке  госимущества "теневиками".  Однако
привлечь  к  ответственности   лиц,  успевших   "приватизировать"   госдачи,
оборудование и  другое  государственное  имущество  не  удастся  --  не было
запрещающих законов...
     Чубайс  встретился также с представителями профсоюзов и союзов трудовых
коллективов  -- выслушал  их требования.  При  этом он заявил,  что  следует
учитывать интересы всех граждан -- ведь собственность общенародная...


     Известия 24 и 25 февраля 1992 г.

     Из большой статьи О. Лациса "Чего нам бояться завтра?"

     "Проблемы политики, конечно, не сводятся к  частным  вопросам  --  даже
таким крупным как система партий и устройство государства. Мы еще не уяснили
себе и  того,  что должно быть  началом всех  начал при выработке  политики:
какова  наша общественная  цель, наша "национальная мечта"? Мне кажется, что
построение капитализма годится на эту роль не больше, чем попытки реанимации
"коммунистической перспективы". Нам нужен свой эквивалент американской  идеи
Великого  общества   --   общества,  достойного   человека,   а  не  заранее
предписанные "измы".
     Наверное это  должно быть  общество, которое  не  отрекается от  своего
прошлого  --  ни  от прошлых ошибок  и  преступлений, ни  от прошлых побед и
достойных свершений...
     Это  должно быть  общество, которое видит свое величие не  в обширности
авианосцев  и  мощи  боеголовок,  а в развитии сети  дорог  и  водопроводов,
телефонной  связи  и канализации, в богатстве  университетов  и библиотек, в
чистоте родильных домов.
     Как пополнить  запас ума,  достоинства и  терпения  для  такой  работы.
Очевидно  только  одно:  полезно всячески убавлять  заряд  злобы, истерии  и
нетерпимости в нашей жизни".


     Известия 10 марта 1992 г. (3-я стр.)

     Академик Б. Раушенбах "Отечественные наука и культура обречены, если не
начать спасать их всем миром"

     ..."Государство практически перестало финансировать науку и культуру...
Ученым  нужны  не  только  зарплата, но  и  лаборатории, опытные  установки,
приборы,   реактивы...   Фундаментальная   наука   страдает  больше  всех...
Сотрудники  бегут на Запад  за возможностью реализовать себя.  Не думаю, что
российское правительство этого не  понимает.  И  тем не  менее  для науки  и
культуры у него нет средств.
     Если  российское правительство  бросило  науку и  культуру  на произвол
судьбы, значит надо спасать их всем миром, пока не  поздно. В первую очередь
здесь  многое  могут сделать  коммерческие структуры.  Наш фонд  "Культурная
инициатива"  (учредители: отечественные  фонды мира  и культуры совместно  с
американским фондом Сороса) пока сражаются в одиночку. На 1992 г. ни РАН, ни
университеты  не получили  ни цента  на  иностранные научные журналы. Это --
катастрофа! Обратились к Соросу. Он выделил 100 тысяч долларов. Отобрали для
подписки 162 журнала -- по одному экземпляру..."



     Известия 23 марта 1992 г.

     Экономист    В.   Селюнин,   обсуждая    пути   будущей    приватизации
государственной  собственности, приводит яркий пример уже идущей  с  большим
размахом  "прихватизации"  (как  это  прозвали  в  народе)  госсобственности
большим и малым начальством:
     "Начальники шести крупнейших предприятий  ВПК принесли в некую компанию
(акционерное общество  "Коло")  в качестве, так сказать, приданого на  сотни
миллионов рублей государственного имущества. К примеру, три с лишним гектара
производственных площадей машиностроительного объединения имени Серго, вкупе
со  всем  оборудованием,  зачтены  в  уставной  фонд  по цене  двухкомнатной
квартиры. Космический  радиолокационный  комплекс  учредители  прихватили по
цене  трех "мерседесов".  Правда, для  почина  основатели оформили  передачу
добра в аренду -- дальше уже нетрудно было приватизировать его.
     А  личных-то  средств они  сколько внесли? Как  же, как  же!  Только не
деньгами, а  в виде интеллектуальной собственности. И здесь уже в оценках не
стеснялись.  Мозги  и  связи  бывшего заведующего оборонным отделом  ЦК КПСС
Белякова  зачтены  в  уставной  капитал за  10  миллионов  рублей, интеллект
бывшего завсектором того же отдела  Студеникина  --  за 5 миллионов, бывшего
председателя Гостелерадио -- за  10 миллионов.  Головы  этих  трех  деятелей
оказывается  стоят  дороже,  чем  аэродром "Внуково-3", также  включенный  в
капитал  общества.  18 чиновников-учредителей, не внеся  и щербатой копейки,
пожизненно получали бы многомиллионные дивиденды.
     По  чистой  случайности  "панама" не  прошла -- правительство  отменило
регистрацию общества. Однако не надо иллюзий -- не вышло в этот раз, удастся
в  другой.  Партийно-государственная  номенклатура  хлопотливо  конвертирует
былую  власть,  личные  связи   в  нечто   материальное.  Идет   схватка  за
собственность и на этом  фронте бывшие  хозяева жизни будут стоять насмерть,
теряя в борьбе, по слову Шукшина, последние золотые зубы".


     6 апреля 1992 г.

     Сегодня открывается VI съезд Народных депутатов России. Оппозиция будет
пытаться  свалить  правительство Гайдара  и ограничить  полномочия  Ельцина.
Последний, чтобы  умерить  кровожадность некоторых из своих противников  уже
бросил им парочку  "костей".  Он отставил Гайдара с поста министра финансов,
сохранив, однако, за  ним  пост вице-премьера, ответственного за  проведение
реформы.  Отставлен  "вчистую"  и  первый  вице-премьер  Геннадий  Бурбулис,
сыгравший  ключевую роль в формировании нынешней  правительственной команды.
Последняя  отставка  далеко  не к  чести Президента! Бурбулис  был, пожалуй,
главным организатором его восхождения к вершине власти...
     Сохранение  курса реформ и нынешнего правительства является необходимым
условием  получения  столь  необходимой  поддержки  Запада.  Это  было  ясно
продемонстрировано  тем, что  Россию приняли наконец в  действительные члены
Международного Валютного Фонда (МВФ), причем на  весьма льготных условиях --
квота России будет составлять всего 3%.


     10 апреля 1992 г.

     В  повестку  съезда  было  внесено  два  вопроса: о ходе  экономической
реформы  и  обсуждение проекта  новой  Конституции,  разработанного  группой
экспертов во главе с Шахраем и одобренного Ельциным.
     По первому вопросу  с часовым докладом выступил сам Президент. Затем  с
более детальным содокладом -- Гайдар. Ельцин поначалу решительно заявил, что
руководимое  им  правительство  продолжит  свой  курс  реформ,  несмотря  на
противодействие консервативных сил. Он напомнил о критической ситуации конца
прошлого года  (пустые  полки магазинов)  и достаточно  лестно  отозвался  о
первых  результатах  реформ:  не допустили гиперинфляции,  экономика впервые
заговорила  языком  финансов.  Правда,  повышение  цен  в  январе  оказалось
значительно больше,  чем  ожидалось,  но  это -- результат  последних  шагов
союзного правительства Павлова, затем Рыжкова...
     Вместе с тем, Президент признал, что политика правительства нуждается в
корректировке,  особенно  в  области социальной защиты  населения.  Но затем
посыпались   дополнительные   "кости",   которые  отнюдь   не   вязались   с
первоначальным  решительным заявлением  о  продолжении  курса  реформ.  Было
заявлено,  что неплатежеспособные предприятия  получат  необходимые кредиты,
что  будут  сделаны инвестиции в  агропромышленный комплекс  и  значительные
дотации получит  программа  "Конверсия ВПК"... Все это  меры,  стимулирующие
инфляцию, и если  заявленное президентом  имеет целью не просто сбить  напор
оппозиции  на  съезде,  а означает  поворот государственной политики,  то от
курса реформ мало что останется.
     Несмотря на обещанные уступки,  большинство выступивших в прениях резко
нападали на правительство и  требовали его отставки.  Проект  постановления,
подготовленный  редакционной комиссией,  предусматривал  лишение  Президента
предоставленных  ему  ранее дополнительных  полномочий, освобождение  его от
обязанностей руководителя  кабинета министров  и немедленную  отставку  всех
членов  кабинета.  Этот  проект   не  прошел.  В  третьем  варианте  решения
Президенту  предлагалось  в  месячный   срок  внести  в  парламент  Закон  о
правительстве и представить на утверждение кандидатуру его премьера.
     Ельцин заявил,  что  на данном этапе  реформы перетряску  правительства
делать  нельзя  и попросил  отсрочку до 1 октября, заявив при  этом,  что  в
нынешнем правительстве  собралась "довольно смелая,  интересная команда", но
некоторых  его  членов,  действительно,  следует  заменить  на   опытных   и
авторитетных  производственников и  обещал это сделать сразу  после  съезда.
Равно  как и корректировку реформ  с учетом высказанной депутатами  критики.
Что  это: лицемерие,  малодушие или неуверенность  в правильности выбранного
политического курса и отсюда колебания,  попытки "угодить и вашим  и нашим"?
Если последнее,  то  это весьма прискорбно и  чревато непрерывной  борьбой в
высших эшелонах государственной власти за влияние на президента. Если первое
--  то оно не  к лицу  главе столь  большого  государства.  Ну а  малодушие,
отступление перед наскоками оппозиции -- недостойны президента,  облеченного
доверием большинства  народа, непосредственно высказанного  менее 10 месяцев
тому  назад.  А  может  быть  проще  --  непонимание  законов   экономики  в
государственном   масштабе   (вопреки   утверждениям  приближенных  об   его
исключительно быстрой обучаемости). Отсюда и все шатания.


     Известия 13 апреля 1992 г.

     11-го  апреля вечером после  обсуждения  и принятия  множества поправок
Съезд принял  решение о ходе экономической реформы, побудившее правительство
(без участия Президента) на заседании 12 апреля принять коллективное решение
о своей отставке. Вот его основное содержание:
     "Совокупность  требований,  заявленных  Съездом,   обрекают  страну  на
гиперинфляцию,  означают приостановку  процесса  приватизации  и свертывание
аграрной  реформы.  Предложение  снизить  налоги  и  одновременно  увеличить
социальные  и другие  выплаты невыполнимы  и  могут привести лишь  к развалу
финансовой системы.  Нужно трезво  отдавать себе отчет  в том,  что подобные
решения приведут  к свертыванию  поддержки со стороны  мирового  сообщества,
вернут Россию на путь изоляции.
     Решения  Съезда   в  политической   области  (контроль  парламента  над
правительством -- Л.  О.) означают разрушение  новых механизмов  управления,
делают правительство безвластным, а фигуру президента чисто символической.
     Неизбежным    результатом    осуществления   решений    съезда    будет
катастрофическое падение уровня  жизни, голод, социальные потрясения и хаос.
Все жертвы, которые с таким  мужеством и терпением перенесли граждане России
в последние  три  месяца,  становятся напрасными.  Мы не считаем себя вправе
идти  по  пути  безответственного  популизма,  когда  под  предлогом  защиты
населения происходит его ограбление в результате ускорения инфляции.
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     Отдавая себе отчет  в невозможности  выполнять  решения Съезда, выражая
свое  несогласие с фактическим отказом  от  радикальных реформ, мы вынуждены
просить Президента принять отставку правительства".


     17 апреля 1992 г.

     О  характере  противостояния  правительства и Съезда  можно  судить  по
следующему весьма наглядному примеру. Было  предложено и без  обсуждения  за
несколько секунд Съездом принято предписание правительству  провести  полную
индексацию   сберегательных   вкладов  населения.   Предложение   безусловно
популярное  и справедливое. Люди,  доверившие  в свое время Государству свои
трудовые  сбережения,  предназначенные  для  осуществления  заветной  мечты:
покупки квартиры, мебели, бытовой техники, может быть автомобиля, а особенно
--  пожилые  люди, откладывавшие  деньги на обеспечение  своей  старости, на
лечение,  на  похороны, за пару месяцев,  в  результате  головокружительного
роста цен фактически лишились  своих  сбережений. "Гайдар ограбил  народ" --
эту фразу можно услышать часто.
     Все верно,  но для проведения такой индексации требуется  (по подсчетам
сбербанка) 1800 миллиардов рублей, то есть  примерно полтора годовых бюджета
всей  страны  в нынешних ценах.  А ведь  их надо реально  иметь, потому  что
утративший  доверие народ  тут  же  бросится  изымать  свои  индексированные
вклады. Напечатать деньги? Но немедленно соответственно огромный  скачок цен
обесценит и возвращенные  вклады и заодно текущую зарплату работающих. И все
же я считаю,  что отмахнуться от этой проблемы нельзя. Быть  может,  следует
провести  индексацию  вкладов  (и повторять  ее  ежегодно),  но одновременно
объявить, что  они  "замораживаются" до  тех пор, пока  экономика  страны не
станет  на ноги, бюджет  из сугубо  дефицитного станет приносить прибыль, за
счет которой вклады будут постепенно  "размораживаться".  Ну а тем временем,
на  похороны  или  в  случае  очень  дорогостоящего  лечения  (на  основании
соответствующих  документов)   необходимые  суммы  с   замороженные  вкладов
выдавать, или оплачивать соответствующие счета...
     Правительству и  Президенту  не  следует забывать, что  не менее  трети
населения   страны  являются  пенсионерами.  Они  от  обесценивания  вкладов
пострадали  больше  других и они  же составляют наиболее  активно голосующую
часть избирателей.

     После заявления  правительства  об  отставке  на  Съезде был  достигнут
компромисс  (ведь  в нынешней  ситуации  никто  не жаждет взять на себя груз
ответственности).  Была  приняла  Декларация  о  поддержке  курса реформ,  в
которой записано, что Съезд  поручает правительству  поэтапно выполнять  его
постановления  с  учетом  реально  складывающихся  экономических  условий  в
течение  ближайших трех  месяцев с возможностью  пролонгации  этого срока до
конца  года.  Эта  Декларация  предоставила кабинету министров  определенную
свободу  маневра  и  обе  стороны смогли  несколько  отступить от заявленных
позиций, не теряя лица.


     22 апреля 1992 г.

     Съезд  закончился.  Право частной  собственности на землю он не принял.
Поправку к Конституции, разрешающую куплю-продажу земли -- отклонил.
     На  Съезде   оппозиция  объединилось   в  блок  "Российское  единство".
Оказалось,  что среди депутатов Съезда противников правительства почти вдвое
больше, чем его сторонников.  В блок,  помимо сравнительно  небольшой группы
коммунистов,    входят    различные    движения,    начиная   от   колхозных
фундаменталистов и кончая национал-патриотами.


     Известия 24 апреля 1992 г.

     Некоторые  цифры  из статьи  А. Васильева "Русскую  интеллигенцию  надо
спасать"
     ...Зарплата  директор  академического   института,  крупного   ученого,
организатора науки: 3 -- 3,3 тысячи рублей в месяц.
     ...Зарплата  водителя троллейбуса  -- 4 тысячи, начинающего милиционера
-- 2,5, а шахтера -- до 30 тысяч рублей в месяц.
     "О каком престиже научной работы можно говорить?" -- заключает автор.





     Известия 6 мая 1992 г.

     Есть  сообщение  о том, что  возобновил  работу  координационный  совет
народно-патриотических сил, созданный  и возглавляемый  бывшим секретарем ЦК
компартии РСФСР Зюгановым.

     Известия 8 мая 1992 г.

     Подписан  Указ   Президента,   отменяющий  монополию   государства   на
производство  и   продажу  винно-водочной  продукции.  Эта  продукция  будет
продаваться по  свободным ценам. Зачем  в нынешней ситуации  отказываться от
одного из главных источников дохода государства -- непонятно.


     Известия 9 мая 1992 г.



     М. З. -- "Вообще в последнее время ко мне и моим друзьям стали залетать
непрошенные  подлые мысли об авторитарном начале, которое защитило  бы  всех
нас в прямом смысле этого слова. Среди всех моих знакомых деятелей культуры,
включая меня самого,  нет ни одного человека, которого не обворовали бы и не
ограбили    в   большей   или   меньшей   степени.   Вероятно    бандитские,
тюремно-лагерные тенденции вошли в  нашу генетику. Так же,  как отвращение к
предпринимательской  деятельности  и  жажда уравнительной бедности.  С таким
комплексами здоровую экономику не построишь... Отсюда и тяга к сильной руке,
хотя мне и неловко говорить такие слова в вашем прогрессивном издании...
     Ведь наше  общество всегда держалось то на  страхе, то на ужасе. Помимо
эпохи ГУЛАГ'а существовал и период грозного окрика -- "Положишь партбилет!".
Когда ушло  это средневековое, внеэкономическое,  но цементирующее начало, у
нас   стала  складываться   не  демократия,   а   произвол.   Физический   и
бюрократический  беспредел.  Поэтому и  возникают помимо  воли разного  рода
"пиночетообразные"  раздумья. Конечно,  нормальный  человек не может лелеять
месту о  российском  Пиночете,  но  правовое  и силовое  прикрытие  реформам
необходимо..."


     Глава  7-я. Чубайс  о  приватизации.  VII съезд Народных депутатов  РФ.
Премьер Черномырдин


     13 мая 1992 г.

     Все  политические силы  согласны с необходимостью  выработки и принятия
новой Конституции. Но как? В ныне  действующей  об этом ничего не сказано. В
печати  обсуждаются три варианта.  1) Предлагается разработать и согласовать
совместными   усилиями   команды   президента  и  парламента  полный   текст
Конституции, опубликовать его и, после обсуждения в печати,  представить  на
утверждение всенародного  референдума. (Представляю себе,  как "народ" будет
обсуждать  текст  Конституции,  где  каждому  слову  предстоит впредь  стать
незыблемым законом!) 2) То же  самое, но на обсуждение  и референдум вынести
только  основные принципы разработанного проекта  Конституции.  3)  Провести
выборы некой Конституционной ассамблеи (как?), которой и  предоставить право
принятия Основного Закона страны.
     "Президентский  вариант"  Конституции  уже  подготовлен  комиссией  под
руководством  Сергея  Шахрая  и  был  представлен  (под  занавес)  VI съезду
Народных депутатов России. Съезд создал свою комиссию для разработки проекта
Конституции.


     2 июня 1992 г.

     Разразилось  неожиданное явление -- нехватка  денег. Полстраны с  марта
или апреля месяца не получает зарплаты. Забастовки по этому поводу. При том,
что уже печатаются купюры  в 200, 500 и даже 1000 рублей? Где деньги? Кто их
держит, хотя как будто все нормальные люди, ввиду инфляции, стараются от них
избавиться?
     Продукты в  магазинах -- любые  и  в изобилии. Вплоть  до  забытых  уже
деликатесов (языки,  балыки, икра и прочее). Но цены фантастические!  Против
89--90  годов  они  выросли в  30  раз,  а средняя  зарплата  за  это  время
увеличилась всего в 6--7 раз. До последнего времени правительство удерживало
цены  на молоко и хлеб. Со вчерашнего дня они отпущены. Молоко  подскочило с
2-х рублей за литр до 14-ти, черный хлеб с 2 до 11 рублей за буханку. А цены
на  энергоносители  отпущены  лишь  частично  --  так,   что  можно  ожидать
дальнейших подорожаний. Приватизация торговли и хотя бы мелкого производства
не идет -- саботируют чиновники и опасаются граждане...

     Похоже, что  Ельцин трубит  отступление:  перемещения  в правительстве,
усиление  влияния  промышленного  лобби  (союз  директоров  госпредприятий).
Делается все это как-то келейно, в  результате дворцовых интриг и закулисных
соглашений.  Наш  Президент  мне нравится  все  меньше.  Из  него  понемногу
высовывается знакомый облик партийного "хозяина". И все,  что с негодованием
отвергалось:  привилегии,  спецсанатории  и  спецбольницы   для  беспрерывно
растущего аппарата,  лимузины, барские  повадки и "потемкинские деревни"  --
все, обретя новых хозяев, возрождается в прежнем качестве. Сие прискорбно!..
     Сегодня  в газете -- интересная картинка из  деревенской  жизни --  при
попытке включиться в нее представителя городской интеллигенции.


     Известия 2 июня 1992 г.

     Из статьи А. Савельевой "Выдворение"
     "1 ноября 1991 года Исполком Чеховского горсовета предоставил  Баринову
А.  С.  в  собственность  участок  земли  в  14,5  га.  3  декабря  Исполком
зарегистрировал  фермерское   хозяйство.   14   февраля   сего  года   глава
администрации Чеховского  района (он  же  -- бывший председатель  исполкома)
отменил свое решение ввиду претензии на эту землю соседнего совхоза.
     Баринов  --  кандидат  технических  наук,  уволился  из  академического
института, где  работал  ведущим  научным сотрудником. Взял кредит  в банке,
приобрел полный набор техники для выращивания семян картофеля по голландской
технологии (дед его был агроном-селекционер). На выделенной ему очень плохой
земле провел мероприятия по улучшению почвы, завез панели для строительства.
Тут его стали гнать с земли. И не его одного...
     Добился Баринов прибытия  на место  комиссии во главе  с представителем
Президента  по  Московской области. Руководители  совхозов упорно и  горячо,
напирая  на   одну   и   ту  же  фразу:  "все  люди  возмущены",  доказывали
представителю Президента свое право на владение землей, выделенной  тому или
иному фермеру. Получалось, что именно без этих десяти, двадцати или тридцати
гектаров  им не прожить. А если потакать  тем, кто решил разбогатеть прибрав
"нашу" землю к "своим рукам", то "народ пойдет на все"...
     И  шли:  Баринов получил ломом по  голове,  когда пытался защитить свое
поле  от вторжения совхозной техники. В совхозе "Новый быт" согласились, что
с ломом погорячились. Но ведь и он -- кивали на Баринова -- с топором шел.
     Комиссия  уехала,  пообещав обсудить вопрос  на заседании правительства
области,  и... с  концами.  Фермера  с  земли прогнали --  защиты  не нашел.
Милиция,  районная  прокуратура  сочувствовали,  но  помочь  не  могли  (нет
закона)... или не хотели.
     Алексей Зайцев, тракторист того же района  сказал  журналистке: "То что
никакой прибыли все  эти совхозы-колхозы не дают --  полбеды. Главный вред в
том, что они человека уничтожили. Посмотрите: все люди запуганы, живем как в
резервации,  а  основная работа -- или украсть, или подкалымить. И все -- во
власти  совхозного  начальства, для  которого любой человек,  желающий  жить
по-человечески, не унижаясь -- враг. Вот все и завидуют тем же фермерам, вот
и мстят им за свою рабскую жизнь".


     Известия 3 июня 1992 г.

     Опубликована большая статья Вл.  Войновича "Сила против  насилия". Хотя
она трактует проблемы  глобального характера, для  российской  интеллигенции
статья актуальна в  связи с событиями,  предшествовавшими распаду  советской
империи (Прибалтика,  Тбилиси, Нагорный Карабах) и намечающимися конфликтами
на национальной почве в самой России (Чечня). Вот некоторые выдержки из этой
статьи:
     ..."Иногда  международное  сообщество  или  США  предпринимают  военные
действия  против  других государств, ведущих себя особенно  нагло...  Но при
этом всегда возникает вопрос о законности подобных действий. Поднимается шум
по поводу "внутренних дел" и принципа невмешательства.  В результате страны,
чувствительные к общественному мнению (хотя оно  может быть не менее глупым,
чем мнение одного глупого человека) дела до конца не доводят. Муамар Каддафи
и  Саддам  Хусейн  живы  и  здоровы.  Один,  по-прежнему,  укрывает  у  себя
террористов, а другой уничтожает курдов и других своих "внутренних" врагов и
пытается спрятать недоделанную атомную бомбу.
     С   таким  положением  должно  быть  покончено.  И  не  словами  (слова
бесполезны), а  силой. Сила  должна  быть  противопоставлена  насилию. Когда
заходит  об  этом  речь,  то многочисленные  умники во всем мире  вступают в
схоластический   спор:  "Если   вы  за  силу,  то  в  чем  ваше  отличие  от
насильников?" Ответ, по-моему, очевиден. Между употребляющим оружие бандитом
и полицейским большая принципиальная разница".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "Мы можем спасти  себя от произвола  насильников только установив новый
порядок,  новые правила и законы цивилизованного поведения, обязательные для
всех людей, групп, партий, народов и государств...
     Спрашивают: а  кто  такой  порядок  может  установить: ООН?  Но  в  ней
большинство  принадлежит режимам, для которых  насилие есть главное  условие
собственного  существования.   Вмешательства  в  их  "внутренние  дела"  они
добровольно не допустят...
     Я не говорю, что ООН надо распустить. Пусть она  остается  такой, какая
она  есть.  Но наряду  с ней должно  быть создано Содружество Цивилизованных
Государств,  прием  в  которое  должен быть  достаточно  строгим. Кто  будет
определять  степень цивилизованности? А вот сами цивилизованные страны пусть
и определяют. К цивилизованным (это очевидно)  относятся страны Европейского
содружества,  США,  Канада,  Япония, Австралия и  еще некоторые, соблюдающие
права человека,  с  демократически избираемыми и сменяемыми правительствами,
со свободной прессой и независимым  судом. Эти государства,  будучи наиболее
сильными  в  мире и разумными,  имеют моральное право и возможность и должны
взять на себя обязанность по установлению на Земле нового порядка.
     Раньше это было невозможно.  Теперь  по  мере  вероятного приобщения  к
цивилизации России и других стран бывшего СССР (в перспективе  и неизбежного
перехода  на этот  же путь  Китая) установление  такого порядка  может стать
реально осуществимым...
     Цивилизованные  страны,  как  взрослые  по отношению к детям и  лицам с
ограниченной   дееспособностью,   должны   взять   на   себя   всю   полноту
ответственности за общее  поведение всех людей  на  Земле. Новый  порядок не
должен признавать никакого насилия  над человеческой личностью, никаких форм
убийства, войн...
     Для введения в  жизнь правил цивилизованного поведения и  наблюдения за
их соблюдением нужен международный суд. Не  как нынешний, который в Гааге, а
настоящий полномочный  суд и силы (международные  войска  или  международная
полиция), могущие и обязанные исполнять решения суда.
     Каждый   человек,   группа  людей,   народ,   государство,   не   найдя
справедливости   в  месте   своего   обитания,  имеют  право  обратиться   в
международный   суд,   рассчитывать,   что   их   дело   будет   рассмотрено
беспристрастными судьями, а решение суда -- исполнено.
     Должен  быть  такой порядок, при котором государства,  грубо нарушающие
права человека,  признаются  незаконными  и враждебными человечеству. На них
оказываются  все меры воздействия -- политические,  экономические и  прочие.
Если  поведение  такого  государства  выходит  за  определенные  рамки,  ему
выносится предупреждение. Как только оно переходит к военным действиям, туда
посылаются войска быстрого реагирования, все стороны конфликта разоружаются,
виновные в убийстве людей привлекаются к ответственности  как убийцы. Кем бы
они ни были: генералами, премьер-министрами или президентами.
     Если то или иное общество оказывается  неспособно поддерживать на своей
территории законный порядок, обеспечивать безопасность всех граждан, своих и
чужих,   то  на  такой  территории  по  решению  международного  суда  и  на
ограниченный срок может быть введено особое правление, вид опекунства...
     Жизнь показала, что война  больших стран друг против друга  невозможна,
бессмысленна, а потому бессмысленны и  все разорительные формы воинственного
противостояния.
     Не полезнее ли было бы все  материальные,  духовные  и интеллектуальные
силы,  которые тратятся на  эту бессмыслицу, направить на  борьбу с реальным
злом мирового насилия?
     У  многих  людей  на Земле есть потребность в общей позитивной  идее. В
цели,  заслуживающей того,  чтобы  к ней объединенно стремиться...  Создание
мира  без  насилия  является  целью  гуманной, реалистической  и неизбежной.
Стремление к ней  может объединить  всех людей,  все местные и международные
организации, защищающие человека, природу  и вообще жизнь на Земле. Силы зла
обступили  нас со  всех  сторон, пора  осознать  это и  защититься. Пока  не
поздно".


     8 июня 1992 г.

     СМИ сообщают,  что за пределы Чечни по требованию правительства Дудаева
в   срочном  порядке  выдворен  весь  офицерский  корпус,  остававшийся   на
территории республики (солдат в Чечне  уже  давно нет). Семьям офицеров дана
короткая отсрочка  для  упаковки  имущества. Ясно,  что офицеры  ни  грузить
технику к отправке, ни  взрывать ее не стали. Да чеченцы  и не позволили бы.
Все брошено и перешло в руки боевикам Дудаева.


     Известия 11 июня 1992 г.

     Из интервью Бориса Ельцина газете и российскому телевидению

     ..."Я считаю, -- утверждает Президент России, -- что нельзя  говорить о
том,  что  разрушается  команда Гайдара,  тормозятся темпы  реформ.  Нет.  В
соответствии  с  критикой  на  шестом съезде Народных депутатов мы  ввели  в
правительство  опытных производственников. Это не разрушает команду Гайдара.
Она, как реформаторская команда,  будет действовать  и дальше,  как молодая,
решительная, сильная  и умная команда...  Все разговоры о  том, что я  вроде
стал  отступать от реформы, стал  более консервативен, чем,  допустим, месяц
или два тому назад, не соответствуют действительности".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "...Я знаю, что культура у нас в очень бедственном положении... Наука в
тяжелом  положении. Но  я  повторяю, это самый трудный  год. Самый  трудный.
Доживем до конца года без катаклизмов, значит будем выходить из кризиса. А я
уверен, что так и будет".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "Конечно, неприятностей много. Но осталась вера. Встречаясь с людьми, я
вижу, что вера осталась у  большинства. А это главное. Потому что последнее,
что может привести к обвалу -- это если исчезнет вера. Поэтому я обращаюсь к
читателям и телезрителям России: верьте в реформу, верьте в президента!  Как
ни тяжело, мы сумели этот год прожить у себя в России в мире...
     Пока есть вера, будет и у президента уверенность в своих силах, в своей
линии. А я не отступлю".
     ...Боюсь,  ох  боюсь, что  насчет  веры у большинства  Борис Николаевич
сильно ошибется...


     16 июня 1992 г.

     Перед   своим  отлетом  в   США  Ельцин  назначил  Гайдара  исполняющим
обязанности премьер-министра России...
     Между  тем пятые  сутки держится агрессивный  пикет  вокруг  телестудии
"Останкино". Разбит палаточный лагерь. Организаторы: "Трудовая Россия", "ВКП
(б)",  "Гражданское согласие", "Русская партия" и  другие. Около  пяти тысяч
работников  телевидения,  половина  из  которых  рабочие  и  непричастный  к
политике техперсонал, подвергаются, как  пишут "Известия", "беспрецедентному
в цивилизованном государстве унижению. Громилы в кирзовых  сапогах и  черных
косоворотках  плюют  им  в  лицо, заставляют при  проходе  склонять  головы,
надавливая  сверху плакатами  откровенно  фашистского  толка.  Немолодой уже
журналист был избит  палками, когда пытался  защитить  женщину  от плевков и
оскорблений..."
     Переговоры  руководителя телецентра  Егора  Яковлева с главарями пикета
(Анпилов и  другие)  беспредметны  --  никаких  требований, одна  демагогия.
"После того, как  Ельцин,  Кравчук и Шушкевич отменили Конституцию  СССР, --
заявляют вожди пикетчиков, -- простому народу теперь все дозволено!"
     Милиция, видимо,  держится  того  же  мнения,  так  как  кроме  тщетных
увещеваний  разойтись,  никаких  более  энергичных   мер  не  предпринимает.
Впрочем, мэр Лужков грозит ликвидировать  палаточный городок  и  весь  пикет
силой:  "Москвичи  увидели облик  зарождающегося чудовища, но мы ликвидируем
его в зародыше, -- пообещал мэр Москвы".
     В это  время в Колонном зале проходят заседания "Русского национального
собора".  В  президиуме: Анпилов, писатели  Распутин  и  Белов,  Ю.  Власов,
отставной  генерал  Стерлигов. Пикет  у "Останкина"  там рассматривают,  как
"разведку  боем".  Посылали  свою делегацию к "Останкину" -- посмотреть, как
реагируют власти...


     Известия 17 июня 1992 г.

     Сообщается, что в ночь с 16-го на 17-е палаточный городок у "Останкина"
был  ликвидирован. В  операции  участвовало  около  50 человек милиционеров.
Руководил ею недавно назначенный начальник ГУВД Москвы Аркадий Мурашов (один
из лидеров  демократов).  Своего  заместителя, отвечающего  за  общественный
порядок  в  городе,  он  снял.  План  операции,  представленный  ранее  этим
заместителем, предполагал участие в ней 10-ти тысяч милиционеров (!)
     Тот же номер газеты от 17 июня открывается "шапкой":
     "Сенсация   в   Вашингтоне:  президент  Ельцин  и  Буш  договорились  о
беспрецедентном сокращении вооружений"
     ...Упоминается,  что  американский   конгресс   одиннадцать  раз   стоя
аплодировал президенту России.


     Известия 19 июня 1992 г.

     Из  статьи  Вл.  Надеина  "Только  сообща  можно  остановить  программу
погромов (к недавним событиям у "Останкина")
     "...Демократические силы России  слишком рано занялись выяснением своих
отношений.    Без   враждебного    им    правительства,    без   всесильного
коммунистического идолища  они почувствовали себя опустошенными,  ненужными,
осиротевшими.
     Давняя традиция  интеллигента этой страны заключалась  в противостоянии
власти...  Для  многих поколений интеллигенции в искренней личной  поддержке
правительства всегда было нечто ущербное, почти неприличное.
     Теперь   отвращение  вызывает   и   партийная   деятельность.  Все  эти
слушали-постановили, кто  "за"?, вся эта,  в сущности организационная рутина
любой  партии  опорочена  коммунистическими  воспоминаниями  надолго...  Вне
подозрения остались только митинги стихийного протеста. То есть  как раз то,
что при демократической власти стало как бы бессмысленным.
     Останкинские   события  со   всей   ответственностью  показывают,   что
политическая сцена надолго не останется вакантной"...


     13 июля 1992 г.

     Цены на энергоносители будут отпускать поэтапно. Это, конечно, означает
повышение всех розничных цен, но не катастрофически быстрое... Народ, хотя и
ворчит,  но  до  "социальных  взрывов",  которыми  нас  все  время  стращают
журналисты,  еще далеко. Все научились как-то выкручиваться, по крайней мере
в  Москве,   а  она   сейчас  в   не   очень  привилегированном   положении.
Старушки-пенсионерки, по которым все льют крокодиловы слезы, бодро скупают в
табачных  киосках сигареты  и продают их у  выходов из  метро по  полуторной
цене. И  пенсия у них теперь не менее 1200 рублей в месяц. Для сравнения:  у
Лины,  профессора, зарплата  в  академическом институте -- 1900  р., а мне в
школе платят 600,  и мы на эти деньги питаемся вполне  сносно, да еще держим
здоровенного пса.  Так, что пока не так уж страшно. А  выходки "патриотов" и
коммунистов,  вроде  недавнего демарша у  телецентра  могут  испугать только
слабонервных. Они  собирают по 10--20 тысяч  человек от  силы. Милиция легко
может с ними справиться (если захочет).


     11 августа 1992 г.

     Думаю, что все будет постепенно входить в  норму, хотя "трудный период"
займет, вероятно, не  один год. Жить  и работать (например,  в школе) можно.
Однако  есть  одно скверное  и  трудно поправимое обстоятельство --  падение
уровня  фундаментальной науки, связанное  с уже массовой  эмиграцией молодых
ученых.  И не  ради денег  или удобств быта! Жить-то  в России  можно, а вот
работать ученому в  условиях,  когда у государства нет  денег для закупки за
рубежом  научной  аппаратуры и  реактивов  --  нельзя!  Научное оборудование
должно непрерывно обновляться и модифицироваться в соответствие в последними
достижениями науки и приборостроения. Без этого -- неизбежное  отставание. В
советской  системе организации  промышленности  для научного приборостроения
места не оказалось.  Именно в  виду необходимости непрерывной модификации, а
значит и мелкосерийного выпуска очень  сложной и прецизионной техники. Такое
доступно  лишь  малым  частным  фирмам  с  большим  опытом  работы  и  очень
квалифицированным, высокооплачиваемым персоналом.


     Известия 8 сентября 1992 г.

     В  статье  Г.   Иванова-Смоленского  впервые   сообщается  о  серьезных
разногласиях в Президиуме Верховного Совета России:
     Комитет ВС по средствам массовой  информации и  связям  с общественными
движениями  рассмотрел вопрос  о нарушениях законности  председателем ВС  Р.
Хасбулатовым.  В  принятом  почти  единогласно  решении  говорится:  "Многие
положения  документов, изданных за  последнее  время председателем  ВС РФ...
противоречат Конституции  РФ,  постановлениям и Регламенту ВС, направлены на
укрепление личной власти председателя ВС,  установление авторитарных методов
руководства  Верховным   Советом,  его   комитетами,  комиссиями   палат   и
аппарата..."
     Комитет  решил  выразить  недоверие  Хасбулатову,  потребовать  от него
ответа,  создать  соответствующую  депутатскую  комиссию  и  поручил  своему
председателю,   члену  Президиума  ВС  Брагину,  внести  этот  документ   на
рассмотрение заседание Президиума. Но Хасбулатов просто... не дал ему слова!


     Известия 18 сентября 1992 г.

     Шапка:  "Коммунисты,  националисты  и  монархисты  заключили  союз  для
свержения президента России".
     "Создан  оппозиционный  парламентский   блок  "Российское  единство"  в
указанном  составе  --  для  того,  чтобы  добиться  отставки  президента  и
правительства и создания "правительства народного доверия". На открывающейся
сессии  ВС  они  намерены  требовать  созыва  внеочередного Съезда  Народных
депутатов, где поставить вопрос об "импичменте" президента.
     По словам участвовавшего  в  пресс-конференции лидера движения "Русский
национальный собор" Г.  Зюганова,  объединившуюся оппозицию поддерживают все
рабочие, крестьяне, вся  интеллигенция, вся армия. В отличие от Б.  Ельцина,
которого,   по   мнению   Зюганова,  поддерживает  лишь  "часть   услужающих
правительству средств массовой информации и спекулянты"...


     23 сентября 1992 г.

     Инфляция  раскручивается. На  днях подняты вдвое регулируемые  цены  на
нефтепродукты.  Тут  же  розничные  цены  скакнули  на  50--70  %, стоимость
железнодорожных билетов  увеличилась вдвое, а авиабилетов -- втрое.  Хотя, в
среднем, деньги  у людей есть: довольно бойко покупаются дорогие деликатесы,
импортные вина, кроссовки и  прочий ходовой товар в "комках" -- коммерческих
киосках,  которых  по  Москве  открылось великое  множество.  Цены для  нас,
грешных, безумные, но если пересчитать по курсу доллара (240  р./1 дл.),  то
вдвое ниже  европейских. Значит,  налажена  оптовая  закупка  за границей и,
похоже, -- не по государственным каналам.
     Будущее довольно туманно. Президент, Совет министров  и Верховный Совет
погрязли  в  интригах  и  взаимной  борьбе  за  власть. Похоже,  что  весьма
неблаговидную  роль  в этом играет Центральный банк  России, куда в качестве
председателя  правления  вернули старого  функционера  Геращенко.  Все,  что
делает  банк, выглядит как намеренный  развал и так уже еле живой финансовой
системы.
     Банк  подчинен Верховному Совету, где весьма  неприятный  тип -- спикер
Хасбулатов --  явно ведет линию на то, чтобы  свалить правительство. Похоже,
что он страдает  манией величия.  На  днях заявил  в  Думе: "Давайте в конце
концов поймем, что в нашем  отечестве персонально несут  ответственность два
высших должностных лица. Это  Президент Российской Федерации и  председатель
Верховного  Совета.  От этого  никуда  не уйдешь.  С  этим надо примириться,
нравится это кому-нибудь или нет".

     Президент, подобно своему предшественнику, сидит между двух стульев.  И
к  радикальным  демократам  примкнуть не хочет,  и  в свои руки взять полную
власть  не решается. Видать -- кишка тонка!  Да  и квалификации  у него  для
решения экономических проблем  нет. Советники  же  тянут его  каждый в  свою
сторону.  А  у  него  норов  и  въевшиеся  в  кровь замашки секретаря обкома
("хозяина") --  рубить с плеча не задумываясь  о последствиях. Так  на  днях
"рубанул"  отказ  от  официальной  поездки  в  Японию за три  дня до  срока,
согласованного полгода назад...
     Ну и  черт с ними всеми! Смотрим на это, как  на цирк. Газеты почти  не
читаем. Народ  упивается  бесконечными мексиканскими телесериалами ("Богатые
тоже плачут"), а мы будем делать свое дело для будущего. Благо  обстановка в
школе,  где  я  работаю, очень хорошая,  письменный  стол мой еще  крепок, а
чернил закуплено 10 флаконов -- еще по дешевке.


     Известия 23 сентября 1992 г.

     А. Лившиц. "Настоящая власть всегда одинока"
     "В России стремительно меняется  социально-экономическое устройство,  а
вслед  за  ним и общественное  сознание,  которое  постепенно избавляется от
былой мифологии. Чем  скорее такое случится, тем  быстрее  придет понимание,
что налаживать  собственную жизнь  придется  самому, а дело  власти --  лишь
создавать для этого  благоприятные  условия. Изменится  психология -- другим
станет  отношение  к государству,  тогда придут  и  доверие и  радующий глаз
индекс популярности.
     Вероятность  подобного  поворота  первыми  осознали противники  реформ.
Они-то   и  занялись  идеологической  обработкой  населения,  освоив   целую
технологию предсказаний  неминуемых социальных катастроф...  После того, как
очередной  мрачный прогноз не сбывается, о нем  уже не вспоминают,  заменяют
следующим.  Утратили выдержку  и  объективность  даже те, кого  уж никак  не
заподозришь в желании навредить реформам.
     А  что  же  сторонники  рынка  и  демократии?  Правительство  озабочено
макроэкономическим регулированием, а отслеживание психологического состояния
общества   и    соответствующую    коррекцию   политики   считают,   видимо,
непозволительной тратой времени... Профессиональные демократы  не предлагают
ничего, кроме  надоевших лозунгов перестроечного  периода. Неужели не  ясно,
что  время  не  стоит на месте  и  разговоры о  происках  красно-коричневых,
номенклатурном реванше, преимуществах свободы воспринимаются  населением без
всякого интереса, вызывают лишь тоску. Люди в  тяжких  трудах переустраивают
свою жизнь, и волнует их совсем другое.
     Очевидно,  что  когда  народ  плохо понимает  происходящее, не уверен в
завтрашнем дне, запуган, а реформы идут в условиях неослабевающей социальной
напряженности, то настоятельно необходима, говорю об этом без всякой иронии,
эффективная идеологическая работа. Власть должна  наконец объяснить, чего же
она все-таки добивается, каким видит будущее страны..."
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     Здесь  я  позволю  себе  ненадолго прервать  Лившица, чтобы  поделиться
своими давними размышлениями на эту важнейшую, на мой взгляд, тему:
     Разъяснительную, популяризаторскую, "идеологическую работу" в масштабах
всего  государства  должна бы,  на  мой взгляд,  взять  на  себя либеральная
интеллигенция,  рассматривая  эту работу  как свое  историческое  на  данный
момент призвание.  Не мешало бы вспомнить как такую работу вплоть  до  самых
низовых  ячеек   общества   в  своих  интересах   организовало   руководство
коммунистической партии, предусмотрительно снабдив всех пропагандистов легко
доступным материалом в виде "Краткого курса истории ВКП (б)".
     Надо  бы  и  нашему либеральному правительству  или  его  консультантам
озаботиться  о  создании некоего сборника, который бы доступно объяснял, что
реально представляют  из  себя  те  реформы, которые  правительство намерено
осуществить  и что они дадут.  Я  --  человек  вроде образованный (два ВУЗа,
ученая степень) не мог бы даже составить простого перечня  основных новаций,
которые предполагает осуществить  наше  правительство,  как  оно  думает  их
осуществлять (оставим пока в стороне сопротивление) и что они дадут народу.
     К примеру, слышал я о грядущей приватизации промышленности. Наверное не
такой,  о  какой  написал (в предыдущей главе) журналист  Селюнин. Наверное,
смысл  в  том, чтобы у любого производства  был "хозяин",  который следит за
потребностями рынка,  за новинками технологии, рачительно тратит  вырученные
от  продаж  деньги, чтобы расширить  и обновить производство  (без указаний,
разрешений  и  помощи  какого-либо   начальства)  так,  чтобы  повысить  его
доходность  в интересах  своих  рабочих. Кто  выберет  или  назначит  такого
хозяина? Коллектив  рабочих?  Да  они выберут того,  кто пообещает  им более
высокую  зарплату  так,  что  весь сегодняшний доход  они будут  проедать, а
завтра  их  продукция  устареет   и  ее  перестанут  покупать.  Министерство
назначит? Но приватизация в  перспективе  означает упразднение  промышленных
отраслевых  министерств --  будут  назначать  за взятку,  по  знакомству,  а
наиболее  дальновидные сами переберутся  в директорские кабинеты, независимо
от   своей   способности   управлять   конкретным   производством.   Продать
предприятие? Так ведь большие деньги у нас сейчас имеют биржевые спекулянты,
а не производственники.  Они скорее  распродадут  имущество предприятий, чем
вложат деньги в его модернизацию.
     Быть может мои  вопросы наивны и у правительства есть на них ответы. Но
я  их не  знаю,  хотя регулярно читаю  газету и смотрю телепередачи. Значит,
будь я инженером  на производстве, я  бы  не  смог собрать кружок  рабочих и
объяснить им перспективу этого аспекта реформ.
     Но  существует,  наверное,   множество  других   аспектов.  Перспективы
фермерского   и  коллективного  сельского  хозяйства...  Проблемы  монополии
производства товаров широкого потребления, что, по-видимому, несовместимо со
свободным конкурентным  рынком... Проблемы кредитования как  промышленного и
сельскохозяйственного производства, так и частных лиц (например, при покупке
или  строительстве  жилья)...  Банки,  биржи,  оптовая  торговля,  складские
помещения, транспорт, дороги --  черт  знает сколько еще проблем включает  в
себя заманчивое, тревожное и таинственное слово "реформы". (Я уж не говорю о
проблемах конверсии военной промышленности, сокращения армии и прочем в этом
плане)...
     Все это я должен  представить  себе, хотя бы  в общих чертах, хотя бы в
отдаленной перспективе,  причем  применительно  к  нашим  условиям, к  нашей
предыстории, без  ссылок на  западные цивилизации,  у которых история и опыт
совсем иные. Иначе  я должен довольствоваться тем, что Гайдар  мне нравится,
он, вроде бы умный человек и я в него  верю. А другой  -- не  верит! Как мне
его  убедить?  Какие  простые,  доступные  даже  малообразованному  человеку
аргументы  привести?  Если  правительство  озаботится тем,  чтобы  меня  ими
вооружить, то  оно сможет  сказать мне: ты  интеллигентный  человек, пойди и
объясни что такое реформы  своим друзьям,  сослуживцам. Если ты  инженер или
агроном --  рабочим  и колхозникам. Если ты преподаватель ВУЗа  или школы --
своим  коллегам, студентам,  даже  старшим школьникам.  Ведь они  завтрашние
избиратели и  послезавтрашние  молодые специалисты. Посоветуйте  повсюду,  в
любом   производственном   или   учебном   коллективе   организовать  кружки
экономического "ликбеза", как некогда Советская власть организовывала кружки
по   ликвидации   безграмотности.    Призовите   либеральную   интеллигенцию
бескорыстно взяться за эту работу. Я уверен, что ваш призыв не останется без
ответа.
     Теперь продолжу  статью  Лившица,  хотя  он,  как мне кажется, далее  и
принижает уровень поднятой ранее проблемы.
     "Говорят, что нынешняя власть, -- пишет далее Лившиц, -- утратила былую
поддержку народных масс... А в чем, собственно  говоря, должна  состоять эта
поддержка? Если  имеется  в виду многолюдные митинги, то для участия в них у
подавляющего большинства сограждан  нет  сейчас  ни  времени,  ни желания...
Перестроечная эйфория, во  многом разгоревшаяся по  контрасту с прошлым, уже
миновала и в обозримом будущем едва ли вернется...
     Мы  уже  оказали  поддержку  на  выборах,   когда  доверили   нынешнему
руководству   штурвал  государственного  корабля.   В  деполитизации  нашего
общества нет ровным счетом ничего плохого.  Настоящая власть всегда одинока,
потому  что  располагает  достаточными возможностями,  чтобы  самостоятельно
решать  свои проблемы.  Отрешаясь от политических страстей... люди как раз и
обретают подлинную свободу, начинают  заниматься собственными самыми важными
на свете  проблемами. А их теперь немало. Хотя и далеко не полностью, но все
же открыты  пути для тех, кто хочет завести или продолжить свое дело. В 1992
году, когда  падение производства в  государственном секторе стало  вызывать
серьезное   беспокойство,   частное   хозяйство  развивалось   как   никогда
динамично...  россияне  побили  все рекорды  по посевам  на  своих  огородах
картофеля и овощей, количеству коров, свиней, птицы, овец и  коз... В России
с  ее просторами,  региональными рынками и  неважными коммуникациями,  такой
поворот событий можно только  приветствовать. Наша экономика была и остается
многомерной. Найдется место любому укладу, если он создавался людьми потому,
что так удобнее жить и работать.
     Чем же пока занимаются  соотечественники,  терпеливо выслушивая  нового
пророка, предрекающего голод, холод,  паралич экономики и свержение законной
власти? Да тем же, что и раньше -- работают, распределяют зарплату, ходят за
грибами, принимают  гостей, ругаются, мирятся, устраивают застолья, женятся.
Теперь вдобавок ломают голову над тем, куда девать ваучеры. Ну и разумеется,
клянут политиков. Впрочем, этим  охотно занимаются и  граждане других стран.
Для  этого  всегда  найдутся  основания,  поскольку  политик  не   может  не
ошибаться, а в его ремесле любой мужчина разбирается не хуже, чем в футболе.
     Так формируется долгожданное гражданское общество".

     Все это мило и остроумно. Но автор как будто забыл, что выборы время от
времени повторяются,  что реформы, если  они буксуют,  могут приносить  вред
(коррупция, рост цен, невыплаты зарплаты и  пр.)  и если избиратель не будет
видеть  перспектив  реформ,  утратит  надежды,  то он  может  и  отказать  в
"поддержке  на  выборах".  В   этом  проблема!  Поэтому-то  так   необходима
идеологическая  работа, о  которой  автор  пишет вначале.  Вообще, трудно не
заметить,  что тональность  первой части его статьи заметно отличается от ее
второй  части. Я  склонен это приписать природному оптимизму автора, который
охотно разделяю


     29 сентября 1992 г.

     Вчера  и "Известиях" опубликована большая статься Анатолия Чубайса "Что
такое  приватизация?"  Внимательно  ее  прочитал.  Мне  кажется,  что  любой
образованный человек, даже "гуманитарий" может прекрасно в этом разобраться.
Вот основные идеи и ожидаемые результаты.
     1. Государство должно освободиться от  забот по  денежному содержанию и
материальному  обеспечению  всех  (малых,  средних и  крупных)  промышленных
предприятий  и  от  забот  по  реализации  их  продукции  --  все это  будет
осуществлять  свободный рынок  и  товарные биржи. Основная заработная  плата
работников  и дополнительные их доходы,  а  также средства  для расширения и
модернизации производства должны  черпаться  только из  выручки  от  продажи
произведенного   товара,   а   следовательно,  будут   целиком  зависеть  от
рентабельности  производства.  (Средства  на общегосударственные нужды будут
поступать за счет налогов и пошлин).
     2. Для этого  все предприятия (кроме тех, которые Государство оставляет
за  собой --  см. ниже) должны стать  разного типа  акционерными обществами,
управляемыми  советом  директоров, подотчетным собранию акционеров,  которое
этот совет и выбирает.
     3.  Технология  такого перехода следующая: а) Производится оценка всего
имущества предприятия (в ценах 1992  г.) б)  Печатается  достаточно  большое
количество  акций определенного достоинства  на сумму, точно соответствующую
оценке. Эти акции первоначально находятся у государства (Госкомимущество) в)
Они  должны  быть  выкуплены  (полностью  или  большей  частью)  работниками
предприятия,  --  для  них предусмотрены  очень значительные  льготы, -- или
любыми  частными лицами и организациями  со стороны -- будущими  акционерами
данного предприятия.
     4.  Предпочтительным  средством  платежа   при  выкупе  акций  является
"ваучер".  Бесплатно  розданные  всему  населению страны, ваучеры дают  всем
гражданам  одинаковую  возможность   через  покупку  акций  того  или  иного
предприятия  приобрести  свою  долю  общенародной   собственности,  а  потом
участвовать  в  получении  прибыли (дивидендов),  которую  эта собственность
создаст. После ваучеров в покупке акций могут участвовать и "живые  деньги".
Дело в том, что далеко  не все акции данного (особенно расположенного  вдали
от крупных  городов) предприятия  смогут  быть выкуплены  у соответствующего
отделения Госкомимущества работниками этого предприятия, членами их семей  и
окрестными жителями. Часть акций останется у Госкомимущества, которое  имеет
право их продавать на аукционах -- за ваучеры или наличные деньги.
     Если для работников предприятий промышленности и торговли использование
ваучеров для приобретения в коллективную собственность своего же предприятия
является делом  очевидным,  то  для крестьян  и  работников бюджетной  сферы
получение ваучера  создает проблемы. Акции каких предприятий, рассчитывая на
их прибыльность,  имеет смысл  покупать? Как это  сделать,  если предприятия
далеко   расположены?   Решение   этой   проблемы    ищут   путем   создания
"инвестиционных фондов", которые могут собирать ваучеры по  месту жительства
их   владельцев,  а  потом  квалифицированно   приобретать  акции  различных
предприятий  и  делить  совокупных доход по  ним (если хотя  бы часть  акций
окажется  доходными)  равномерно  между  пайщиками  фонда.  Однако при  этом
вводится опасная обезличка, создающая соблазн злоупотреблений и хищений.
     Очень  многие москвичи  предпочитают продать свои ваучеры  по цене лишь
немногим  превышающей  их номинальное значение. Повсюду,  особенно  в метро,
можно встретить  агентов, скупающих ваучеры. Крупными партиями ваучеров  уже
торгуют на  бирже ценных бумаг. Таким образом формируются частные "ваучерные
капиталы".  Они будут использоваться компетентными и  предприимчивыми людьми
для  приобретения  большого   числа  акций  предприятия,  которое  считается
перспективным.  А  может  быть даже  контрольного пакета  (51%) акций  этого
предприятия.
     Впрочем, возможность приобретения контрольного  пакета акций (по одному
из  трех  вариантов  приватизации)  в  первую  очередь   и  вне  конкуренции
предлагается трудовому коллективу.
     Если часть акций предприятия  остается невыкупленной у Госкомимущества,
то  Государство  в  его  лице   остается   коллективным  акционером  данного
предприятия.
     Как   известно,  доходные  предприятия   будут   ежегодно   выплачивать
определенные дивиденды держателям своих акций, а убыточные -- не выплачивать
ничего. Все  акционеры  при выборе Совета директоров  и решении всех  прочих
кардинальных  вопросов   на  собраниях  акционеров  имеют   число   голосов,
соответствующее числу принадлежащих им акций.
     Наконец,  в  законе  оговорено,  что  часть  предприятий  стратегически
важного для Государства значения пока что не будут приватизироваться (списки
уточняются),  а малые  предприятия  -- с числом работающих  до 200 человек и
стоимостью  основного  фонда  менее  1  миллиона  рублей  акционированию  не
подлежат,  а приватизируются путем продаж на  аукционах и торгах за деньги в
обстановке широкой гласности, с обязательным оповещением в печати.


     7 октября 1992 г.

     Вчера открылась сессия ВС  России. Ельцин в начале заседания выступил с
резкой  критикой  правительства.  Видимо,   настроив   себя   на  достижение
компромисса  с Верховным Советом  президент начал с признания тех ошибок  (в
первую  очередь недостаточность внимания к инвестициям в промышленность), на
которые  неустанно  указывают  оппоненты   Гайдара,   определяющие   позицию
парламентского большинства. Это большинство находится под активным  влиянием
"Гражданского союза" (директоров Госпредприятий, руководитель А. Вольский).
     В  ответном выступлении Е.  Гайдар заявил,  что,  по его  мнению, самый
большой вред  экономике  нанес  Закон  СССР  о  предприятии. По этому закону
предприятия  получили  все  права  собственников  (в том  числе установления
зарплаты  своим  работникам), не неся  при  этом  никакой ответственности за
последствия  своей  деятельности.  Это  положение  определило  резкий   рост
инфляции  и  стало  основой   начала  "дикой  номенклатурной  прихватизации"
государственного имущества.


     Известия 14 октября 1992 г.

     Статья  С.  Мостовщикова   "В   Москве  действует  крупное  вооруженное
формирование с неясными полномочиями"
     В связи  с задержанием милицией некоего чеченца, угрожавшего пистолетом
таксисту, и его  вызволением сотрудником службы  безопасности  Белого  дома,
обнаружилось существование некой организации:
     "Организация, о которой идет речь, -- пишет автор, -- является одной из
самых загадочных и малоафишируемых структур в постпутчевой России. Формально
считается,  что это -- служба охраны ВС РСФСР, состоящая из сотрудников  МВД
России. Однако ни  Министерству Внутренних дел, ни  даже  президенту Ельцину
эта служба не подчинена. Несколько тысяч хорошо вооруженных людей (по данным
различных  источников  от  1,5  до 5 тысяч человек) выполняют  только личные
приказы спикера парламента Руслана Хасбулатова.
     До настоящего времени неизвестно,  на основании какого закона создано в
России это вооруженное формирование,  из каких источников оно финансируется,
какие задачи выполняет и какие имеет полномочия".


     Известия 22 октября 1992 г.

     С. Мостовщиков сообщает дальнейшие  подробности о вооруженной "гвардии"
Хасбулатова.  Оказывается,  она  себя  именует  "Управлением  охраны  высших
органов власти и управления Российской Федерации".  Сие "Управление" создано
Хасбулатовым в  октябре 1991  года без ведома  ВС  РСФСР на базе  небольшого
отделения милиции,  ведавшего охраной Дома  Советов.  Командует  Управлением
генерал-майор Бойко, отвечавший до августа 91 г. за пропускной режим в Белом
доме. Подчиняется только  Хасбулатову. Финансируется,  очевидно, из бюджета,
но тайно.  Имеет  свой  отдел  кадров, наградной  отдел, систему  подготовки
личного состава.
     "Положение"  об  "Управлении" предоставляет  его  сотрудникам  жилье  и
прочие льготы наравне со специалистами Президиума ВС.  А также права ношения
милицейской  формы и оружия  (автоматы, пистолеты),  крупная партия которого
была передана "Управлению" из МВД. Количество не разглашается. Согласно того
же "Положения", в исключительных  случаях разрешено выдавать оружие Народным
депутатам, сотрудникам аппарата Президиума ВС "и другим должностным  лицам".
Исключительность случая определяется спикером палаты.
     Упомянутое "Положение" с грифом "Не  подлежит опубликованию" существует
в виде  машинописного  текста, подписанного  первым заместителем Хасбулатова
Сергеем Филатовым, и создано, очевидно, сгоряча, после путча.
     Далее автор статьи утверждает, что подчиненные лично спикеру пять тысяч
человек в милицейской  форме охраняют не только  Белый дом,  самого спикера,
его  заместителей и их квартиры,  но  еще и  около  семидесяти  пяти  важных
объектов  в  Москве,  две трети которых  никакого отношения к парламенту  на
имеют, например: Совет Министров, Министерство Иностранных дел, телекомпанию
"Останкино", Министерство юстиции, Центральный банк, ИТАР-ТАСС и др.


     Известия 26 октября 1992 г.

     Фотография: пикетчик  с плакатом:  "Я волком бы  выгрыз дерьмократизм".
Под  ним   обращением  к  народу  и  властям  группы  народных  депутатов  и
представителей демократической интеллигенции под  заголовком  "Нет ползучему
перевороту"! (привожу фрагменты)
     "Фронт  национального  единства"  воскрешает  "образ врага",  разжигает
агрессивный национализм. Готовит "конституционный переворот" на  предстоящем
VII    Народных  депутатов  в  виде  поправок к  Конституции,  которые
позволят ограничить полномочия президента  и начать аппаратно-номенклатурный
реванш".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "Опасность   сложившейся   ситуации   усугубляется  тем,   что  критика
президента и  правительства  находит  отклик среди  тех слоев населения,  по
которым  больно  ударили  падение уровня  жизни,  рост цен. Издержки  реформ
неизбежны. Но  они  могли быть  не столь  велики, если бы не бюрократические
путы  и тормоза  на их  пути,  если бы  Президент  и Правительство  проявили
бoльшую  последовательность   и  решительность   в   достижении   финансовой
стабилизации  и  приватизации.  Пагубны  компромиссы   в  кадровой  политике
Президента...
     Особую  тревогу  вызывают  состояние  борьбы с преступностью,  неумение
обратить  против  нее   силу  закона,  нежелание  всерьез   вести  борьбу  с
привилегиями..."
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "У творческой и научной интеллигенции России -- свои надежды на реформы
и, соответственно, свои счеты  с теми, кто готовит  им провал.  На  нынешнем
этапе  перехода  к рынку литература,  искусство, наука оказались в гибельных
условиях,  а  ученые  и мастера  культуры,  творцы  духовных  ценностей,  не
защищенные   законами  ни  об   авторском  праве,  ни  об   интеллектуальной
собственности  --   в  бедственном  материальном  положении.   Разваливается
книгоиздательское дело, финансовый кризис поразил литературно-художественные
и  научные  журналы,  театры,  особенно областные;  в упадке  киноиндустрия,
художественные  салоны,  студии,  мастерские,  выставочные  залы,  нищенское
существование влачат библиотеки и музеи...
     Робость  и  неуверенность  исполнительной   власти   в  противодействии
оппозиции очевидны..."

     Под обращением стоит  48 подписей. Среди них такие всем известные имена
как: Алесь Адамович, Артем Афиногенов, Григорий Бакланов, Олег  Басилашвили,
Борис Васильев, Александр Гельман,  Виталий  Гинзбург, Даниил  Гранин,  Юрий
Корякин, Юрий Нагибин, Булат  Окуджава, Глеб Панфилов,  Анатолий Приставкин,
Лев Разгон,  Василий  Соломин,  Иннокентий Смокнутовский,  Инна  Чурикова  и
другие.


     28 октября 1992 г.

     Опубликовано распоряжение Президента РФ о ликвидации "Управления охраны
объектов высших органов власти и управления Российской Федерации" (те  самые
Хасбулатовские  5  тысяч!). Министру  внутренних  дел  Ерину  за  ослабление
контроля   за   деятельностью   милиции   и   функционирование   означенного
"Управления" объявлен выговор. Охрана упомянутых ранее 75  объектов передана
"Главному  управлению  охраны  РФ"  под  командованием  генерала   Барсукова
(приближенный Ельцина и начальника его личной охраны Коржакова).


     29 октября 1992 г.

     На днях в доме прессы проходило собрание демократической общественности
Москвы. Экономист  Селюнин  в  своем выступлении сказал, что  в ходе  борьбы
против  реформ,  которую  ведут  консерваторы  в  парламенте, возможно,  что
Президент  вынужден  будет  пойти  на  роспуск  Съезда  и  жесткое  усиление
исполнительной власти. Это неприятно, но в условиях, когда "депутаты тянутся
к горлу президента", а стране грозит распад  власти и анархия, выбор невелик
и  демократы обязаны поддержать Ельцина в жестких шагах.  Такая позиция была
поддержана в ряде выступлений...
     Очевидно, что  надвигается  кульминация противостояния Съезда  Народных
депутатов с правительством и Президентом. Решать это противостояние, так или
иначе, будет в  конце  концов народ. Несмотря на всеобщее ворчание, я думаю,
что  решение будет в пользу правительства. Люди прошли через  шок (сами того
не  осознав)  и  приспособились  к новым условиям.  Все  прирабатывают:  кто
ремонтирует  квартиры  и  автомобили, кто  дает уроки,  кто  спекулирует  по
мелочи. Но все живут, не голодают. Да и пенсии растут довольно круто. В этих
условиях  менять шило на неведомое мыло никто  не захочет, особенно  если за
такую смену  надо  платить  кровью. Частная  инициатива  бурно  развивается.
Сейчас она нередко выглядит  довольно грязно. Но  ведь и ребенок рождается и
живет первые пару лет в дерьме, а тут смена целой исторической эпохи и ей от
роду фактически едва больше года. Как же тут без грязных пеленок?


     4 ноября 1992 г.

     "Известия"  сообщают,  что  верхушка  "Гражданского  Союза":  Вольский,
Владиславлев,  Травкин  и  другие  имели  закрытую  встречу  с  Ельциным.  В
корреспонденции В.  Кононенко утверждается,  что  "по  некоторым  сведениям"
Гражданский  Союз соглашался  поддержать курс реформ и Гайдара на Съезде при
условии  отставки  Чубайса, Шохина,  Нечаева,  Козырева и  Авена -- то  есть
ключевых  министров  экономической  сферы  деятельности  правительства --  и
назначении своих людей на их место...
     На   следующий  день  газета   опубликовала  заявление  пресс-секретаря
президента В. Костикова по этому поводу: "Президент России выслушал кадровые
предложения, прозвучавшие в ходе встречи, в  порядке  информации. Ни в какое
обсуждение кадровых вопросов  президент не вступал... Он не допускает  и  не
допустит какого-либо давления по этим вопросам".


     Известия 20 ноября 1992 г.

     Сообщают, что 24 ноября из Новокузнецка в Москву отправится специальный
поезд,  который доставит  к началу  VII Съезда Народных депутатов  около 2-х
тысяч  шахтеров  Кузбасса  и  Ростовской  области,  а  также рабочих  других
профессий  -- для  оказания  политической  и моральной  поддержки Президенту
России, Правительству и курсу реформ.


     27 ноября 1992 г.

     Несмотря на поддержку  шахтеров, Ельцин перед открытием Съезда, в угоду
оппозиции принес в  жертву целый ряд  своих явных  сторонников: снят с поста
председателя  телерадиокомпании  "Останкино" Егор Яковлев, уволены и  другие
известные  демократы:  Галина  Старовойтова (советник  Президента),  Аркадий
Мурашов (ГУВД Москвы), Полторанин (министр  печати  и  информации), Геннадий
Бурбулис  --  старейший из сподвижников Ельцина  в  период его восхождения к
вершинам   государственной   власти  ("в   связи   с  ликвидацией  должности
государственного секретаря").
     Помимо  самого факта такой  подачки  оппозиции,  вызывает  недоумение и
огорчение  форма этого "массового  увольнения". Ни каких-либо объяснений, ни
благодарности за  поддержку в  трудные времена, ни даже  личной  встречи  --
увольняемые узнавали  об изменениях  в своей  судьбе из... сообщений печати.
"Советское  хамство",  очевидно,  стало второй  натурой  нашего  президента.
По-видимому, этот стиль  уже  никакому  окружению не  вытравить до конца его
дней.  В  таком  случае на активную поддержку  либеральной интеллигенции,  о
которой я писал выше, Ельцину рассчитывать не приходится.


     30 ноября 1992 г.

     Под   заголовком  "Нет   такой   партии"   "Известия"   сообщают,   что
Конституционный суд вынес вердикт по "делу КПСС". Дело было  начато четыре с
половиной месяца назад по  запросу ряда депутатов о конституционности указов
Президента, запрещающих компартию. Смысл вердикта суда таков:
     Запрещение  высших  организационных структур КПСС и  РКП  соответствует
Конституции.  Что  же касается первичных территориальных  организаций партии
(райкомов, горкомов), то они могут продолжать  свою деятельность. Имущество,
которое  партия присвоила у государства, подлежит изъятию по суду, а то, что
было исключительно партийным, отчуждению не подлежит.
     По  вопросу  о  запрете  компартии,  на  чем  настаивала  президентская
сторона, суд своего мнения не высказал -- дело  было закрыто ввиду того, что
партия фактически прекратила свое существование в 1991 году.
     Таким   образом,  никакого   осуждения   компартии  и  преступлений  ее
руководства  сделано  не  было. Суд  ограничился  рассмотрением  юридических
оргвопросов.


     10 декабря 1992 г.

     1-го  числа  открылся VII  Съезд  Народных  депутатов РФ.  Несмотря  на
сделанные  уже Ельциным кадровые  уступки  оппозиции, ее нападки на политику
правительства, президента, а также на ныне действующую Конституцию оказались
столь ожесточенными, что  президент  счел необходимым  обратиться  по  этому
поводу  к  народу.  Обращение опубликовано  в  сегодняшних газетах.  Вот его
несколько сокращенный текст:
     "Граждане России!
     Народные депутаты!
     Развитие  событий на седьмом Съезде Народных депутатов заставляет  меня
обратиться напрямую к народу. Реформы, которые уже в течение года проводятся
в  России,  находятся в серьезной  опасности. На  Съезде  развернуто  мощное
наступление на курс, проводимый президентом и правительством, на те реальные
преобразования,  которые  удерживали  всю  страну  все  последние месяцы  от
экономической  катастрофы. То, что не удалось сделать  в августе  1991 года,
решили осуществить сейчас и  осуществить ползучий  переворот.  Цепь действий
уже выстроена. Вот она:
     Первое. Здесь  на седьмом Съезде создать невыносимые условия для работы
правительства и президента. Практически деморализовать их.
     Второе. Любой ценой внести в Конституцию поправки, которые наделяют ВС,
ставший  оплотом консервативных  сил  и реакции,  огромными  полномочиями  и
правами, но, по-прежнему, ограждая его от какой-либо ответственности.
     Третье. Заблокировать реформу,  разрушить все  позитивные  процессы, не
дать стабилизировать ситуацию.
     И, наконец, четвертое. Провести в апреле 1993 года  VIII Съезд Народных
депутатов,  расправиться на нем  и с правительством, и  с президентом,  и  с
реформами, и с демократией. Тем самым совершить крутой поворот назад".
     . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

     "Наступил  ответственный,  решающий  момент.   И  над  Съездом,  и  над
президентом есть один судья  --  народ. Вижу  поэтому  выход из глубочайшего
кризиса власти только в одном -- во всенародном референдуме... Я не призываю
распустить Съезд, а  прошу граждан России определиться  с кем вы, какой курс
граждане России  поддерживают. Курс президента, курс преобразований или курс
Съезда, Верховного Совета и его председателя, курс на сворачивание реформ...
     Граждане России,  в  этот  критический  период  считаю своей  первейшей
задачей   обеспечение  стабильности   в   государстве...  Один  из   залогов
стабильности -- устойчивая работа правительства. Гайдар остается исполняющим
обязанности его председателя...
     Призываю  граждан  начать  сбор  подписей,  набрать  необходимое  число
голосов для проведения референдума...
     Я   предлагаю   Съезду   принять  решение  о  назначении   всенародного
референдума  на  январь  1993 года  со  следующей  формулировкой:  "Кому  вы
поручаете  вывод   страны   из   экономического  и  политического   кризиса,
возрождение  Российской Федерации:  нынешнему  составу Съезда  и  Верховного
Совета или президенту России?"...
     Я, как президент, подчинюсь воле народа, какова она будет".


     15 декабря 1992 г.

     Открывалась перспектива для  конкретной работы  либерально  настроенной
интеллигенции -- организация сбора подписей, а затем и самого референдума...
Но  никаких признаков активности или хотя бы намерений ее проявить видно  не
было...
     11-го числа Съезд тоже выпустил  обращение к  народу. Затем последовали
какие-то неведомые простым смертным  консультации,  в результате  которых на
11-е  апреля 1993 года Съезд назначил Всероссийский референдум  об  основных
положениях новой Конституции  РСФСР,  в связи  с чем обращения к народу  как
президента, так и Съезда обе стороны согласились считать утратившими силу.
     Однако в  компромисс  вошло и  переизбрание  главы  правительства (хотя
Ельцин только что объявил,  что  Гайдар  остается). Был установлен следующий
порядок  избрания  нового  главы  кабинета:  фракции  парламента  предлагают
кандидатов,  президент из  них  выбирает 4--5  кандидатур,  которые проходят
"рейтинговое"  голосование.  Из  трех  человек, набравших  наибольшее  число
голосов, президент выбирает одного (любого) и  предлагает  Верховному Совету
простым большинством голосов утвердить его в качестве премьера.
     Фракции предложили  14  кандидатов.  На рейтинговое  голосование Ельцин
поставил  из  них  пятерых:  Гайдара,  Скокова,   Черномырдина,  Шумейко   и
Каданникова.  Большинство  голосов  получили первые три кандидата  из  этого
списка. Ельцин мог выбрать Гайдара, но после 40-минутного размышления "сдал"
его  и  назвал   Черномырдина.   Кандидатура  последнего   была   утверждена
подавляющим большинством голосов (721 из 984).

     Краткая справка о Черномырдине:
     Родился  в  1938 г. в деревне  Оренбургской  области.  Оператор,  потом
начальник участка на Орском нефтеперерабатывающем заводе. Работник  аппарата
Орского горкома партии. Зам. главного инженера, затем директор Оренбургского
газоперерабатывающего завода. 1978--1982 гг. --  работник  аппарата ЦК КПСС.
Зам. министра, потом министр газовой промышленности. С 1989  г. председатель
созданного  им  концерна "Газпром". С 1992  г. -- вице-премьер правительства
России. Высшего образования, по-видимому, не имеет. Мал ростом, но  кряжист,
косноязычен,  любит играть  на  баяне. К  интеллигенции,  очевидно, себя  не
относит. Его первая реплика во время представления Съезду была: "Я за рынок,
но не базар"...

     Президент  Ельцин утверждает, что  ядро команды Гайдара в правительстве
останется, так же, как и курс  на радикальные реформы. Насколько этому можно
верить?.. Если  заявление нового премьера о  необходимости  остановить  спад
производства  (в  том  числе  военного,  нерентабельного??) путем  льготного
кредитования  реализуется,  то нас ждет новая  волна инфляции.  Между тем за
прошедший год  цены  выросли уже примерно  в  сто раз.  А по  южным окраинам
России полыхают этнические вооруженные  конфликты. Коррупция, мафиозность  и
прямой  бандитизм  по-прежнему идут  в гору. Так,  что  перспективы довольно
сомнительные.
     Нарастает  разочарование  в  лидерах  демократии,  которые все грызутся
между собой. Равно и в президенте с его  непонятными  шатаниями то влево, то
вправо.  Отсюда политическая  апатия,  по крайней  мере среди интеллигенции.
Митинги, которые год  назад набирали  по полмиллиона  москвичей, теперь едва
набирают десяток  тысяч участников... Ну да ладно.  "Делай  свое дело, а там
будь,  что  будет",  как   любил  говаривать   Лев  Николаевич.  Перед  сном
перечитываю понемногу "Войну и мир".


     26 декабря 1992 г.

     Объявлен   состав   правительства   Черномырдина.   "Команда   Гайдара"
действительно  осталась (вся, кроме  Авена).  Вице-премьеры: Чубайс, Шахрай,
Шохин,  Шумейко,  Б.  Федоров,  Салтыков,  Яров.  Среди  министров:   Нечаев
(экономика),  Глазьев  (внешние   экономические  связи),  Барчук  (финансы),
Козырев  (иностранные   дела)...  все  "силовики"  --  прежние.  Сам  Гайдар
официально назначен советником Президента по экономическим вопросам.
     Значит ли это, что под нажимом президента и членов его кабинета премьер
Черномырдин перейдет  в  стан реформаторов? Или это временная  комбинация  и
состав правительства  будет меняться  постепенно? Оппозиция, даже  умеренная
("Гражданский союз") не  получила ни  одного  портфеля!  Ельцин  "откупился"
одним Гайдаром (и нарушением своего только что данного слова, но на это ему,
по-видимому,  наплевать!).  Невольно  хочется  перефразировать  Вертинского:
Разве  можно в политике требовать многого?  Там где выгода видится, честь --
ничто!..
     Ясно, что баталии отложены до референдума по Конституции в апреле. Курс
реформ для завоевания поддержки у населения получил отсрочку  на  4  месяца.
Может ли за этот срок серьезно улучшится ситуация? Сомневаюсь!


     Известия 11 января 1993 г.

     В  статье,  озаглавленной  "100 миллионов из  фонда  Сороса" содержится
очень важная информация для наших ученых. Вот в тезисной форме ее изложение:
     О создании фонда  американский мультимиллионер Джордж Сорос объявил еще
10  декабря  прошлого года.  Цель  -- поддержка ученых  России  и стран СНГ,
работающих в сфере фундаментальных наук.
     Никаких квот и распределений по странам или учреждениям -- выход только
на личности -- ученый-одиночка или руководитель небольшой лаборатории.
     Возглавляет  Фонд  правление,  состоящее  из  крупнейших  российских  и
американских  ученых (в  их  числе  7 нобелевских лауреатов). Исполнительный
директор -- заведующий лабораторией Института здоровья в Нью-Йорке Александр
Гольдфарб.
     Три  рабочих  комитета: по биомедицинским наукам,  по точным  наукам  и
исполнительный комитет.
     Ближайшие планы Фонда складываются из двух компонентов:
     1. Неотложная помощь в ближайшие месяцы:
     --  3 миллиона долларов в виде единовременных индивидуальных грантов по
500 долларов каждый для 6 тысяч ученых в порядке общей поддержки.
     -- 3 миллиона в виде 10-тысячных  грантов на имя  руководителей трехсот
лабораторий для приобретения импортного оборудования.
     -- 2 миллиона научным библиотекам для подписки на журналы 1993 года.
     -- 2 миллиона для обеспечения телекоммуникаций на ближайший год.
     --  1  миллион  для оплаты  одной тысячи краткосрочных визитов за рубеж
(консультации, участие в научных конференциях).
     Отбор получателей перечисленных  грантов компьютерный -- по заявкам (на
английском   языке)  с   приложением   ксерокопий   3--4   научных   статей,
опубликованных за последние годы в ведущих научных журналах.
     2. Основной вклад (80 миллионов долларов)
     будет  сделан  в  поддержку  долгосрочных  проектов,  отобранных  путем
строгой экспертизы соответствующих предложений крупнейшими учеными мира.
     Остальные 9 миллионов долларов -- организационные расходы.
     10   января  в   Кремле  президент  Ельцин   принял   Джорджа   Сороса.
Администрации  президента   поручено  подготовить  постановление,  полностью
освобождающее средства,  передаваемые  Фондом, от налогов и  пошлин.  Деньги
ученые  будут  получать лично через  коммерческие  банки.  Созданная  ученым
интеллектуальная   собственность  будет  принадлежать   только  ему,  как  и
оборудование,  приобретенное на  средства Фонда, если он переходит  в другое
научное учреждение.
     Все это похоже на чудо и должно дать эффект, подобный кислородной маске
для  больного,  умирающего  от удушья. (Разумеется, жить  с маской постоянно
невозможно, но пережить кризис -- можно).


     Известия 28 января 1993 г.

     Результаты   опроса  общественного   мнения   в   России   американской
телекомпанией Си-эн-эн

     54% населения поддерживают Ельцина, причем :
     51%  считает,   что  авторитарное  руководство  могло   бы  привести  к
экономической и политической стабилизации в стране.
     32% предпочитают демократию западного образца.
     17% поддерживают Верховный Совет РФ.
     37% -- аполитичны.


     Известия 2 февраля 1993 г.

     Письмо  ряда видных общественных деятелей и деятелей культуры по поводу
разработки новой Конституции (основные положения)
     Конституция РСФСР  1978 года,  очевидно,  непригодна,  несмотря  на все
поправки. В Конституционной комиссии ВС "совершенствуется" никому не ведомый
проект  новой  Конституции.  То   же  происходит  в  кулуарах  президентской
администрации.
     Разработка  проекта Конституции  так же, как  ее  принятие должно  быть
делом  всенародным,  гласным.  Надо  сформировать Учредительное собрание  --
Конституционную  ассамблею.  Из  профессионалов-юристов,  не  имеющих других
обязанностей  (и  никак  не  депутатов  нынешнего  парламента). Выработанный
проект  после  заблаговременной публикации  должен быть  одобрен всенародным
референдумом.
     Подписано:  Бакатин,   Брагинский,  Гельман,   Говорухин,  Голицын,  О.
Ефремов, М.  Захаров, Здыньский, Зубов, Караулов, Каретников, Карпинский, Г.
Каспаров,  Э.  Климов,  М.  Миронова,  Никонов,  Г. Попов, С.  Соловьев,  М.
Ульянов, Федосеева-Шукшина, А. Яковлев.


     Известия 11 февраля 1993 г.

     А. Никитинский "Референдум не так опасен, как отказ от него"
     "Референдум опасен, но "Харибда", на которую мы точно  налетим в случае
отказа  от него,  на  мой  взгляд,  еще страшнее:  это  нарастающий  процесс
всеобщей апатии,  атомизации общества, при котором оно  разлагается, дробясь
уже даже не до уровня регионов, а до уровня  отдельных индивидуумов, в чем и
заключается их единственная  политическая философия: неприятие любого  права
-- каждый за себя...
     Сегодня,  как  ни   странно,   единственно  оправданная  цепь  случайно
родившейся идеи  референдума -- доказать уважение власти к своему народу, не
оскорбить людей в очередной раз и уж до самой, что называется, глубины души,
до непоправимого, хотя уже близкого вывода о  том, что всякая власть для нас
--  чужая,  презирающая человека и  ему  враждебная.  При  этом  мы  обязаны
исходить из постулата гражданско-политической зрелости россиян  (хотя  бы  в
этом и была уже доля преувеличения)",

     * * *

     7 января с.  г. Андрюша  с Олей отбыли (предположительно  на 2  года) в
США,  где  ему  предложили  работу,  близкую  его  научным интересам.  Чтобы
поддержать сына морально на  чужбине я стал регулярно посылать ему подробные
письма о  всех наших делах, в том числе и общественных. Потом оказалось, что
вести записи в дневнике и писать подробные письма в Америку отнимает слишком
много времени. Я решил, что записи в дневник прекращу, а мои письма  сын мне
потом вернет. Такой  порядок сохранялся с февраля 93-го по март 94-го, когда
Андрюша  стал  получать  на свой  компьютер  от  какого-то  из  американских
агентств  ежедневные сводки о событиях в  России. Тогда я возобновил ведение
дневника.
     Ввиду  этого,  вместо  дневниковых записей (или параллельно с ними)  за
названный период  я буду цитировать  отрывки  из  собственных  писем к сыну,
относящиеся к политической жизни в России.

     * * *

     Из письма к сыну от 25 февраля 1993 г.

     ...Что касается жизни политической, то,  с одной стороны, мы, как и все
люди нашего круга, от нее отстранились -- надоело! Газет я почти не читаю, а
довольствуюсь 15-минутной информацией "Вестей" по телевидению.
     Но зреет кризис столкновения между Президентом и Советами всех уровней,
начиная с Высшего. Я надеюсь, что он окончится ликвидацией Советской власти,
которая все более выявляет себя как  рудимент партийной  диктатуры. Лучше уж
иметь демократическую диктатуру наподобие французской. Не  далее,  как вчера
по  ТВ  проводили  экспресс-опрос  на  тему:   "Какую  форму  правления   вы
предпочитаете:  наподобие  ФРГ   --  парламентскую,  наподобие  Франции   --
президентскую или наподобие Чили -- военную диктатуру?"  За несколько  часов
последовало  четыре  с  половиной тысячи  телефонный звонков.  Распределение
неожиданное: 7% -- за парламентскую, 90% -- за президентскую форму правления
и  2% -- за военную диктатуру.  Конечно, звонили люди политизированные. Если
референдум 11 апреля состоится, то не факт, что более 50% избирателей примут
в нем  участие.  Но  если примут,  то результат  можно предсказать  довольно
уверенно...
     Правительство пока,  несмотря  на смену  премьера,  выступает  в  русле
продолжения реформ. Суета национал-патриотов и коммунистов серьезной угрозы,
как  мне  кажется, не представляет. Угрожает только апатия  народа. Ну а все
остальное -- практически по-прежнему.





     Известия 26 февраля 1993 г.

     Интересная  статья   Льва  Тимофеева  "Большая  растрата"  (привожу  ее
основные фрагменты)
     "Вступив  в коалицию  с  аппаратом  демократы  утратили  в общественном
мнении самое  сильное свое качество  -- нравственную чистоту, утратили  само
право апеллировать к власти от имени общественной морали.
     В  России во все времена недостаток политических возможностей оппозиции
возмещался ее нравственной определенностью. Ни диссиденты, ни Солженицын, ни
Сахаров  не  имели никаких практических  способов влиять на ход политической
жизни  в стране. Но влиять  на нравственное чувство общества они  могли... И
именно  это  наследство  обеспечивало общественную поддержку демократическим
политикам и полтора и  два года назад. Увы, нынешние деятели легко разменяли
нравственный капитал, накопленный в борьбе с коммунистической доктриной. Что
же обрели? Свободу?
     Свобода  в  понимании  русских  интеллигентов,  --  а   демократическое
движение интеллигентское по преимуществу, -- это прежде всего свобода слова,
свобода собраний, свобода передвижения. Они  получили эти свободы... Но  без
свободы распоряжаться властью и собственностью.
     Теперь стало очевидно:  за  пределами круга  традиционных  гуманитарных
свобод  демократы никакой реальной властью не обладают. Реальная  власть над
страной принадлежит аппарату,  вовсе не склонному делиться ею с кем бы то ни
было.  Не  тому  баснословному  аппарату  времен  "командно-административной
системы",  но  новой  корпорации  мафиозного  типа,   сложившейся  в  недрах
партийно-хозяйственных административных структур. Именно эта социальная сила
и контролировала  ход реформ в  последние месяцы,  именно  ее  корпоративные
интересы запускали  в действие правительственные,  парламентские, банковские
механизмы.
     Мафия и "корпорация мафиозного типа" -- вовсе не одно и то же. В Италии
мафия  -- злокачественный нарост на теле государства, его  болезнь. В России
мафия или, вернее,  то, что в просторечии, в сердцах,  принято называть этим
именем, -- сама суть государственной  и административной системы. Российское
государство создано  такой  мафией -- не демократами, не идеями Сахарова или
Солженицына,   а  именно   аппаратной  мафией,   в  последние  годы  активно
разлагавшей, и  в конце концов  разложившей  доктринальные  коммунистические
порядки...  Эта  мафиозная  аппаратная  корпорация внешне  не  выглядит  как
криминальная  структура.  Напротив,   она   имеет   все  черты   легитимного
государственного  или   хозяйственного   аппарата.  Существующие   отношения
круговой  поруки и корпоративной зависимости здесь никак не конституированы,
а,  скорее,  имеют характер непреложной  обычной  нормы...  В пределах своих
корпоративных   связей   аппарат,  сколь   может   эффективно,  осуществляет
руководство хозяйственным и административным механизмом. Мгновенное и полное
разрушение этих связей --  скажем, в результате аппаратной революции, к чему
время  от  времени  призывают  крайние радикалы,  -- привело бы  к  тяжелому
экономическому  хаосу  и   социальной  дестабилизации.  Наивно  думать,  что
достаточно  поставить  какого-нибудь  крутого  парня  мэром   Москвы,  чтобы
покончить  с хозяйственной мафией: город  немедленно  остался бы без хлеба и
тепла...
     Потребность союза с демократами возникла у аппарата вскоре после начала
реформ.  Во-первых, нужно  было найти способ без особых политических  потерь
отмежеваться  от  коммунистической доктрины,  давно  уже  стеснявшей свободу
действий самой правящей корпорации, во-вторых, демократы  должны были помочь
узаконить,  освятить  своим  нравственным  авторитетом   новые  политические
устремления аппарата, которые и впрямь на короткое время совпали с формулами
демократических идеалов.
     По  мере сотрудничества  аппарата с  демократами  не  только  выявилась
полная    неспособность    последних    добиться   сколь-нибудь    заметного
перераспределения   собственности   и   власти,  но  и   вполне   проявились
стратегические  интересы   правящей  корпорации:  установить  такую  систему
рыночных отношений,  которая сохранила  бы монополию аппарата  распоряжаться
всеми основными богатствами страны. Новая система вполне допускает  институт
частной  собственности... но  только  в рамках круговой  зависимости каждого
собственника от всей корпорации в целом...
     Право частной собственности и стремление к открытым рыночным отношениям
в  исторической  перспективе   неизбежно  окажутся   сильнее   корпоративной
зависимости,  взорвут  ее  изнутри. Вот тогда-то и  придет смерть аппарата и
начнется истинная демократизация России. Но кто же ищет собственной  смерти?
Задача  нынешних аппаратных  политиков и  идеологов --  отдалить  опасность,
замедлить  процесс,  а  для этого  утвердить в  общественном  сознании такую
идеологию, которая примирила  бы принцип частной собственности  с принципами
крутого  централизованного контроля  над обществом и  экономикой. Вот почему
теперь на  первый план выходят  разного  толка государственники, державники,
национал-патриоты...
     И  ведь  были  же в демократическом движении трезвые  и  рассудительные
люди,  которые  предостерегали  единомышленников   от  участия  во  властных
структурах, понимая,  что  потеснить аппарат на этом  историческом этапе  не
удастся -- слишком большая,  прямо-таки всеобъемлющая власть сосредоточена в
руках  корпорации  аппаратчиков.  Но  трезвые  голоса  не  были  услышаны...
Провозгласив  себя ответственными  за судьбу России, но  участвуя в правящей
коалиции не в качестве решающей силы, а как вспомогательный, а порой и вовсе
отвлекающий,   декоративный   элемент,   демократы   потерпели   не   только
политическое, но  и моральное поражение, и мы все, и те, кто функционировал,
и те, кто предостерегал от участия в политике такого  рода и  сторонились ее
--  все  мы  вынуждены большими  ложками  хлебать мерзость своего положения,
своего поражения.  Многие забыли, от чьего имени действуют в политике и  что
станут  отвечать тем,  кто полагал, что  они действуют от их  имени.  Что им
мешали? Что их обманули,  подставили? Полноте, это вы  сами себя подставили.
Хорошо, кто по наивности, а хуже -- по корыстному расчету..."

     Позволю себе некоторый комментарий к статье.
     Во-первых,  я  хочу  назвать  имя  человека,  который,  на  мой взгляд,
является  самым   ярким  представителем  аппаратной  мафии.  Это  --  Виктор
Степанович Черномырдин! В качестве аргумента  в пользу  такого утверждения я
предлагаю  читателю, в свете только что  прочитанного,  ответить на  вопрос:
"Кто ближе  Черномырдину  Вяхирев  или Гайдар?"  А  также  вспомнить события
"черного  вторника",  организованные  Черномырдиным совместно с  его  старым
другом -- аппаратчиком Геращенко.  Ну а что следует из того  факта, что один
из боссов  аппаратной мафии  возглавляет правительство, я думаю, пояснять не
нужно.
     Во-вторых,   зададимся   вопросом,   как    и    почему    "в    недрах
партийно-хозяйственных административных структур сложилась новая  корпорация
мафиозного  типа"?  Вспомним, что с  первых  дней  "гласности"  управленцев,
административных работников всех уровней стали вдруг именовать "чиновниками"
(слово  в  Советский  России  традиционно  ругательное). А то  и  огульно --
бюрократами. Сие означало, что новое общество считает реально существующих в
нем  работников  сферы  управления  чуждыми  себе  элементами  и,  наверное,
постарается   от   них   избавиться.   Эта  угроза,   естественно,   толкала
"аппаратчиков" к сплочению и круговой поруке -- основе мафиозности. Идущие в
ноябре 1991 года во власть демократы во главе с Гайдаром, да и сам Ельцин не
могли не понимать необходимости лояльного управленческого аппарата и обязаны
были  в первую  очередь  защитить  тех, кто  оказался  под  их  началом,  от
оскорблений  и  угроз. О  ком  идет речь?  Конечно  же  не  о низовом  звене
бухгалтеров и делопроизводителей.  Эта мелкая сошка служивых могла, конечно,
портить  кровь людям, но  мешать  реформам или направлять их в выгодное  для
себя русло  было вне  сферы  их  возможностей. "Аппаратную мафию"  составили
начальники главков  и отделов  министерств,  директора крупных предприятий и
агрохозяйств,  прочие управленцы высокого  ранга.  Но  среди них было немало
честных,  преданных  делу работников,  пришедших из производственной  сферы.
Новой  высшей  власти надо  было постараться привлечь  их на  свою  сторону,
объяснить им новую творческую перспективу.
     Людей же  развращенных  прежним всесилием, лестью, взятками и подарками
надо было  постепенно, но  безжалостно  заменять.  Их специфические знания и
связи, принесенные из советского периода,  не  были столь  уж необходимы для
решения   новых  задач  --  автор  статьи  их  явно  переоценивает.  Освоить
действительно перестроечные формы управления мог бы достаточно  быстро любой
образованный,  здравомыслящий,  интеллигентный  и  самостоятельный  человек.
Таких к тому времени было немало  в поневоле сворачивавших свою деятельность
естественно-научных институтах и КБ. Вспомним, как быстро  и эффективно  эта
научная молодежь, эти  кандидаты физических  или технических наук  создавали
новые кооперативы и  небольшие фирмы, освоили  и  развернули по всей  стране
сети  товарных  бирж и  коммерческих банков.  Замена старых,  упорствующих в
своем  консерватизме управленческих кадров на такую дельную молодежь  прошла
бы без всяких потрясений. (Не  сравнить, к примеру, с заменой министерств на
совнархозы в одночасье произведенной в свое время Хрущевым).
     В  первом правительстве  Гайдара,  наверное, надо было  иметь  сильного
вице-премьера (и специальное агентство под  его началом), который бы в таком
плане  осуществлял  постепенное  обновление  управленческих  кадров во  всем
верхнем слое госаппарата. Ужасное для интеллигенции  слово "кадровик" --  но
ведь совсем в другом смысле! И никакой "аппаратной мафии" не возникло бы.  В
отличие от автора статьи, я считаю,  что демократам-интеллигентам  следовало
"идти  во  власть"  --  но  не только  на  маршальские, но  и на  офицерские
должности. Не в канцеляристы, а в менеджеры крупного политического масштаба.
Теперь мы хорошо знаем, что эта работа не менее важна, интересна  и почетна,
чем руководство научной лабораторией или кафедрой.
     В конце 91-го года интеллигенты-демократы  этого понять  не захотели (а
ведь  кому  из  них  не  был известен  пример  декабриста  Ивана  Пущина?) и
противопоставили себя "чиновникам"-управленцам,  полагая, видимо, что  новые
общественные отношения  возникнут  по одному их вдохновенному  слову. Однако
реформы -- это не только разумные идеи  и законы (тем более, что последние с
трудом пробивали себе дорогу через парламент), но  и повседневная  работа по
их максимально эффективной  реализации  на всех  уровнях управления народным
хозяйством.  Во  всяком  случае   в  период,  предшествовавший  формированию
полноценного рынка. Либералы-интеллигенты  от этой черной работы уклонились.
Не снизошли! Предпочли либо уехать за границу,  чтобы "служить  науке"  (она
ведь интернациональна), либо заняться личной коммерцией. И это была  большая
ошибка -- в первую очередь нравственного характера.


     Из письма сыну от 11 марта 1993 г.

     Политические  баталии в  апогее. Идет  очередной  внеочередной (VIII-й)
Съезд  Народных  депутатов. И президент, и депутаты  говорят о желательности
компромисса, но  делают  все возможное,  чтобы "прищучить" друг друга.  Ну и
ладушки!  Очень  надеюсь,  что  никакого  куцего  компромисса  не  будет.  С
Советской властью  в  центре и  на местах надо  кончать  немедленно,  т.  е.
Принимать новую  Конституцию, иначе они будут гадить до тех пор, пока мы  не
захлебнемся.
     Шахтеры  Воркуты  прислали  на  Съезд свою  краткую,  но  выразительную
резолюцию:  "Съезд  и Верховный Совет распустить.  Вплоть  до принятия новой
Конституции  и  выхода  из  экономического  кризиса   ввести   президентское
правление по  всей стране". Похоже, что их поддерживают  и горняки Кузбасса.
Лично я с шахтерами согласен.


     Известия 13 марта 1993 г.

     Шапка: "Съезд резко обостряет ситуацию в стране"
     От  редакции.   "Сообщается,  что   в   проекте  постановления   Съезда
содержались два пункта, отменяющие соглашение, достигнутое на предыдущем VII
Съезде. Ельцин предложил поправку, снимающую эти два пункта, но Съезд его не
поддержал. Тогда президент выступил снова:
     "Я шел на Съезд с надеждой, что дух согласия сохранится,  --  заявил Б.
Ельцин, -- но предлагаемый документ этому духу  не соответствует". Президент
подчеркнул,  что он сделал все возможное для достижения согласия со Съездом,
предложил несколько вариантов выхода из тупика. Однако усилия его успехом не
увенчались.
     "Я, как президент,  беру на себя  ответственность  за  референдум",  --
таков был ответ Ельцина...
     Увы, речь президента не произвела впечатления на депутатов. Съезд вновь
отклонил предложения Б. Н. Ельцина. После объявления результатов голосования
президент покинул Съезд..."




     Известия 16 марта 1993 г.

     С.  Чугуев. "Съезд  победителей совершил  государственный  переворот  и
отнял власть у народа" (фрагмент)
     "...Введя в действие  поправки к  Конституции,  дающие право парламенту
приостанавливать   любой  указ   президента,  отстраняющие   президента   от
руководства исполнительной  властью, Съезд тем самым отнял  власть у законно
избранного народом президента России.
     И,  наконец, Съезд отнял власть у  самого народа... Введя  мораторий на
референдумы, отклонив  предложение  о досрочных выборах, Съезд  лишил  народ
права голоса. Надо полагать,  Съезд  хорошо знает  мнение  народа  о  себе и
оттого власть народу отдавать не хочет.
     Таким образом,  есть все основания  для вывода: в дни  работы  восьмого
Съезда в России произошел тихий государственный переворот...
     Съезд может считать себя победителем. Надолго ли?..
     Надо полагать, депутаты  серьезно  ошиблись,  когда посчитали,  что  Б.
Ельцин,  на   протяжении  всего  Съезда  настойчиво  добивающийся  согласия,
демонстрировал тем самым свою слабость..."
     Там же.

     "...Прозвучавшие   на  Съезде  угрозы  в  адрес  президента,  министров
правительства, открыто продемонстрированное намерение захватить телевидение,
радио,  другие  СМИ  раскрывают   цели   руководства   ВС,  которое   жестко
дирижировало всем ходом Съезда.
     Речь идет о попытке  полностью сконцентрировать власть в руках Советов,
возвратить  коммунистическую  номенклатуру  к  рычагам  управления  страной,
отобрать назад демократические завоевания августа 1991  года. Заключительное
слово председателя ВС Р. И. Хасбулатова в сущности представляет собой призыв
к захвату власти Советами в центре и на местах".


     Известия 23 марта 1993 г.

     Опубликован  текст переданного 20 марта  по  двум телеканалам Обращения
Президента РФ к гражданам России.
     Вот некоторые выдержки из него:
     "...Сегодня я подписал Указ об особом порядке управления до преодоления
кризиса  власти. В соответствии с  Указом, 25 апреля  1993 года  назначается
всенародное  голосование о доверии  президенту  и вице-президенту Российской
Федерации. Будут приняты особые указы и распоряжения по всему кругу вопросов
его  организации. Пошел на этот шаг потому,  что меня  избрал  не  Съезд, не
Верховный