Источник:  Русские писатели  ХХ в. Биографический  словарь.  М., изд-во
"Большая Российская Энциклопедия", 2000.

     ДРУЖНИКОВ, Юрий Ильич (р.17.IV.33, Москва) -- русский писатель, прозаик
и  историк литературы.  Родился в  семье  художника,  формировался  в  кругу
творческой  интеллигенции,  часть  этого круга  исчезла  в  годы  репрессий.
Оканчивая среднюю школу, Д. был лишен серебряной  медали за "недооценку роли
тов.  Сталина в гражданской  войне"  и  не принят ни в  один московский  вуз
(1951). Два года  учился в Латвийском  университете. Здесь увлекся сценой  и
некоторое время служил актером в  Рижском  русском драмтеатре.  Осенью  1953
года  вернулся   в  Москву.  В  студенческие  годы   подрабатывал   на  хлеб
фотографией, журналистикой, стажировался  в архиве,  где  в  его обязанности
входило  разыскивать  документы  о  трудовом  стаже  для   получения  пенсий
реабилитированным  из лагерей. Окончил  историко-филологич. ф-т  Московского
гос.  пединститута   (1955).  Два  года  преподавал   русскую  литературу  в
Казахстане,  был завучем в школе рабочей  молодежи,  затем  в Москве книжным
редактором,   разъездным   корреспондентом,   редактором   отдела  в  газете
"Московский комсомолец" (1964-71). Принят в Союз писателей СССР (1971).
     Первая книга прозы  -- повесть в рассказах  "Что такое не везет" (1971)
--  повествовала   о  хроническом  неудачнике,  являющем  собой  контраст  с
оптимистической  действительностью.  В   рассказе  "Родная   стена"  обычная
московская семья счастливо обитает в старом бараке; перед окнами их квартиры
осталась грязная  стена от давно снесенного дома, заслоняющая свет, но стену
власти  не сносят.  Заключающий книгу рассказ оканчивается вместо  точки  --
запятой;  остальное  (о  черной  туче  на небе)  в последний  момент  изъято
цензурой при печати. Образ неудачника видится автобиографическим.
     Д.   выпустил  две  книги  очерков   о   воспитании   детей:   "Скучать
запрещается!"  и  "Спрашивайте,  мальчики"  (обе  1974),  однако  его  прозу
отвергали толстые журналы и издательства. Два  коротких  романа,  "Последний
урок" и "Тридцатое февраля", решил публиковать А.Твардовский в "Новом мире",
но  вскоре  сформулировал  отказ: "Весь процент  непроходного  уже  заполнил
Солженицын,  и места  не осталось".  Отрывок  из  романа  "Деньги круглые" в
журнале "Работница", опубликованный  со множеством купюр,  оказался  в  поле
зрения  критики. Газета  "Известия" (1974, 16 авг.)  обвинила Д. во  вредной
философии  и  клевете  на  советских  людей:  "Не правда  ли,  выстраивается
своеобразная галерея "героев". И  это  --  "Деньги круглые" Ю.Дружникова  --
напечатано  рядом  со  статьями и  очерками о  подлинных героях труда, людях
духовно богатых, нравственно чистых, живущих делами и заботами страны".
     Творческие искания Д. не попадали в ногу с шагами советской литературы.
В  1976  году  опубликован  первый  и последний в Советском Союзе  роман  Д.
"Подожди до шестнадцати" (точнее,  половина  романа: другая половина  текста
вырезана  и заменено авторское название "Из сих птиц одну в жертву", ибо это
строка из Библии). Комедия "Учитель влюбился" снята со сцены, другая, только
что  принятая,"Отец на час", запрещена к  постановке.  Д. исключают из Союза
писателей за Самиздат и правозащитную деятельность (1977).
     В последующие полтора десятилетия, до конца 1991  года,имя Д. изъято из
советской   печати.  Об  этом   автор  поведал  в   написанных  по-английски
воспоминаниях  "Cаncellation   of  Writer   No 8552"  ("Исключение  писателя
 No 8552"),  опубликованных газетой  "Вашингтон  пост"  (1979).  Практически
проза Д. писалась в стол, читалась единомышленниками и хранилась в тайниках,
а печаталась на Западе. В восьмидесятые годы Д., отлученный от литературного
процесса,  занимается  распространением Самизата,  переправкой  произведений
запрещенных  авторов в западные издания, организует литературную  мастерскую
для  группы  молодых  писателей,  которых  не  издают,  открывает  в  Москве
совместно   с   киноактером   Савелием  Крамаровым   подпольный   театр   ДК
(Дружников-Крамаров),  вскоре  разогнанный  (1981),   предпринимает  попытку
основать  независимый Союз  писателей, а также частное издательство "Золотой
петушок".
     За эти шаги и публикации на Западе Д. подвергается  допросам и угрозам.
В 1985  году его  предупреждают, что  он  живет в  свободной  стране  и  ему
предоставят свободный выбор:  в лагерь  или  в  психушку. Протесты писателей
Бернарда Маламуда, Курта  Воннегута, Артура  Миллера, западных правозащитных
организаций, прием в почетные  члены Американского ПЕН-клуба,  вмешательство
Конгресса  США  спасли Д.  от ареста.  После  международного скандала  из-за
открытия  в  Москве  нелегальной  выставки  "Десять лет изъятия писателя  из
литературы" Д. выталкивают в эмиграцию (1987).
     Некоторое  время  он  живет в Вене,  затем  переезжает  в  США  (1988),
преподает писательское мастерство в Техасском университете (Остин), работает
в Нью-Йорке на  радио  "Свобода", а через год оседает в Калифорнии. Здесь, в
частности, снимается в  американском фильме "Prisoner of Time" ("У времени в
плену" режиссер М.Левинсен) в трагической роли русского писателя Даниэля.
     Известность  Д. принесла  книга "Доносчик  001, или  Вознесение Павлика
Морозова",  тайно написанная в Москве (1980-84),  а затем ставшая достоянием
самизадата.  Это первое независимое документальное  расследование  "убийства
века"  - смерти пионера-героя, ставшего  трагическим символом существовавшей
идеологии. Подросток, донесший на отца в НКВД, согласно  официальной версии,
убит  кулаками  (1932), вписан в Книгу почета  комсомола под  номером один и
стал эталоном  классовой  морали,  обязательной моделью  поведения миллионов
советских людей.
     О  Павлике  Морозове  написаны  десятки книг, пьесы,  песни, живописные
полотна, опера, но,  выясняя спустя пятьдесят лет истину, Д. установил,  что
все  фотографии  героя-пионера  фальшивые.  Не  найдя  архивных  материалов,
писатель объехал тринадцать городов, записывая показания оставшихся  в живых
свидетелей. Он разыскал  мать  героя,  его брата, обвиненного в  шпионаже  и
отсидевшего  в лагерях десять лет, одноклассников,  односельчан,  участников
показательного  суда,  чекистов,   домашние  архивы  журналистов,  секретные
документы.
     В сенсационной книге Д. впервые доказно, что  юный  герой донес на отца
не  из преданности  коммунизму,  а  потому что  мать решила  отомстить отцу,
ушедшему  к другой  женщине, и послала сына сообщить органам. Сам Морозов не
мог разбираться  в ленинских идеях, ибо был умственно  отсталым. Убит  он не
кулаками, а найденными Д. двумя сотрудниками НКВД с  целью обвинения кулаков
в борьбе  против советской  власти,  чтобы  начать  аресты  "кулачества  как
класса"  по всей стране. Массовые  призывы к доносительству потребовались  в
преддверии большого террора 37-го года.
     Одно из парадоксальных открытий автора книги "Доносчик 001" в том,  что
герой-пионер  никогда  пионером не  был, а  сделан  таковым  после  убийства
создателями  мифа.  Утверждение  Павлика  Морозова главным героем  советской
литературы  на Первом  съезде  писателей (1934), постановившем возвести  ему
памятник на Красной площади, участие известных имен в создании мифа и анализ
последствий,  ощутимых  сегодня, --  составляют вторую  половину  "Доносчика
001".
     Написанная  сухим языком фактов  (по выражению  Д., "холодным рассудком
историка"),   книга   в   то   же    время    выходит   далеко    за   рамки
литературно-исторического расследования. В ней показана социальная  трагедия
общества, в  котором честность воспитывалась на примере предательства. Когда
"Доносчик 001" был опубликован  в  Лондоне  (1987), А.И.  Солженицын  писал:
"Юрия  Дружникова поздравляю  с отличнейшей  и очень нужной книгой.  Так вот
постепенно --  не все,  так  многие советские  лжи  раскроются".  Книга была
запрещена  в  Советском  Союзе  (первое  московское  издание  --  1995),  но
прочитана автором по  радио "Свобода" и "Голосу Америки", переведена  на ряд
языков, по книге снято два кинофильма.
     Название  многопланового   романа-хроники  "Ангелы  на   кончике  иглы"
(написан  в 1969-1976 гг.  в Москве),  иронически  восходит к схоластической
формуле:  "На  кончике  иглы  может  уместиться  количество  ангелов, равное
квадратному   корню   из   двух",   --   парадигма   неопределенного   числа
инакомыслящих,  готовых  идти на открытый  конфликт  с  властью.В  эпицентре
событий центральная  газета  "Трудовая правда".  Подавлена танками  Пражская
весна,  но  в  страхе ее влияния  Политбюро затягивает идеологические гайки;
эпоху застоя сменяет эпоха еще большего застоя.
     Жизнь   редакции  московской   газеты  фиксируется   с   документальной
точностью: 67  дней  -- с 23 февраля по  30 апреля 1969 года -- от  инфаркта
главного редактора, члена ЦК  Макарцева, которому  подложен Самиздат, до его
снятия  с поста и  смерти в канун Первого  мая.  К  амбивалентному Макарцеву
мистически является знаменитый французский дипломат и путешественник  Маркиз
де Кюстин, автор запрещенной при царизме и в Советском Союзе книги "Россия в
1839",  которую  Герцен назвал  "без сомнения  самой  замечательной и  умной
книгой, написанной о России иностранцем".
     В  пружину  сюжета  вовлечены  вместе  с Кюстином герои  романа  --  от
машинисток и "подручных партии"  журналистов, до кадровика,  цензора, бывших
зеков,  чекистов, а также  прозрачно  угадываемых шефа  КГБ  Кегельбанова  и
"человека  с  густыми  бровями", их  семьи.  Апофеозом политического абсурда
возникает  сатирически  выписанная фигура личного уролога  Генсека,  бывшего
зека  Сизифа  Сагайдака --  Генерального  Импотентолога,  манипулятора  всей
геронтологической  верхушки.   Яма   безнадежности  и  цинизма,  в   которой
оказываются  герои, кажется вечной,  но  надежда  на инакомыслящих "ангелов"
теплится живой, хотя этих "ангелов" арестовывают за перевод книги Кюстина.
     Внешнее   новаторство  романа  Д.  --  в   органическом   использовании
бюрократического арсенала времени: анкет, справок, характеристик, протоколов
секретных  заседаний,  внутренняя -- во вплетенных  в  фантасмагорию лукавых
каламбурах, обыгрывающих официальный язык того времени, изяществе двойных, а
порой и тройных  психологических мотиваций, то и дело всплывающем подтексте,
в  незримости переходов  от  суровой  реальности  к  кафкианской  гиперболе.
Публикация  в  советской  печати  романа, конфискованного  на  обыске,  была
невозможна. Переснятый на микропленку роман вывезен американским славистом в
пачке сигарет  на  Запад  и  опубликован  в  Нью-Йорке. Попытки  издательств
периода гласности  и перестройки выпустить "Ангелы на  кончике иглы",  как и
книгу  "Доносчик 001" были пресечены. В  России  роман  "Ангелы  на  кончике
иглы", включенный Варшавским университетом  в список  десяти  лучших русских
романов ХХ века,  впервые напечатан  сразу после известных  событий  августа
1991 года.
     Западная критика считает Д. создателем жанра микроромана.Микророманы Д.
печатались, начиная с конца семидесятых, книга "Микророманы"  опубликована в
Нью-Йорке  (1991). Сюжетно и по насыщенности фабулой  микророманы от "Смерти
царя  Федора" до  "Потрепанного  паруса  любви", значительно  глубже и  шире
рассказов,  хотя  черты  последних  имеют  место.   Неточно   называть   эти
миниатюрные  романы  повестями. В.Белинский считает повесть "распавшимся  на
части романом", а микророман  есть законченный роман, но в компактном жанре,
адекватном    бестротекущей   современности.   Создавая    микророман,    Д.
придерживался, в  частности, немецкой филологической  конструкции романа,  в
котором  обязательно   Vorgeschichte   (что  происходило   с   героми   до),
Zwischengeschichte (события непосредственно в кадре)  и Nachgeschichte  (что
стало по окончанию действия).
     Сегодняшняя судьба детей, проведших вторую мировую войну в эвакуации, а
спустя  полвека оказавшихся в  эмиграции,  анализируется романе из рассказов
"Виза в позавчера"  (США, 1998), писавшемся Д.  на протяжении тридцати лет(с
1968  года, единственная  публикация отрывка в советской печати -- "Юность",
1974,  No 5). Скрипач симфонического  оркестра из  Сан-Франциско Олег  Немец
спустя  четверть  века возвращается в Россию, чтобы отыскать следы без вести
пропавшего отца.  Попав в город своего  детства  герой в  буквальном  смысле
взламывает  дверь в свое  прошлое. Критика не  раз отмечала  мастерство Д. в
изображении деталей, его умение удивлять простой правдой.
     Опираясь на  традиции Ю.Н.Тынянова и А.Д.Синявского, Д. разработал свой
стиль полемического литературоведения. В романе-исследовании  "Узник России"
(два тома: "Изгнанник самовольный" и "Досье беглеца",  выдержавшие несколько
изданий  за  рубежом  и  в  новой  России)  впервые в  мировой  пушкинистике
биография  А.С.Пушкина  рассматривается  под  углом попыток  великого  поэта
посетить  Европу в качестве  дипломата,  путешественника  и,  когда  это  не
удается, бежать  нелегально  из  Кишинева, Одессы, Михайловского  и Арзрума.
Новое  прочтение  материалов,  известных  полтора  столетия,  и оригинальная
трактовка таких призведений как "Борис Годунов", "Пророк", "Анчар","Полтава"
и  др. позволяют глубже понять связное звено "Пушкин -- Запад" и зависимость
между личностными мотивировками поэта (Pat ria or Libertas) и некоторыми его
творческими замыслами.
     В книге "Русские мифы" (1995), также написанной  в  жанре полемического
литературоведения, по-новому рассматриваются некоторые  традиционные взгляды
на два последних века развития русской литературы. Это эссе о причинах любви
Сталина  к Пушкину,  о  конфликте  между Пушкиным и  Натальей Николаевной, о
реальной, а не мифологизированной Арине Родионовне, о неизвестном подпольном
московском философе  Николае  Вентцеле,  который  пытался  в  тридцатые годы
полемизировать с  официальной  линией  агитпропа, о тайных реалиях  жизни  и
смерти В.Хлебникова, А.Куприна, Ю.Трифонова. Как в новой России, так и среди
западных  славистов,  новизна  и  неожиданность  точек  зрения  Д.  вызывают
многочисленные, порой противоречивые оценки критики.
     Название  книге  литературных воспоминаний Д.  "Я  родился  в  очереди"
(1995) дало эссе, опубликованное в газете "Вашингтон пост" ("I was Born in a
Line", 1979).  Эта книга, частью переведенная  с  английского --  зеркальное
отражение  двойного  тяжелого  личного  опыта  писателя:  анализ  неудач  (в
частности,  история  уничтожения  его  романа  "Из  сих птиц..."),  а  также
опубликованные в  газетах разных  стран очерки о  проблемах  русских людей в
эмиграции,  в Европе,  Техасе и Калифорнии,  о  процессах перемен в  России,
какими они видятся американской интеллигенции.
     Д.  был  номинирован  званием  "лучший   русский  писатель  1998  года"
("Книжное  обозрение").   Он,  следуя  набоковской  традиции,  --   один  из
крупнейших  американских   славистов.   Профессор   русской   литературы   в
Калифорнийском    университете,     вице-президент    американской    секции
Международного ПЕН-клуба "Писатели в изгнании"  Д. живет в маленьком городке
Дейвис, вблизи Сакраменто. Дом  его --  своего рода русский культурный центр
на  Тихоокеанском   побережье  США,   в   котором  бывают   писатели  разных
континентов, проходят литературные вечера, выставки живописи. Возвращение Д.
в  российский  литературный процесс, изучение  его  вклада  в  отечественную
словесность на родине только началось.



     Сочинения  Юрия  Дружникова:  Собр.  соч., т.  1--6,  Baltimore,  1998;
Избранное, т. 1--2,  С.-Пб.,  1999; Избранное  в  двух томах.  Екатеринбург,
2001; Доносчик 001, или Вознесение Павлика Морозова, London, 1987, М., 1995;
Ангелы  на кончике иглы, New York, 1989,  М., 1991; Zdrajca  No 1, Warszawa,
1990; Микророманы, New York, 1991; Каникулы по-человечески, М., 1992; Смерть
царя Федора, "Октябрь", 1994,  No 12; Я родился в очереди, New Jersy,  1995;
Медовый месяц у прабабушки, или Приключения генацвале из Сакраменто, "Дружба
народов", 1995,  No 1;  Явная и тайная жизнь Константина Вентцеля,  "Вопросы
философии", 1996,  No 4; Квартира  No 1, "Дружба народов", 1996,  No 3;  Мой
первый  читатель,  "Апрель",  М.,  1997;  Потрепанный  парус  любви,  "Новый
журнал", New York,  No 113; Виза в позавчера, New York,  1998; Informer 001,
New Jersy, 1997; Узник  России,  М., 1997;  Rossyjskie mity, Warszawa, 1998;
Проблема развода в "Евгении Онегине", "Acta Polono-Ruthenica", III, Olsztyn,
1998; Техасские заскоки, "Звезда", 1998,   No 4; Русские  мифы, С.-Пб, 1999;
Contemporary Russian Myths: A Sceptical View of the Literary Past, New York,
1999;   Prisoner  of  Russia:  Alexander  Pushkin  and   Political  Uses  of
Nationalism,  New  Jersy, 1999;  Вторая жена  Пушкина. Романы и полемические
эссе.  М., 2000;  Смерть  изгоя. Baltimore, 2001; Дуэль с  пушкинистами. М.,
2001.

     Литература о  нем: Максимова О.,  История из неушедшего времени, "Новое
русское  слово", 1989,  13 янв.; ее же, Роман не об ангелах, "Новое  русское
слово",  1989, 13 апр.; Резник  С.  Частное  расследование,  "Двадцать два",
1989,  No 65; Stevanovic V., Wertsman V., Free Voices in Russian Literature,
New York, 1987; Glasnost Superficial  at  Best, Congressional Record,  1987,
Vol.  133,   No 100;  Ociepka, F.,  Fakt  w  Pracowni  ideologicznej  czycli
stalinizm  zwyczajny,  "Nowe  ksiazki",  1989,   No 7;  Миронов  О.,  Миф  о
предателе, "Континент",   No 1989,   No 60; Толстой  И.,  Миф  о  доносчике,
"Русская   мысль",  Paris,  1990,   No 3811;  Gereben,  A.,  Pavlik  Morozov
megdicsoulese,  "Vicag",  Budapest,  1990,  4  January;  Белицкий  В.,  Post
Scriptum,  "Пролог",  1991,   No 13;  Gelb  M.,  Yuri  Druzhnikov,  "Russain
Review",  1991,   No 50;  Tucker  M., ed.,  Literary Exile  in the Twentieth
Century,  New York,  1991;  Свирский В., Проза Юрия  Дружникова.  Вашингтон,
1994; его же, Реальные герои страны Утопии, "Новое  русское слово", 1991, 17
авг.; Baer J,  The  Times of Turmoil, World  Literature Today,  1994, 16-23;
Rachel S, Yuri Druzhnikov's  Profile, The Prague Post, 1995, April; Казак В,
Литература  в  эмиграции: из вчера в завтра, "Вестник", 1995, No 6; Wolodzko
A, Pasierbowie Rosji, Warszawa, 1995; ee  же,  В  поисках  утраченной
правды: о творчестве Юрия Дружникова, в Соб. соч., т. 1, 1998; ее же, Burze-
nie mitow czyli o tworczosci Jurija  Druznikowa,  "Pisarze  nowi  Katowice",
1996,  No  1613;  Аннинский  Л,  Процесс  перемещения  из одной реальности в
другую. "Дружба народов", 1997, No 1; его же, Два конца иглы (О прозе
Дружникова)  в "Избранном", 2000, т.2; его же, Послесловие секунданта
в "Дуэли с пушкинистами", 2001; Lloyd J, Fathers and Sons, London  Review
of  Books,  1997,  6  March; Басинский П, Есть ли связь между Пушкиным и
Павликом Морозовым? "Лит. газета", 1997, 3 сентября; Who's Who, Thir-
teenth  Ed.,  Cambridge,  1999;  Костюков  Л., Частное лицо в истории. "Лит.
газета", 1999, 20 янв.; Краснощекова Е, Русские  мифы.  "Новое  литературное
обозрение",  2000,  No  1;  Феномен Юрия Дружникова, сб. статей. М.-Варшава,
2000; Кризис или метаморфозы: судьба романа  на  рубеж  эпох.  На  материалы
романа  Дружникова  "Ангелы  на  кончике  иглы",  сб. статей. Варшава, 2001;
Звонарева Л, Ольбрых В, Состоявшийся вне тусовки: творчество и  судьба  Юрия
Дружникова. М., 2001.


Популярность: 11, Last-modified: Mon, 07 Jan 2002 07:36:20 GMT